Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Требуются труженики православно-демографического фронта. Церковная бюрократия оказалась не в состоянии обеспечить выполнение демографического госзаказа, но эта задача по силам консервативным православным группам


Если вы спросите среднестатистического соотечественника, кто из представителей российских религий демонстрирует сегодня наилучшие демографические показатели, о православных тот вспомнит далеко не в первую очередь, а даже, скорее, что и в последнюю. Разумеется, под "православием" наш респондент будет понимать исключительно то, что относится к РПЦ МП; в стране спонтанно возникшего "религиозного большинства" другие православные – просто не в счёт.

Безошибочно можно сказать, что "человек с улицы" сразу вспомнит о мусульманах. Затем, быть может, о "сектантах" (собирательное прозвище для практически всех протестантов и последователей новых религиозных движений). Дальше, глядишь, упомянет и православных. Последних, видимо, по той простой причине, что о других вероисповеданиях он ничего не знает, и их представителей никогда не видел.

Впрочем, такая гипотетически выведенная оценка демографического поведения приверженцев российских конфессий не означает, что в реальности среди воцерковленной паствы РПЦ МП – defactoофициальной российской Церкви – нет многодетных семей. Или представлены они исключительно "чадолюбивыми" батюшками со своими матушками, превратившимися в последние годы, когда у властей проявился повышенный интерес к демографии, в героев сладеньких медиа-сказок для семейного просмотра.

На самом же деле выпячивание исполнителями соцзаказа батюшек в качестве православно-демографических "стахановцев" выглядит, по меньшей мере, странно. Батюшка для рядового "захожанина" (про незахожанина вообще говорить нечего) не авторитетен ни в одном из вопросов и, в первую очередь, в собственно религиозном. Сегодня каждый из многомиллионной паствы "по рождению" усвоил под влиянием улицы свои собственные "позитивные" представления о сакральном, религии, православии, разрушать которые, что самое интересное, батюшки не собираются. К тому же батюшка для массового сознания является, в первую очередь, живым воплощением нашего славного, но ушедшего прошлого (с его многодетностью), а, во-вторых, пребывая уже в гуще событий дня сегодняшнего, он пользуется репутацией, если и не богача, то, явно, человека реализовавшегося, основательного. Такой образ священника активно культивируется Московской патриархией и вслед за ней светскими СМИ. А коли так, то мало ли что у батюшки – успешного, да состоятельного, да ещё носителя культуры прошлого, – на уме. Вон, у "олигархов" – Потанина, Ходорковского или Березовского тоже по много детей. А простому человеку что от этого? Ему и одного тянуть проблематично…

Демография – тема для властей нынешней России весьма деликатная. Несмотря на то, что властная корпорация путинского призыва осознаёт себя в большей степени русской, чем российской (нравилось это элите 1990-х или нет, она вынуждена была вслед за нелюбимым ею Борисом Ельциным тупо бубнить "россияне"), назвать себя русской она все же не решается. Показательна история одного эвфемизма, имеющего прямое отношение к демографии. Заменителем этнической русскости в официальном лексиконе стал термин "коренное население", переместившийся со страниц этнографических обзоров и разного рода статистических отчётов в большую политику вдогонку за "родовым сертификатом".

И вправду, нелепо говорить о многих из "коренных" российских этносах – чеченцах, ингушах или тувинцах - в связи с упоминанием о демографическом кризисе.

Демографический эвфемизм говорит не в последнюю очередь о том, что путинская элита не планирует разворачивать нормальную имперскую политику "плавильного котла", что было бы логично при декларировании преемственности имперскому – царскому или советскому - прошлому.

Опыт "плавильного котла" в той или иной форме неоднократно задействовался в отечественной истории и, с точки зрения формирования имперского целого, не имел негативных побочных результатов и даже не показывал своих "естественных пределов". В данном случае речь идёт не об имперской национальной политике, а исключительно о феномене имперского "плавильного котла". При этом мотивировка негодности "плавильного котла" утверждается с такой обывательской формулировкой, взятой, к слову, на вооружение русскими националистами: дескать, к чему же нам заимствовать чей-то зарубежный опыт, если он стопроцентно не страхует от конфликтов на этнической почве.

Но, похоже, что подлинная причина того, что современная российская власть не решается на эксперименты, стимулирующие единство гражданской нации путём конструирования более сложной, включающей религиозный фактор, системы этничностей, всё же в другом. Любые подвижки ведут к нарушению сформированного методом "проб и ошибок" электорального баланса, позволяющего практически выключить из реальной политики "фактор улицы", но сохранить сами электоральные процедуры как источник легитимности политического режима. Соответственно, в таких условиях политтехнологам достаётся работа с константными (постоянными) величинами, т.е. с представлениями, имеющими отношение ко дню сегодняшнему и подкорректированными в соответствии с требованиями момента прошлого. Но никак не связанными с образом будущего, и уж тем более такого, которое создаётся усилиями самих социальных групп, а не навязывается властью.

Религиозно-общественным коррелятом отсутствия отечественной версии "плавильного котла" является умилённое упоение традиционализмом, конструирование традиционалистских мифов (отличающихся при этом отсутствием инструментальной составляющей), которые идут рука об руку с "антисектантской", антимиссионерской и антипрозелитической риторикой. В условиях работающего "плавильного котла" конфессии бы, наоборот, выполняли роль застрельщика любых, в том числе демографических инициатив.

Но что не дозволено быку, позволяется Юпитеру. Иными словами, более откровенными, чем представители властных структур, в трактовке русского демографического вопроса оказываются иерархии РПЦ МП. Церковь ведь не абы какая, а Русская. Но и здесь присутствует двойственность, переходящая в порочный круг. Сохранить русское большинство - это значит сохранить привилегированный статус Церкви. Миссионерская концепция РПЦ МП даже рассматривает обращение оказавшихся в России иностранцев в православие как способ натурализации и русификации. Однако более высокий иерарх, поразмыслив, недавно глубокомысленно изрёк, что всё это "мартышкин труд", поскольку из китайца русского не сделаешь никогда. В то же время русские, "православные по рождению", считает митрополит Кирилл, превратились в сибаритов, в общем, для решения демографических задач негодных. В рассуждениях на демографическую тему представителей церковной бюрократии поражает то, что иерархи в своих выступлениях совсем не упоминают многодетных воцерковленных мирян. При этом епархиальные структуры на местах продолжают тиражировать образ "сирых и убогих" многодетных "православных по рождению", которым периодически перепадает от Церкви кое-какая гуманитарная помощь.

Но тему православной демографии считать на заявлении митрополита Кирилла закрытой не следует. Она может иметь самое неожиданное продолжение в свете "консервативной революции", объявленной епископом Анадырским и Чукотским Диомидом.

Что делать тем, кто не согласен с заведённым порядком вещей в Московской патриархии, чтобы быть замеченными? Есть только один путь - увеличивать свои ряды. При неразвитом миссионерстве и весьма призрачных надеждах на пополнение рядов за счёт живущих в нерелигиозном измерении "внешних", это значит – рожать самим, кто может, и делать это как можно чаще. Только так консервативное крыло в РПЦ МП сможет изменить пропорцию в свою пользу.

Михаил Жеребятьев,
для "Портала–С
redo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования