Портал-Credo.Ru Версия для печати
Опубликовано на сайте Портал-Credo.Ru
31-01-2006 12:55
 
МОНИТОРИНГ СМИ: О введении курса "Основ православной культуры" беседует Владимир Познер с протоиереем Михаилом Ардовым, правозащитником Львом Пономаревым, пресс-секретарем СПГ Кириллом Фроловым и протоиереем Всеволодом Чаплиным

Владимир Познер: В нескольких областях России начинается эксперимент – в школах вводится факультативный курс предмета под названием "Основы православной культуры". Я сразу для себя делаю маленькую заметку и хочу понять, что такое православная культура. Вернее сказать, так: а вот есть, например, католическая культура именно как культура? Есть ли иудейская культура? Наверное, есть, просто это вещь, которую я хотел бы уточнить. Далее, в "Известиях" пишут так, я цитирую: новую дисциплину введут в школах Калужской и Владимирской области, а в Калининградской области "Основы православной культуры" изучают уже несколько лет. Хочу подчеркнуть, изучать детям "Основы православной культуры" или отказаться от этого – родители будут решать сами", - сообщила "Известиям" замминистра образования, культуры и спорта Калужской области Татьяна Курская".

Должна была бы быть, конечно, Татьяна Калужская, если правильно.

"Об изучении Закона Божия или отправлении религиозных обрядов на уроках речь не идет". "Комментируя нововведение Минобраза, президент еврейской общины Калужской области Захар Сэр дал понять "Известиям", что он от него не в восторге: "Если бы одновременно с "Основами православной культуры" школьники изучали основы культуры мусульманской, католической, иудейской, это было бы вполне нормально. Если же только православную - это не совсем корректно. Мы тоже хотели бы участвовать в просвещения школьников и рассказывать об иудаизме". "Школьников Калининградской области стали приобщать к основам православия еще полтора года назад". "Мои родители - мусульмане-сунниты, и я - мусульманка, но посещаю эти уроки с большим интересом, - рассказала старшеклассница Рената Ахмедова. - В области, где 90 процентов жителей - христиане, не знать историю православия просто глупо". Вот это конец цитаты.

Также на минувшей неделе было опубликовано заявление участников инициативной группы "Общее действие", где, в частности, говорится следующее: "Нападение на прихожан хасидской синагоги в Москве, на Большой Бронной улице вызвало большой общественный резонанс. Представители государства, правоохранительных органов и общественности в очередной раз резко осудили антисемитизм и разжигание межнациональной и религиозной вражды. А тем временем, Московская Патриархия Русской Православной Церкви, публично осуждая антисемитизм, энергично лоббирует курс "Основ православной культуры". На страницах этого курса обрели новую жизнь средневековые обвинения иудеев в распятии Христа и ...те же самые, что и в "письме 20-500-5000" обвинения иудеев в стремлении к господству над другими народами, в безблагодатности".

Под этим письмом подписались 9 правозащитников.

Сегодня на протяжении всей нашей программы, которая продлится на полчаса меньше обычного, поскольку я должен бежать на Ярославский вокзал и ехать в славный город Вологда, мы будем говорить об этой теме, об этих публикациях и вообще о преподавании в школе этого предмета все-таки в светской стране, где, как известно, школа отделена от Церкви.

Кто у нас принимает участие – позвольте, я назову наших гостей по алфавиту.

Клирик Российской Православной Автономной Церкви протоиерей Михаил Ардов, еще не прибывший, но пробивается сюда координатор инициативной группы "Общее действие" председатель общероссийского движения "За права человека" Лев Александрович Пономарев, пресс-секретарь Союза православных граждан Кирилл Александрович Фролов и, наконец, заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. Мы с Всеволодом Чаплиным – давние знакомые, порой спорим, что нормально, но, по-моему, в пределах парламентских норм. Правда же?

Чаплин: Конечно.

Познер: Так вот, давайте начнем. Меня смущает в принципе введение такого предмета по нескольким параметрам. Первое – ну на самом деле школа отделена от государства. Если бы это была частная школа – ну как, скажем, во Франции – это весьма светская страна, но есть католические школы, и если родители хотят определить своих детей в частную католическую школу, они это делают. Но в государственной школе об этом речи быть не может, чтобы вообще в каком-либо виде даже изучалась бы религия, не то что...

В.Ч.: А религия гуманизма, которую нам навязывают в школах?

П.: Это же не религия.

Ч.: Это религия. Это чистая идеология. Это тоталитарная идеология.

П.: Идеология, но не религия.

Ч.: Я не вижу разницу.

П.: А я вижу. Мне кажется, что религия основана, прежде всего, на вере.

Ч.: Гуманизм тоже. Это не наука, это идеология.

Ардов: Это обожествление человека. Вид язычества, безусловно.

П.: Язычество, возможно, да. Так вот что я хочу сказать, я бы не возражал нисколько если в России открылись бы средние школы, где люди изучали бы программу для того, чтобы потом поступать в институт, в университет, но они были бы православными – абсолютно нормально, частные школы, люди платят за это деньги, родители хотят, чтобы их дети это изучали. И на здоровье. В государственных школах – вопрос у меня возникает еще почему. Во-первых, я плачу за это налоги – я не уверен, что я хочу. Во-вторых, тогда давайте уж равноправие всем религиям, тем, по крайней мере, которые в России считаются традиционными. В-третьих, положим, большинство детей ходят на эти уроки – родители того хотят. А какая-то часть – небольшая – не ходит. Волей неволей они в глазах остальных детей – я не говорю о родителях – становятся какими-то не такими и наверняка могут подвергаться самым неприятным вещам. Ну, дети – люди жестокие, это на самом деле так. И я полагаю, что при том, что замечательно было бы преподавать в наших школах вообще историю религий, православную, вообще христианства и разных его ответвлений, ислама, иудаизма – это крайне полезно. Изучение, кстати говоря, искусства через религию, потому что величайшие картины написаны на эту тему. Но только чтобы это делали не священники той или иной веры, которые волей-неволей тяготеют к своим. Чтобы это делали люди, которые понимают, знают, пишут об этом, но сами не являются представителями религиями. Вот какие у меня возникают вопросы в связи с этими... ну, скажем так, попытками... Хотя госпожа Курская и говорит, что речь не идет об изучении закона Божия, но мне кажется, что здесь есть определенное лукавство. У меня есть ощущение, что к этому идет дело, и тогда уже вопрос отделения школы от церкви – это вопрос очень относительный. Вот некий посыл, а дальше прошу вас возражать, соглашаться и так далее. Отец Чаплин, вы хотели бы сказать, да? Прошу.

В.Ч.: Вы знаете, эта дискуссия ведется уже много лет, и мне удивительно, что вокруг этого вопроса до сих пор существуют какие-то мифы, которые вроде бы давно уже должны перестать существовать. Миф об отделении школы от Церкви. Школа не отделена от Церкви. Эта норма была в советской конституции, сегодня она из нее изъята, и изъята сознательно. Когда говорится о том, что это эксперимент, чуть ли не сегодня возникший, – это тоже неправда. "Основы православной культуры" преподаются в целом ряде регионов - это Курс, Смоленск, это, как уже сказали, Калининград, Белгород, некоторые другие регионы. И нигде это не вызвало ни конфликтов, ни озлобления. Далее говорится, что всех в обязательном порядке будут забирать на эти уроки.

П.: Нет.

В.Ч.: Вы этого не говорили, и совершенно правильно. Спасибо вам за это. Но как только тема поднимается, в некоторых газетах и на некоторых сайтах сразу говорится, что вот, будут бить указками, чтобы шли на эти уроки. На самом деле, что мы пытаемся в нашей стране утвердить – такую же систему, которая успешно работает в большинстве стран Европы и которая сейчас, между прочим, стала успешно работать в большинстве стран СНГ – это сейчас происходит на Украине, происходит в Армении, происходит даже в таких конфликтных странах, как Румыния или Сербия. Предлагается на выбор несколько курсов разных религий или светской этики. Пожалуйста, в Сербии это православие, баптизм, лютеранство, ислам, иудазим и светское атеистическое агностическое, если хотите...

П.: Это разные вещи, согласитесь. Агностическое и атеистическое - это разное. Атеист знает, что Бога нет, а агностик этого не знает.

Ч.: Они спорят между собой больше даже, чем христиане разные. Но так или иначе такая система была бы для нас идеальна. Когда нам говорят, что такого ни в коем случае нельзя допускать, я за этим вижу, к сожалению, не желание сделать людям лучше, а боязнь утратить идеологическую монополию, которая до сих пор у нас в школе в обязательном порядке навязывается учащимся и их родителям вопреки нормам международного права. Международное право предполагает, что дети и их родители имеют право выбирать мировоззрение в школе и добиваться того, чтобы мировоззрение, преподаваемое в государственной школе, соответствовало тем убеждениям, которые исповедуются в семье. У нас этого нет. У нас навязывается материализм. У нас навязывается грубый антропоцентрический взгляд на мир. То есть говорится о том, что религия – это чушь и сказка, говорится о том, что человек произошел от обезьяны, говорится о том, что только социальными причинами обусловлены все исторические события. То есть советский материализм остался господствующей в школе единой безальтернативной монопольной идеологией. И когда говорят, что оставьте государственную школу вот этим советским педагогам и идите в свою частную школу, разумно спросить: отдайте нам 40 тысяч школ. Ведь школа в России стала государственной в результате преступления, в результате того, что церковная школа – а у нас половина школ в России была церковной, около 40 тысяч школ по территории всей Российской империи были церковными школами. Отдайте эти здания и тогда будет говорить.

П.: Отец Ардов, вы хотите что-нибудь сказать по поводу только что услышанного?

- А.: Я бы хотел сказать, потому что мне кажется, что этот вопрос гораздо сложнее даже, чем то, как его осветил отец Всеволод. Я православный священник уже более четверти века и, наверное, я очень хотел бы, чтобы все люди в нашей стране стали православными. Но я, кроме того, реалист. И я боюсь, что введение этого предмета, да еще и учебники.. . я не уверен, что они такие хорошие – я в эту проблематику не сильно влезал – что это может вызвать совершенно обратный эффект. Я сам учился в советской школе, и советская школа испортила мне восприятие русской литературы в большой степени. Полностью испортила, предположим, Некрасова, подпортила Пушкина, испортила Льва Толстого, ужасную ненависть внушила к Маяковскому. Все, что преподается в школе, очень часто, а особенно неталантливыми педагогами по плохим учебникам, вызывает протест.

Ч.: : Отменить школу вообще...

А.: Нет, отменить школу не надо. Но мне кажется, что при том положении, в котором находится наша страна, где 90% православных священников двух слов связать не могут, где нет учителей, которые могли бы все это внятно, гласно и нормально преподавать... А кто это будет преподавать? Что, будут какие-то богословские факультеты в педагогических институтах? Все это может закончиться плачевно, т.е. вызвать совершенно обратный эффект. Разумеется, очень хорошо, что это будет факультативно. Даже в императорской России мусульмане, протестанты и иудеи были освобождены от Закона Божьего и они, так сказать, на эти уроки не ходили. И теперь я вам скажу такую вещь: в 1991 году я служил на сельском приходе в Егорьевском районе. Неподалеку от моего прихода было очень большое село, Новоегорье называлось, там была школа, и поскольку, вы помните, это не сейчас, а тогда, подъем такой, после 1000-летия Крещения Руси, неслыханный интерес к Церкви, только сняли запреты. Очень милая женщина, учительница, пришла ко мне и сказала: Хотите вести у нас уроки религии? Я сказал, конечно, хочу. Я помчался в Москву, в катехизаторский отдел, взял какие-то пособия и пришел первый раз к ним в школу. На первую мою лекцию пришло столько народу, что самый большой зал не вместил всех желающих – столько было родителей и детей. Я выступил, старался мягкую апологетику. На второй урок пришло 7 человек, а на третий не пришел никто. И вот этого я боюсь. Я боюсь дискредитации православия и идеи.

П.: Кирилл Александрович, вы пресс-секретарь Союза православных граждан. Это большая организация?

Фролов.: Да, это большая организация, которая распространяется по всей канонической территории РПЦ, т.е. не только в РФ, но и на Украине, и даже в Казахстане к нам входит Союз православных казахов – это казахи, принявшие православия. И есть даже свой Союз кинематографистов. И я хочу сказать, что весь вопрос об "Основах православной культуры", все аргументы противников их представляются мне просто-напросто демагогией людей, которые покушаются на наши права и свободы.

П: Можно я вас перебью с одной просьбой? Я, например, противник. Я вас уверяю, что я не демагог. Я вас уверяю, что я не хочу ущемлять ваших прав, абсолютно. И поэтому я хотел бы, чтобы спор был корректным. Потому что я могу сказать: а вот те, которые за, на самом деле мракобесы и т.д. А зачем? Я хочу услышать, на самом деле, доводы не "они все идиоты, сволочи", а что-нибудь более убедительное. Давайте попробуем обосновать вашу точку зрения. Почему вы считаете, что в школах нужно в принципе это хотя бы факультативно иметь? Вот это меня интересует.

Ф.: Есть несколько ключевых позиций, по которым мы свою позицию аргументируем. Первая – это правозащитная. Несомненно, к РПЦ принадлежит большинство граждан РФ, они вправе знать историю и культуру той религиозной традиции, которая на русскую культуру повлияла, и повлияла позитивно – фактически, стояла у ее истоков. Мы видим, что чудовищная ситуация, когда вырастает целое поколение людей, которые не могут отличить Сергия Радонежского от Гарри Поттера и колоссальное невежество... Мой друг, председатель Византийского клуба Аркадий Малер, он преподает в нескольких российских ВУЗах и студенты ему говорят, что Иисус Христос родился в 4-м веке до н.э. Поэтому дикое религиозное невежество, воинствующий оккультизм, самые дикие экстремистские культы – это как раз следствие того, что в школах "Основы православной культуры" отсутствуют, и я категорически протестую против того, что антисемитизм и экстремизм связывают с "Основами православной культуры". Наоборот "Основы православной культуры" есть наилучшее лекарство от экстремизма, потому что национал-язычники – те самые люди, которые поджигают синагоги и тому подобное – большая из них часть – а мы имеем опыт судебного разбирательства с такого рода людьми – считает РПЦ еврейской организацией, навязанной русскому народу и т.п. Поэтому коричневый цвет России – отчетливо антихристианский, отчетливо антиправославный. Большинство авторов "Письма 500" и 5000 – это люди, которые считают, что РПЦ МП продалась евреям, американцам и кому-то еще. Михаил Назаров. Константин Душенов, Александр Севастьянов – эти фигуры нам хорошо известны. Они не просто не имеют никакого отношения к РПЦ, но ненавидят ее. Поэтому я еще раз утверждаю, что "Основы православной культуры", знание своей культуры и традиции является лекарством от экстремизма, от всяческого невежества, от диких парацерковных группировок и всего подобного. Мало того, мы за то, чтобы этот курс вводился в сотрудничестве с государством. Если люди не будут знать православную культуру, они будут получать суррогатную религиозную информацию с Распутиным, с жидомасонским заговором и т.д.

Что касается дискредитации, то я приведу такие факты: половина благочинных в Московской областной епархии – это священники 75-го – 80-го года рождения. Это талантливые молодые люди, без груза советского прошлого. Поэтому, поверьте, в нашем педагогическом сообществе речь идет о том, чтобы "Основы православной культуры" преподавали светские преподаватели, есть достаточное количество талантливых преподавателей. И что бы там ни было, как бы ни было скучно в школе, математику, английский язык и русскую литературу мы знаем благодаря школе.

П.: Какого вы года рождения?

Ф.: 73-го. Комсомольцем не был.

П.: Поздравляю с этим.

Лев Александрович Пономарев. Давайте будем исходить из того, что мракобесов нет, что все честные, порядочные люди со своей точкой зрения. Как я понимаю, вы противник того, чтобы в школах преподавали "Основы православной культуры".

Пономарев: Да, бесспорно. Немного расскажу историю, о том, как мы втянулись в этот процесс – мы же не сами это придумали. К нам пришли родители, принесли учебник Аллы Бородиной "Основы православной культуры" - тот основной учебник, который вводится...

Ч.: Это не основной учебник, неправда. С тех пор появилось много прекрасных учебных пособий, в которых не только нет ни слова там об иудеях или еретиках, там говорится собственно о православной культуре и ее роли в истории нашей страны.

П.: Такой учебник есть?

Ч.: Такой учебник был, он не используется, потому что "Основы православной культуры" в регионах вводятся совместно с Департаментов Министерства образования и мало того, мы выступаем за сотрудничество с государством в этом вопросе.

Л.П.: Длинное выступление моих оппонентов показывает, что тогда мы были правы, по крайней мере. Когда мы посмотрели учебник Бородиной, мы выступили резко против этого учебника и подняли всю эту дискуссию. Это было чудовищно. Там были фразы.. там шел разговор о том, что ...  стандартные полемики о том, что евреи распяли Христа. И там был комментарий автора: "Причиной было то, что этот народ думал о своей независимости, власти над другими народами, о земном благополучии, поэтому идея вечной жизни через спасение от грехов и страстей была ему непонятна". Это цитата из этого учебника. Сначала боролись против этого учебника, потому что другого не было. Этот учебник был рекомендован специальным координационным советом Министерства образования России для того, чтобы он был основным учебником по всей территории России. И был такой орган – координационный совет по взаимодействию Православной Церкви с Министерством образования. Этот орган почти государственный. И там было написано "рекомендован координационным советом". И мы считали это абсолютно недопустимым, когда одна из религий – пусть она доминирующая – взаимодействует с государственным органом и фактически эта рекомендация является указанием на введение в образование этого учебника. Но после этого была широкая дискуссия в обществе и ряд регионов высказались категорически против. В частности, Москва высказалась против введения этого учебника. А что мы хотели? Что мы считали правильным? Мы считали, что, конечно, история христианства должна быть известна, так же, как и история мусульманства, поэтому выступали за введение такого предмета, как "История мировых религий", и мы очень довольны тем, что министр образования Фурсенко поддержал эту идею. И сейчас заказан этот учебник, и на федеральном уровне эта проблема в каком-то смысле решена. Если я правильно понимаю ситуацию, существует государственный заказ, кто-то пишет или уже написал учебник "Основы мировых религий", и этот предмет должен преподаваться. И, как нам кажется, важно, чтобы этот предмет преподавался людьми, не принадлежащими ни к одной из конфессий. Т.е. это должны быть очень образованные люди, квалифицированные, но не принадлежащие ни к одной из конфессий, чтобы не было перекоса.

Ч.:- Запрет на профессии.

Л.П.- Даже близкого нет к запрету. Я говорю, что не принадлежащие к активистам, не священник. Конечно, он может быть религиозным. Он не должен быть священником. На этом как бы разговор приобрел то решение, которого мы добивались. Но сейчас мы узнали, что есть региональные компоненты, и в соответствии с ними в некоторых областях сейчас вводят этот предмет "Основы православной культуры". И я сейчас вижу в Интернете, как это вводится, и вижу, что это определенная обязаловка. Я сейчас читаю, как это происходит в Калужской области. Здесь говорится следующее: когда спросили у руководителей образования Калужской области, каким образом... Они сказали: к нам обратилась только одна конфессия, это православные. Если бы другие обратились, мы бы тоже ввели. А дальше есть интервью с раввином местным. "Мы обращались – нам никто ничего не ответил". Уже эта идея, что 90% России есть православные и мы можем отодвинуть в сторону представителей других конфессий и идти вперед. Паровоз уже пошел, как говорится. Поэтому, какие бы слова тут не говорились, для меня совершенно очевидно, что перекос уже есть и он будет дальше продолжаться. Я, например, атеист, и я не хотел бы, чтобы мои дети или внуки изучали только одну православную культуру.

П.: Вы как родитель, насколько я понимаю, имеете права сделать так, чтобы ваш ребенок, если он ходит в эту школу, не посещал бы этот урок.

Л.П.: Здесь есть одна проблема. Проблема заключается в том, что это вводится, а родители должны потом сами заявить, что мы не хотим посещать этот урок. Вот такая форма введения приводит к тому, что если еще известно, что директор гимназии – православный человек и вводит это, то совершенно очевидно, что это определенное давление. Точно так же и в комсомол мы могли не вступать, но все понимали, что если человек пишет заявление, что не хочет вступать в комсомол, он подвергается остракизму. Я абсолютно не сомневаюсь, что это будет происходить и происходит.

П. Мы выслушали 4 точки зрения. Некоторые совпадают, некоторые нет.

Открытая дискуссия. Кто хочет – пожалуйста.

М.А. Я хотел бы заметить, что мне кажется, что представители МП как всегда несколько преувеличивают свои успехи. Говорить, что 70 или 80% являются православными – это выдавать желаемое за действительное. Если в этом городе Москве при 600 храмах приходит в пасхальную ночь 170 тысяч человек – меньше 1% - это неправославный город.

Ч. Ничего подобного, весь день идут сотни тысяч.

М.А. У нас практикующих православных – не более 3-5%. Это безусловно. Не будем спорить. Если вы хотите сделать эту страну православной – а я уверен, что вы хотите – вы должны заняться не введением вот этого учебника. Вы должны требовать переделки других учебников – истории, литературы. Это надо сначала сделать. Вы начинаете с последнего. Надо переделать учебники истории, надо переделать учебники литературы, чтобы не восхвалять бандитов-декабристов, дурачков Белинского и Герцена, монстра Чернышевского. И тогда, после этого, надо что-то такое сделать. Вы должны требовать убрать памятники Ленина. Ну представьте православную страну, где стоят памятники Юлиану-отступнику, Нерону и таким мерзавцам, которые убивали христиан. И вот сейчас в Москве только что поставлен на Петровке памятник Дзержинскому. Вы протестовали против этого?

Ф.: Да.

М.А.- Нет, я не слышал этого.

П. Я заблуждаюсь, когда я предполагаю, что этот предмет – изучение православной культуры – и кстати, может быть вы раскроете мне, что это означает на самом деле. Насколько это отличается от изучения Закона Божьего? Насколько это отличается от уроков религии, говоря грубо? Насколько это чисто историческая вещь, без оттенков каких-либо, как мы преподаем, не знаю там, зоологию – зоология она и есть зоология. Вот здесь в какой степени это нейтрально и в какой это все-таки обучение, привлечение к православию?

Ч. – Есть много учебников, сегодня обо всех них говорить сложно, но в любом случае это не прямая проповедь. Это не уроки, которые сопровождаются богослужением, молитвой, призывом приходить в храмы и т.д. Но все-таки в этих учебниках, как правило, в большинстве говорится о тех истинах, которые исповедует христианство – о нравственности..

П.- .. православие.

Ч. – Православие. В большей части случаев идет речь об истинах, которые исповедуют все христиане – это 90%. Потому что они в своей фундаментальной части за исключением каких-то маргинальных групп одни и те же. Говорится о том, что аборт – это плохо, что любить свою страну – это хорошо, что экстремизм и терроризм – это плохо. Т.е. все-таки дается некоторое нравственное воспитание. И когда мы говорим о том, что молодой человек устроил резню в синагоге – все-таки он не посещал курсы православной культуры, а он играл без конца в игру Postal. И мне кажется, я почему-то верю, что человек, который посещает уроки "Основ православной культуры", или посещает воскресную школу, или посещает частную православную школу – он не пойдет никого резать. И скорее это будет делать тот, кто подвержен современной массовой культуре, которая становится все более и более агрессивной. Вы знаете, если вернуться к основе нашего спора, мы должны наверное все-таки понять и принять, что у людей, в том числе у тех, которые ходят в государственную школу, у детей, естьразные мировоззрения. Кто-то считает, что истинен только ислам, кто-то считает, что теория Дарвина – это научная истина. Я так не считаю, но есть люди, которые так считают.

- Л. П. – Это наука.

Ч. – Это не наука, это политическая гипотеза.

Л. П. – Я как биолог позволю вам сказать, что дарвинизм – это наука.

Ч. – Всем по-моему ясно, что это политизированная наука. Это идеология, это не наука. Он не писал о происхождении человека от обезьяны. Это идеологизированная вещь. И я хотел бы на самом деле спросить господина Пономарева как правозащитника. Вот, положим, ребенок из верующей семьи не хочет, чтобы ему в школе преподавали теорию Дарвина за деньги его родителей как налогоплательщиков. Почему у нас все-таки сохраняется эта монополия материализма? Даже если вы называете это мировоззрение тысячу раз наукой. Для меня это враждебное, иное, не приемлемое для православного ребенка мировоззрение. Почему оно у нас преподается обязательно, а другие мировоззрения вы хотите из круга опций, из круга вариантов исключать? Не предваряя ваш ответ на этот вопрос, мне хотелось бы сказать, что не надо лукавить. В школе идет борьба мировоззрений, в школе идет попытка промывания мозгов идеей экономического успеха, идеей приоритета земного человеческого бытия над всем остальным, идеей либерализма, если хотите, в довольно примитивном виде. И то, что борьба идет такая нешуточная вокруг этих несчастных "Основ православной культуры", которые уже спокойно преподаются лет 10 во многих регионах и никого не подвигли еще ни на резню, ни на драку, ни на конфликт, говорит о том, что все-таки есть борьба мировоззрений в школе, и мне кажется, что люди разных мировоззрений должны в школе иметь свою отдушину.

П. – Я хочу спросить только одно. Почему то, что вам не нравится, вы называете промыванием мозгов, а вот если будут преподаваться только православные идеи – это не промывание мозгов?

Ч. – Не только. Промывание мозгов – это то, что обязательно.

П. – Любое обязательно. Математику преподавать в школе, русскую грамматику преподавать в школе – это промывание мозгов или это обязательно?

Ч. – Вот уже русская грамматика в отличие от математики – это уже отчасти идеологизированный предмет. Сегодня в школах нам пытаются говорить, что нужно грамматические правила отменить…

П. – Давайте не будем на это ссылаться. Но в принципе изучение грамматики – это промывание мозгов?

Ч. – Смотря как ее изучать. Если вам дается новомодная идея…

П. – Да не новомодная. Что такое существительное, что такое прилагательное, как склонять, как спрягать, как пишутся, какие глаголы имеют отличия, какие исключения. Это вообще промывание мозгов?
Ч. – Это нет, а Дарвинизм – да. Дарвинизм – это идеология. Есть огромная разница между наукой как вы ее описали – математика, грамматика в ее основах и идеологическим конструктом, который выдан за науку. Пожалуйста, фрейдизм, психология – это наука? Это идеология. Это попытка сформировать человека.

Л.А. – Я хочу вернуться к тому, насколько добровольно изучение. Представители во Владимирской области говорят.. Оксана Барбарович: В 38 школах уже введены "Основы православной культуры" в виде факультативного курса. По ее словам, переход к обязательному изучению предмета будет осуществляться по мере переподготовки учителей и издания учебно-методической литературы. Вот вам и добровольность.

МП находится очень в активной, агрессивной фазе. Например, по мне возбуждалось уголовное дело. По храмам были собраны тысячи подписей. Меня вызывали в прокуратуру и так говорили: вот ничего не можем сделать, по храмам собраны 1000 подписей, вас к уголовной ответственности. Вы разжигаете межконфессиональную, межнациональную рознь. Кто это собрал? Вот движение, которое представляет здесь пресс-секретарь. Это движение Православных граждан собирало. Хорошо, прокуратура в тот момент сказала: мы все понимаем, это ерунда. Дайте нам объяснение – мы не будем возбуждать уголовное дело. А когда был суд над Самодуровым по музею – так там вместо того, чтобы судить погромщиков. Там опять были апологеты этого движения, и они посещали зал суда, и в результате вместо того, чтобы судить погромщиков, был по 282 статье – "Разжигание межконфессиональной и межнациональной розни" - осужден правозащитник Самодуров. Вы знаете, что члены этого движения в зале говорили и кричали? Я не буду цитировать. И это было точно разжигание. Мы видим агрессивность позиции МП, навязывание вот этих 90%.

П. Вы опасаетесь того, что этот факультатив на самом деле стремится быть обязательным, и тогда, по определению г-на Чаплина, становится промыванием мозгов.

Л.А. – Господин Чаплин скажем "мы этого не делаем", а чиновница уже приняла это к исполнению.

Ф. – Мы договорились обойтись без ярлыков, но фраза "агрессивная фаза" выдает, что как раз агрессивными являются противники "Основ православной культуры", которые приводят ненадлежащие аргументы, ненадлежащие ссылки. Я как ревностный сторонник введения "Основ православной культуры" говорю, что я сам заинтересован в добровольности этого предмета, но тем не менее чтоб он был не в продленном дне, но добровольно.

П. – Вы не хотели бы, положа руку на сердце, чтобы он стал обязательным?

Ф. – Исходя из того, чтобы наш народ пришел из фазы постсоветской образованщины и стал народом образованным, восстановил статус самого читающего народа, я хотел бы чтобы наш народ ознакомился и знал свою православную культуру, и с точки зрения этого желания я хотел бы, чтобы этот предмет был добровольный – именно чтобы не оттолкнуть нашу молодежь от него. Но чтобы он был. Чтобы право выбора было. И хочу ответить по поводу агрессивности наших оппонентов. К чему привела смена министров? К тому что в нашей системе образования был фактически установлен запрет на профессию для православных граждан. Именно за разработку "Основ православной культуры" были уволены профессор Гребнев, замминстра, и Любовь Грамаш, непосредственная разработчица этого проекта. А новый учебник, о котором говорил Лев Пономарев, академик Чубарьян, разработчик этого учебника, говорил прямо, что "мы будем прислушиваться к позиции академика Гинзбурга, человека уважаемого как честный атеист, но человека ангажированного. Т.е. в учебнике "Основы мировых религий" нам преподносится именно идеологизированное атеистическое мировоззрение. Атеизм тоже является религией. Что касается статистики – от Церкви отлучены только три человека. Это Филарет Денисенко, Глеб Якунин и Валентин Русанцов, глава той небольшой организации, которую представляет Михаил Ардов.

П. – Это не имеет отношения к нашему разговору.

Ф. – Это к тому, что это дело Церкви, кто православный, а кто нет. Большинство людей, которые крещены в церкви, просто не имеют возможности вести регулярную церковную жизнь. В Москве около 10 млн населения, большинство из них крещены. Просто в храм в новом районе вы не попадете – они переполнены.

П. – Простите, я вас перебью Я тоже крещен, правда, не православным, а католиком. Но я неверующий. Я в храм не хожу, я в Бога не верую. При этом не преступник, не вор, не убийца. На мой взгляд, вся эта философия – я читал, меня это страшно интересует, без этого история человечества не существует, это понятно. Но я пришел к определенным выводам. Поэтому то, что человек крещен, когдане он решает, а решает папа и мама – вовсе не значит, что он верующий и религиозен. Это потом выяснится. Может станет, может не станет. Меня сейчас не это интересует. Меня интересует появление этого предмета в общегосударственной школе, пусть как факультатив. Именно этого предмета.

Мы сейчас услышим наших слушателей.

Я позволю трем нашим слушателям задать вопрос, а потом будем отвечать на них.

Евгения, добрый день.

- Мне 29 лет, я не отягощенагрузом советского образования, я мама 2-х мальчиков, один из которых скоро пойдет в школу. Я очень много читала литературы по истории религии, в результате чего стала скорее воинствующим атеистом. Я крайне против того, чтобы в школе хотя бы факультативно появлялись такие предметы просто потому, что я даже себе не представляю, как дети будут общаться друг с другом. На такую неподготовленную психику ребенка все это сказочное изложение истории человечества очень часто ложится.. я считаю это немножко некорректно. Я считаю, чего не хватает нашим школам и в чем могли бы помочь представители Церкви – это приобщить детей к конкретной деятельности в рамках гражданских институтов. Дети могут помогать больным людям – не больным людям, а старым, допустим. То, чем раньшезанимались пионеры. Собственно это то, зачем появилась Церковь, особенно христианская – она появилась как спасительница людей обездоленных, несчастных. И в этом, может быть, ее главный смысл. Это в принципе та же самая идея гуманизма, но рассказанная другим языком, немного сказочно.

П. – Можно уточнить, почему вы против введения этого предмета. Более конкретно уточните.

Е – Потому что я считаю, что права тех людей, которые веруют – я уважительно к ним отношусь – они совершенноникак не ущемляются. У нас все церкви, которые не являются экстремистскими, разрешены в стране, и дети могут заниматься и осваивать этот предмет в непосредственно церквях, приходах. В школе нам не удастся избежать разделения массы детей, которые начнут спорить, пререкаться друг с другом, ты веруешь, а ты не веруешь – это будет еще один повод для разделения. Сейчас в московских школах делятся на кавказских детей, белых детей.. Еще один повод для разделения.

П. – Записали. Следующий звонок. Геннадий, мы вас слушаем.

Г. – К сожалению, простите меня, я недавно вас слушаю и не знаю по именам. Меня затронуло то, что человек говорил: почему православные не протестовали против памятника Дзержинского.. Мне хочется сказать, что если бы он изучал православие … (разрыв записи)

Против чего он борется? Правильно сказали, если человекакрестили, это еще не факт, что он придет к вечер. Вот он мог бы разобраться, мне кажется, и посмотреть на всю историю России, как она связана с этим православием и что несет собой православие.

П. – Спасибо. Я бы только напомнил вам, что не было ничего более жестокого и агрессивного, чем религиозные войны и разделы в самих религиях. Скажем, старообрядцы, староверы и их судьба в России – сжигали людей. Всякое было. Все-таки идеологическая борьба – она самая тяжелая. Я уж не говорю о католиках с протестантами и т.д. Т.е. определенная агрессивность есть, когда человек убежден, что только его вера истинная и более никакая.Не всякий готов выслушать другую точку зрения, в т.ч. и в религии. А вот интересный вопрос. На самом ли деле православному человеку все равно, стоит памятник, например, господину Дзержинскому или Гитлеру? Это важный вопрос. И ваш сторонник считает, что именно так обстоит дело. Вы выше этого или это мирские дела, которые не волнуют..?

И последний звонок. Андрей, добрый вечер.

- Добрый вечер. Мне 32 года, я зарабатываю на жизнь своим трудом, достаточно успешно, не балабол, работящий человек. К вере отношусь совершенно нормально. Если человек верит в мусульманство или в православие, я этого человека уважаю, веру эту уважаю. Сам неверующий на сегодняшний момент. Я хочу сказать, что эти функционеры агрессивные от Церкви, которые у вас там присутствуют.. среди них был человек, который реально участвовал в процессах просвещения людей, он более душевно ко всему подходит, чем все остальные агрессивные товарищи..

П. – Очевидно, вы имеете в виду Михаила Ардова, я так чувствую..

А. – Да.. И в тех церквях, в которых я был, я часто сталкивался с агрессивным поведением церковных служителей, и мне бы этого не хотелось. Потому что если поставить на поток, т.е. пойдет масса этих агрессивных служителей в школы агрессивно все это преподавать, ничего хорошего в этом не будет. То, что у нас это временно в нашей стране – все прекрасно знают, что нет ничего более постоянного, чем временное. То, что вводится временно, будет обязательно.

П. – Первый звонок был связан с тем, что женщина опасается, что при появлении этого предмета волей неволей произойдет разделение детское – то, о чем я говорил в начале. И если большинство ходит на эти уроки, то те дети, родители которых решат, что им не надо ходить на эти уроки, окажутся в положении если не изгоев, то маргиналов, их будут может быть бить или презирать или над ними смеяться. Давайте не защищать свою принципиальную точку зрения типа Остапа Бендера и спора "Бог есть – Бога нет". У вас нет опасения того, что может быть, и если есть, то как сделать, чтобы этого не было?

Ч. – Разделение уже есть, и мы уже не можем вернуться в Советский Союз, и не должны возвращаться в Советский Союз, где у людей почти не было национальности, точно не было религии, все были унифицированными советскими людьми. Разделение уже есть. Люди имеют разные убеждения. Мусульманин считает, что именно его религия истинна, еврей вверяющий считает, что для еврея только его религия возможно, православный считает тоже, что только его религия истинна, атеист, агностик считает, что его мировоззрение единственно научно. И все люди с этими разными мировоззрениями должнынайти для себя место в государственной школе. Я против этого. Потому что они разные. Когда они будут математику изучать, если будут вести богословские споры? Господин Пономарев так и не ответил на вопрос, почему дети из верующих семей не могут отказаться учить Дарвинизм, почему они не имеют права вместо дарвинизма, по своему выбору, изучать теорию о том, что Бог сотворил мир? У людей действительно разные убеждения, поэтому в школе должно быть место для людей с разными убеждениями, так же как должно быть место для людей с разными национальностями, так же как должно быть место для людей, которые имеют разные культуры и говорят на разных языках – кому-то хочется учить татарский, они все учат русский, но общий знаменатель не является столь же спорным.. Я не против того, чтобы в школе был максимальный выбор и наоборот я против того, чтобы та или иная идеология навязывалась в качестве обязательной или религия. Но сегодня у нас есть в школе обязательная идеология – это идеология гуманизма, это идеология, которая говорит: все для земной жизни человека. А я думаю иначе. Я считаю, что земной жизнью человека нужно жертвовать ради веры и я не считаю, что в школах может навязываться идея о том, что все религии равны.

П. – Вы на мой вопрос не ответили, вы от него ушли. Религия – это конечно идеология, безусловно. И я имею возможность, если я взрослый человек и могу своих детей направлять в воскресную школу, в церковь ходить с ними, учить их этому. И это не значит, что, когда они будут учиться в школе, у них будут какие-то затруднения. Все в этой школе будут изучать одни предметы, которые определяются Министерством образования, и это для всех обязательно. Эти предметы обязательны для всех, так решили, постановили. Раньше надо было изучать астрономию – сейчас убрали, сочли лишним. А свои философские, идеологические предпочтения.. есть место для них. В советское времяместа не было. Церкви не было, воскресной школы, это было запретно и страшно. Надо было обладать большим мужеством, чтобы этим заниматься. Сейчас это открыто. Поэтому я говорю, что в принципе, если у вас есть это стремление, пожалуйста, оно есть. Я возвращаюсь к вопросу. Если в школе Калужской области 80% детей благодаря выбору своих родителей изучают православную культуру, а 20% не изучают, нет ли опасности того, что эти 20% окажутся в тяжелом положении – на них начнут отыгрываться, их начнут звать жидами, еще как-то, потому что они вроде неправославные. Нет ли у вас этих опасений?

М.А. – Нет, у меня этих опасений нет. Я только думаю, что им будут завидовать те 80%, которых будут гнать на уроки, а эти будутгулять и играть в футбол под окном школы – им будут завидовать. Вот и все.

Л.П. – Я должен сказать, что очевидно совершенно – та цитата, которую я уже привел, что это будет обязательным предметом, это уже все. Во Владимирской области через несколько лет это будет обязательным предметом. Поэтому о чем мы говорим? И в Калужской тоже. Потому что чиновники взяли под козырек и идутвперед. Остановить это можно только тем, чтобы государство действительно не вмешивалось в процесс. Чтобы это были воскресные школы. И вы правы, что есть огромные возможности.

Ч. – Какие огромные? Отняли все школы.

Л.П. – Церковь – это очень богатый институт.

Ч. – Государственная школа – это ворованная школа.

П. – Это вы немножко хватанули. Вы хотите вернуться в царское время – это не получится. Это была государственная религия..

Л.П. – Это важный момент. Когда нам говорят "посмотрим, что получится". Действительно, до революции церковь и государство были едины. Так вот то, что я говорю – я категорически против этого. Более того, я могу развернуто показать, что именно это и привело к 17-му году, именно потому..

П. – Оставим.

Л.П. – Тем не менее. Мы сейчас услышали позицию, она прорвалась, мыбудем стремиться к тому, чтобы православная религия стала государственной религией.

Ч. – Пока ваше мировоззрение является государственным, и это очень плохо.

Л.П - Пока да. Светское государство.

Ч. – Светскость – это такая же религия и такая же идеология. То, что она сейчас навязывается в школе – это плохо.

Л.П. – Атеизм сейчас не преподаетсяи даже агностика не преподается.

Ф. – В учебнике "Основы мировых религий" будет преподаваться атеизм, о котором говорил Пономарев.

П. – Будет – это мы посмотрим. Здесь же соберемся и поговорим, потому что будут такие же протесты, в частности с моей стороны, хотя я и не верую в Бога. Это разные вещи. Давайте соблюдать объективность.

Насчет памятника. Есть какой-то протест против того, что такого душегуба поставили?

Ф. – Во-первых, я хотел бы отделить активную гражданскую позицию СПГШ от агрессии, которую нам искусственно ложно приписывают. Мы действительно защищаем права и свободы православных граждан России.

П. – Их кто-нибудь преследует?

Ф. – Да. Отказ от основ православной культуры, изгнание из Министерства образование разработчиков этого курса, запрет на "Основы православной культуры" в Москве..

П. – Их изгнали за то, что они верующие?

Ф. – Да, это запрет на профессии, запрет на "Основы православной культуры" в московском регионе, который предприняла глава департамента образования Кезина – это, несомненно, нарушение наших прав и свобод. Мы тоже налогоплательщики и нас очень и очень много. Мало того, говоря о светскости. Светскость в демократических государствах Европы – например в Италии, Польше, Литве, Румынии – преподается не культурологически, а религиозный предмет государственной конфессии большинства. Это не мешает.

П. – Ну и что? Я могу вам назвать ряд стран, где не преподается. Когда нам выгодно сослаться на какую-то страну – мы ссылаемся, когда не выгодно – не ссылаемся. В Америке не преподают, понимаете а в тольков религиозных школах. Ну и что дальше?

Ч.– Это вот о чем говорит. Система, к которой мы призываем, очень жизнеспособна - когда люди имеют возможность по своему выбору избрать мировоззрение в школе и получать образование в соотстветствии с ним. Это работа.

П.– Это школа для тех, кто хотят в такой школе. Или родители которых хотят, чтобы их дети учились в такой школе. Кстати, у меня есть внук, который живет в городе Берлине. Он учится в школе, которая является католической. Ее возглавляют те, кто когда-то создал святую инквизицию – люди чрезвычайно умные и тонкие. Это лучшая школа Берлина. Они принимают 80% верующих и 20% неверующих, которые могут не ходить на религиозные уроки. Школа совершенно замечательная. Она религиозная. Она платная. Пожалуйста! Это на здоровье.

Ч. – Все это было бы возможно в России, если бы здесь полностью не была разрушена частная школа. Сегодня в России частная школа – это школа для богатых..

П. – Давайте ее создавать..

Ч. - и 90% людей не имеют возможности выбирать между государственной и частной школой. А мы хотим, чтобы люди сегодня имели свободу выбрать между тем образованием и этим образованием, тем мировоззрением и этим мировоззрением. Когда вы предлагаете создавать частную школу, вы фактически предлагаете либо снять вопрос, либо отложить его лет на 50.

П. – Если Православная Церковь захочет на самом создать такие школы..

Ч. – У нас нет таких зданий, нет таких средств. Все-таки когда мы видим перед собой очень работающие системы, в т.ч. недавно созданные в Сербии, Румынии и других странах бывшего Советского Союза и социалистического блока, это значит, что система жизнеспособна.

П. – Не об этом же речь. Вы утверждаете, что возникновение таких памятников противоречит взглядам.

Ф- Да, конечно. Феликс Дзержинский – гонитель Церкви. Нам не все равно, какая будет окружающая среда, какие символы, и мы занимаем активную гражданскую позицию по этому вопросу. Мы бы хотели, чтобы был восстановлен исторический облик Кремля, Чудов и Вознесенский монастыри, двуглавые орлы на башнях.

П. – Странное сочетание, надо сказать. Когда с одной стороны советская символика и рядом – двуглавый орел. Это выдает состояние страны, которая находится в некотором шизофреническом виде.

А. – Мне кажется, если в нашей стране – я не имею в виду Церковь, Церковь -это понятно, что такое – не будет водораздела между проклятым советским прошлым и русской историей, нам ничего хорошего не видать. Я не говорю о покаянии, потому что покаяние – это высокое христианское состояние. И когда говорят "вот, русский народ покается..".. русский народ, советский – какое покаяние. Просто если бы они узнали, что здесь было, что вытворял Сталин, что Дзержинский, и пока не уберут все эти символы, здесь добра не будет. Поэтому мне кажется, что в этой стране введение таких учебников в школе – это виньетки. Тут надо начинать именно с памятников Дзержинского, чтобы дети, увидев, что их сняли, подумали, почему их снимают.

П. – Нателла, добрый вечер.

Н. – Я не могу остаться равнодушной к этой теме. Я сама грузинка, православная, художник, работаю в городе Видное (?) в художественном лицее. Преподаю детям как вариант народного творчество иконопись. Я воцерковленный человек. Моя дочь ведет в нашем же лицее факультатив "Основы православия". Она ни по какому учебнику, конечно,не преподает. Она закончила семинарию при Богоявленском храме, который в Москве, и по собственной программе ведет этот факультатив. Очень многие проблемы, которые названы в этой передаче – они надуманные. Например, у меня в 11-м классе художественном 14 человек, которые проходят такие предметы как живопись, как иконопись, и как рисунок. Многие – русской национальности, есть и армяне. Все дети добровольно посещают факультатив "Основы православия". Абсолютно все.

П. – Тогда нет проблем, тогда нет проблемы, о которой говорили. Все единомышленники. А вот если бы двое не посещали. Неужели вам не кажется, что могли бы возникнуть некоторые трения? Как бывает между людьми с разными взглядами.

Н. – Вы знаете, из всей школы посещение 14 учеников это уже имеет какое-то значение. Наши занятия более практичные. Мы ходим в монастырь, на службу, по их согласию. С другой стороны, у нас есть экскурсии – посещаем монастыри, смотрим исторические памятники, посещаем музеи, знакомимся с иконами.

П. – Никто не будетвас возражать. То, о чем вы говорите - это нормальная, хорошая вещь.

Ч. – Это государственная школа, да?

Н. – Да. Я хочу сказать, что факультатив у нас не для художников – у нас это новое направление, есть математики, есть гуманитарии, которые занимаются только литературой, историей, иностранным языками, и есть как основная ветвь..

П. – Это общеобразовательная школа?

Н. – Да, лицей.

П. – Давайте подведем черту. Вы – сторонник введения этого предмета в государственную школу.

Н. – Конечно, я сторонник.

П. – Очень хорошо.

Ч. - А если бы детям, которые у вас учатся, было предложено изучать основы православной культуры в частной школе и вообще перейти в частную школу – у них была бы такая возможность? У них деньги есть на это?

Н. – У нас в основном средний класс, малоимущие, есть более менее самостоятельные дети. У нас очень большой процент детей, которые посещают воскресную школу, при нашем благочинии.

П. – Ни у кого тут возражений быть не может. Воскресная школа – она и есть воскресная школа. Вадим, добрый вечер.

В. – Я как рядовой гражданин хочу выразить свою позицию целиком в поддержку введения в школе преподавания основ религиозных наук.

П. – не наук, а культуры.

В. Да, культуры. Потому что сейчас у нас последнее время абсолютно нет прививания в школе – мы знаем ситуацию, которая есть сейчас . Детям не прививаются основы идеологии никакой..

П. – Вообще никакой, да?

В. – По-моему, вообще никакой. Мне пришлось по роду работы общаться с Департаментов образования. В школе достаточно тяжелое положение и не до того в общем-то – и нехватка учителей, и нехватка материальная.

П. – Я правильно вас понимаю, очень странно звучит "Хоть какую-нибудь идеологию бы прививали, ну вот например эту". Как-то странно это звучит.

В. – Нет, я думаю, не хоть бы какую-то. Я хочу сказать, что ее нет никакой, и православная идеология, вообще религиозная идеология. Дело в том, что любая религия несет в себе изначально самые лучшие идеалы – любовь к ближнему и т.д.

П. – Последний звонок сегодня. Денис, добрый вечер.

Д. – Добрый вечер. Я послушал высказывания и пришел к выводу, что ничто не отталкивает больше от православия, как мнение господина Чаплина и товарища, который представляет СПГ. Такая агрессия – это удивительное дело. Если атеисты достаточно спокойно принимают позицию верующих, в частности, господин Пономарев, то как послушаешь наших православных активистов – все, кто не с нами, те против нас. Такая позиция. Я, конечно, категорически против введения "Основ православной культуры" в наших школах, потому что я представляю себе, кто будет заниматься преподаванием. И я думаю, что все сведется к тому, что будет приходить товарищ в рясе и заниматься промыванием мозгов. Звонил предыдущий слушатель и говорил, что нужна какая-то идеология в школе. Я считаю, что никакой идеологии не нужно. Нужны элементарные вещи – прививать детям уважение к закону, уважение к самим себе, научить их хотя бы переходить улицу на зеленый свет. А говорить, что все наши проблемы из-за того, что у детей нет идеологии – это полная чушь. Обычно так бывает, что в условиях, когда экономическая ситуация тяжелая, люди пытаются найти решение своих проблем в таких вещах как религия. Потому что, если вы обратите внимание, в благополучных странах религия в общем-то играет не такую важную роль. Поэтому я категорически против и разделяю ряд позиций, что религии и попам в школе не место.

П. – Спасибо. Если подытожить.. - у нас было 6 звонков, конечно, это ни о чем не говорит – примерно пополам разделились эти звонки. Я бы хотел каждому из вас возможность высказаться по данному предмету с точки зрения развития сюжета и мы на этом завершим. Вообще я считаю, что надо дискутировать, надо широко разговаривать с собственным народом на эти темы, ни от когоничего не скрывая, не пытаясь объяснять, убеждать, без того, чтобы кого-то поносить. А просто попытаться нормально эти вещи объяснить.

Слово Чаплину.

Ч. – Очень много было сказано разных частностей. По двум вопросам хотелось бы ответить очень кратко. Кто будут преподаватели – есть люди, которые будут преподавать. Это будут не священники. Священников по всей России – около 14 тысяч, их просто не хватит. Но уже есть большое количество педагогов, которые воспитаны в таких учреждениях как Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет на курсах повышения квалификации, которые готовы преподавать. Это десятки тысяч. И все-таки я думаю, что значительная часть наших учеников и ихродителей будут свободно выбирать этот предмет. У нас не 3% активных православных. По некоторым опросам стало известно, что около 30% имеют дома иконы и религиозную литературу, около 20% молятся каждую неделю. Это очень похоже на правду.

П. - У многих есть иконы, потому что они очень красивы..

Ч. – Я по своей священнической практике вижу, что народ меняется. Бабушки стали меньшинством, это уже хорошо. Сейчас основу прихода составляют молодые семьи с детьми. Это очень обнадеживает на самом деле. Так вот, школа не должна давать только сумму знаний, не должна быть просто средством перекачки информации из мозга в мозг. Школа должна воспитывать. Но не сама, а помогать воспитывать семье в духе тех убеждений, которые в этой семье исповедуются. Но нельзя загнать всех людей в одно Прокрустово ложе, лишив их собственных убеждений – есть мусульмане, есть неверующие, есть православные. И каждый из них должен в государственной школе, которая обязана приспосабливаться к этим убеждениям, иметь возможность получать воспитание в русле своей традиции, но все-таки с привлечением тех моральный ценностей, которые сегодня присутствуют – патриотизм, отвержение порока, любовь к своим ближним. Это то, чего сегодня в школе нет и без чего нация может погибнуть.

П.– Кирилл Александрович, вы хотите что-то добавить, что для вас важно?

Ф. – Да, конечно. Именно "Основы православной культуры" это как раз лекарство от той дичи, от памятников Дзержинскому, потому что эти памятники и забвение своей истории происходят отневежества, от непросвещенности. Поэтому "Основы православной культуры" - это лекарство от невежества и от любого экстремизма, я подчеркну. Потому что просвещенный человек не пойдет громить синагогу, тем более просвещенный православной культурой. И мы не ищем врагов, мы ищем людей, и нашими друзьями является наша национально-гуманитарная интеллигенция, знающая прошлое, настоящее и думающая о будущем в России. В глобальном смысле я вижу Россию 21 века как союз Церкви и науки, потому что национальная модернизация возможна только на основе традиции. И поэтому друзей у нас больше и мы видим, что в этом смысле мы являемся в подлинном смысле правозащитниками, защищая наши права на свое видение мира и т.д.

Л.А. – Я думаю, что до тех пор, пока Россия является светским государством – а это основа нашей конституции – ни одна из конфессий не должна иметь государственного преимущества в церквях и таким образом осуществляется равенство возможностей, равенство знакомства с разными идеологиями. А претензии именно Православной Церкви на то, что она является носителем нравственной ценности, а все остальные, кто не разделяет православного догмата, не являются носителями гуманитарных, нравственных ценностей – это неправильно. Это опасно. Потому что именно таким образом навязывается определенная идеология и дискредитируются все остальные люди. Приобщение к нравственным ценностями происходит не обязательно через религию.

М.А.: Я очень люблю Петра Андреевича Вяземского. У него есть одно очень хорошее суждение, которое было высказано еще в начала 19 века, что в России против дурных мер правительства есть очень хорошее средство – дурное исполнение. Представляя себе Министерство просвещения, школы, директоров, нищенских учителей – боюсь, что это все превратится в какую-то пародию и оттолкнет многих людей от православия.

П. – Всем вам большое спасибо.

"РАДИО 7 НА СЕМИ ХОЛМАХ"


© Портал-Credo.Ru, 2002-2019. При полном или частичном использовании материалов ссылка на portal-credo.ru обязательна.
Пишите нам: [email protected]