Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Полсимфонии от полпреда. Представитель президента РФ в Приволжском федеральном округе Александр Коновалов нарисовал противоречивое будущее отношений российского государства и Церкви


Всякое стремление жестко определить концепцию государственно-церковных отношений в современной России периодически терпело поражение, а соответствующие концепции оставались благими "прожектами". Причина этого заключается не в неспособности философов и юристов осознать происходящее, а в том, что нет пока такой возможности – соединить светский характер многонационального и поликонфессионального государства и фактический приоритет "традиционного" православия как политического и культурного символа. Любое отступление от формулы соблюдения свободы совести и равного отношения к нациям и конфессиям влечет за собой развал не русской идеи как таковой, а российской государственности в ее нынешнем виде. Достаточно, к примеру, заявить о том, что русские являются основой РПЦ МП, что будущее Церкви зависит от демографического состояния именно русских, а также о том, что основой государственности должно быть только православие, – и распад Российской Империи не скоро, но продолжится, получив новое обоснование.

Между тем, есть умные государственные мужи, которые понимают всю сложность и противоречивость современных и будущих отношений государства с Церковью, когда исторически власть не в силах отказаться от символа и идеала единственной во всем лояльной "традиционной религии" в виде православия, но при этом она обязана строить в стране новое демократическое общество. Все эти парадоксы можно встретить в уникальном по своему содержанию докладе полпреда президента РФ в ПФО Александра Коновалова "Роль традиционных конфессий в построении современного гражданского общества в России", который был сделан на всероссийской научно-богословской конференции "Наследие преподобного Серафима Саровского и судьбы России" в Нижнем Новгороде 29 июня 2007 года. Бывший прокурор А. Коновалов, сделал доклад, достойный обер-прокурора Священного Синода, дав указание и власти, и Церкви, что и как делать. В тексте выступления полпреда воплотились как желания государства, так и реальное восприятие РПЦ МП глазами мирянина, каковым является А. Коновалов. Об особенностях этой фигуры можно прочитать в известной статьей Александра Солдатова, характеризующей веру нынешнего истеблишмента в России, в журнале "Огонек" (№1-2, 2007) – "Политическое Рождество". Автор даже приводит предположение о том, что А. Коновалов – тайный монах в миру.

В докладе полпреда президента существует несколько взаимоисключающих парадоксальных линий. Первая линия затрагивает общественное устройство и роль в нем религиозных организаций – Александр Коновалов описывает как происходит и должно быть на самом деле, и как должно быть в идеале. Так, в идеале на "эмпирическом уровне", как отмечает сам полпред, "в наибольшей степени погруженном в реальность гражданского общества, его социальные проблемы и нужды, должны в основном оперировать приходские и миссионерские организации, православные издательства, СМИ и Интернет-ресурсы, а также, что нам представляется особенно важным,– широкий круг общественных организаций, аффилированных традиционным российским конфессиям, но действующим строго в рамках секулярного общегражданского поля. Деятельность последних призвана опосредоваться разработкой и реализацией на основе корректной конкуренции с иными элементами гражданского общества (например, конкуренции за правительственные гранты) социально значимых проектов, реально оптимизирующих социальную среду и помогающих различным категориям россиян решать или минимизировать жизненные проблемы". Совершенно очевидно, что подобная конкурентная среда будет оздоравливающим элементом для самой РПЦ МП, но подобный вариант социального партнерства возможен лишь в свободном демократическом светском обществе, где гражданское общество имеет много прав и обязанностей и по силе не уступает государству.

Итак, идеал понятен, но в реальности должно быть иначе. Самостоятельность общественных организаций и их слишком большая социальная роль, гражданское общество, формирующее приоритет прав личности, индивидуума, по мнению полпреда, представляют угрозу государству. Такое представление о гражданских ценностях – порочное западное заимствование из католической и протестантской мысли, которая пропитана духом индивидуализма и прагматизма. Надо отдать должное А. Коновалову – полпред обосновывает свои утверждения, ссылаясь на Жана Кальвина, Рейнхольда Нибура и папские энциклики (лучшего обер-прокурора после Победоносцева в России просто не найти). Вот лишь несколько характерных цитат, которые религиозно-философски и довольно талантливо обосновывают отсутствие в России нормальных сильных социальных институтов. По словам Коновалова, "весьма небезопасными в исторической перспективе выглядят обозначенные Римом на определенном этапе приоритеты: развитие сети общественных организаций и формирование надгосударственного авторитета". В заигрывании Ватикана с рабочим движением и профсоюзами, в социальном евангелизме западного протестантизма Коновалов видит признаки обмирщения, размывания христианства в целом. Правда, полпред ошибочно приводит в качестве примера обмирщения учение Рейнхольда Нибура, так как Нибур был консерватором, а либеральным "социальным евангелистом" был его оппонент Уолтер Раушенбуш. Но дела это не меняет. Запад, как отмечает полпред, движется в сторону антихристианского общества именно в силу абсолютизации гражданских свобод и гипертрофированной автономности гражданского общества. Распад западной цивилизации А. Коновалов рисует следующим образом: "Широкое распространение некоммерческих общественных организаций, усвоивших высокую степень автономности и независимости не только от государства, а от каких-либо здравых и конструктивных институтов, действительно происходило на Западе, однако в рамках их деятельности часто стали опосредоваться не столько идеи общественной справедливости, сколько пресловутый индивидуализм и потребительский подход к жизни, а сам способ позиционирования этих организаций существенно отличался от средневековых образцов. Если освященные томизмом институты сословной социальной инфраструктуры обеспечивали консолидацию вертикально интегрированного социума, то, начиная с Нового времени и в особенности в ХХ столетии, деятельность многопрофильных общественных корпораций стала опосредовать процесс размывания вертикальных структур, имеющих целью приближения индивида к Богу, и формирования горизонтально интегрированного, сплачиваемого коммерческими интересами и нью-эйджевской неоязыческой антихристианской идеологией сетевого общества". В интересах этого общества западные Церкви, по мнению полпреда, превратились в сетевые организации социальной направленности, в правозащитные и профсоюзные структуры.

В данном случае не имеет смысла вдаваться в обсуждение исторической научной обоснованности выводов полпреда, так как все безапелляционные результаты изысканий Александра Коновалова являются частью политической идеологии, призванной обосновать российскую систему отношений Церкви и государства, и роли Церкви в обществе. Опять же полпред президента говорит о том, что существует в реальности и о том, что должно быть в идеале.

В реальности картина удручающая – Православная Церковь никогда не занималась обществом, и такое впечатление, что никогда им и не интересовалась. Однако, исходя из концепции Коновалова, это является положительным моментом, потому что РПЦ МП избежала обмирщения в отличие от католиков и протестантов, и сохранила мистический элемент вертикальных отношений Бога и человека. Как верующий А. Коновалов утверждает: "безо всяких булл и энциклик Церкви в поразительно краткие сроки восприняла и осознала важность сохранения христианского, человечного отношения к личности".

Но это звено надо признать самым слабым в идеологии А. Коновалова, который, вероятно, искренне описывает церковные проблемы. Прежде всего, по словам полпреда, "Россия до недавнего времени (в том числе в тот исторический период, когда взаимодействие религии и государства было здесь наиболее тесным и нормативно закрепленным) была лишена подобных детально проработанных профессиональными социологами программ участия Церкви в общегражданской сфере". Кроме того, многие положения "Основ социальной концепции Русской Православной Церкви" по мнению А. Коновалова "носят программно-декларативный характер". Полпред не скрывает, что Церковь проиграла в социальной сфере протестантам, а священнослужители РПЦ МП занимаются подчас деятельностью, несовместимой с верой вообще. Одной из причин проигрыша РПЦ МП А. Коновалов называет "чрезмерную увлеченность отдельных представителей церковной среды общественно-полезной деятельностью в виде строительной, производственной, торговой активности, а порой и бизнеса, весьма слабо ассоциированного с собственно христианским вероисповеданием".

Глубину и правильность оценки А. Коноваловым церковных проблем – отсутствие интереса к социальным проблемам и формальные отношения с чиновниками – оценил игумен Петр (Мещеринов), настоятель подворья Данилова монастыря в Подмосковье, сотрудник Патриаршего молодежного центра при Даниловом монастыре. В своем комментарии в "Ежедневном журнале" игумен Петр с болью отмечает: "Глядя извне, люди по большей части видят в нашей Церкви коммерцию и сервилизм (помимо всего прочего, необходимый в условиях Вертикали Власти для существования любого бизнеса), а также дремучую национал-кликушескую идеологию, выдаваемую за "православие". Противопоставить такому впечатлению о Церкви, увы, и нечего: ни миссионерской, ни катехизаторской, ни молодёжной, ни благотворительной, ни какой другой системной внутрицерковной работы не ведётся. Характерно, что об этом говорит государственный деятель, а не церковные люди. Вообще складывается такое впечатление, что самое важное сейчас для церковной среды – найти врага и отстоять перед ним свои "традиционные ценности". Больше ничего, похоже, православных не интересует. Что же, может, неизжитая извечная традиция "симфонии" даст здесь положительные плоды?"

И действительно в описании того, что должно быть в идеале, Александр Коновалов приходит к своеобразной симфонии, когда в рамках светского государства власть обязана заботиться о том, чтобы в Церкви не происходили "кризисные явления", чтобы она систематически вовлекалась с помощью власти в социальную работу и стала "соработником" государства. Для этого государство должно само охранять Церковь от обмирщения и следить за "хранением и адекватным применением церковного Устава, подготовкой кадров как для богословско-пастырского, так и для социального служения". На уровне институтов миссия Церкви, по мнению Кновалова, должна быть такой: "всемерное улучшение духовнической практики, которая сегодня в России серьезно "хромает". Наконец, на наивысшем уровне - уровне епископата, уединенных монастырей, старчества - Церковь призвана сосредоточиться на хранении и поновлении своего Предания, не допуская распыления собственной идеологии, участвуя в социальной деятельности только через концептуальное руководство процессом на нижестоящих уровнях и своевременное высказывание своей позиции в публичной сфере по наиболее важным общественным вопросам".

Идет ли в этом случае речь о симфонии? Понятно, что нет, потому что государство в изображении А. Коновалова должно спасти Церковь от коррупции, обновленчества и общественного отчуждения. Обладают ли общество в целом и чиновники на местах, да и в Москве, таким же стремлением создать из РПЦ МП влиятельный социально-мистический организм, необходимый России? В этом и заключается проблема. Любимым призывом Патриарха Алексия II в 1990-е годы был призыв избежать нового сращивания государства и Церкви для того, чтобы РПЦ МП не осталась в один прекрасный момент "политической вдовой". Но для многих чиновников и для "культурных" православных РПЦ МП – не вдова, а официальная жена, с которой желательно, и даже во многих случаях обязательно, поддерживать формальные неглубокие отношения (без интима) из-за отсутствия интереса к привычной уже жене в силу ее старости или наличия любовниц, а может быть просто потому что так спокойней.
Роман Лункин,
для "Портала-
Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования