Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Комментарий дняАрхив публикаций ]
Распечатать

Православие - это государство? Пока президент Путин призывает к веротерпимости, на Рождественских чтениях строят православную империю


Православие является важной и неотъемлемой частью политического мира России, однако долгое время оно играло роль лишь исторического и культурного символа народа. Так было и при Сталине, и при Ельцине, уже после того, как официальное православие РПЦ МП перестало быть полностью подконтрольной власти структурной единицей. Лишь примерно после 2000 года главенствующая Церковь стала открыто выступать в качестве самостоятельного политического института, который может занимать активную позицию в своих отношениях с государством, а не только благолепно благословляющую. Сложность заключается в том, что одно дело быть уникальным и важным символом, а другое дело выражать свою собственную позицию в текущей политике, пусть даже лояльную. Идеология "русской цивилизации" митрополита Кирилла (Гундяева) стала хорошим ориентиром в мире православных патриотических иллюзий.

Довольно туманная идея самобытной "русской цивилизации" владыки Кирилла, которая в целом направлена на поддержку полуавторитарной светской власти эпохи Путина, заставляет увидеть другие, уже вполне радикальные, ультраконсервативные идеи. В этом смысле показательно, насколько стали отличаться по духу Всемирный русский народный собор митрополита Кирилла, хотя бы формально настроенный на диалог с обществом с позиций нравственности, и Рождественские чтения митрополита Калужского и Боровского Климента (Капалина), которые с каждым годом предлагают все больше методов наступления на различные сферы общественной жизни. Создается впечатление, что организаторы чтений пытаются добиться того, чтобы именно светские люди, чиновники сами публично отрекались от всяких светских принципов и сами предлагали пути самоограничения. В 2006 году министр образования и науки РФ Андрей Фурсенко был даже освистан за то, что не пожелал публично каяться в поддержке введения светского предмета "Основы мировых религий" (вместо конфессиональных "Основ православной культуры").

В 2007 году в целом ряде ключевых выступлений на Рождественских чтениях призывы к тому, чтобы Церковь стала государственной, прозвучали уже как часть необходимого ритуала. Доклад министра культуры и массовых коммуникаций РФ Александра Соколова был образцом безудержного клерикализма, потому что министр выдвигал такие идеи, которые он сам воплощать явно не будет. Во-первых, главной задачей образования он назвал "введение в традицию", а затем выступил против "макдональдизации" культуры, которая ведет "к депопуляции суперэтносов". В своем докладе А. Соколов пытался, с одной стороны, затмить "врага народа" министра Фурсенко, с другой стороны резко критиковал современную светскую культуру в точном соответствии с тем, как ее порицает митрополит Климент.

Наиболее четко о том, как можно добиться воплощения в жизнь всех планов владыки Климента и министра А. Соколова, в докладе на пленарном заседании Рождественских чтений в Государственном Кремлевском дворце 30 января поведал ведущий экстремистской программы "Однако" на Первом канале Михаил Леонтьев. Описывая ситуацию в нынешней России в рамках своего доклада "Новая элита и новые ценности", Леонтьев сознательно отказался от образа России как страны, где может существовать и соблюдаться какой-либо закон. Телеведущий отождествил само государство с Церковью, потому что государство, по его мнению, должно быть "оплотом ценностей", а не цербером. Критерием того, что можно, а что нельзя делать в таком государстве может стать только понимание греховности поступков. Далее Михаил Леонтьев размышляет вполне логично – если страной руководит Сам Бог, а власти руководствуются понятиями греха и праведности, то "основой на этом пути должна быть Церковь".

Михаил Леонтьев также выразил основную идею государственной православной политики, которую фактически выражали и митрополит Климент, и А. Соколов, и многие другие выступавшие. Идея эта заключается в том, что внедрять "церковность" необходимо сверху, в обязательном порядке, внедрять в умы всех, до кого государство в состоянии достать - от школьников до последнего рядового солдата. Ко всему остальному вольному народу участники Рождественских чтений не обращаются. Во-первых, остальной народ считается заведомо православным, а, во-вторых, подсознательно все-таки многие полагают, что обращаться к нему бесполезно в силу его безнадежной нецерковности - с этой точки зрения становится понятным, откуда берутся эти невежественные министры, учителя, школьники и солдаты. Михаил Леонтьев выразился прагматичнее всех. По его словам, "навязать народу мораль нельзя, но... чиновник должен в обязательном порядке следовать морали". Побороть грехи, в том числе и стяжательства, как отметил телеведущий, возможно, если правящая элита станет православной.

Очевидное противоречие вносит сама правящая элита, заявляющая о необходимости соблюдения светских законов и Конституции РФ. 31 января на коллегии ФСБ РФ президент Путин призвал органы безопасности не допустить попыток разжигания в стране экстремизма и нетерпимости. Глава государства сказал слова, имеющие прямое отношение к идеологии участников Рождественских чтений. По мнению президента, "важно не только обеспечить законность и правопорядок, но и обезопасить общество от попыток вброса в общественно-политическое поле идеологии экстремизма, национальной и конфессиональной нетерпимости".

Российская реальность ставит нас перед неразрешимым вопросом: а что же делать, если "вброс" уже произошел, и его сделала сама правящая элита, которую, несмотря на православность президента, нельзя назвать православной и церковной по духу. Председатель комитета Госдумы РФ по связям с общественными объединениями и религиозными организациями Сергей Попов может заявлять о том, что "права человека – вторичны, это производное от православия". При этом, само православие становится не альтернативой, а оппозицией правам человека. Это хорошо видно на примере недавнего выступления главы Совета муфтиев России шейха Равиля Гайнутдина о попытках внедрения "Основ православной культуры": "Нас не могут не беспокоить попытки придать новые оценки российской истории, связанные с возвеличиванием одного народа и принижением роли других. В нарушение принципа Конституции нашего государства уже в 74 субъектах введен в школах предмет "Основы православной культуры"! Преподавание только этого предмета ставит мусульман, иудеев и буддистов в положение младших братьев!" И такого рода антиклерикализм также получает поддержку в среде правящей элиты.

Православие не как Церковь, а как определенная обязывающая к действиям идеология, по существу, начинает мешать правящей элите. Сиюминутная необходимость заявить о своей приверженности православию провоцирует на бессмысленные и заведомо циничные высказывания, а требования сделать новую элиту православной воспринимаются либо как утопия, либо как вызов. Реальная жесткая православная идеология ставит в неудобное положение как тех, кто имитирует демократию в авторитарном государстве, так и тех, кто действительно стремится построить демократическое государство. Ксенофобски настроенные православные патриоты на практике противопоставляют православие современному российскому государству, и, тем более, будущему демократическому. Православный клерикализм исключает из государства нынешнюю правящую элиту, но не предлагает своей, так как порождает лояльных циничных чиновников-коррупционеров.

Наличие столь парадоксальных, противоречивых и извращенных общественных сил в России обусловлено недоверием к свободе, хотя столкновение лжи и свободы это также путь к светскому государству, где Михаил Леонтьев сможет ощущать себя элитой, независимо от того, кто находится у власти. По поводу свободы в одном из своих выступлений глава Российского союза евангельских христиан-баптистов Юрий Сипко отметил: "Известный писатель Мильтон так выражал ценность свободы: "Хотя всем мнениям и истине в том числе, есть место под солнцем, мы напрасно запрещаем или разрешаем сомневаться в её силе. Дайте ей схватиться с ложью. Вестимо ли, чтобы истина не победила в свободном и открытом поединке". Но опять же, это Мильтон, и это Англия. Хочу заметить, что данную индивидуальную свободу, не освоили пока ни государственная власть, ни церковь, ни общество". Не стоит питать иллюзий по поводу того, что власть освоит эту свободу, когда общество молчит, а Церковь требует имперского порядка.

Роман Лункин,
для "Портала-Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования