Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Смена векторов. Первый Освященный Собор РИПЦ стал первым крупным актом процесса «собирания осколков» РПЦЗ, а его решения укрепили идейный фундамент Истинного Православия русской традиции


Невозможно не заметить, что в 2008 году возобладала совершенно новая, доселе весьма не часто встречавшаяся интонация в отзывах "осколков" бывшей Русской Зарубежной Церкви друг о друге. Конфронтационная риторика с ее бесконечными "каноническими анализами", ссылками на безусловный авторитет Митрополита Виталия и ругательствами на тему "раскола" и "самозванства" почти исчезла, а вместо нее на первый план вышла забота о объединении и о воссоздании поместной Российской Церкви. Эта задача осознается как главная и в РПЦЗ(В), и в РПАЦ, и в РИПЦ.

После только что завершившегося в Одессе Первого Освященного Собора РИПЦ это можно увидеть с особой наглядностью. Еще не все соборные документы опубликованы, еще не состоялось послесоборное совещание архиереев, но и того, что опубликовано Собором на данный момент, достаточно, чтобы видеть: РИПЦ осознает себя частью разбитой в настоящее время поместной Российской Церкви, и все доклады и решения Собора касались этого в первую очередь.

Некоторые постановления Собора впервые формулируют то, что нужно не только пастве РИПЦ, а всем нашим Истинно-Православным Церквам русской традиции. К таким решениям можно отнести, например, прославление Собора Отцов-Исповедников Церкви Катакомбной (хотя, безусловно, можно придраться к "списочной" канонизации всех известных "лазаревской ветви" катакомбных клириков, в том числе тех, о которых известно, что они вступали в общение с Московской патриархией. Но главное в этом деле не частности, а принцип) или очень актуальное, к сожалению, соборное предупреждение против лжестарчества и неправильного духовничества (речь идет об утвержденной Собором "Справке об опасности сектантства в православии"), а также установление особых дней памяти жертв коммунистических репрессий и тех, кто был убит революционными богоборцами еще прежде февраля 1917 года. Может быть, последнее даже особенно важно, так как об этом часто забывают, — особо поминать 7 ноября в том числе, тех, кто еще до падения нашей страны в пропасть безбожия исполнял свой христианский долг служения Царю и Отечеству и за это был убит революционными преступниками.

Соборное постановление РИПЦ о "грехе февраля" имеет особенное значение для русского Православия в целом. Наверное, многие чувствуют, да многие и знают, что подобного постановления не могло быть принято в "исторической" РПЦЗ, где настроение исконной эмигрантской паствы, приблизительно, соответствовало тому спектру, который доминировал в Белой армии (как все помнят, доминировали там настроения далеко не монархические). Поэтому иерархия РПЦЗ не особо стремилась к осуждению "греха февраля". Теперь сделан первый недвусмысленный шаг: грех февральского революционного угара назван грехом. Ведь и действительно, совершенно очевидно, что православные христиане могли увлечься идеями "республики" образца февраля 1917-го только поверив своим далеко не православным обольстителям, то есть отступив от православия.

Но сказав "А", нужно сказать и "Б". Пока что, во обличение всем нам, так называемым истинно-православным, это сделал лишь смелый и последовательный епископ РПЦ МП Диомид (чей сан, впрочем, уже не признается официальным руководством патриархии, которое епископ Диомид продолжает обличать во многочисленных отступлениях от Православия). Он ответил на вопрос о том, кто именно должен каяться первым за "грех февраля". Это, прежде всего, те, кто о низложении Государя заявили своей пастве "Свершилась воля Божия" (манифест Святейшего Синода), это иерархия, которая не только не пыталась удержать от греха паству, но и привнесла угар революционных идей в заседания Поместного Собора 1917 года и даже не попыталась использовать свое влияние для облегчения участи Царственных узников, о существовании которых Собор будто бы "забыл". Это иерархия, предписавшая заменить молитвы за благоверного Императора молитвами за "благоверное (а в действительности масонское) Временное Правительство". Если мы хотим по-настоящему каяться в "грехе февраля", то, наверное, надо начать с иерархии, то есть иерархия должна начинать с себя. Ведь это именно иерархия, епископы, являются преемниками епископов февраля 1917 года, которые почти все, за редчайшими исключениями, с легкостью предали православного Государя и побудили к тому же свою паству. Поэтому они и должны каяться в грехах тогдашней иерархии, если они хотят освободить от этих грехов нашу нынешнюю возрождающуюся Российскую Церковь. Если этого не сделать, то едва ли все прочие меры покаяния нас смогут очистить от этой каиновой печати. Разумеется, мы тут формулируем пожелание не столько к РИПЦ, сколько ко всем нашим "осколкам" РПЦЗ в равной степени.

Другие постановления нынешнего Собора РИПЦ формулируют то, что также выражает общую веру истинно-православных христиан русской и не только русской традиции, и что уже было сформулировано в других "осколках" РПЦЗ. Прежде всего, это чрезвычайно значимое и для понимания нашей общей, всех русских ИПЦ, недавней истории, и вообще для понимания того, как сегодня должно звучать исповедание православной веры, — прославление во святых святителя Филарета, Митрополита Нью-Йоркского и Восточно-Американского, третьего Первоиерарха РПЦЗ (1965—1985), чьи мощи явились нетленными через 13 лет после погребения, в 1998 году. С тех пор святителя Филарета уже прославили в РПАЦ и в Истинно-Православной Церкви Северной Америки (HOCNA, иначе называемая "Бостонский Синод"), обе в 2001 году, но его почитают также и в других частях бывшей РПЦЗ и в Истинно-Православной Церкви Сербии, делегация которой нынешнему Собору РИПЦ преподнесла икону святителя Филарета собственного письма.

Такие постановления также имеют значение не только для паствы РИПЦ. И вот почему.

Это только кажется и только очень издалека, будто церковное единство вырабатывается в процессе официальных переговоров. В действительности переговоры — это последнее, что имеет значение для церковного единства. Они последние и по времени, и по значению для дела.

Опыт многих поколений показывает, что не бывают прочными такие договоренности, которые достигаются непосредственно в процессе переговоров. Это особенно относится к нашим церковным делам, главное из которых — достижение между нами, "осколками" РПЦЗ, церковного единства.

Чтобы достигнуть надежного результата, к переговорам желательно приступать тогда, когда в самом главном позиции сторон уже совпали. Тогда на долю переговоров выпадет именно то, для чего всякие переговоры и приспособлены, — выяснение разных технических подробностей. А что касается сути, то на переговорах о церковном единстве надо уже не дискутировать, а констатировать — констатировать наше уже имеющееся согласие по всем важным вопросам (при допустимости разномыслия по всем не столь уж важным вопросам).

Прославлением святителя Филарета РИПЦ совершила церковный акт, которым она показала, какой именно из духовных и богословских традиций, созревших в Зарубежной Церкви, она привержена. О том, что таких традиций было две и очень разных, как раз недавно напомнили некоторые деятели РИПЦ. Традицию святителя Филарета, с его анафематствованием экуменизма, отходом от общения с еретическим "мировым православием" и с попытками установить полное каноническое общение с греческими старостильниками (Истинно-Православными Церквами), многие в РПЦЗ считали "чуждой", "нерусской", "греческой", "бостонской", а то и вообще "отвлеченными мудрованиями". Такие люди предпочитали определять смысл существования РПЦЗ не через догматические, а через национальные и политические критерии и цели. Но в последние годы все увидели, к чему это их привело.

Поэтому очень важно, что РИПЦ заняла четкую — и правильную — позицию в этом споре о чистоте православной веры, возникшем еще в недрах РПЦЗ на рубеже 1960-х и 1970-х годов. Признав святость святого, который пытался вести РПЦЗ по пути православия, РИПЦ признала и святость самого пути.

Теперь, зная точно, что свят был путь Митрополита Филарета, а не его политиканствующих оппонентов, РИПЦ сможет, наконец, осудить формально пока что не отмененное в ней еретическое решение Собора РПЦЗ 1994 года о вступлении в общение с так называемым "Синодом противостоящих" Митрополита Филийского и Оропосского Киприана (Куцумбаса) и о, якобы, едином учении о Церкви в этом Синоде и в РПЦЗ. Напомним, что это постановление уже было осуждено в РПАЦ и в РПЦЗ(В). И этот акт РИПЦ был бы очень важен для будущего единства наших трех "осколков".

Еще один важный соборный акт касается отношений между РПЦЗ и Катакомбной Церковью. Здесь адекватно воспринят и выражен единственно эффективный канонический, да и просто логический подход к интерпретации нынешнего канонического состояния Российской Церкви с точки зрения тех ее образований, которые не признают над собой юрисдикции Московской патриархии, то есть вообще не признают законности и православия последней. Этот подход был найден не сразу и, возможно, сформулирован еще не до конца. В среде РПАЦ его принято называть "экклезиологией Малых Соборов Епископов" - временных органов церковного управления, традиция которых уходит еще в византийскую церковную историю и имеет отражение в византийском церковном праве, на наиболее востребованной и актуальной оказалась в условиях коммунистических гонений на веру, совершенно беспрецедентных в истории христианства. Отголоски такого подхода мы слышим в знаменитом Указе Патриарха Тихона и органов Высшей церковной власти № 362 от 20 ноября 1920 г., на которой было принято ссылаться в "исторической" РПЦЗ. Путь временного и добровольного объединения епископов в такие временные Соборы оказался единственно возможным в условиях полного разрушения территориально-административной структуры ИПЦ в России и вообще глобального кризиса "поместности" как строго территориального принципа деления епархий после крушения последних очагов православной государственности, служивших гарантами этого принципа.

И особенно радостно было прочитать соборное обращение к "осколкам" РПЦЗ. Излишне говорить о том, что все высказанные в нем идеи крайне близки большинству "осколков", а упоминание подвергающихся сейчас гонениям "братьев и сестер в Суздале" просто растрогало духовенство и мирян РПАЦ. Будем считать, что этот комментарий — неофициальный, но зато первый ответ на это обращение.

Игумен Григорий,

Александр Солдатов,

для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования