Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
03 ноября 16:42Распечатать

Ирина Жаданова. СЛЕЗИНКА БАБУСИ. Новый фильм режиссера Лидии Бобровой призывает к покаянию, вызывает споры критиков и успешно путешествует по фестивалям


БАБУСЯ.


2003, Россия/Франция, цв., 97 мин.
Автор сценария Лидия Боброва.
Режиссер Лидия Боброва.
Оператор Валерий Ревич.
Художник Павел Новиков.
Звук Максим Беловолов.
Продюсер Андрей Зерцалов.
Сопродюсер Жан Бреа.
Производство Ленфильм, Министерство культуры РФ, при участии 3B Production, Avec la participation du Centre National, CNC (Франция).
В ролях Нина Шубина, Ольга Онищенко, Анна Овсянникова, Владимир Кулаков, Сергей Ануфриев.

.

.

.

.

.

.

.

.

Приз за лучшую женскую роль Анне Овсянниковой на OPКФ "Кинотавр" (2003).

Специальный приз жюри, призы международной ассоциации кинокритики (ФИПРЕССИ) и киноклубов на 38-м Международном кинофестивале в Карловых Варах (2003).

Гран-при на фестивале европейского кино во Франции (2003).

***

Российский фильм режиссера Лидии Бобровой "Бабуся", только что завоевавший Гран-при на фестивале европейского кино во Франции, отправился на 47-й Лондонский кинофестиваль, который проходит с 22 октября по 6 ноября в столице Великобритании.

Нельзя сказать, что во Францию "Бабуся" поехала в гости, поскольку эта лента – совместный российско-французский продукт, и в феврале выходит во французский прокат. Но, судя по приему на целом ряде кинофорумов за границей, зарубежные эксперты к этому фильму отнеслись благожелательнее, чем их коллеги у себя на родине – в России.

Дома "Бабусю" воспринимают по-разному: случается слышать и читать как раздражительные, так и проникновенные отзывы. В частности, Боброву поспешили обвинить в реверансах иностранному зрителю, хотя "заискивания перед Западом" в картине нет. Разве что косвенно вплетена тема Чечни, но заявлена она отнюдь не в "западном" вкусе. Фильм, напротив, отличает беспощадность к своим соотечественникам, за что также сыпались на Лидию Боброву нарекания в чернухе...

...Бывают такие редкие создания, не способные кому-то мешать. И вот именно такое создание выставляют всем миром за дверь. Этот парадокс положен в основу ленты "Бабуся". Режиссер примеряет степень нравственности общества его отношением к старикам. Да не к посторонним, а к своим – родным.

Кому из людей не знакомо чувство вины перед матерью, особенно обжигающе-горькое тогда, когда поправить уже ничего нельзя?

На этой покаянной ноте снята вся картина, только она не о матери, а о бабусе, что, впрочем, одно и то же.

Сюжет фильма весьма камерный: он о маленьком кротком человеке с большим сердцем. Баба Тося заменила мать пятерым внукам, родители которых (дочка и зять) постоянно отсутствовали. Двое из внуков – близнецы – погибли в Афганистане. Бабуся, продав свой деревенский дом, разделила деньги между тремя внуками, а сама стала жить с дочерью. Зять отправляет бабу Тосю на старости лет в деревню к сестре, а жену Веру, ослепшую от горя с момента гибели сыновей-близнецов, доводит (по догадкам родственников) до приступа, от которого она умирает.

И начинается бабусина бесприютная жизнь. Сестра принимает ее просто и с радостью, да вот беда - сын Виктор периодически запивает и буйствует. Сестра от маеты ломает ногу и ее ждет больница – все так обыденно, – а бабу Тосю племянница-тележурналистка, приехавшая из Москвы, не рискует оставить с братом-пропойцей. Она начинает возить бабу Тосю из дома в дом в надежде пристроить ее то снова у зятя, то у бабусиных внучек, но везде – отказ, где наглый, где – стыдливо-виноватый.

Важная доминанта фильма – образ дома. Деревенским домом бабуси начинается и завершается фильм. Многократно машина, на которой возят бабу Тосю, останавливается перед домом очередного родственника: то домом-крепостью, то уютно свитым гнездышком. Но ни в один из них бабуся даже не входит – там ей места нет. Она смиренно и без единого слова укора смотрит на эти дома из окна машины, сжимая в руках припасенный пакетик с мандаринами "на гостинец" правнукам. И лишь однажды тихо заплачет...

Режиссеру (и сценаристу в одном лице) прекрасно удалось показать на метафизическом уровне разрушительное действие чрезмерного комфорта на нравственное состояние людей, им себя окружившим, комфорта, который, становясь самоцелью, губит чуткость души и глушит элементарную совесть. Отсюда возникает самый большой страх – этот комфорт потерять или даже хоть чуть-чуть потеснить.

В обшарпанном доме внука Толика, беженцаиз Чечни, – атмосфера неустроенности и отчаяния. Родители тщетно пытаются развеселить свое дитя в день рождения. Дочь Толика, у которой душа исковеркана войной, уже давно не говорит и не улыбается, она – источник страдания родителей.

Племянница и внучка, привезшие бабусю, облегченно вздыхают, когда Толик и его жена с радостью берут к себе старушку. Но затем жена, оставшись наедине с мужем, малодушествует и горюет о том, что хозяйка их лачуги, наверно, выгонит их всех, когда узнает, что появился новый человек. Бабуся случайно слышит этот разговор и тихо уходит в зимнюю ночь, оставляя на постели собирающегося заснуть ребенка яблоко.

"Она ушла", – вдруг произносит девочка. Родители – вне себя от изумления и радости: ребенок заговорил. И лишь потом Толик выскочит на студеную зимнюю дорогу и будет отчаянно звать бабусю...

Под звук его крика бабуся подходит в последнем кадре фильма к своему залитому солнцем дому, которого уже нет, из которого ей радостно защебечут внуки-близнецы, не пришедшие с афганской войны.

По сути, Лидия Боброва сделала христианский фильм. Он – о служении милости. Бабуся не ждет никакой отдачи от людей, ею выпестованных. Она не король Лир, с которым ее многократно сравнивали писавшие о фильме. Бабусина любовь "все покрывает" и "не ищет своего". Для нее естественно быть такой.

Выбор простой деревенской женщины Нины Шубиной на роль бабы Тоси – стопроцентное попадание режиссера. Наверно, показательно, что приз за лучшую женскую роль на "Кинотавре" получила не она, а актриса Анна Овсянникова, действительно блестяще сыгравшая сестру бабы Тоси.

Разумеется, Нина Шубина-бабуся не играет, она слишком органична и без игры. Она просто и убедительно являет нам то, что, видимо, заложено в ней самой – народный архетип русской матери с присущим ему мужественным смирением и христианской готовностью к страданию.

Удивительно точен эпизод, в котором баба Тося получает известие о смерти дочери. Письмо, подхваченное ветром, падает из рук. Ни слез, ни причитаний. Такое отношение к смерти – как к должному и неизбежному – бывает у людей большой силы духа и много перенесших.

Некоторые наши кинокритики увидели в картине много штампов и с удовольствием подвергли их осмеянию, но почему-то не заметили действительно тонкого изображения матери и остались равнодушны к покаянному тону картины. По признанию раздосадованного автора одной рецензии, "в себе такую сволочь узнать не осмелится никто".

Подобная глубина обнаженного покаяния, которая присутствует в ленте Бобровой, не так часто встречается в кино. Приходит на ум эпизод раскаяния бывшего уголовника Егора Прокудина из фильма Василия Шукшина "Калина красная". Это раскаяние во всей непутевой жизни – от чувства вины перед матерью. Войдя в родной дом, Егор не смог открыться слепой старушке-матери, что он – ее сын, которого она тщетно и терпеливо ждет столько лет. Он выходит от своей родительницы, ложится на землю и плачет. Примечательно, что Шукшин в данном случае также снял простую деревенскую старушку. (Еще одна явно шукшинская реминисценция – эпизод деревенских проводов бабуси, вызывающая воспоминание о "Печках-лавочках").

Лидии Бобровой удалась очень сложная вещь: она сумела соединить актерскую игру и типажи непрофессионалов из архангельской деревни.

Явных отсылок к христианству нет. Но режиссер ненавязчиво касается другого – утраты веры, которая ведет к искажению самих основ взаимоотношений поколений. Религиозные ощущения героев, если таковые схематично появляются, весьма смутны. Собутыльник Виктора – деревенский философ – пытается выразить свои религиозные переживания за стопочкой водки. Виктору так это странно, что он, разозлившись, одним махом сталкивает доморощенного "блаженного" с лавки.

Русская душа взята Лидией Бобровой в своих крайностях – творчество простых селян, показанное с постсоветской лубочной эклектикой в сценах деревенского праздника, перемешано подчас с беспробудным пьянством. Боброва никому не льстит и никого не идеализирует. Поэтому главная эстетическая красота фильма заключена в пейзажах и лице бабуси. Все, к чему касается человек – повреждено грехом.

Хрустальные зимние пейзажи с разлитой в них тишиной, снятые оператором В. Ревичем, дают величественно-надмирный взгляд на происходящую маету. Натурные съёмки несомненно более радуют взор. Интерьеры иногда огорчают непродуманным использованием цвета. И хотя, с другой стороны, их безыскусность несет нагрузку провинциального колорита, но с этим выходит явный перебор.

Было время, когда в отечественном искусстве и литературе деревня противопоставлялась городу как средоточие русской патриархальной духовности. Надлом этой духовности сейчас и, как следствие, вопиющая повсеместность бесчувственного отношения к старикам – печальная реальность фильма. Самым отрадным является то, что Лидия Боброва с ее отсутствием теплохладности делает в своей картине попытку вернуть российскому кино его совесть.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования