Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Консенсус должен быть разрушен. Введение «Основ православной культуры» в школах, равно как и выступления против этого, ведут Россию к "религиозной определенности"


Российское общество в начале 1990-х годов доверилось православной идеологии без оглядки, полностью, как говорится, "проголосовало за нее сердцем", не отдавая себе отчета в том, что скрывается за понятиями "православие", "православная культура", "Православная Церковь". В массовом сознании какая-то определенность существует только в восприятии РПЦ МП как организационной структуры, которой общество доверяет выступать с нравственными призывами к народу и не противится тому, чтобы РПЦ МП освящала власть. Абсолютная безотчетная поддержка православия была названа социологом Дмитрием Фурманом "проправославным консенсусом". Этот общенациональный консенсус основывается на крайней потребности в надмирном всеобщем и обязательном символе, и именно РПЦ МП стала сакральным символом "русской духовности", "русскости" и русского единства (или, как выражается В.В. Путин, "единства русского мира").

Большинство социологических исследований, как официальных, так и неофициальных, отмечают одну особенность религиозного сознания россиян – поддержка православия часто не связана с верой, а в исследованиях массового сознания в меньшей степени связана с реальной религиозностью и с приверженностью каким-либо христианским нормам. Размытая, аморфная идея поддержки православия может включать в себя астрологию, реинкарнацию, атеизм, веру в НЛО и черных кошек, любые безумные страхи и стереотипы современного человека.

Исходя из этого, вряд ли стоит удивляться тому, что российскому обществу в целом мало интересны те же самые проблемы внедрения в школах в обязательном порядке "Основ православной культуры". Более того, российскую интеллигенцию также не очень-то интересуют проблемы религиозного православного воспитания. По существу вопроса, то есть по содержанию самой политики Церкви относительно курса ОПК и по тексту учебников выступало всего несколько человек. Среди них академик Виталий Гинзбург, лауреат Нобелевской премии по физике 2003 года, который заявлял о недопустимости преподавания религии в школе, об агрессивности РПЦ МП в попытках "навязать православие", а также Николай Шабуров, директор Центра изучения религий РГГУ. Шабуров как светский ученый показал, что в учебнике ОПК Аллы Бородиной есть все признаки антисемитизма, а описания многих исторических сюжетов содержат выпады в адрес других религий, что превращает это пособие в оружие против формирования толерантного общества. В недавнем интервью "Времени новостей" Шабуров справедливо отмечает, что среди ученых, философов религии, религиоведов и социологов, еще не было серьезной дискуссии о том, что такое "православная культура". По словам Шабурова, "у нас есть замечательные исследования по "православной культуре": труды Аверинцева, Лихачева, Виктора Бычкова, Виктора Лазарева, которые парадоксальным образом появились у нас еще в советское время, но не об этом же идет речь. Этот проект - "Основы православной культуры" - был дискредитирован с самого начала, когда появились первые проекты программ, содержавшие примеры грубой нетолерантности, нападки на другие конфессии и религии".

Безусловно, событием стал выход учебного пособия "Религии мира" под редакцией академика Чубарьяна, которое было подготовлено Институтом всеобщей истории РАН и сотрудниками Центра изучения религий РГГУ. Однако сторонники внедрения ОПК – Алла Бородина, отец Всеволод Чаплин, депутаты Александр Чуев или Наталья Нарочницкая - даже не высказывались о содержании этого светского учебника.

Такое впечатление, что все православные и неправославные представители интеллигенции находятся под магическим гипнозом "проправославного консенсуса", не позволяющего говорить о сути вещей.

В связи с этим важно заметить, что высшие православные иерархи и культурные деятели, приближенные к Церкви, вполне поддерживают этот консенсус аморфного согласия с огосударствлением РПЦ МП. Митрополит Кирилл (Гундяев) не раз заявлял о том, что РПЦ МП считает своими верными чадами всех, кто "корнями уходит в православие", независимо от того, сколько раз человек ходит в храм и знает ли он основные вероучительные положения христианства. В связи с этим примечательно появление в среде околоцерковной интеллигенции идеи о том, что расплывчатая, ни к чему не обязывающая мода на православие является вполне нормальным явлением. Богословскую базу под понятие "православной моды" подвел главный редактор журнала "Фома" Владимир Легойда в своей редакторской колонке "О моде на Православие": "Прежде всего, даже в таком поверхностном толковании (увлечение внешней стороной веры) мода на Православие все-таки лучше, чем мода, скажем, на любовные романы, мыльные оперы или, простите за нарочитое полемическое снижение, пиво. И не только потому, что в церковь ходить лучше, чем в ночной клуб... Кстати, а почему лучше? Ведь если человек ходит в храм из-за моды, значит, он ничего особенно в вере не понимает, не чувствует и т. д. Так, может быть, пусть лучше ходит в клуб? Честнее, по крайней мере. Но в том-то и дело, что мы никогда наверное не знаем, в какой момент и каким образом человек слышит призыв Бога и меняет свою жизнь. Именно потому, что Православие - это то, что серьезно и глубоко, обращение к нему даже на уровне моды может человека, что называется, "зацепить" и изменить серьезнее, чем это предполагал он сам или окружающие. Поэтому мы и не можем точно предсказать, чем закончится "увлечение" Православием". Этот текст является ярким примером того, как сами православные стараются понять, что является содержанием этого туманного "православного согласия нации", и неизбежно приходят к необходимости доказать нормальность того, что православность не подразумевает веру, так как это, прежде всего, государственный патриотизм и русскость.

Что же будет с принципиально слепой поддержкой православия? Неужели она останется навсегда, как наследие дореволюционной эпохи, где государственный статус православия имел большее значение, чем вера во Христа и чтение Библии, и советской эпохи, где имела значение только единая великая государственная машина, а все остальное было диссидентством?

Надо задуматься о том, что взрывает аморфность и неопределенность, таящую в себе угрозу идеологического православия. К сути вещей приближают, по крайней мере, два стремления. Первое – показать и утвердить православие во всей красоте его византийского, во многом исторически обанкротившегося, идеала. Второе – стремление защитить светское государство и доказать на конкретных примерах, что бездумная православизация разрушает веротерпимость, демократические устои общества, примитивизирует понятие о православной и русской культуре. Но не только глубокая православизация, символом которой стал антисемитский учебник А. Бородиной, в корне несовместима с бытом и реальной жизнью современного русского человека. Для интеллигенции православие становится неприемлемым государственным молотом, у которого нет и следа византийской эстетики, русского средневекового искусства, смирения святых и политических парадоксов ХIХ века. Для православных националистов русский народ с его непонятным представлением о вере становится морально развращенным существом, который надо спасать от либералов. И в том, и в другом есть доля правды, от которой никуда не деться, и либералы, и православные патриоты представляют собой два исторически сложившихся в России идейных лагеря, которые только во взаимодействии друг с другом (не в личном, но в диалектическом) могут сформировать гражданское общество, пребывающее в сознании и в понимании смысла своего существования.

Роман Лункин,
для "Портала-
Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования