Впервые в свободной демократической России вышли на улицу члены тех евангельских Церквей, которые были гонимы еще при советской власти. Как и в эпоху Советского Союза, когда баптисты и пятидесятники устраивали запрещенные законом массовые богослужения, пытались заявить о своих правах, требуя свободы или же права на эмиграцию из страны, нынешние протестанты 22 мая вышли на одну из центральных площадей столицы – Пушкинскую. В заявке на проведение митинга было указано другое место его проведения – Тверская площадь, что напротив резиденции московского мэра (бывший Моссовет), но власти не разрешили и перенесли его на Пушкинскую площадь – традиционное сегодня место проведения митингов и акций. Это даже послужило некоторым недоразумением, когда в письме пятидесятники обвинили портал "Религия и СМИ" в намеренной дезинформации.

Пресвитеры церквей и епископы евангельских объединений, выступавшие на митинге, говорили о том, как они любят власть и свое родное российское государство. Ораторы были убеждены, что власти не нужны чиновники, не исполняющие законы, и, более того, власти выгодно обходиться без таких авторитарных бюрократов, так как власть – это также и сами митингующие, христиане и полноправные граждане России.

Формальным поводом для достаточно резких выступлений евангельских верующих стало нарушение гражданских прав московской пятидесятнической церкви христиан веры евангельской (ХВЕ) "Эммануил", которая входит в Российскую Ассамблею Бога (включает более 20 церквей и групп в ряде российских регионов). Столичные чиновники сначала выделили, а потом отобрали у общины участок земли, в который церковь уже вложила средства. Кроме того, в районе Солнцево представители мэрии отказываются оформлять землю под уже купленным церковью клубом, не давая возможности переоборудовать его под Дом молитвы.

Московские проблемы вызвали большой отклик в регионах и стали отражением трудностей, с которыми сталкивается подавляющее большинство протестантских групп по всей России. Инициатором этой общественной акции стали пятидесятники и среди ораторов были также, в основном, пятидесятнические лидеры, служители Российской Церкви ХВЕ (глава – епископ Павел Окара), с которой Ассамблея Бога поддерживает тесные отношения.

О том, что верующим-протестантам не дают арендовать помещения, не пускают в социальные учреждения, фактически не выделяют земельные участки под строительство церквей, а если и выделяют, то не дают их строить, вслед за христианами веры евангельской могли бы рассказать пятидесятники других союзов и объединений, баптисты, евангельские христиане, адвентисты, методисты и т. д. Сама идея митинга, как заявили организаторы, была поддержана представителями Католической Церкви и баптистами. Церковные лидеры, нашедшие в себе смелость выйти на площадь, сумели выразить боль "неправославного христианина", живущего в нашей стране.

Пастор церкви "Эммануил" Александр Пуршага объявил о том, что митинг не является политическим мероприятием. Другое дело, если дискриминация прав евангельских церквей – это политика московских властей. Тогда, отметил Александр Пуршага, "мы вышли на политическую демонстрацию". Митинг не является также и религиозным событием, так как, по словам пастора, "у нас нет ни времени, ни желания конфликтовать с другими религиозными группами". Пастор церкви "Эммануил" заявил о том, что протестанты не заслуживают такого обращения с ними со стороны чиновников. Отличительной чертой евангельских церквей является крепкая семья, запрет на алкоголь и курение. А шарлатаны-сектоведы, по мнению Пуршаги, смешивают протестантские общины с разного рода сатанинскими сектами, к которым они не имеют никакого отношения. Настоящими инициаторами митинга лидер московской церкви пятидесятников назвал самих столичных чиновников, которые нарушили законодательство.

Поиск свободы в своем Отечестве стал лейтмотивом митинга и выступлений, которые перемежались выступлениями протестантского хора в белых одеждах в сопровождении электронных инструментов и оркестра. Протестантская свобода включает в себя жесткое подчинение нормам закона, тем более что, как признали многие ораторы, российское законодательство о религии на бумаге вполне демократично. На деле, как отметил Александр Пуршага, очевидно, что надо называть гонением (это, например, когда нет места, где можно помолиться) и что разбоем (когда отбирают деньги и землю). Тему закона в Росси раскрыл юрист и один из руководителей Славянского правого центра Владимир Ряховский. По его мнению, протестанты практически собрали митинг в защиту Конституции РФ, так все основные требования митингующих совпадают с тем, что написано в Основном законе страны. При этом, по словам Ряховского, суды повсеместно выносят политические решения, а многие суды открыто заявляют о своих предпочтениях в религиозной сфере. К примеру, на территории Мосгорсуда построена православная часовня, хотя Россия провозглашает себя в качестве светского государства.

Притеснения вызывают в протестантской среде, что характерно не только для верующих россиян, но и для американцев, и для европейцев, чисто гражданскую реакцию. Чужими для евангельских лидеров становятся "неправедные" чиновники, а не само государство. Зато госслужащие получают от протестантов строго и, чаще всего, по заслугам. Пастор церкви ХВЕ "Весть Надежды" из Петербурга Илья Астафьев передал приветствие от евангельских верующих северной столицы и заявил прямо – по-питерски, что чиновники, в том числе и московские, которые проворовались, не нужны. Эти бюрократы, по словам И. Астафьева, живут не по закону, а по понятиям. Руководитель Военно-христианского союза Олег Аскаленок отметил, что чиновники лишь ищут новых врагов, социальными проблемами не занимаются, но почему-то именно евангельские Церкви им мешают. Помощник епископа Российской Церкви ХВЕ по Московской области, пастор церкви Святой Троицы Василий Романюк заметил, что христиане борются отнюдь не за права меньшинства, потому что главное меньшинство в нашей стране – это чиновники, которые живут на налоги граждан. Община, которую возглавляет В. Романюк, в советские годы находилась на нелегальном положении. Пастор помнит тех, чьей слабой копией являются современные чиновники – гонители протестантов. По словам В. Романюка, "мы не забыли еще, что такое допросы в КГБ и обыски".

Многие пятидесятники и баптисты воспринимают новое российское государство критически еще с советских времен. В то время как православные сектоведы считают традиционных протестантов в России, число которых умножилось в 90-е годы, только с приставкой "нео" (например, "неопятидесятники"), сами протестанты присматриваются к "нео-российской" власти. Как заявил пастор московской церкви ХВЕ "Преображение" Николай Романюк, "мы не хотим оставаться в группах и кружках, как наши деды и бабушки при большевистском режиме". До революции 1917 года царская власть запрещала строить протестантам Дома молитвы, а вплоть до 1945 года, подчеркнул пастор, верующих уничтожали физически. Нарушения свободы совести, по мнению Н. Романюка, "сейчас просто выпирают, да и других гражданских свобод мы от власти не видим – ни телепрограмму свою запустить нельзя, ни землю получить, ни Дом молитвы построить не удается. Опять нас хотят выдавить из страны – в США или в Европу". Однако пастор Н. Романюк заверил собравшихся в том, что протестанты никуда не уедут, а останутся, и будут создавать крепкие семьи и добиваться своих прав: "Не мешайте нам быть хорошими гражданами, не мешайте нам трудиться на благо нашей страны и воспитывать здоровую нацию. Если же холодные северные ветры, по словам Н. Романюка, не дадут утвердиться свободе, то протестанты готовы пойти по тропам своих родителей".

Обида на собственную власть, которая отнюдь не демократична на деле, звучит и в Москве, и во многих других областях и республиках. Старший пресвитер церквей Северной Осетии (Российская Церковь ХВЕ) Алан Питоев напомнил участникам акции, что среди погибших во время теракта в Беслане были и дети протестантов. Как заявил Питоев, "если нам дано умирать, как гражданам России, то почему мы не можем жить, как граждане России". Осетинский служитель задал собравшимся вопрос: что ныне в России подразумевается под свободой и демократией, если говорят одно, а делают другое? Тем более, как подчеркнул Питоев, решения, которые принимаются в центре, эхом отзываются в регионах. К Питоеву присоединились также и другие ораторы – епископ церквей РЦ ХВЕ Кабардино-Балкарской республики Сослан Кадиев и епископ церквей РЦ ХВЕ во Владимирской области Святослав Пуршага.

Естественная обида существует также у коренных москвичей – членов пятидесятнической церкви "Эммануил", которые собирали средства на строительство Дома молитвы в Москве. Один из служителей общины Эрнест Гаман отметил, что имеет московскую регистрацию с 1933 года и искренне любит Москву, однако "московские чиновники меня почему-то не любят". Член церкви Нина Павловна Зайцева, своим присутствием говорящая о том, что и в пятидесятнической среде есть благочестивые бабушки, обнадежила всех, что "мы получим все свои права с помощью единой силы всех протестантских деноминаций, ведь дары и служения различны, а Дух один".

На Пушкинской площади собралось около 300-400 человек – это численность средней протестантской общины, которых в России более четырех с половиной тысяч. В центре Москвы звучали евангельские песнопения и висели плакаты, на которых была изложена статья 28 Конституции РФ о свободе совести, а также было написано: "Протестанты за равноправие всех конфессий!", "Протестанты против разжигания межрелигиозной розни!", "Требуем не препятствовать строительству протестантских церквей!", "Неужели думаешь ты, человек, что избежишь Суда Божия?" и "Мэр Лужков – будьте человеком слова!". Собравшиеся решили устраивать пикет на Пушкинской площади до тех пор, пока чиновники не решат их проблему (несмотря на то, что активист церкви, вставший с плакатом 22 мая напротив мэрии у памятника Юрию Долгорукому, был задержан милицией). Митинг стал гражданской акцией тех христиан, которых многие считают посланниками Запада, но если протестантов можно назвать европейцами по духу, то их агрессивных противников, как минимум, северокорейцами.

В завершение митинга была принята резолюция.

Роман Лункин,
для "Портала-Credo.Ru"