Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
19 апреля 2006, 15:32 Распечатать

МОНИТОРИНГ СМИ: Урок для митрополита. Обращение Леонида Гозмана к митрополиту Кириллу оказалось единственной официальной реакцией со стороны российских политиков на беспрецедентную декларацию высокого церковного чиновника


Открытое обращение заместителя председателя Политсовета СПС Леонида Гозмана к митрополиту Смоленскому и Калининградскому Кириллу оказалось единственной официальной реакцией со стороны российских политиков на беспрецедентную декларацию высокого церковного чиновника на Всемирном Русском Народном Соборе (ВРНС). Сейчас пока невозможно предположить, какое развитие получит, да и получит ли вообще, эта инициатива. Однако, то, что идеолог правых совершил тот шаг, который подобало сделать кому-то из высокопоставленных представителей государственной власти, сомнений не вызывает. Поэтому молчание государственных мужей справедливо считать знаком согласия с открытым покушением клерикалов на обладание правом регламента в области конституционных норм государства. А заодно и нежеланием государства защищать интересы общества, которое оно именует гражданским.

В письме Леонида Гозмана, оперативно опубликованном информационными агентствами, вопросы, которые он предлагает к обсуждению, вполне конкретны и отвечают интересам всего общества, не зависимо от социальной и какой-либо иной ориентированности людей. Политик сразу замечает, что "не стал бы писать" представителю РПЦ, если бы громкая декларация митрополита была адресована "только своим прихожанам", а не "всей стране", подчеркивая, таким образом, невмешательство с его стороны во внутренние дела религиозного объединения.
Совершенно справедливо и замечание Гозмана о том, что "говоря о необходимости соотнесения поведения человека и законов государства с нравственными нормами", митрополит обходит проистекающий отсюда вопрос о том, кто же будет это определять. "По-видимому, Вы считаете, что это является естественной прерогативой Церкви, а фактически, ее иерархов, - пишет Гозман. Вопрос о нравственных ограничителях стоит и в либеральной традиции, только там это задача самого человека и тех, кто волею людей, а не церкви или государства, приобретают статус моральных авторитетов и личным примером показывают людям, как следует жить, для чего использовать данные им или завоеванные ими свободы. Для многих из нас таковыми были Андрей Сахаров и Дмитрий Лихачев, для кого-то – это Александр Солженицын, для кого-то, наверняка - иерархи РПЦ. Но в любом случае это личный выбор, директивы и самоназначения здесь неуместны".

С этого, собственно, и начинаются все многочисленные вопросы к корпорации РПЦ МП, которые касаются откровенности ее политической активности в стремлении получить влияние над всеми институтами светского государства и российского общества. Разумеется, всего множества этих вопросов ни Гозману, ни кому бы то ни было еще сформулировать в одном обращении невозможно. Тем более, что каждое из направлений, в котором по усердию крупнейшей религиозной организации страны отмечается развитие клерикалистских тенденции дробится на массу конкретных проблем, каждая из которых, в свою очередь, достойна отдельного и обширного обсуждения. Однако, ключевые вопросы от лица общества поставлены Леонидом Гозманом и корректно, и справедливо.

Прежде всего, это идеологическая работа по установлению абсолютного тождества между "народом России и российским государством с одной стороны" и исключительно паствой Русской Православной Церкви, с другой. Неверующему еврею Гозману, как он говорит, "трудно с этим согласиться". Впрочем, с таким тождеством трудно было бы согласиться и всем прочим гражданам - верующим и неверующим, в том числе православным христианам, не входящим в юрисдикцию Московской Патриархии, последовательно стремящейся к монополии на "религиозном рынке". Софистика, посредством которой митрополит смешал в своем памятном выступлении на ВРНС совершенно разнородные и разноуровневые понятия из области гражданского права и религиозно-нравственной доктрины Русской Православной Церкви, была вполне способна на некоторое время загипнотизировать непосредственных слушателей. Тем не менее, понятия прав человека и пристойности, понятия свободы (свободного выбора) и строгого соответствия нормам религиозной доктрины - никак не могут быть тождественны, так как относятся к разным материям. Результаты же гармоничного соответствия людей всем этим условиям вместе, оцениваются и вообще "третьей материей" - нормами законодательства.

Поэтому, если верующий или неверующий человек, осуществлением своих свобод наносит ущерб другим, то он обязан отвечать по закону. В частности, и по такому, который учитывает применение любого насилия, оправданного с религиозной или антирелигиозной точки зрения, что оговорено и в УК РФ. Именно против такого положения вещей и направлена инициатива, озвученная митрополитом Кириллом.
Актуализируя тему политической экспансии конкретной религиозной корпорации под предлогом проповеди ею религиозно-нравственных ценностей, Гозман, быть может, и сам того не подозревая, оказывает немалую услугу религии, как таковой. То есть, не тому, что принято иметь в виду под этим словом в его вульгарном смысле, когда религия связывается с блеском куполов, богатством религиозных учреждений и внешней обрядовой стороной, но совершенно другому. А именно, тому свойству "ре-лигио" (religio), которое связывает с ощущением Высшей ценности любого человека - крестьянина, ученого, православного или неверующего. Тех нравсотвееных ориентиров, которыми руководствуются в своем творчестве и ординарные люди, и гениальные. Однако, то обстоятельство, что ни митрополит Кирилл, ни РПЦ, вероятно, не горят особым желанием заниматься этой стороной человеческой и общенародной жизни, и заставило по всей видимости Гозмана попытаться восполнять этот досадный пробел. Что и делает он, кстати говоря, не без успеха.

Не скрывая своей личной антипатии к отдельным меньшинствам, политик разграничивает личное отношение и понятие о справедливости, которая предполагает право на место под солнцем для всех. С помощью двух контрастных примеров таких меньшинств, Гозман хорошо иллюстрируют не обязательность для всех маргиналов соответствия того, что они декларировать и что представляют собой в действительности. С одной стороны, это гей-сообщество, которое варится в условиях своей субкультуры и подвергается дискриминации, а с другой - православные экстремисты, которые безапелляционно диктуют другим свои условия, но закон на их хулиганства должным образом не реагирует. В данном случае, нельзя отказаться от признания принципиального сходства между православными, которые ломают выставочные инсталляции и мусульманскими фанатиками, жгущими автомобили и громящими магазины.

Нетрудно понять, что говорить обо всем этом в первую очередь полагалось бы не столько политику Леониду Гозману, сколько высокому церковному иерарху митрополиту Кириллу. Ведь, восприятие в наше бурное время той тонкой границы между теми состояниями, заканчивается человек разумный и человеческое общество, и начинается уже "нелюдь" - это из области нравственности. На которую, кстати, так много и упорно ссылался митрополит, как на сферу, входящую исключительно в компетенцию РПЦ.
Но отчего же тогда все, что декларировал владыка, по существу, прямо противоположно таким первостепенным христианским идеалам, как сочувствие, любовь, стремление к миру и правде? Чем сумел бы оправдать он не только былое сотрудничество своих коллег-иерархов с антихристианским и античеловечным режимом коммунистов, но и нынешние разрушительные для веры и церкви тенденции его религиозного ведомства? Если, конечно, подобное и вообще можно оправдать чем-либо с точки зрения религиозной нравственности...

Иными словами, может быть и грубо, но справедливо в применении к столь тонким материям выглядит выражение Ильфа и Петрова, подметившим, что иной раз и "яйцам приходится учить зарвавшуюся курицу". Но после даже той малой толики вопросов, возникающих к декларации от имени РПЦ, понятно, сколь низки шансы на принятие митрополитом приглашения к открытому обсуждению. Тем более, что тот факт, что политик уделил серьезное внимание процессу, в котором государством и РПЦ широко используется религиозный фактор, говорит о его высокой осведомленности о той области, где и определяются реально векторы политического манипулирования.

Михаил Ситников

"CIVITAS", 18 апреля 2006 г.


    В сюжете:

28 апреля 2006, 16:33  
МЫСЛИ: Евгений Ихлов. СОБОРНАЯ ГЕОПОЛИТИКА ИЛИ ЧИСТОСЕРДЕЧНОЕ ПРИЗНАНИЕ МИНИСТРА. Кремль только притворяется, что поддерживает современный миропорядок, формально даже председательствуя в "мировом правительстве"
25 апреля 2006, 15:46  
МОНИТОРИНГ СМИ: Свобода от греха. Митрополит Кирилл - об итогах X Всемирного русского народного Собора
19 апреля 2006, 15:32  
МОНИТОРИНГ СМИ: Урок для митрополита. Обращение Леонида Гозмана к митрополиту Кириллу оказалось единственной официальной реакцией со стороны российских политиков на беспрецедентную декларацию высокого церковного чиновника
18 апреля 2006, 19:00  
КОММЕНТАРИЙ ДНЯ: Духовный цейтнот в эпоху популизма. Политическая активность религиозных организаций возрастает в условиях дефицита духовных идеалов
18 апреля 2006, 14:24  
ДОКУМЕНТ: Открытое письмо заместителя председателя политсовета СПС Леонида Гозмана митрополиту Смоленскому и Калининградскому Кириллу с предложением обсудить роль Церкви и религии в современной России в прямом эфире
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования