Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
31-03-2010 16:55
 
Ударная волна "религиозной составляющей". Современный ислам проходит "точку экстремума", поэтому теракты, подобные московским, вызывают всплеск как исламофобии, так и исламизма

Идущая в последние десятилетия в нашей стране террористическая война - это война, в первую очередь, психологическая и пропагандистская. И волна, ударяющая по разуму и душам людей после каждого взрыва на порядки сильнее ударной волны, порожденной собственно килограммами тротилового эквивалента.

Психологизм этой войны чем дальше, тем все более очевиден. Хотя бы в силу того, что подготовка террористических актов, их сценарии становятся все более изощренным. И подобно тому, как убойную силу "поясов шахида" резко увеличивают гвозди и куски арматуры, точно так же психологический удар от теракта усиливается планомерно встроенной в этот акт знаковостью и символичностью.

В этом смысле трагедия 29 марта 2010 года - классический пример. В самом деле, взрыв осуществлен на станции "Лубянка", название и расположение которой говорят сами за себя каждому нашему соотечественнику. Неудивительно, что о терактах в собственном подвале угрюмо молчал официальный сайт ФСБ. Взорвался мемориальный поезд "Красная стрела" (что может вызвать, конечно же, ассоциации с последними терактами именно на московско-питерской железнодорожной магистрали). И, наконец, трагедия произошла в священную для христиан предпасхальную Страстную неделю, которая в этом году совпала в восточной и западной Церквах, а также в самый канун иудейского праздника Песах. Что ж, "религиозная составляющая" акта была учтена до мелочей.

Разумеется, вновь прозвучали дежурные фразы чиновников по ведомству российского ислама о том, что терроризм не имеет отечества и террористы - не мусульмане. Правда, официальная пропаганда вовсю начала поднимать очередную исламофобскую и кавказофобскую волну. Традицией для некоторых личностей, именующих себя мусульманскими общественными деятелями, становится возможность "попиариться" на трагедии, выступая с бестолковыми и бессодержательными сентенциями.

Конечно, главный вопрос, который граждане задают себе сегодня, и будут задавать еще долго, - кому нужна эта демонстративная "метротрагедия", без всяких конкретных требований, да еще и вписанная в явный религиозный контекст. Многие убеждены, что этим, подобно 1999 году, пользуется власть, чтобы очередной инъекцией общенационального страха сплотить вокруг себя граждан, которые в такие-то моменты уже обязательно затоскуют по сильной руке во френче советского покроя. Можно согласиться с этим, но лишь отчасти. Если так думает кто-то во власти, то это не значит, что на это же настроены мысли граждан. Граждане уже переживают не первую подобную трагедию, и, думается, у них было достаточно времени уяснить для себя, что на эту власть как на орудие обеспечения общественной и гражданской безопасности надеяться нельзя давно, чего бы эта власть ни обещала - замочить террористов в сортире или выковырять их со дна канализации, - она не может этого сделать.

У этой власти другая природа задача - обеспечение передела и сравнительно честного отъема собственности. Ей не до гражданской безопасности. И это положение вещей, думается, для большинства наших граждан стало эффективной прививкой от тоски по тоталитарно-спокойной жизни.

Но вот какой эффект от пропагандистской кампании вокруг терактов будет точно - это еще один всплеск и дальнейшее развитие исламофобии. По одной простой причине - за актами террора стоят мусульманские экстремисты. И когда представители российского мусульманского "духовенства" и "общественности" выступают с трафаретными утверждениями о том, что террористы не имеют никакого отношения к исламу, то это очень напоминает ситуацию, в которой некий лекарь говорит больному злокачественным образованием, что к онкологии его болячка не имеет никакого отношения, это простой нарыв или фурункул. Последствия подобной беседы для больного предсказать нетрудно. Исламофобия, прежде всего на уровне широких масс российских обывателей, получила новый запас прочности.

Мы не впопыхах употребили здесь фразу о мусульманских экстремистах. Думается, что положительный эффект, в том числе и для самих мусульман, будет состоять в отбрасывании лишней политкорректности и признании того факта, что терроризм и экстремизм сегодня наиболее развиты именно в мусульманской среде, что они подпитываются ничем иным, как неадекватным и просто девиантным пониманием религии ислама. Известно, что сегодняшнее радикальное подполье на том же Северном Кавказе в качестве идеологической основы использует не национализм, а именно религиозный салафизм в его радикальном, "ваххабитском" понимании. А именно это течение отличается воинственной непримиримостью не только к другим религиям, но даже и к другим течениям внутри ислама. Именно для их акций характерна та "религиозная составляющая", которая прослеживается в московской трагедии. Достаточно вспомнить теракты во время джума-намаза или шиитских праздников в Иране и Пакистане. Никакой иной логики – экономической и политической - в этих терактах нет. А вот в принципы воинствующего исламизма это вкладывается полностью. Ведь пока разного рода мусульманские деятели рассыпаются в уверениях, что террористы - не мусульмане, салафитские улемы разрабатывают своеобразное богословие терроризма, в котором столь же аргументированно обосновано соответствие исламу подобного рода деятельности. Как Вам, например, такой принцип, как "оценка действия по нияту" (намерению, с которым оно совершается), сформулированный в одной из салафитских фетв? При широком толковании "благого намерения" можно оправдать и уничтожение всего мира.

Поэтому в признании того, что терроризм имеет свои предпосылки в девиантном понимании ислама, нет ничего зазорного или неполиткорректного. Это что-то вроде объективного диагноза, который позволит успешнее справиться с болезнью, в том числе и здоровым резервам внутри самого больного организма. И мы не склонны утверждать, что носителем предпосылок к экстремизму и терроризму является религия ислама. Не ислам, а его понимание некоторыми носителями этой религии подпитывает экстремизм. Причем объективная историческая реальность складывается так, что этой "точки экстремума" не избежала ни одна религиозная группа. В более отдаленной истории можно говорить о католическом и иудейском экстремизме, ближе к нашим дням – о протестантском и сикхском. Сегодня ислам переживает эту болезненную и, наверное, неизбежную стадию. И поэтому мусульманскому сообществу и носителям этой религии нужно помочь пережить ее.

Ну, а что касается рассуждений о "приказе из Кремля", то они излишни. В нынешней ситуации не надо ничего приказывать. Достаточно просто где-то "не воспрепятствовать" и потом эффективно воспользоваться сложившейся ситуацией.

Валерий Емельянов,
для "Портала-Credo.Ru"


© Портал-Credo.Ru, 2002-2021. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]