Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Православно-классическое образование. Московские власти не поняли, что это такое


История с Классической гимназией с православным уклоном, которую собираются закрыть московские власти, заставляет вдумчивого читателя задаться несколькими вопросами, дополнительно к традиционным "Как же так?" и "Почему у нас все так плохо?"

Для чего существует образование вообще - в эпоху всеобщего образования объяснять не нужно. Оно нужно, чтобы быть полноценной личностью и выживать в современном обществе. Вопрос посложнее: для чего нужно классическое образование? Здесь возможны разные варианты. Вариант первый, исторический, вроде тех, которые были популярны в 90-е гг. ХХ в: советская традиция школьного образования была порочной, поэтому надо ориентироваться на дореволюционный стандарт. Вариант второй, эстетский: классическое образование делает человека гармоничнее и ответственнее, а вдобавок энциклопедичнее. Вариант третий, протестный: классическое образование воспитывает в человеке протест против массовой культуры и пошлости, которую несет с собою общество потребления.

Как бы то ни было, для классического (то есть традиционного и связанного с европейской культурой) образования всегда существовала своя ниша, и до революции, когда в Санкт-Петербурге и Москве было немало классических гимназий, и даже в советское время (в основном 60-80-е гг.), когда причастность классической традиции, прежде всего, греко-римской культуре, ставила человека в положение культурного эксперта, давала ему критерии оценки культурного процесса.

А вот и третий, самый загадочный вопрос: как соотносятся эти два компонента: образование (в смысле банального Ausbildung) и классическая традиция (приобщенность и ориентация на европейские ценности) с религиозным образованием? И тут начинаются сложности. Исторически рассуждая, дореволюционные классические гимназии были продуктом александровской эпохи: господствующая Российская Церковь участвовала только в организации религиозных уроков (т.н. Закона Божия) в школах, а само образование было построено на основе западной культурной традиции и циркулярах Министерства народнаго просвещения. Классическая гимназия появилась на Руси как немецкое платье и брадобритие в Петровскую эпоху. Европоцентризм романовской России в сфере образования имел свое приложение в этих гимназиях.

Этим отчасти объясняется эллинофильство Кружка ревнителей, из которого вышли как Никон с царем Алексеем Михайловичем, так и Аввакум с Нероновым. Впоследствии Аввакум уже писал из Пустозерска, призывая царя не увлекаться греческим "куролейсоном". То есть некоторое недоверие к греческому становится чем-то нормальным для русского патриота. Но и греческое меняется: из церковного, христианского греческого культурного явления, каким был греческий культурный мир Максима Триволиса (преп. Максима Грека) или восточных Патриархов, "греко-латинское образование" вместе с "пипкой табацкой" и камзолом становится главным проводником европеизма и (по неизбежному закону обращаемости) главным давителем "народного русского". Если мы обратимся к Древней Руси и посмотрим, где могло быть место для "классического" образования в смысле знания греческого и латинского, то ответ будет такой: во-первых, в монастырях, во-вторых – в братствах. Затем появляются т.н. Духовные академии – они и становятся зародышем новой традиции "западничества".

В советское и постсоветское время "классицистичность" и "православность" встретились на почве противостояния советской бескультурности и безрелигиозности. Они нашли друг друга вопреки всему негативному историческому багажу, который оказался в новых культурных и социальных условиях невостребованным. Та сама интеллигенция, которая еще несколько десятков лет назад презирала "долгополую братию" как необразованную и обскурантистскую, сама пошла "в попы".

Так и оказалось, что православная компонента добавилась к классичеcко-европейской. Однако вектор нынешнего социального процесса уже не тот, что был недавно. Россия больше не возвращается в дореволюционную эпоху, она строит новое общество, Новую Россию, в которой государство хочет опереться на "предсказуемую" Церковь, а Церковь желает видеть "воцерковление" государства пока, правда, в виде покровительства госчиновников и "особого статуса" (политического, экономического, финансового) церковных структур и организаций. Эти два желания не всегда встречаются. На ниве образования их векторы расходятся. Православное образование является почти всегда "альтернативным", протестующим против "безнравственного и безрелигиозного" светского. Православные школы – это маргинальные явления. И даже классическая гимназия общества "Радонеж" воспринимается обществом (и чиновниками) не столько как перспектива всего образования, сколько как конфессиональная альтернатива светскости.

Классическая, но вместе с тем православная, гимназия – проект слишком широкий, чтобы его можно было поместить в рамки инструкций и "перспективных планов". Сможет ли защитить его Церковь? Трудно сказать… В силу его слишком высокого стандарта и недостаточной "конфесссиональной маргинальности" – вряд ли. Европеизм требует определенных жертв. В российском обществе продолжают работать механизмы культурного отторжения, запущенные сотни лет назад и слегка смазанные маслом глобализации и "новых приоритетов". Сможет ли общество в лице власти когда-нибудь преодолеть извечный дуализм "церковное - некультурное" vs. "светское культурное" - трудно сказать. Пока причин для оптимизма маловато.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования