Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Лев Регельсон. Трагедия Русской Церкви. Часть II. Даты и документы. Хронология. 1925 год.


1925

31 дек./13 янв.

Решение больного Патриарха Тихона переехать из Донского монастыря в клинику Бакунина.

Левитин и Шавров:

"Врачи настойчиво советовали Патриарху лечь в клинику для исследования. При этом они ссылались на то, что в Донском монастыре — в атмосфере вечной суматохи, среди несметных толп народа, от которых трудно было изолировать Патриарха, — невозможен ни полный отдых пациента, ни тщательное исследование его здоровья.

Раздавались, однако, и другие голоса. Так, известный специалист по болезням сердца, проф. Плетнев, категорически настаивал, чтобы Патриарх не ехал в больницу. В связи с этим разыгрался драматический эпизод: когда 13 января 1925 года Патриарх, утомленный и издерганный непрерывной суетой, все же решил переехать в клинику доктора Бакунина на Остоженке — профессор упал на колени перед кроватью Патриарха: "Ваше Святейшество! Не соглашайтесь на больницу, — со слезами на глазах воскликнул профессор, — неизвестно, в чьи руки вы попадете!" "Да, но вы же там будете, профессор". "И все мы будем около Святейшего", — сказал митрополит Петр. Святейший молча кивнул головой. В тот же вечер он переехал в прекрасно оборудованное помещение в клинике Бакунина (Остоженка, 19). Это было одно из первоклассных медицинских учреждений Москвы и одна из немногих частных больниц, еще оставшихся в годы НЭПа".

15/28 февр.?

Обращение Патриарха Тихона в НКВД с ходатайством о регистрации Патриаршего Св. Синода.

"В целях благоустроения церковной жизни и для управления Русской Православной Церковью Я неоднократно входил с ходатайством в подлежащие Гражданские Учреждения о регистрации при мне Священного Синода.

И ныне, в тех же целях, Я намерен организовать, как исполнительный при мне орган, Священный Синод, в состав которого временно, впредь до созыва, на что будет испрошено разрешение Советской власти, Всероссийского Собора и до избрания последним как исполнительного органа, так и членов оного, имеют войти следующие лица: Я, как Патриарх и Председатель; 2) Нижегородский митрополит Сергий (Страгородский); 3) Уральский митрополит Тихон (Оболенский); 4) Тверской митрополит Серафим (Александров); 5) Крутицкий митрополит Петр (Полянский); 6) Херсонский епископ Прокопий (Титов); 7) временно управляющий Самарской епархией епископ Мелитопольский Сергий (Зверев).

Прилагая, по установленной форме, в 3-х экземплярах список указанных членов имеющего быть Священного Синода, на основании инструкции ВЦИК от 28.7(10.8) 1922 г. (С.У. 1922 г., № 4, стр. 623) и согласно § 9 инструкции НКЮ и НКВД от 14(27) апреля 1923 г., прошу зарегистрировать Священный при мне Синод, в качестве исполнительного органа, и членов оного, выдав должную о сем бумагу".

(Примеч. составителя: в указанных установлениях советской власти имеется в виду регистрация исполнит, органа религиозного общества или съездов таких обществ. Временная регистрация исполнит, органа до съезда (Собора) инструкциями не предусмотрена).

ЧС-1

23 февр./8 марта

Публикации в обновленческом "Вестнике Св. Синода".

1. Заявление архим. Василия Димопуло обновленческому Синоду о высылке Всел. Патр. Константина IV из Константинополя "по проискам карловчан" в связи с готовящимся Вселенским Собором. Просьба к обновленцам ходатайствовать перед Советской властью о защите Всел. Патриарха, "который ясно показал своими действиями свое расположение к Советской власти".

2. Решение обновленческого Синода обратиться с прошением к Советской власти о представлении Турции по поводу возвращения Всел. Патриарха в Константинополь.

3. Телеграмма обновленческого Синода Константину IV с приглашением прибыть в Москву до улаживания дела.

ВСС, 1925, № 1

31 янв./13 февр.

Избрание Всероссийским совещанием клира и мирян (обновленческим) Предсоборной Комиссии для подготовки к Вселенскому Собору.

ВСС, 1925, № 1

23 февр./8 марта

Публикация обновленческого Синода по поводу назначенного на день Св. Пятидесятницы 1925 г. Вселенского Собора в Иерусалиме.

ВСС, 1925, № 1

23 февр./8 марта

Публикация принятой Константинопольским Патриархом и его Синодом программы работ Вселенского Собора (с подтверждающей подписью архим. Василия Димопуло).

ВВС, 1925 ,№ 1

23 февр./8 марта

Заметка митр. Александра Введенского по поводу объявленного Папой Пием XI "Святого года" (1925) с утверждением о "капиталистическом характере современного католицизма и его лжесвященства".

ВСС, 1925, № 1

9/22 марта

Слово Святейшего Патриарха Тихона при вручении архиерейского жезла новохиротонисанному епископу Гомельскому Тихону (Шарапову).

"Возлюбленный во Христе Собрат, Преосвященный епископ Тихон!

Приветствую тебя с благодатью Архиерейства. Промышлением Божиим твоя хиротония совпала с поклонением Кресту Господню и с памятью сорока мучеников и совершено в их св. храме, в день их страданий.

Все это как бы предуказывает, что предстоящий тебе путь Святительского служения в исключительно трудных условиях есть путь Крестный и Мученический.

И, может быть, твое сердце трепещет и смущается. Мужайся!

Благодать Святого Духа и сила крестная укрепят тебя. Взирай на твердость мучеников Христовых и их примером воодушевляйся на предстоящий тебе подвиг.

Приими из рук Моего недостоинства сей архипастырский жезл и да послужит он тебе опорою в предстоящих трудах. Взыди на сию священную высоту и преподай свое святительское благословение людям Божиим".

ЧС-1

26 марта/8 апр.

Из сообщения доктора Бакунина:

"Врачом Виноградовым была произведена у Тихона экстракция нескольких гнилых корешков из нижней челюсти. После удаления корней у больного появилось довольно обычное незначительное воспаление десны, распространившееся на соответствующую сторону глотки до миндалевидной железы. Был вызван специалист, доктор Генкин, который, хотя и не нашел ничего серьезного, все же, не желая брать на себя ответственность, настоял на консультации, состоявшейся накануне смерти в 10 часов вечера 7 апреля".

"Веч. Москва", 1925, 23 апр.

23 марта/5 апр.

Слово Святейшего Патриарха Тихона при вручении архиерейского жезла новохиротонисанному епископу Сергию (Никольскому).

"...Архиерейство — великая честь, но с ним связаны и великие страдания. Через страдания же — к небесной славе!.."

Сб. док.

24 марта/6 апр.

Послание Святейшего Патриарха Тихона о пределах канонической юрисдикции Варшавского митрополита.

Докл. о полъск. автокеф.
Рук. 1919-1926

25 марта/7 апр.

Послание Патриарха Тихона к Церкви (т. н. предсмертное "Завещание").

Версия Левитина и Шаврова о происхождении послания:

"...Митрополит Петр имел несколько встреч с Тучковым. Беседы касались юридического положения "тихоновской церкви". Каждого из собеседников тревожило свое. В это время одной из главных забот Советского правительства было налаживание дипломатических и торговых связей с Англией — лейбористская партия, в 1924 году пробывшая в течение нескольких месяцев у власти, и английские тред-юнионы были главной опорой СССР в его надеждах... М. П. Томский, приехавший в Англию в качестве гостя профсоюзных деятелей и много раз выступавший на рабочих митингах, стал, однако, объектом очень неприятных демонстраций. Представителю советских профсоюзов пришлось выслушать много неприятных вопросов относительно положения Церкви в СССР, немало вопросов касалось Патриарха Тихона.

"Оздоровление атмосферы" — было главной заботой Е. А. Тучкова. Митр. Петр говорил об открытии Духовной Академии, о преподавании Закона Божия детям, о нормализации положения духовенства. В конце концов был выработан проект патриаршего воззвания, в котором глава Русской Церкви должен был в самой категорической форме отмежеваться от всех антисоветских происков и осудить эмигрантское духовенство. В то же время, в воззвании должны быть сформулированы основные требования Церкви. Митр. Петр, которому предстояло выработать документ, очутился перед трудной задачей: "просоветская" часть документа вызывала возражения Патриарха, а Патриарх Тихон, мягкий по характеру, больной и слабый, умел в известных случаях становиться непреклонным. С другой стороны, "требования Церкви" вызывали бурный протест со стороны Е. А. Тучкова. Предстояло соединить несоединимое — сблизить точку зрения Патриарха Тихона с точкой зрения Тучкова.

К концу марта 1925 года документ был выработан. Однако Патриарх Тихон все время откладывал его подписание.

Наконец, в праздник Благовещения митрополит Петр после литургии (Патриарх Тихон в этот день служить не мог) настойчиво потребовал от Патриарха подписания воззвания. Колебания Патриарха продолжались... Однако железная воля митрополита Крутицкого одержала верх: митрополит заявил, что это воззвание является единственной приемлемой платформой для взаимоотношений Церкви и государства, что отказ Патриарха от подписи будет воспринят как враждебная демонстрация, что он, митрополит Петр, вынужден в таком случае снять с себя всякую ответственность за последствия и просить уволить его на покой. Лишь под вечер Патриарх дрожащей рукой поставил неровную подпись под Воззванием (автограф был впоследствии опубликован в "Правде" и "Известиях")".

Оценка Р. Реслером результатов анализа вопроса о подлинности или подложности "Завещания":

"Мы считаем, что вопрос о подлинности можно решить лишь оценивая всё Завещание в целом. Мы полагаем, что привели достаточно доказательств тому, что в нем нет ни одного момента, который не присутствовал бы в прежних воззваниях Тихона и который на деле представлял бы собою конфликт с религиозными и церковными принципами. Высказанные в литературе подозрения, будто Завещание "противоречит всей предшествовавшей деятельности Патриарха", представляется нам, после анализа патриарших посланий за 1923 год, лишенным всякого основания. Лишь немногие авторы уделили до сих пор этим документам должное внимание; к сожалению, и Кертис в своем богатом материалами сборнике забыл поставить их в последовательный ряд от заявления о покаянии и лояльности до Завещания.

...Мы не отрицаем, что Завещание — в соответствии с условиями жизни в Советском Союзе — является до известной степени документом вынужденным. При менее сильном давлении ГПУ Тихон несомненно смягчил бы некоторые формулировки. Но если сравнить Завещание по форме и содержанию с восхваляющими советскую власть постановлениями раскольников, то даже взятые под подозрение места кажутся весьма умеренными — и потому подлинными. В отличие от обновленцев всех мастей, Патриарх Тихон не пошел на столь же поверхностную, сколь и соглашательскую идентификацию целей советской власти и идеалов Православной Церкви..."

Примечание составителя.

Содержание послания было неприемлемо для православного сознания большинства верующих, и в народе утвердилось устойчивое мнение о подложности послания. Хотя это мнение формально является, по-видимому, ошибочным, однако мы полагаем, что православный народ таким образом выразил свой отказ сказать "Аминь" принятой из лучших побуждений, но ошибочной политической установке Патриарха Тихона и его ближайшего окружения после выхода из заключения. Патриарх Тихон, всегда чутко откликавшийся на соборный голос Церкви, на этот раз не успел исправить свою ошибку, как он это делал прежде (напр., в случаях с "новым стилем" и соглашением с Красницким). Реакция православного народа на действия Патриарха Тихона после его освобождения показывает, что, при всей безграничной любви и доверии к Святейшему, значительному числу верующих была ближе более последовательная позиция, близкая к позиции арх. Феодора (Поздеевского) и митр. Кирилла (Смирнова).

Это особенно убедительно выразилось в категорическом отказе церковного народа признать подлинность "Завещания", чем оказалась обесцененной вся тактика ГПУ — достаточно указать, что митр. Сергий ни разу не ссылается на этот, отвергнутый Церковью, документ в подтверждение своей политической установки при всей острой потребности для него в этой ссылке. Лишь с 1944 г. "Завещание" начинают цитировать — и оно уже не вызывает протеста в народном религиозном сознании, отравленном десятилетиями политической проповеди с церковного амвона.

Напомним, что Собор 1917-18 гг. отменил общеобязательную церковную политику и поэтому все политические высказывания Патриарха Тихона и других иерархов могут рассматриваться лишь как их частное мнение, хотя и высокоавторитетное, разделяемое многими верующими, но не общецерковное, не опознаваемое церковным сознанием как голос самой Церкви.

Текст Воззвания.

В редакцию газеты "Известия".

Гр. Редактор!

Просим не отказать поместить в газете "Известия" при сем прилагаемое воззвание Патриарха Тихона, подписанное им 25 марта (7 апреля) 1925 г.

Петр (Полянский), митрополит Крутицкий
Тихон (Оболенский), митрополит Уральский

1/14 апреля 1925 г.

"Божиею милостию, Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея Церкви Российския.

Благодать вам и мир от Господа и Спаса
нашего Иисуса Христа.

В годы великой гражданской разрухи, по воле Божией, без которой в мире ничто не совершается, во главе Русского государства стала Советская власть, принявшая на себя тяжелую обязанность — устранение жутких последствии кровопролитной войны и страшного голода.

Вступая в управление Русским государством, представители Советской власти еще в январе 1918 г. издали декрет о полной свободе граждан веровать во что угодно и по этой вере жить. Таким образом, принцип свободы совести, провозглашенный конституцией СССР, обеспечивает всякому религиозному обществу, и в том числе и нашей Православной Церкви, права и возможность жить и вести свои религиозные дела согласно требованиям своей веры, поскольку это не нарушает общественного порядка и прав других граждан. А поэтому мы в свое время в посланиях к архипастырям, к пастырям и пасомым всенародно признали новый порядок вещей и Рабоче-Крестьянскую власть народов, правительство коей искренне, приветствовали.

Пора понять верующим христианскую точку зрения, что "судьбы народов от Господа устрояются", и принять всё происшедшее как выражение воли Божией. Не погрешая против нашей веры и Церкви, не переделывая чего-либо в них, словом, не допуская никаких компромиссов или уступок в области веры, в гражданском отношении мы должны быть искренними по отношению к Советской власти и работе СССР на общее благо, сообразуя распорядок внешней церковной жизни и деятельности с новым государственным строем, осуждая сообщество с врагами Советской власти и явную или тайную агитацию против нее.

Вознося молитвы наши о ниспослании благословения Божия на труд народов, объединивших силы свои во имя общего блага, Мы призываем всех возлюбленных чад Богохранимой Церкви Российской в сие ответственное время строительства общего благосостояния народа слиться с Нами в горячей молитве ко Всевышнему о ниспослании помощи Рабоче-Крестьянской власти в ее трудах для общенародного блага. Призываем и церковно-приходские общины и особенно их исполнительные органы не допускать никаких поползновений неблагонамеренных людей в сторону антиправительственной деятельности, не питать надежд на возвращение монархического строя и убедиться в том, что Советская власть — действительно Народная Рабоче-Крестьянская власть, а потому прочная и непоколебимая. Мы призываем выбирать в церковно-приходские советы людей достойных, честных и преданных Православной Церкви, не политиканствующих и искренно расположенных к Советской власти. Деятельность Православных общин должна быть направлена не в сторону политиканства, совершенно чуждого Церкви Божией, а на укрепление веры Православной, ибо враги Святого Православия — сектанты, католики, протестанты, обновленцы, безбожники и им подобные— стремятся использовать всякий момент в жизни Православной Церкви во вред Ей. Враги Церкви прибегают ко всякого рода обманным действиям, понуждениям и даже подкупам в стремлении достигнуть своих целей. Достаточно посмотреть на происходящее в Польше, где из 350 находившихся там церквей и монастырей осталось всего лишь 50. Остальные же или закрыты, или обращены в костелы, не говоря уже о тех гонениях, каким подвергается там наше Православное духовенство.

Ныне Мы, милостию Божией оправившись от болезни, вступая снова на служение Церкви Божией, призываем вас, возлюбленные братья-архипастыри и пастыри, осудив еще раз всякое сопротивление власти, злонамеренные против нее умыш-ления, мятежи и всякую против нее вражду, разделить Наш труд по умиротворению паствы Нашей и благоустроению Церкви Божией.

В сознании лежащей на Нас обязанности блюсти чистоту жизни Церкви, первее всего ищущей спасения людей и осуществления в жизни вечных Божественных начал, Мы не можем не осуждать тех, кто в забвении Божьего, злоупотребляя своим церковным положением, отдается без меры человеческому, часто грубому политиканству, иногда носящему и преступный характер, и потому по долгу Первосвятительского служения Нашего благословляем открыть действия особой при Нас комиссии, возложив на нее обследование и, если понадобится, и отстранение в каноническом порядке от управления тех архипастырей и пастырей, кои упорствуют в своих заблуждениях и отказываются принести в них раскаяние перед Советской властью, предавая таковых суду Православного Собора.

Вместе с этим, с глубокой скорбью Мы должны отметить, что некоторые из сынов России, и даже архипастыри и пастыри, по разным причинам покинули Родину, занялись за границей деятельностью, к коей они не призваны и во всяком случае вредной для нашей Церкви. Пользуясь Нашим именем, Нашим авторитетом церковным, они создают там вредную и контрреволюционную деятельность. Мы решительно заявляем: у Нас нет с ними связи, как это утверждают враги Наши, они чужды Нам, Мы осуждаем их вредную деятельность. Они вольны в своих убеждениях, но они в самочинном порядке и вопреки канонам нашей Церкви действуют от Нашего имени и от имени Святой Церкви, прикрываясь заботами о Ее благе. Не благо принес Церкви и народу так называемый Карловацкий Собор, осуждение коего мы снова подтверждаем и считаем нужным твердо и определенно заявить, что всякие в этом роде попытки впредь вызовут с Нашей стороны крайние меры вплоть до запрещения священнослужения и предания суду Собора. Во избежание таких кар Мы призываем находящихся за границей архипастырей и пастырей прекратить свою политическую с врагами нашего народа деятельность и иметь мужество вернуться на Родину и сказать правду о себе и Церкви Божией.

Их деяния должны быть обследованы. Они должны дать ответ церковному Православному сознанию. Особой комиссии Мы поручаем обследовать деяния бежавших за границу архипастырей и пастырей и в особенности митрополитов: Антония (Храповицкого) — бывшего Киевского, Платона (Рождественского) — бывшего Одесского, а также и других, и дать деятельности их немедленную оценку. Их отказ подчиниться Нашему призыву вынудит Нас судить их заочно.

Наши враги, стремясь разлучить нас с возлюбленными чадами, вверенными Богом нам — пастырям, распространяют ложные слухи о том, что Мы на патриаршем посту не свободны в распоряжении словом Нашим и далее совестью, что Мы засилены мнимыми врагами народа и лишены возможности общения с паствою нами ведомою. Мы объявляем за ложь и соблазн все измышления о несвободе нашей, поелику нет на земле власти, которая могла бы связать Нашу Святительскую совесть и Наше патриаршее слово. Небоязненно и с великим упованием взирая на грядущие пути Святого Православия, Мы смиренно просим вас, возлюбленные чада Наши, блюсти дело Божие, да ничтоже успеют сыны беззакония.

Призывая на архипастырей, пастырей и верных Нам чад благословение Божие, молим вас со спокойной совестью, без боязни погрешить против Святой веры, подчиниться Советской власти не за страх, а за совесть, памятуя слова Апостола: "Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога, — существующие же власти от Бога установлены" (Рим. XIII,1).

Вместе с этим Мы выражаем твердую уверенность, что установка чистых, искренних отношений побудит нашу власть относиться к нам с полным доверием, даст Нам возможность преподать детям Наших пасомых закон Божий, иметь богословские школы для подготовки пастырей, издавать в защиту Православной веры книги и журналы.

Всех же вас да укрепит Господь в преданности Святой Православной вере, Церкви и Ее иерархии.

Патриарх Тихон.
Москва, Донской монастырь.

25 марта (7 апреля) 1925.

1. Известия, 1925, №86
Левитин, т. 2
3. Реслер

25 марта/7 апр.

Кончина Святейшего Патриарха Тихона.

Из рукописи протоиерея Н. "Кончина и погребение Патриарха Тихона".

"...Часов около 10 вечера Святейший потребовал умыться и, с необычайной для него строгостью, "серьезным тоном", к которому я не привык", — рассказывал его келейник (Константин Пашкевич), сказал: "Теперь я усну... крепко и надолго. Ночь будет длинная, темная, темная".

...Минута проходила за минутой. Святейший лежал с закрытыми глазами. После маленького забытья Святейший открыл глаза и спросил:

— Который час?

— Без четверти двенадцать.

— Ну, слава Богу, — сказал Святейший, точно только этого часа он и ждал, и стал креститься.

— Слава Тебе, Господи! — сказал он и перекрестился.

— Слава Тебе, Господи! — повторил он и снова перекрестился.

— Слава Тебе, Господи! — сказал он и занес руку для третьего крестного знамения...

Патриарх всея России, новый священномученик за веру Православную и Русскую Церковь, тихо отошел ко Господу".

Левитин и Шавров:

"Почему умер Патриарх Тихон?" — этот вопрос шепотком, вполголоса, во весь голос, задавали на похоронах Патриарха...

И до сих пор этот вопрос повторяется почти всеми церковными людьми, как только заходит речь о смерти Патриарха Тихона. Этот вопрос имеет в устах огромного количества людей вполне определенный смысл: те, кто спрашивают, подразумевают ответ: Патриарх Тихон умер не естественной смертью, отравленный злоумышленными врачами.

По долгу добросовестных историков мы задавали этот вопрос многим компетентным людям. Ни один не мог ответить ничего определенного. В свое время отец одного из авторов (старшего по возрасту) — беспартийный человек, но ответственный работник, занимавший в 1920-х годах крупный пост в Петрограде, обратился с этим вопросом к Злате Иовне Лилиной, старому члену партии.

"Захотели разобраться в такой кровавой каше, которую представляет собой ГПУ", — ответила Лилина.

И в настоящее время трудно ответить что-нибудь определенное. Все обстоятельства смерти Патриарха вполне соответствуют тому, как умирают престарелые, больные люди. Однако ряд загадочных совпадений наводит на размышления. В тот момент, когда Церковь консолидировалась вокруг Патриарха, а обновленчество очутилось перед полным крахом, единственное, что смогло бы "спасти положение" — это устранение единственной объединяющей Церковь фигуры...

"Нам нужен новый раскол в тихоновщине", — категорически заявил Е. А. Тучков епископу Борису в декабре 1925 года — во время появления так называемой "григорьевщины".

Но этот раскол был совершенно немыслим и невозможен при наличии Патриарха. Для того, чтобы добиться разброда в Церкви и навязать ей "легализацию", т. е. фактически подконтроль-ность, пришлось устранить митрополита Петра. Однако то, что оказалось возможным по отношению к митрополиту Петру, было совершенно невозможно по отношению к Патриарху: новый арест Патриарха возбудил бы такое негодование во всем мире, которое очень затруднило бы международное признание Советского правительства..."

1. ЧС-1
2. Левитин, т. 3

26 марта/8 апреля

Посещение обновленческой Моск. Дух. Академии американским методическим епископом Нюльсеном, выступившим с речью и передавшим приветствие от Блейка.

ВСС, 1925, № 3

28—30 марта/10—12 апреля

Прощание народа со Святейшим. Торжественные панихиды у гроба.

Протоиерей Н. о Патриархе Тихоне:

"Я не скажу, чтобы первою мыслью была забота о судьбе Российской Церкви, кормчий которой, опытный и мудрый, которому все верили, которого любили все верные и на которого с таким ожесточением напали враги, навеки закрыл свои очи, так ласково смотревшие на всякого, обращавшегося к нему, сомкнул уста, умевшие тепло сказать слово утешения, так твердо и авторитетно слово правды и так неподражаемо остроумно обмолвиться шуткою, иногда настолько загадочно-глубокой, что не все сразу понимали, что хочет сказать этот ласково улыбающийся старец, именно как человек, как живая обаятельная личность.

Не напрасно носил он титул "Святейшего". Это был действительно "Патриарх", "Отец отцов". Год тому назад я видел Святейшего, окруженного более чем 20-ю епископами, среди которых были не только молодые, но и люди почтенного возраста, как митрополиты Петр (Полянский), Серафим (Александров) и др. Казалось, я вижу доброго-доброго старика-отца, окруженного родными детьми, живущими в разных городах нашей обширной Родины и съехавшимися на его именины. Каждый имеет свои заботы, свои огорчения, печать которых еще лежит на их задумчивых лицах. Но вот появляется Отец — ласково треплет по плечу одного, обнимает другого, улыбается третьему, скажет ласковое слово четвертому, и заметно, как разглаживаются скорбные морщины на старческом лице седого, угрюмого архиепископа, повеселело на сердце у молодого викария, просветлело лицо старика-митрополита, восторженно смотрит в глаза старика-Патриарха молодой ученый епископ. И теперь этого отца не стало... Осиротели епископы, осиротело духовенство, сиротой стал Православный русский народ, вдовой — Русская Православная Церковь.

...Во весь свой богатырский (физически и духовно) рост вставал почивший Первосвятитель... После падения самодержавия Святейший Патриарх Тихон вступил на патриарший престол, вдовствовавший боле 200 лет, не ожидая для себя ничего, кроме тернового венца, но он шел на этот подвиг, так как туда звал его Христос, так как этого требовало благо Церкви. Отбросив всякие мирские соображения, всю "мирскую мудрость", он руководился только верою во Христа Иисуса, и пламенея любовью Христовой, он видел только измученных и нравственно и физически людей, часто растерявших даже веру, и во всех, от мала до велика, прозревал живые души. Для него было все равно — кто перед ним: бывший генерал, бывший дворянин, крестьянин или рабочий. Ни в старое, ни в новое время, ни до, ни после революции — он не был заражен модною болезнью — различать людей по их социальному положению: он видел во всех образ Божий и любил и жалел их. Вот чем объясняется его безграничная ласка к людям. Если билось в них верующее сердце, душа, ищущая Бога — он принимал всех, как отец блудных сынов, и заколал для них тельца упитанного, хотя знал и видел, что недовольство известных кругов против него растет. Но он не обращал на это внимания и делал дело Божие. Когда же окружавшие его, как ученики Господни в саду Гефсиманском, испугались приведенной Иудой-предателем спиры и разбежались, он остался один, но ни минуты не поколебался ответить: "Да, я — Святейший Патриарх Московский и всея России". Это было не только красиво, это была великая победа Духа, победа веры. Вся Русь дрогнула и началось великое собирание церковных сил, возвращение к соборности..."

Из слова митр. Сергия (Страгородского) на литии (по памяти записано протоиереем Н.):

"...Его святительская деятельность и до избрания в Патриархи никогда не сопровождалась внешним блеском. Его личность не была заметна. Казалось, что он не имел никаких особенных дарований, которыми мог бы блистать. Как будто даже ничего не делал. Не делал, но его деятельность всегда была плодотворна по своим результатам; не делал... но при нем какой-то маленький приход превратился в Американскую Православную Церковь. То же было и в Литве, и в Ярославле, где последовательно служил Святейший в сане архиепископа. То же повторилось и здесь. Казалось, что он ничего не делал, но тот факт, что вы собрались здесь, Православные, есть дело рук Святейшего. Он на себе одном нес всю тяжесть Церкви в последние годы. Им мы живем, движемся и существуем как Православные люди. По своему характеру почивший святитель отличался величайшей благожелательностью, незлобивостью и добротой. Он всегда одинаково был верен себе: и на школьной скамье, и на пастырской и архипастырской ниве, вплоть до занятия патриаршего престола.

Он имел особенную широту взгляда, способен был понимать каждого и всех простить. А мы, очень часто, его не понимали, очень много и еще больше огорчали его своим непониманием, непослушанием, отступничеством.

Один он безбоязненно шел прямым путем служения Христу и Его Церкви.

За что любил его Православный русский народ? Каким образом у почившего созрели такие высокие, редкие добродетели?

Любил Православный народ своего Патриарха потому, что он возрастил эти богатые добродетели на почве церковной при благодатной помощи Божией. "Свет Христов просвещает всех", говорит слово Божие, и этот свет Христов был тем светочем, который путеводил почившего во время его земной жизни.

Будем надеяться, что за высокие качества милосердия, снисходительности и ласки к людям Господь будет милостив к нему, предстоящему теперь перед Престолом Божиим".

Проф.-прот. Илья Громогласов:

"...Личная печаль о Великом Господине и отце нашем Святейшем Тихоне умеряется нашей верой, что упокоит Господь верного служителя Своего в селениях праведных. За загробную участь Святейшего Отца нашего Патриарха Тихона мы не беспокоимся. Мы верим и знаем, что он, как непостыдный делатель Церкви, будет стоять пред престолом Всевышнего и ходатайствовать "воздыханием неизглаголанным" о Церкви Русской, ангелом которой был среди нас. И мы верим, что Господь смилуется над Русской Православной Церковью, по молитвам Святейшего Отца нашего Патриарха Тихона".

Митрополит Петр (Полянский):

"Я не могу говорить, слезы душат меня...

Кого мы хороним? Кто предлежит нам? Кому собрались мы отдать последний долг?.. Мы хороним своего Отца Святейшего Патриарха Тихона.

Трудна была его жизнь. Тяжелый жребий выпал на долю его — править русскою Церковью в такое бурное время. Но он уже отошел ко Господу. Труды и подвиги его закончились: Он предстоит уже Престолу Божию, а за все время дальнейшего управления Русской Церковью ответ падет теперь на мои слабые плечи. Осиротели мы. Не стало у нас печальника и молитвенника, который для молодых был отцом, для взрослых мудрым наставником и руководителем, а для всех вообще — другом. Его обаятельная ласка простиралась и на меня, его ближайшего сотрудника.

Помолись же, Отец наш, за нас осиротелых. Помолись за паству твою, здесь собравшуюся, и за Церковь Российскую, столь тобою любимую. Вечная память тебе, закатившееся солнышко Церкви Русской!!"

Проф.-прот. В. Н. Страхов:

"Отче, Отче, Колесница Израилева и конница Его," — так взывал некогда пророк Елисей возносящемуся на небо пророку Илии. Такими же словами, с горьким чувством беспредельной скорби, в этот день взываем ко Господу мы, миллионы верующего русского народа, лишившегося своего Отца. Было ли это случайностью? В истории домостроительства Божия случайностей не бывает. Знает Господь, в какое время послать Аарона и Самуила, и в какое священника Ездру.

Так знал Господь, когда поставить кормчим Церкви Христовой и почившего Первосвятителя Святейшего Патриарха Тихона.

Время управления твоего было слишком бурно. Корабль церковный бросало волнами, и он, по временам, наклонялся то слишком вправо, то слишком влево, и многие недоумевали: что же все это значит? Дело объяснилось тем, что вся твоя церковная деятельность может быть охарактеризована словом "примирение".

Как бы поступил на твоем месте другой, что-либо сказать трудно, но ты сумел провести корабль церковный и сохранить его от потопления. В этом несомненная и величайшая твоя заслуга.

Что будет дальше, после тебя, со святою Церковью — сказать трудно, но я глубоко убежден, что Она, купленная не золотом и серебром, но драгоценною кровью Христа, не будет забыта.

Про себя же лично ты можешь сказать вместе со святым апостолом Павлом: "подвигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох". (2 Тим. 4,7).

И ты в своей жизни проявил и веру и любовь Христову. Поэтому мы твердо верим, что даст тебе Господь венец правды, какой Он обещал любящим Его.

Твоя личность была обаятельна и всегда цельна, одинакова, как на школьной скамье, среди товарищей, которые и тогда прозвали тебя Патриархом, так и во все последующее время.

С какой бы стороны будущий историк ни оценивал твою личность, ты всегда в его глазах будешь кристально чистым и нравственно светлым. На твоем имени нет ни единого пятнышка..."

Вариант: "...В этом подвиге служения примирению церковный корабль, руководимый почившим Патриархом, иногда наклонялся слишком налево или слишком направо. Люди церковно-сознательные в недоумении разводили руками, готовы были осудить своего Патриарха, заподозрить его в неверности и гибельном уклоне. Но время проходило, корабль выпрямился и среди бурь шел величаво-спокойным ходом к цели Христовой..."

Епископ Борис (Рукин):

"...Вспомните, как горячо, беззаветно любили вы его. И он вас тоже любил. Он отдал вам всю свою чистую душу. Каким победным, торжественным "Осанна" встречали вы его, нашего дорогого, любимого Святейшего. И знайте — за что вас я больше всего люблю. За две тысячи лет, со дня первого "Осанна" — вы многому, многому научились. И в самые опасные и страшные моменты жизни Святейшего, когда, казалось, все должны его оставить, вы ни разу не прокричали ему страшного "распни!" И за это одно я вас так люблю, так вас благодарю и земно кланяюсь. Вы, мои дорогие, возлюбленная паства Святейшего, оказались на высоте. Вы достойны уважения и теперь напутствуйте дорогого Святейшего миром, окружите гроб его благоуханием молитвы вашей, проводите его так благоговейно к месту его последнего успокоения. В этот день праздника нашего пропойте ему, нашему незабвенному Святейшему, последнее "Осанна". Мы споем ему такое торжественное, победное "Осанна". Это будет наш последний горячий привет.

— Осанна! Благословен грядый во имя Господне!"

Прот. Валентин Свенцицкий (слово в храме 26 марта/8 апреля):

"...Господь указал Тихону быть Российским Патриархом. Чем же был он для Русской Церкви?

Он был ее совестью.

В эпоху всеобщего распада, всеобщей лжи, всеобщего предательства, продажности, отступничества — был человек, которому верил каждый, о котором каждый знал, что этот человек не продаст правды. Вот чувство, которое было в сердце каждого из нас. Пред Престолом Российской Церкви горела белая свеча. У него не было ничего личного, ничего мелкого, своего — для него Церковь была все.

Вот что объединяло паству в тяжелые годы потрясений. После трех лет недавно я вновь увидел Патриарха. Отворилась дверь. Я вошел в приемную. Трепет прошел по моему сердцу. Я увидел перед собой икону, живого угодника Божия, как изображает их Церковь на иконах. Это был образ слова, жития, любви, духа, веры, чистоты. Никакая клевета и никакая ложь, никакая злоба не могла отнять у верующих этой уверенности в духовном величии Патриарха.

...Так ясно почувствовалось, что здесь Христос, что в этой смиренной, в этой уничиженной обстановке своей великий наш Патриарх — со Христом.

Тяжкие потрясения ожидают Православную Церковь и многие соблазны: будет усиление лжи и беззакония. Но ложь не станет правдой оттого, что ее станет повторять большинство. Черное не станет белым оттого, что многие это черное станут признавать за белое...

Не внешнее страшно нам, а внутреннее. Страшно наше собственное духовное состояние — особенно, когда между нами идут распри, когда нет единства в среде самих Православных христиан.

Мы будем молиться за Святейшего Патриарха Тихона о упокоении души его. Но в то же время мы будем чувствовать, что и там, у престола Всевышнего, все также соблюдает он Российскую Православную Церковь. Ради его предстательства пощадит Господь Православную паству. Лишь бы мы-то остались верными Православию!.."

Архиепископ Иоанн (Поммэр). Слово в Рижском кафедральном Соборе 30.3/12.4 1925 г.

"...Едва ли на всем протяжении истории Русской Православной Церкви было имя в такой мере приковывавшее внимание всего христианского мира, как имя безвременно погибшего Патриарха Тихона. На протяжении семи с половиной лет патриаршествования это имя было самым дорогим именем не только для русского народа — весь христианский мир трепетно следил за ходом исповеднических и мученических подвигов Московского Патриарха Тихона, восхищался им, благословлял его, молился за него.

Его имя стало всемирным знаменем христианской идеи и христианского единства...

Размер церковного поминального слова не позволит подробно объять воспоминанием всю жизнь и дела почившего, исчерпать весь тот богатейший материал, который дают нам его личность и подвиги; это сделает история, над этим потрудится благодарное потомство по вере. Потомство по вере воздвигнет ему памятник, достойный его подвигов...

...Подобно св. Филиппу и св. Гермогену, в тяжелую для родины годину Патриарх должен был осветить народу текущие события с церковной точки зрения, и он этот долг исполнил. Значение этих посланий громадно: ими раз навсегда установлено в среде Православных народных масс определенное мнение о наличной власти, как власти безбожной, достойной анафемы, и этого мнения не рассеять ни прямым представителям третьего интернационала, ни их жалким наемникам. Мы твердо уверены, что за эти послания и всю совокупность его национальнополитических деяний не только мудрый град Ярослава Мудрого, но и вся Россия признает его своим почетным гражданином...

С прошлого года время от времени стали появляться в печати сообщения о тяжких недугах Патриарха. Появилось сообщение, что Патриарха постиг удар. Потом этот "удар" повторили еще и еще. Потом появилось сообщение о почечном заболевании. Чуялось, что эти настойчивые сообщения подготовляют общественное сознание к чему-то роковому.

...Создалось впечатление неясности и таинственности обстоятельств смерти Патриарха. Определенно, даже в печати, стали раздаваться голоса, что смерть Патриарха мученическая. Жил исповедником, умер мучеником... И эта молва все более и более утверждается в общественном сознании, и нам кажется, что она утвердилась уже в народном сознании настолько прочно, что никаким официальным опровержениям и разъяснениям не побороть ее.

Семь лет исповеднической церковной работы и героической национально-политической работы сделали Патриарха любимым народным героем...

Он будет жить в памяти народной вовеки ...он будет и по смерти продолжать руководяще влиять на сознание и жизнь родного народа в роды родов.

...Жестокие поработители, кровожадные мучители и истязатели на примере безвременно-погибшего Святейшего Патриарха Тихона еще раз изведают истинность проречения, некогда обращенного святителем Филиппом к грубому Малюте Скуратову и его кровожадному повелителю: "Мертвый, я буду для вас еще страшней, для истязуемого народа еще милей, чем живой". ("Вера и жизнь", № 5-6, Рига, 1925).

Проф.-прот. С. Булгаков (14/27 апреля 1925 г., Прага).

"...Дело и страдания Патриарха Тихона столь огромны, столь единственны в своем роде, что ускользают от холодного и равнодушного взгляда. Сними обувь твою с ног твоих; ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. Слова изнемогают и отказываются служить, присутствуя при этом Гефсиманском борении и видя этот Голгофский путь, и только любовь и благодарность стремятся излить себя в словах.

Лишь немногие лица в Церкви столь трагичны в своей земной судьбе и в то же время столь явно отмечены особым помазанием божественного избранничества. Век, слабый верой, ищет знамений, но знамения не дадутся тем, кто не хочет видеть или слышать. Но для тех, кто имеет глаза и уши, наше время полно великих чудес, и из этих знамений и чудес одним из самых поразительных, как великая милость Божия к Русской Церкви в дни гонений и горя, был Патриарх Тихон.

...Когда из трех кандидатов, намеченных Московским Собором, жребий, брошенный перед иконой Владимирской Божией Матери, указал одного, — все с радостным облегчением увидели перед собой ясного и кроткого, благостного и смиренного Тихона. И все, вне зависимости от того, желали они восстановления Патриаршества, или боролись против него, приняли и полюбили Святейшего Тихона. И это наименование "Святейший", столь долго не бывшее в употреблении, стало привычным и дорогим, как бы собственным именем нового Патриарха. Личность Патриарха Тихона, казалось, заключала в себе все те черты, которые особенно присущи Православию и русскому старчеству в особенности: смирение духа с полным отсутствием личных претензий или гордости, кротость, голубиная чистота вместе с детской ясностью и радостью о Господе... Эта кротость была не только даром природы, но духовным плодом мира и радости о Духе Святе, так же, как и его удивительная способность защищать себя веселой шуткой или добродушным смехом в то время, как большинство людей были бы полны обиды и негодования, есть та детская простота, обладание которой необходимо, чтобы войти в Царство Небесное. Здесь мы имеем высшую мудрость любви, которая не имеет своего и не радуется неправде, но сорадуется Истине, которая все переносит, всему верит, на все надеется. И этот дар дарован был Божиею Матерью Своему избраннику, посланному на великие испытания. Вот почему одно существование Патриарха уже исполняло людей радостью и утешением; сердца смягчались и улыбка появлялась на губах в то время, когда людям вообще не легко быть радостными. С самого начала Собор и народ любили своего Отца. Здесь осуществилось то отношение между Пастырем и пасомыми, которое характерно для Православной Церкви, отношение не страха или строгой дисциплины, но отношения любви — любви в послушании и послушания в любви.

...Кормчий Русской Церкви встал за руль в тот самый момент, когда разразился ураган, разрывая паруса и ломая мачты. Черные тучи антихристова гонения за веру уже заволакивали небо, когда Патриарх, неся в руке жезл Святителя Петра, митрополита Московского, взошел на древний Престол. В это время не место было неведению или легкомыслию. Только глядя прямо в лицо свирепого и безжалостного врага, только с полным самообладанием и полной готовностью принести себя в жертву было возможно взойти на Престол Патриархов... Умереть прежде смерти, осуществить Гефсиманское самоотречение: "Да будет воля Твоя!" Жертва должна покорно покориться принесению себя в жертву, как и пророк сказал, предзря Жертву из жертв — Сына Божия, распятого за грехи мира: "Как овца веден Он был на заклание и как агнец перед стригущими Его безгласен". Образ этого Агнца запечатлелся на Святейшем Тихоне с первых дней его служения...

...То, что произошло в нем, — смерть еще до смерти, прохождение через огонь жертвенного очищения, — оставило неизгладимые черты на его духе; он был закален и вырос духовно, как никто другой. То была особая царственная свобода с полным отсутствием страха за свою судьбу. Каждый ощущал радость в присутствии Патриарха, т. к. он не знал страха, хотя и был окружен постоянной грозящей опасностью. Даже мужественные сердца подчас испытывали тайный страх, но он оставался ясным и светлым, даже когда находился на волосок от смерти, потому что уже с первых дней палачи русского народа жаждали его крови. Я даже скажу больше: было ясно, что Патриарх даже стремился быть принесенным в жертву за свой народ, казалось, им руководит тайная мысль, что его смерть может быть выкупом за свободу народа. Но ему не было дано стать мучеником в эти первые бурные месяцы. Его уделом был не короткий и блаженный момент мученичества, но долгий и суровый Крест исповедничества вместе с подавляющим и невыразимым бременем ответственности, явно превышающей силы слабой природы человека...

В первые месяцы после восстановления Патриаршества происходило множество печальных заупокойных служб, оглашаемых слезами и криками страдальцев, которым не было возможности помочь. В то же время началось истребление духовенства в его как высших, так и низших рядах, и разлился поток безбожия и разврата, заставлявший вспоминать допотопное человечество...

Несомненно, Патриарх не мог изменить своего отношения к духу безбожия и антихристианства в советском правительстве. В начале своего правления он осудил этот дух перед лицом всего мира, и он никогда не отрекался от этого осуждения, да и не мог отречься. В первые годы, когда никто не верил, что эта чудовищная и неестественная форма правления будет долговременной, Патриарх был готов принести в жертву свою жизнь за освобождение страны. Но когда длительный и хронический характер этой болезни русского государства (которая есть также болезнь и русского духа) стал очевидным, он понял необходимость учитывать это обстоятельство и подчиниться фактам, подобно тому, как ранние христиане подчинились факту правления Нерона. И это тем более, что его внимание было теперь сосредоточено на борьбе с "Живой Церковью". Это необходимое сужение фронта нашло выражение в известном примирительном заявлении по отношению к Советской власти. И так как мы не в состоянии отличить правду от лжи в этом царстве лжи и подлогов, то благоразумнее судить не по самому тексту документа, опубликованного от имени Патриарха, но по общему направлению событий. Эти уступки Патриарха мы должны рассматривать, как его последнее пастырское самопожертвование для благополучия своего духовного стада: вместо венца мученичества, бесчестие и унижение мира с теми, кому на время было дозволено мучить нашу страну. Будем откровенны: в другом человеке такое поведение было бы предосудительным, но исходя от Патриарха, оно было новым самопожертвованием, добровольным самоуничижением во Христе. Именно так оно было воспринято народом в его неизменной любви: любовь все переносит, всему верит, на все надеется, все терпит (I Кор. 13).

...Патриарх был ангелом Русской Церкви в дни испытаний. Он был хранителем и стражем достоинства верховной власти и свободы Церкви. Он учил нас видеть в Ней высшую и абсолютную ценность, которая не может быть подчинена каким бы то ни было практическим соображениям, как бы высоки они ни были, подобно тому, как нельзя менять первородство на чечевичную похлебку. Его вдохновляла идея Церкви, чистой и непорочной. Патриарх был хранителем чистоты веры и неодолимости церковного здания, ограждая Церковь одновременно от националистических страстей и от социалистической демагогии...

...При начале нового высшего церковного управления в 1918 г., в то время, когда Патриарх и все члены Собора были в большой опасности за свою жизнь, — он открыл первое заседание словами: "Мы живем в радостное время, мы видим осуществление идей соборности..."

...Патриарх охранял Церковь от отождествления с белым движением, т. к. это движение не выражало желаний большинства народа, который не исцелился от болезни большевизма. Он охранял Церковь от слишком тесной связи с какой бы то ни было политической группировкой, как стало явно после Карловацкого Собора эмигрантских Церквей. Он охранял Церковь от поглощения зловещими элементами "Живой Церкви", которые стремились сделать Ее послушным орудием советского правительства. Борьба против "Живой Церкви" была борьбой за Церковь, за Ее достоинство и свободу, за чистоту непорочной Невесты Христовой.

...Опасность до сих пор продолжает существовать, т. к. из острой фазы она перешла в хроническую, а социалистическая фальсификация христианства будет продолжаться. Но главная волна разбилась. В открытой борьбе с Церковью "Живая Церковь" была побеждена, и Патриарх вышел победителем, сильный верой и доверием к народу, хотя и заключенный в тюрьме. Трудно предположить, как безнадежно было бы положение Русской Церкви, если бы злоба живоцерковного движения не разбилась бы об эту скалу.

В Патриархе Русская Церковь потеряла живой символ церковного единства, а русский народ — образ национального единства... Ныне Моисей отозван, не увидев обетованной земли, и его народ оставлен без вождя в пустыне. Кого-то воздвигнет Господь, чтобы занять его место?...

...Восшествие на Патриарший Престол было для Патриарха восшествием на Крест. Он был возведен в это высшее достоинство, чтобы Он мог нести Крест служения. Ныне он молится за народ страдающий и ослепленный, чтобы он стал верным, чтобы он смог сохранить в чистоте святое сокровище Православия, чтобы он мог возлюбить Бога более, чем свою собственную жизнь. Патриарх в узах во главе России, в узах стал светом мира. Никогда от начала истории Русская Церковь не была столь возвышена в своей Главе, как Она была возвышена в эти прискорбные дни испытаний. И во всем христианском мире нет имени, которое повторялось бы с таким уважением, как имя Главы Русской Церкви. Оно выполняет апостольское служение Вселенского Православия. Этот тихий и мягкий свет привлекает к себе и покоряет. И Патриарх выполняет всемирное дело проповеди Православия, он призывает всех к единству под его сень. И это его дело приносит и будет приносить духовные плоды, хотя и неведомые миру. Разве это не чудо Божией благодати к Русской Церкви, что Ей была дарована подобная духовная сила во всех Ее земных уничижениях!

И святое имя, которое венчает Ее в дни испытаний, есть имя мученика в Церкви, терпящей мучения, отца его недостойных детей, Святейшего Патриарха Тихона". ("Славянское Обозрение", (анг.), т. IV, № 10, Лондон, июнь 1925 г.).

ЧС-1

30 марта/12 апр.

Торжественное погребение Патриарха Тихона в Донском монастыре.

Оглашение завещания Патриарха о Местоблюстителе, согласно которому, ввиду отсутствия митр. Кирилла и митр. Агафангела, обязанности Патриаршего Местоблюстителя возлагаются на митр. Петра.

Подписание заключения о вступлении митр. Петра в должность Патриаршего Местоблюстителя 60 архиереями, прибывшими на погребение.

Послание митр. Петра о принятии на себя Патриарших прав и обязанностей, в соответствии с распоряжением Патриарха Тихона и "согласуясь с пониманием его веления Архипастырями Русской Церкви".

ЧС-1

29 марта/11 апр.

Обращение обновленческого Синода, по поводу смерти Патриарха Тихона, с призывом к объединению на предстоящем Соборе осенью 1925 г.

1. Известия, 1925, 15 апр.
2. ВСС, 1925, № 2

Весна 1925

Публикация статьи обновленца Н. Г. Попова "Москва или Иерусалим" в связи с предстоящим Вселенским Собором.

ВСС, 1925, № 2

1/14 апр.

Визит митр. Петра и митр. Тихона Уральского в газ. "Известия" для передачи последнего воззвания Патриарха Тихона.

Известия, 1925, 15 апр.

2/15 апр.

Опубликование в газ. "Известия" воззвания Св. Тихона и статьи А. И. Межова "По поводу тихоновского завещания".

Из статьи Межова:

"...Советская власть проявила великодушие, свойственное только сильным. Стоило Тихону отказаться от подстрекательства к активным контрреволюционным выступлениям, стоило ему заявить о своей лояльности по отношению к Советской власти, как судебное преследование против него было приостановлено...

...На Тихона несомненно произвела глубокое впечатление религиозная политика Советской власти...

...Завещание Тихона бьет прямо в лицо клевете, упорно распространяемой врагами русского народа, и вскрывает ее истинную цену. С этой точки зрения завещание Тихона будет иметь и международное значение, поскольку оно наносит сильнейший удар бессовестным сплетням продажных писак и продажных политиканов о мнимых насилиях Советской власти над совестью верующих и о несуществующих гонениях на религию..."

Известия, 1925, 15 апр.

Весна—лето

Категорический отказ митр. Петра и "тихоновских" архиереев от участия в переговорах с обновленцами и присутствия на их соборе.

Левитин, т. 3

Май

Попытка группы ленинградского духовенства во главе с о. Николаем Чуковым к примирению с обновленцами.

Митр. Мануил ("Словарь епископов", еп. Венедикт (Плотников):

"В период подготовки обновленческого собора 1925 г. среди ленинградского духовенства "выявилась левая группа тихоновцев" (Вест. Св. Син., 1926), склонная к примирению с обновленцами. Одним из возглавителей группы был о. Николай Чуков.

В одном из своих писем к еп. Венедикту (Плотникову) о. Николай Чуков писал, что позиция тихоновских епископов "не отвечает ни заветам Евангелия, ни урокам истории, ни требованиям церковной экономии. В этом отношении обновленцы идут далеко впереди нас и ради мира церковного становятся выше человеческого самолюбия". Себя и своих сторонников, представителей Богословских курсов, о. Николай называл людьми "просвещенных взглядов и широкого кругозора" и считал необходимым принять участие в подготовке к обновленческому собору. Еп. Венедикт ответил о. Николаю Чукову категорическим запрещением продолжать сношения с обновленцами, во избежание большой церковной беды".

митр. Мануил

15/28 июля

Послание Патриаршего Местоблюстителя митр. Петра против обновленчества в связи с готовящимся собором.

1. Сб. док.
2. "Воскр. чтение",
Варшава, 1926,
45
3. ВСС, 1926, № 6

27 авг./9 сент.

Послание Патриарха Антиохийского Григория IV против "Живой Церкви" (подлинность не выяснена).

ЧС-1
"Учение... о предании...",
Почаев, 1934

18—28 сент./1—10 окт.

"3-й Поместный Собор православных церквей на территории СССР" (2-й обновленческий собор). Состав — 106 архиереев, более 100 клириков, более 100 мирян.

ВСС, 1926, № 6(2)

18 сент./1 окт.

Введенский во вступительном докладе оглашает письмо обновленческого епископа Николая Соловья (Соловей послал это письмо также М. Калинину).

Этот провокационный документ послужил поводом для ареста митр. Петра и других тихоновских епископов.

Из письма Н. Соловья:

"...Мое преступление перед Святейшим Синодом заключается в следующем:

12 мая 1924 года, за четыре дня до моего отъезда за границу, я имел двухчасовое совещание с Патриархом Тихоном и Петром Крутицким. Патриарх Тихон дал мне собственноручно написанное письмо следующего содержания: 1) что я принят и возведен в сан архиепископа, 2) что Святая Церковь не может благословить великого князя Николая Николаевича, раз есть законный и прямой наследник престола — великий князь Кирилл. Распоряжение это он сделал на первом листе моего "чиновника", который был подклеен к переплету и заклеен другими двумя листами. Листы эти были для этой цели вклеены в "чиновник" как с передней, так и с задней стороны..."

Левитин и Шавров характеризуют Соловья как отъявленного авантюриста, которому никто не доверял.

О посылке Соловья за границу:

"...Евдоким предложил кандидатуру Соловья — его предполагалось послать в Уругвай (г. Монтевидео) с титулом Епископа всея Южныя Америки. В течение пяти месяцев кандидатура Николая Соловья внимательно "изучалась" соответствующими инстанциями. Наконец, в мае 1924 года епископ выехал в Южную Америку. Тучков смотрел на поездку Соловья, как на интересный эксперимент: епископ — агитатор за дружбу с Советским Союзом — это было новое, оригинальное и пикантное кушанье..."

Через два месяца Соловей выступил с заявлением черносотенного характера (Соловей — крещеный еврей Соловейчик), а еще через год — "раскаялся" и послал свое письмо с оговором Патриарха Тихона и митр. Петра.

Левитин, т. 3

26 сент./9 окт.

Воззвание Обновленческого Собора.

По поводу обвинения в "самовольном захвате власти": "...Но ее (власть — Л. Р.) выпустил из рук покойный Патриарх Тихон, отказавшись до собора от управления церковью еще 5/18 мая 1922 года; выпустил из рук заместитель Патриарха, митрополит Агафангел, не предусмотрев указать себе заместителя. Помня завет Апостола, чтобы всё в церкви было благообразно и по чину, те, кто имел ревность Илиину, взял временно высшее церковное управление в свои руки с целью привести Церковь к Российскому Собору 1923 года".

Деян. III Пом. Собора,
стр. 30

2/15 ноября

Публикация в "Известиях" статьи Теляковского с угрозой в адрес митр. Петра.

Известия, 1925, 15 ноября

Ноябрь—декабрь

Переговоры Тучкова с митр. Петром об условиях легализации.

Дейбнер: "Эта легализация обещала облегчить бесправное положение Церкви, но требовала принятия митр. Петром (Полянским) ряда условий, как то: 1) издания декларации определенного содержания, 2) исключения из ряда управляющих — неугодных власти епископов, т. е. устранения их от церковной жизни, 3) осуждения заграничных епископов и 4) в дальнейшем определенного контакта в деятельности с правительством в лице Тучкова. За это обещалось официальное оформление Управлений и неприкосновенность тех епископов, кои будут назначены на епархии по соглашению с властью. Митр. Петр (Полянский) решительно отказался от предложенных ему условий..."

Левитин и Шавров: "...С самого начала митрополит Петр отказался говорить о легализации. Между тем, легализация Церкви была в это время главной заботой Тучкова.

Под "легализацией" тогда подразумевали "регистрацию" общин, архиереев и священнослужителей, т. е. фактически полновластное хозяйничанье в Церкви безбожников, которые могли налагать вето на любого священнослужителя, — словом, тот безобразный, антиконституционный и противоестественный порядок, который существует и в наши дни".

1. Дейбнер
2. Левитин, т. 3

Без даты

Посещение митр. Петра арх. Григорием, еп. Борисом и еп. Иннокентием с представлением в адрес митр. Петра по поводу взаимоотношений Церкви и государства.

1. Известия, 1926,
7 янв., № 5.
2. Посл. еп. Бориса Рукина
16.4.1926
ЧС-2

22 ноября/5 дек.

"Завещание" митр. Петра на случай его кончины — передача местоблюстительства митр. Кириллу или митр. Агафангелу, а при невозможности — митр. Арсению Новгородскому или митр. Сергию.

1. Польский, т. 2, стр. 289
2. ЧС-1

23 ноября/6 дек.

Распоряжение митр. Петра о своих временных заместителях на случай своего ареста — митр. Сергий, митр. Михаил, митр. Иосиф, с обязательным возношением за богослужением имени митр. Петра.

1. Сб. док
2. Снычев
3. ЖМП, 1931, № 1.

27 ноября/10 дек.

Арест митр. Петра.

1. Снычев
2. Шишкин, стр. 292

В те же дни

Арест иерархов, близких к митр. Петру и проживающих в Москве: арх. Николай Владимирский, Пахомий Черниговский, Прокопий Херсонский, Гурий Иркутский, епископы Парфений Ананьевский, Дамаскин Глуховской, Тихон Гомельский, Варсонофий Каргопольский и др.

1. ЧС-2
2. Дейбнер
3. Польский,
4. т. 1, стр. 138

1/14 дек.

Письмо митр. Сергия викарию Московской епархии еп. Гавриилу с просьбой уведомить архиереев о вступлении митр. Сергия в исполнение обязанностей Местоблюстителя по временному поручению митр. Петра.

Сб. док.

9/22 дек.

Совещание 10 григорианских епископов в Донском монастыре, создание ВВЦС, подписание "наказа" и послания.

1. Снычев
2. Шишкин, стр. 294
3. Известия, 7 янв., 1926

10/23 дек.

Передача материалов об учреждении ВВЦС на утверждение НКВД.

Там же


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования