Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МнениеАрхив публикаций ]
 Распечатать

Ведущий программы "С христианской точки зрения" на Радио "Свобода" священник ЯКОВ КРОТОВ: "Криптокатоличество не в том, что кто-то тайно любит католиков, а в том, что католики не решаются действовать открыто"


"Портал-Credo.Ru":  Отец Яков, Вы, вероятно, слышали о скандале, который развернулся вокруг новой парижской семинарии, из которой, хлопнув дверью, ушел студент Андрей Сребрич, обвинив руководство в филокатоличестве или, как его назвыают, криптокатоличестве, приведя ряд аргументов. Как бы Вы могли оценить сам факт этого события и те аргументы, которые высказывает в своем открытом письме бывший студент?

Священник Яков Кротов: Мне кажется, что все это лукавство – со всех сторон. Все участники ситуации ведут себя лукаво, начиная с католиков, которые не желают, не хотят прямо отвечать, в чем дело, хотя могли бы. И предпочитают все это делать тайно. Криптокатоличество не в том, что кто-то тайно любит католиков, а в том, что католики боятся, не решаются действовать открыто. И действуют методами, которые в старину называли "иезуитскими", а нынче разумно говорить "путинские".

– Вы каких католиков имеете в виду?

– Парижских. В этой ситуации было совершенно естественно со стороны парижского диоцеза издать коммюнике, в котором внятно объяснить, что реально происходило. Абсолютно лукава позиция Патриарха Кирилла и всех прочих так называемых "никодимовцев" – в данном случае уже речь идёт о "никодимовских внуках", уже второе поколение православных номенклатурщиков, которые заигрывают с католическими номенклатурщиками. К единству во Христе эти заигрывания отношения не имеют, и друг друга все эти псевдо-экуменисты без колебаний предадут, если решат, что нужно предать. Совершенно несомненно то, что все эти католические симпатии, все эти контакты – им грош цена. Это не от сердца к сердцу, а это от бюрократии к бюрократии. То есть, это какие-то административно-казенные игры. В чем лукавство этих игр? Да в том, что они тайные! Если это христианское единство – в нем должна участвовать община, а не один какой-то персонаж.

Но у католиков позиция другая, что экуменизм – это дело канцелярии, это должны договариваться пастыри, учителя, а овцы пойдут, куда прикажут. Так это же лукавство и противоречие, потому что экуменизм не может ограничиваться частями, пастырями. Но со стороны критиков всего этого тайного католичества, если оно есть, – тоже лукавство. Они что, не знали, что такое Московская патриархия? Они не знали, что в ней есть абсолютное безразличие к сути и готовность произвести любые телодвижения, любые молитвы, если это кому-то понравится из начальства? Знали прекрасно. Значит, повторяется феномен Эдельштейна и Адельгейма: люди идут в патриархию, заведомо зная, что там происходит. Принимают рукоположение, поступают в семинарию, а потом по разным обстоятельствам начинают кричать: "Ах, какое это осиное гнездо!" А ведь знали все заранее. Знал раньше – молчи и теперь. Не строй из себя девочку, которая впервые узнала, кто такой мальчик, за которого она вышла замуж. Всё знала, обо всём догадывалась.

Антиэкуменизм этот непоследователен и с противоположного конца. Уходят из МП, проклиная её за ересь, но ведь потом, рано или поздно, останавливаются в проклятиях и начинают идти на компромиссы. Потому что если не остановиться – фанатик остаётся в одиночестве. Не потому, что он плохой – это логика языка. Если ты делаешь из языка средство разобщения, ты неизбежно должен остаться один. Но это редко бывает, обычно, в конце концов, идут на какие-то компромиссы. Другим лицемерия, лукавства и компромиссов не прощают, а себе простят, найдут оправдание. Поэтому нет здесь правых, нет виноватых. А есть просто бурса на церковной почве.

И так будет всюду, где Церковь подменяется халтурой, существующей на дармовые деньги, существующей без отчетов, без настоящего участия церковной общины во всем этом деле. Это как парткомы при Брежневе. Там тоже были совесть, смирение, какие-то отношения между людьми. Кого это волнует теперь? Никого. Это ни к марксизму, ни к социализму не имело отношения. Так и это всё канет в Лету.

– Но тут ведь не совсем община, тут учебное заведение.

– Да, семинария – это не община. Но она все равно должна быть институтом Церкви. Что делает эта семинария в Париже? Правильно говорит Никита Струве – это совершенно непонятное явление. На чужой канонической территории. Это что, националистическая организация? Да это националистическая, имперская организация Российской империи!

Так что, он этого раньше не знал, с кем имеет дело? Знал. И, тем не менее, Никита Алексеевич Струве предпочитал и будет предпочитать иметь дело с Московской патриархией. Потому что это солидно, это деньги, это государство, это кредиты. А с маргиналами он не будет иметь дело. Поэтому его возмущение всей этой ситуацией тоже лукавое.

В том-то и трагедия, что русская эмиграция не была вообще русской эмиграцией, а была – в той части, которая именно гордилась собой как эмиграцией – эмиграцией номенклатурной. Она ненавидела самое творческое в себе: Бердяева, Цветаеву. И в результате русская эмиграция, когда на нее обрушилось ГПУ в православной упаковке, не могла найти сил для сопротивления, потому у них общий идол – власть, нация, догма. Поэтому все их конфликты сейчас – с собором в Ницце, с семинариями с двумя, – это все стоит на пустоте, потому что они не могут сказать: Московская патриархия противоречит творческому духу православия. Не могут! Они сами вне творческого духа. Они сами не прочь под Кремль. Но только со своей идеологией. Им хочется не двуглавого орла с красной звездой и крестом, а только двуглавого орла с крестом. Ну, значит, это все раздоры в одном лагере. Крест у такой эмиграции и у такой патриархии – на втором месте.

– Вы упомянули термин "каноническая территория". А насколько вообще сам этот термин закономерен и имеет смысл?

– Термин имеет определенный смысл. Для меня не очень большой, потому что, как историк, я знаю историю возникновения этого термина, знаю его пределы. Но ведь все участники этого спектакля – комедии дель арте – одобряют этот термин? Никто при этом не делает этого последовательно, что меня больше всего и развлекает во всяких старообрядческих, старостильнических, антиэкуменических движениях.

Либерал – понятно. Он с ходу, вот как я, говорит, что каноны – вещи относительные, временные и соответственно так и живем, соотнося каноны с волей Божией, являемой многообразно сегодня. А все эти, условно говоря, реакционеры, они начинают с того, что говорят, что каноны – абсолют, и давайте врежем абсолютом по бездорожью и разгильдяйству. А заканчивают тем – куда деться-то? – что все равно ведут себя так, как если бы каноны были относительно. Потому что они относительны. И вот это вот  лукавство, когда не в силах осмыслить, признать, выразить свои собственные исходные посылы, и подменяют их, создаёт шизоидность, которая характерна, опять-таки, для реакции - и кремлёвской, и эмигрантской. Чума пожирает оба эти дома, что не мешает, конечно, в обоих домах совершаться таинству веры, проживать жизнь с Богом. Но, конечно, лучше бы без чумы и без шизы.

Беседовал Владимир Ойвин,
"Портал-
Credo.Ru"


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-22 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования