Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
13-02-2006 19:05
 
Как президенту всех российских мусульман стать еще и президентом всех православных. О необходимости для России министерства вероисповеданий

Если в России что-то хорошо, то не обязательно сразу начинать думать, что причиной тому – наши хорошие дороги или хорошее правительство. Бывает и просто хорошо. В России даже так, чаще всего, и бывает – слегка даже как бы и вопреки не самым хорошим дорогам и не самому идеальному правительству.

Благодаря "карикатурному скандалу", выяснилось, что у нас довольно-таки хорошо обстоят дела с исламом – с теми формами ислама, которые являются в России массовыми (с ваххабизмом, понятно, дела обстоят хуже, так как с ним у России возможен только один род отношений – война). Мусульманские протесты в России не только не привели к серьезной дестабилизации, но и вообще не были особо заметны для большинства населения.

Означает ли это, будто в России победили антимусульманские настроения? Разумеется, нет. Россия сформулировала свой протест на государственном уровне, на уровне МИДа и президента лично, который подчеркнул, что он говорит от имени 15-миллионного мусульманского населения России.

Получается, что в комментариях на политические темы голосом российских мусульман является президент. Это воспринимается совершенно нормально – как обществом в целом, так и самими мусульманами. Ни о каких протестах не слышно.

Теперь проведем такой мысленный эксперимент. Пусть у нас речь пойдет не об оскорблениях чувств мусульманских верующих, а об оскорблении чувств православных. Благо, за прецедентами далеко в историю ходить не надо: можно вспомнить хотя бы известные истории с известными выставками.

Легко догадаться, что Путин не был в восторге от художников, как, впрочем, не мог быть он в восторге и от погромщиков. Но вот можно ли себе представить, чтобы Путин сделал об этом какое-либо заявление (хоть какое-нибудь), да еще и настаивая, что именно он говорит от лица всех российских православных?

Представить такое трудно. И ведь не потому трудно, чтобы мы, например, представляли себе Путина мусульманином, а православным себе представить его – ну, никак не могли.

Как-то странно всё получается: естественно – когда православный (лично) Путин говорит от лица всех российских мусульман. Наверное, он бы не менее естественно мог смотреться и говорящим что-то политическое от лица всех российских иудеев или буддистов. Но от лица всех российских православных он говорить как-то не может – несмотря на все свое личное православие.

"Зде премудрость", написали бы в средневековых церковных книгах, а мы скажем на языке светском, что тут какая-то хитрость.

Подойдем к проблеме с другой стороны, поставив вопрос иначе: а кто у нас почти по всем политическим поводом высказывается от лица "всех православных"? Патриарх? Глава Отдела внешних церковных связей (ОВЦС)? Они, если и высказываются, то очень редко и очень обтекаемо, самое же главное, – всегда так, чтобы "не побежать впереди паровоза": их высказывания никогда не имеют целью как-то изменить или структурировать ситуацию, а формулируются только тогда, когда уже и так стало понятно, куда ветер дует. Зато в РПЦ МП теперь есть структура (неформально "крышуемая" ОВЦС), которая по всем политическим поводам, не переставая, говорит никак не менее, чем от лица всех православных, – это Союз Православных граждан (СПГ).

Получается парадокс: в вопросах политической жизни именно верующие преобладающей в нашей стране конфессии остаются без голоса (если, конечно, не начать считать таковым "сопелки" и "пищалки" вроде СПГ).

Почему таким голосом не могут стать иерархи — это как раз естественно. Они не являются и не должны быть политическими лидерами своих конфессий. Конфессии – на то и конфессии, чтобы у них не могло быть политического лидера. У них должны быть лидеры религиозные. И это, не говоря уж о таких очевидных соображениях, что, с одной стороны, не все православные в России входят в паству РПЦ МП и ее Патриарха, и, с другой стороны, паства любой из христианских Церквей в России не ограничивается гражданами РФ, так как почти все эти Церкви имеют приходы за пределами Российской Федерации. Поэтому политические интересы верующих не могут и не должны отстаиваться их религиозными организациями.

Кто-то может сказать, будто у верующих вообще нет политических интересов. Это все же не так. Вопрос об оскорблении религиозных чувств (являющийся едва ли не во всех странах мира еще и предметом трактовки в уголовном кодексе) – это наглядный, хотя и далеко не единственный пример такого политического интереса. Политические интересы конфессии определяют ее положение в обществе. Сама конфессия формулирует тут свои пожелания, но мера учета этих пожеланий будет зависеть от политики.

Итак, именно православное вероисповедание остается в нашей стране, с политической точки зрения, "бесхозным". Попытки "православных активистов" уровня СПГ сыграть на этом фоне выглядят не самым убедительным образом, — и это к счастью для РПЦ МП, так как, вызывай они более серьезное отношение, иерархам пришлось бы все время открещиваться от СПГ и бесконечно объясняться за их действия.

Государственная власть не решается создать свой собственный орган для управления в области религиозной политики, а РПЦ МП очень хотела бы это сделать, да никогда не сможет. Пока что инициированные ею эксперименты, помимо создания СПГ, сводятся к беспорядочных коррупционным связям епископата и госчиновников на уровне отдельных епархий, да еще к многочисленным вариациям обращенной к государству нехитрой песенки, состоящей из одного только слова "дай" ("дай" — общероссийский метровый телевизионный канал, "Основы православной культуры" в общеобразовательных школах и тому подобное – и чтобы все за счет госбюджета). Кажется, результаты таких экспериментов пора бы уже зафиксировать в журнале наблюдений и сами эксперименты прекратить как неудавшиеся.

Для нормализации религиозной политики нашего государства есть только один путь — создания специального органа вроде Министерства вероисповеданий, Комитета по делам религиозных организаций и тому подобного.

Проблемы религиозной политики должны решаться специально подготовленным и постоянно действующим штатом светских государственных специалистов, а не действующими adhoc чиновниками из МИДа, МВД, Минобраза, Минкульта и прочих не относящихся к делу министерств, к числу которых теперь присоединилась аж Генеральная прокуратура. Все "участвуют" в "решении вопросов", а спросить не с кого — ни с религиозных деятелей (которые всегда справедливо скажут, что не несут ответственности за политические решения), ни с госчиновников (которые всегда смогут переадресовать все решения в соседнее ведомство).

Конечно, плодить министерства и ведомства, то есть плодить бюрократию, – это решение крайнее, но в мировом опыте ничего более эффективного для регулировки политических аспектов религиозной жизни не придумано. Да и так ли уж это усложнение аппарата приведет к размножению бюрократии? Лично я в этом не уверен. Сейчас, при нынешней системе нашего государственного управления, количество чиновников, рассчитывающих на разные бенефиции от религиозных организаций (от банальной коррупции до лоббизма), все равно уже близко к максимуму.

Так что пожелаем нынешнему президенту или хотя бы его преемнику на вполне официальном и законном основании представлять политические интересы всех вообще верующих России. А чтобы это не оставалось пустой декларацией и бессистемными всплесками активности, государству понадобится работоспособный вариант министерства вероисповеданий, стоящий на осознанно светских и государственных позициях.

Игумен Григорий,
для "Портала–
Credo.Ru".


© Портал-Credo.Ru, 2002-2022. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]