Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
22 марта 11:47Распечатать

Роман Лункин. ПРАВОСЛАВИЕ И АРМИЯ. Как защитить верующих солдат и соблюсти закон - размышления по следам семинара в Центре Карнеги


Институт военного духовенства — явление совершенно новое и необычное для современной России, хотя воинские подразделения уже окормляют сотни священников РПЦ МП. В июле 2009 года президент РФ поддержал инициативу Патриарха Кирилла и запустил процесс создания института капелланов. С тех пор было создано Управление по работе с верующими военнослужащими Минобороны РФ и разработано Положение по организации работы с верующими военнослужащими Вооруженных Сил РФ. Однако кандидатов для назначения на должность помощника командира по работе с верующими военнослужащими до сих пор пока не представлено, а законодательство часто противоречит стремлению государства обеспечить армию священниками.

Проблеме капелланского служения был посвящен доклад известного адвоката, главного редактора журнала "Религия и право" профессора РГГУ Анатолия Пчелинцева "Русская Православная Церковь и армия: опыт истории и современные проблемы взаимодействия". Доклад был прочитан 14 марта на семинаре в Московском Центре Карнеги, который прошел в рамках серии докладов, посвященных РПЦ МП.

Докладчик, Анатолий Пчелинцев, - бывший военный, уже более 20 лет занимается проблемой религии и армии. Он стоял у истоков Союза христиан-военнослужащих, издавал журнал "Вера и мужество", за одну из первых публикаций на тему "Армия и религия" в 1991 году получил выговор в политотделе. Возможно, именно этой вовлеченностью автора в тему объясняется его бережное отношение к проблеме, нежелание давать однозначные ответы или же критиковать РПЦ МП за требование как можно скорее назначить капелланов. Однако взвешенный подход позволил показать всю сложность ситуации.

Прежде всего, очевидно, что сотрудничество армии и РПЦ МП развивается уже давно – первое соглашение Церкви с Минобороны РФ было заключено 2 марта 1994 года. Церковь определила свое отношение к защитникам Отечества как к тем, кто исполняет свой священный долг в разделе Социальной концепции РПЦ МП "Война и мир". Как отмечал глава Синодального отдела по взаимоотношениям с вооруженными силами отец Димитрий Смирнов, воинские части посещает около двух тысяч священнослужителей, а требуется около 5 тысяч. Конечно, эти цифры, скорее всего, завышены, по крайней мере, в полтора раза. Кроме того, сложно сказать, является ли полноценным капелланским служением окропление святой водой призывников и присутствие на присяге раз год. Тем не менее, православное духовенство, как и частично мусульманское, уже работают с военнослужащими, во многих случаях успешно, в том числе потому что среди уже действующих фактически военных священников – большинство составляют бывшие военные. Они хорошо понимают обстановку в подразделениях и знают нужды солдат. Таким образом, капелланское служение уже есть, и государство обязано его поддержать и ввести в правовые рамки.

На сегодняшний день, отметил Анатолий Пчелинцев, в воинских частях созданы уже тысячи религиозных общин, а закон (ст. 8 Федерального закона "О статусе военнослужащих") их запрещает, предписывая желающим военнослужащим участвовать в богослужениях только в качестве частных лиц. Кроме того, в Законе отмечается, что "Государство не несет обязанностей по удовлетворению потребностей военнослужащих, связанных с их религиозными убеждениями и необходимостью отправления религиозных обрядов". По словам адвоката, в законодательстве и международных документах более детально прописано право на свободу совести военнопленных и заключенных, чем военнослужащих. Хотя конституционное право исповедовать религию гарантировано каждому.

Докладчик справедливо отметил, что разработка Положения о статусе капелланов велась в закрытом режиме, а многие моменты опубликованного Положения по организации работы с верующими военнослужащими Вооруженных Сил РФ вызывают вопросы. По мнению Пчелинцева, в Положении ставятся вполне реалистичные и здравые задачи, и непонятно, зачем Минобороны РФ долгое время скрывало это Положение. Минобороны РФ необходимо было, в первую очередь, выйти с предложением о совершенствовании законодательства, которое позволило бы создавать в воинских частях религиозные объединения и проводить ту работу капелланов с солдатами, которой они уже занимаются. В качестве примера Пчелинцев привел решения президента Украины, который своим указом создал рабочую группу из экспертов в Минобороны и координационный совет, состоящий из представителей различных религиозных объединений. В России же интересы старообрядцев, католиков, протестантов и мусульман не учитываются. Даже наоборот, есть примеры избиений в воинских частях за принадлежность к иной вере. Так, в 2009 году в Еврейской автономной области избили члена евангельской церкви, в Забайкальском военном округе из части после избиений бежал адвентист – уголовное дело в результате возбудили против тех, кто его избивал. Если в армию будет допущена лишь одна конфессия, то такого рода рецидивы будут возникать и в будущем.

Открытой остается и проблема того, чем собственно будет заниматься капеллан – в американской или европейских армиях священники являются по совместительству хорошими психологами с соответствующим профильным образованием. Этот вопрос пока даже не ставился перед российскими капелланами.

Существует также проблема воинской присяги – для многих христиан (адвентистов или баптистов), охотно служащих в армии, слово "клянусь" служит непреодолимым барьером. В Германии, к примеру, в присяге в скобках написано после слова "клянусь" - "обещаю или клянусь Богом". Сможет ли православный священник помочь баптисту или адвентисту послужить Отечеству и преодолеть этот барьер – это, как говорят, "хороший вопрос", и пока, к сожалению, риторический. До революции 1917 года на принятие присяги приглашались ксендзы, православные священники и даже шаманы, но в современной России уровень веротерпимости чрезвычайно низок, в том числе и среди духовенства.

Проблему прозелитизма в армии и Минобороны, и священнослужители также обходят стороной, хотя такого рода трудности есть, а официальное введение института военного духовенства приведет к появлению конкретных фактов. Не потому, что в этом виноват институт капелланства, а потому, что в реальной жизни верующие люди не могут не миссионерствать. По мнению Пчелинцева, любая попытка насильственного обращения в свою веру станет поводом для обращения в Европейский суд по правам человека, который наработал практику по этому вопросу. Прозелитизм в армии, особенно со стороны командиров по отношению к своим подчиненным, осужден в решениях ЕСПЧ по делам "Калач против Турции" (1997) и "Лариссис и другие против Греции" (1998).

Предложения по продвижению института военного духовенства, с одной стороны, просты, с другой, требуют гласности и человеческого терпения. В военных академиях, по мнению Пчелинцева, необходимо преподавать религиоведение с правовым уклоном, и особенности вероучения разнообразных конфессий, чтобы командиры могли учитывать их в своей деятельности. Статью 8 Закона о статусе военнослужащих надо менять и вводить более мягкие формулировки по поводу существования религиозных групп и объединений в армии. В Уставе внутренней службе надо прописать обязанности военных священнослужителей и толерантное отношение к представителям всех религий и конфессий.

Игумен Петр (Мещеринов), служащий на подворье Свято-Данилова монастыря под Москвой, критически оценил те требования, которые армия предъявляет к капелланам. По его мнению, священники ставятся в заведомо неудобное положение  - они превращаются в политработников, так как на них возлагают работу по воспитанию духа патриотизма, и в защитников прав солдат, хотя этим должны заниматься иные организации. Для непосредственной духовной работы остается мало места, тем более что часто и интерес к вере чрезвычайно низкий. Отец Петр привел пример своего прихода, который окружен воинскими частями, но за 15 лет лишь несколько солдат пришли купить крестики, и только один - помолиться о своих родителях. В большинстве случаев командир просто выстраивает солдат на беседу со священником в самой части раз в год.

Если слова отца Петра (Мещеринова) были связаны со стремлением избежать превращения священников в политруков, то критика со стороны публициста Сергея Мозгового стала, прежде всего, проявлением эмоций. По словам Мозгового, "Церковь просто в очередной раз занимается миссионерством за государственный счет. Министерство обороны лишь соглашается с натиском РПЦ, которая, как бульдозер, продавливает свои интересы".

Радикальное осуждение РПЦ МП в данном случае не поможет разобраться в ситуации, не отменит уже существующего служения священников в армии, не поможет провести статистический анализ количества верующих. Отрицание очевидного, самого по себе института военного духовенства, роли РПЦ МП в обществе, является прямым призывом к дискриминации православия и православных священников по религиозному признаку. Свобода совести и вероисповедания одинакова для всех религиозных объединений – как для небольших, так и для крупных и влиятельных, независимо от того, возникают ли проблемы с этими организациями или нет, сильные они или слабые. Безусловно, защищая принцип светскости государства нельзя отрицать наличие проблем и заниматься прямо антирелигиозной пропагандой. Призыв к чиновникам не учитывать интересы той или иной конфессии наносит прямой вред обществу и дискредитирует научное сообщество.

Даже в таком строго светском государстве, как Франция, отметил во время семинара профессор Михаил Шахов, было принято решение о государственном финансировании капелланства, так как в армии человек ограничен, католик или православный не может сам отслужить литургию или причаститься. И от этого светская французская республика не рухнула. По словам социолога религии Сергея Филатова, если мы живем в плюралистическом обществе, то надо добиваться, чтобы в армии и где угодно вообще люди уважали друг друга. Минобороны РФ в первую очередь должно быть заинтересовано в том, чтобы в его подразделениях царили мир и гармония, чтобы верующие разных конфессий могли обратиться к своим пастырям. Как заключил Анатолий Пчелинцев, надо гарантировать свободу совести в армии посредством введения в России института военного духовенства.

Подводя итоги дискуссии, ведущий семинара, член Научного совета Московского Центра Карнеги профессор Алексей Малашенко отметил, что проблема военного духовенства порождает больше вопросов, чем ответов. По его мнению, присутствие религии в армии не консолидирует военнослужащих, но создает почву для межрелигиозных конфликтов: "Я против военного духовенства, но запретить я тоже не призываю". Главное, что представители Церкви будут на практике делать в армии.

Критику института военного духовенства можно считать справедливой лишь отчасти — капелланов хотят привести в воинские части и поставить на казенное довольствие  без учета мнения юристов, священнослужителей разных конфессий и религий, а иногда и не спрашивая военнослужащих. Что касается того, что внедрение данного института может противоречить светскости государства или нарушит чьи-либо права, то это можно считать издержками нынешней радикальной критики РПЦ МП, которая "с водой выплескивает ребенка" и нарушает принципы соблюдения свободы совести. Защита светскости в данном случае оборачивается дискриминацией религии вообще и верующих солдат, в частности. Никто не обещал, что все будет гладко и хорошо.

Очевидно, что духовному окормлению армии отнюдь не помогают заявления о том, что это спасет нашу армию, поднимет дух патриотизма и т.д. Для успешного продвижения института капелланства нужны самые элементарные вещи: умение православных наладить диалог с другими конфессиями и религиями, как бы малочисленны ни были их представители в воинских частях, умение честно и открыто противостоять социальным порокам в армии – дедовщине (обращаться в комитет солдатских матерей, чего не делал ни один священник), пьянству и т.п., умение уважать личность солдата и вовремя остановить командира, когда он строем ведет срочников, в том числе мусульман, баптистов или пятидесятников, креститься.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования