Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Владимир Мосс. Православная Церковьна перепутье. Гл. 4. Греция и Балканы: народная истина


Владимир Мосс
Православная Церковь на перепутье

ГЛАВА IV
ГРЕЦИЯ И БАЛКАНЫ: НАРОДНАЯ ИСТИНА

Иже несть со Мною, на Мя есть,
и иже не собирает со Мною, расточает.
Мф. 12:30

Принятие нового стиля государственной Церковью Греции произошло в самое тяжелое для всей Православной Церкви время. Внешнее положение Церкви за прошедшие десять лет изменилось радикально. Российской Империи не стало, и Вселенский и (в особенности) Московский патриархаты, к которым принадлежало подавляющее большинство православных христиан, были боримы как внешними врагами (турки и большевики), так и внутренними ("Турецкая Православная церковь" и "Живая церковь"). Ни остальные Восточные патриархаты, с одной стороны, ни Сербский патриархат и Русская Зарубежная Церковь, с другой, не могли занять место, принадлежавшее Российской империи и Вселенскому патриарху в прошедшие столетия. И раз никто из иерархов Элладской Церкви (в то время) не пожелал отвергнуть перемену календаря и порвать общение с Афинским архиепископом, то оставалась лишь одна сила, способная подхватить знамя истины, — народ.

Положение мiрян в Православной Церкви часто понимают неправильно. В Православии мiряне — это не инертная, бессильная, слепо повинующаяся масса римо-католиков, не всемогущая революционная толпа протестантов. Есть две жизненно-важных функции, которые могут быть исполняемы лишь канонически рукоположенными духовными лицами: совершение таинств, в т. ч. рукоположения епископов и пресвитеров, и определение веры, в т. ч. позиции Церкви по отношению к еретикам и раскольникам. Но мiряне, хотя и не могут играть главную роль в исполнении этих двух функций, имеют, однако, важную утверждающую роль при их совершении. Так, строго говоря, епископ или пресвитер не может служить литургию без присутствия хотя бы одного мiрянина. Также и епископ не может рукоположить священника без согласия народа (выраженного восклицанием "аксиос", т. е. "достоин"). И определение веры, отвергнутое народом, останется мертвой бумагой.

На протяжении длинной, более чем тысячелетней борьбы с западными ересями православный народ никогда не был настолько лишен руководства со стороны духовенства, как в 1924 г. Подписание решений заключившего унию Лионского собора в 1274 г. и смещение в следующем году истинного патриарха — Иосифа — было в значительной мере делом императора и его ставленника Иоанна Векка; существовало многочисленное духовенство, противоставшее унии, которая, во всяком случае, продолжалась всего восемь лет (до 1282 г.). Положение после Флорентийского собора было более серьезным: святой Марк Ефесский был одним из двух иерархов, отказавшихся подписать акт унии. Затем последовал долгий период, когда хотя и были латинствующие и протестантствующие патриархи, Церковь как целое оставалась единой в противлении западной опасности. Так, новый папский календарь был соборно осужден не менее восьми раз: в 1583, 1587, 1593, 1722, 1827, 1848, 1895 и 1904 гг. И уже в своем окружном послании Восточные патриархи намекнули на роль, которую, может статься, народу придется исполнять независимо от клира: "У нас ни патриархи, ни Соборы никогда не могли ввести ничего нового, потому что защитником веры является само тело Церкви, сам народ, который желает видеть свою веру во веки неизменной и согласной с верой своих отцов" (1).

Вопрос, который встал в 1924 г., заключался в следующем: имеет ли народ (и горстка духовенства) право отделяться от всех епископов и, при отсутствии каких-либо иерархов, поддерживающих их борьбу против новшества, объявить себя Истинно-Православной Церковью? Ответ, следовавший из Священного Предания Церкви, был однозначен: да. Хотя некоторые функции, выполнять которые могут только епископы, такие как рукоположение священников, временно прекращаются в такой ситуации, Церковь существовать не перестает и остается там и только там, где исповедуется Истинная Вера.

Ибо идеже еста два или трие собрани во имя Мое, ту есмь посреде их, — сказал Епископ всех епископов, Господь Иисус Христос (Мф. 18:20). 15-е правило Двукратного Собора ублажает тех, кто отделяется от еретичествующих епископов даже прежде вынесения о них соборного решения. В самом деле, в истории Церкви есть несколько случаев, когда святые мужи либо немедленно порывали подобным образом общение с еретичествующими епископами — например, св. Ипатий в IV в., — либо умирали вне общения со всеми епископами Церкви и все же были ублажаемы и прославляемы последующими поколениями — например, прп. Максим Исповедник в VII в. и прп. Арсений Паросский в XIX в.

1 Окружное Послание Восточных Патриархов 1848 г., § 17 // Догматические послания православных иерархов XVII–XIX веков о православной вере (Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1995) 233.

Чудо Креста

Перемена календаря в государственной Церкви Греции произошла 10 марта 1924 г. (23 марта по новому стилю). В этот день, в субботу, будущий святитель-исповедник Истинно-Православной Церкви архимандрит Герман (Варикопулос) служил Божественную литургию в своей церкви св. Александра в Палеон Флирон. Окончив литургию, он помянул на отпусте "святые троенáдесят дней, ихже и память ныне совершаем!"(2).

12/25 марта 1924 г. в Афинах произошли одновременно два важных события. Великий праздник Благовещения был отпразднован по новому стилю архиепископом Хризостомом Пападопулосом, а греческая монархия была (без голосования) упразднена революционным правительством. Журналист Николай Краниотакис писал: "По строгой команде под звуки труб солдаты сняли корону с креста и бросили наземь! И греческая демократия родилась!.." (3).

24 марта / 6 апреля, в канун истинного Благовещения, огромная толпа собралась во дворе пред Благовещенским собором. На следующий день газета "Врадини" сообщила:

"Священникам было запрещено под страхом извержения литургисать или петь тропари Благовещения сегодня. Также запрещен колокольный звон в русском соборе (эллинофилов) и сегодняшнее служение на подворье Святого Гроба, хотя Иерусалимский патриархат и не принимал нового стиля. Несмотря на все принятые меры, множество верующих окружало митрополичий собор с вечера до глубокой ночи, и по их неотступным мольбам нашелся один священник, который пропел молебен, "послушавшись требований народа", как он сказал. Смотрители хотели закрыть церковь, но ввиду рвения богомольцев собор остался открытым на ночь. В соборе произошло три чуда. ...Семилетнего Стасинопулоса, глухонемого и парализованного от рождения, мать принесла к иконе Матери Божией в припадке конвульсий. Немного спустя, в то время как вокруг все выражали сожаление, она встал, произнес слова "мама–баба–папа" и начал ходить. Немного позже был исцелен семнадцатилетний паралитик и ...глухонемой чернорабочий. Последний заговорил вчера впервые за тридцать лет, заявив, что сегодня он может не идти на работу. Хотя соборным служителям известны имена этих двоих, они отказываются сообщить их, утверждая, что никакого чуда не было, хотя все прихожане утверждают обратное" (4).

"В соборе было не повернуться, — сообщила в тот же день другая газета, "Скрип". — Верующие слушали вечерню и после отпуста в волнении обсуждали перемену богослужебного календаря и перенос праздника Благовещения.

Две тысячи благочестивых христиан вместе с женщинами и детьми единодушно провозгласили свою приверженность святым догматам веры, которые демократы решились изменить, и послышался один голос: "Мы не станем франками! Мы православные христиане и останемся православными христианами" (5).

Подобные события и чудеса имели место и в других областных центрах, таких как Навилион, Триполи, Фессалоники и Коринф. Светские власти повсюду поддерживали новый церковный порядок. Сопротивление народа на этой первой фазе борьбы поддержали отличавшиеся благочестием и традиционно настроенные беженцы из Анатолии, такие как великий чудотворец священник Арсений Каппадокийский (6) .

Верные христиане, послушные учению свв. отцов и подражающие христианам древности, которые в подобных ситуациях порывали общение со вводящими новшества, сами прервали всякое церковное общение с новостильной Элладской Церковью. Они молились по домам или в деревенских церквушках, обслуживаемые очень малым числом священников, постоянно преследуемых полицией, подстрекаемой Хризостомом Пападопулосом (еще несколько священноиноков с Афона присоединились к ним в 1926 г.) В Афинах была создана "Ассоциация Православных", чтобы защищать православный месяцеслов и Предание Церкви.

С самого начала Господь являл многими знамениями и чудесами, что Он пребывает с приверженцами православного календаря.

Так, 24 декабря / 6 января 1924/25 г., т. е. в навечерие Рождества Христова по старому стилю и праздник Крещения по новому, произошло следующее чудо. Прихожане новостильной церкви св. Апостолов в Акрополе молились за литургией. Вдруг они увидели, что из очей Богородицы на иконе текут слезы, а из голов апостолов — кровь.

Пораженные прихожане не замедлили увидеть в этом знамение гнева Божия на "изменение в вере", на то, что у них Христа крестили, когда Он еще не родился. Церковное начальство послало некоего архимандрита убедить народ в том, что это было никакое не знамение от Бога, а "истечение из пихтовой доски, вызванное чрезмерным теплом или также и... холодом"! Архимандрита прогнали с амвона. В конце концов, власти закрыли церковь, возбранив верующим вход в нее. Сегодня эта церковь стоит без икон и посещается только... туристами!

Критическим поворотным моментом в истории Греческой Старостильной Церкви стало явление Креста в небе над старостильным монастырем под Афинами, чрезвычайно воодушевившее людей в их вере, что Бог с ними в их борьбе с новшествующими.

"В 1925 г., — пишет епископ Лазарь (Пухало), — в канун Воздвижения Всечестного и Животворящего Креста Спасителя нашего, 14 сентября по православному церковному календарю, служилось всенощное бдение в церкви св. Иоанна Богослова в пригороде Афин. К девяти часам вечера более двух тысяч истинно-православных верующих собрались в церкви и вокруг нее на службу, поскольку очень мало истинно-православных церквей оставалось еще случайно не закрытыми гражданскими властями. Такое громадное собрание народа не могло, однако, остаться незамеченным властями. Около одиннадцати вечера власти направили к церкви батальон полиции, "чтобы предупредить всякие беспорядки, могущие возникнуть при таком большом скоплении людей". Собравшихся было слишком много, чтобы полицейские могли предпринимать какие-либо открытые действия или арестовать священника, и поэтому они смешались с толпой богомольцев, уже переполнявшей церковный двор. И тогда, независимо от истинных мотивов их присутствия там, против их собственной воли, но по Воле, превосходящей всякую человеческую власть, они стали причастниками чудесного переживания массы верующих.

В одиннадцать тридцать начал появляться в небе над церковью в северо-восточном направлении яркий сияющий Крест из света. Свет не только освещал церковь и верных, но в его лучах звезды на чистом безоблачном небе потускнели, и церковный двор был залит почти вещественным светом. Очертания самого Креста светились особенно ярко, и можно было ясно видеть, что это византийский Крест с наклонной перекладиной у основания. Это небесное чудо продолжалось полчаса, до полуночи, а затем Крест начал медленно подниматься вертикально, как это происходит с крестом, который держит в руках священник при совершении чина Воздвижения Креста в храме. Встав прямо, крест стал постепенно исчезать.

Человеческий язык недостаточен, чтобы передать то, что происходило во время явления. Вся толпа пала ниц на землю со слезами и начала петь песнопения, славя Бога едиными устами и единым сердцем. Среди тех, кто плакал, были и полицейские, внезапно открывшие в глубине своих сердец детскую веру. Толпа верующих и батальон полиции превратились в одно единое стадо верных. Все были охвачены священным исступлением.

Бдение продолжалось до четырех часов утра, когда весь этот людской поток устремился назад в город, неся весть о чуде, от которого они все еще трепетали и плакали.

Многие из неверующих, ученые и обновленцы, осознавая свой грех и вину, но не желая покаяться, пытались всеми способами объяснить или отрицать это чудо. Но тот факт, что форма креста столь точно и ясно передавала форму византийского (иногда называемого русским) креста с тремя перекладинами, из которых нижняя была наклонной, совершенно опровергает любые аргументы случайного физического явления.

То, что такое же явление креста уже было в разгар самой великой ереси (арианства; здесь упоминается явление Креста над Иерусалимом в 351 г. — В. М.), должно внушить православным сознание особенной важности календарного вопроса и всего, что с ним связано. Ни один здравомыслящий человек не может обсуждать этот вопрос слегка, со светскими рассуждениями или с мiрскими доводами. Обновленцы, подобно арианам в 351 г., лишены всякого оправдания или снисхождения" (7).

2 МйфспрплЯфзт КБЛЛЙПРЙПУ Ренфбрьлещт (ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ), ДейнпрбиЮмбфб Г.П.Ч. Ф. Й (Рейсбйеэт, 1990) 30.
3 Ibid. 15.
4 Ibid. 17–18.
5 ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфб Г.П.Ч... 22.
6 См.: Monk P. оf the Holy Mountain, Saint Arsenios of Cappadocia (Thessaloniki, 1989) 81. По иронии судьбы Арсений был канонизирован новостильной Константинопольской патриархией в 1986 г.!
7 Цит. по: Orthodox Life. Vol. 22, № 2 (March–April 1972). Воспроизведенов: Fr. BASILE SAKKAS, The Calendar Question (Jordanville, 1972). См. также: V. MOSS, The Truth is One // The Imperishable Word. 14–15. Дальнейшие свидетельства и фотографии см.: ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфб Г.П.Ч... См. также: HOLY TRANSFIGURATION MONASTERY, Papa Nicolas Planas (Boston, 1961) 117–119.

Румынские старостильники

В других странах введение нового стиля также встречало сопротивление чаще народа, чем епископов. Русский народ уже отверг годом раньше коварные попытки большевиков ввести новый стиль. А русские монахи продолжали еще несколько десятилетий бороться против нового стиля в Валаамском монастыре, который до II Мiровой войны был в Финляндии, т. е. в юрисдикции Вселенской патриархии.

"1925 года 10 сентября, — пишет схимонах Николай Валаамский, — на Валааме было разделение старого и нового стиля. Стали принуждать переходить на новый стиль. Многие из братий остались по-старому. Начались суды. Приехало церковное управление; во главе с нашим игуменом о. Павлином был суд; стали призывать по одному из братий. Многих уволили из обители. Пришла очередь и моя. Вошел я в комнату, там сидел игумен о. Павлин с прочими из церковного управления. Отец игумен сказал: "Вот раб Божий, этот, спрашивайте его". Один из них сказал, что он будет говорить и чтобы записывали все. Они спросили: "Признаешь ли игумена отца Павлина? Будешь ли ходить в собор по новому стилю?" На их вопрос я не мог ответить, у меня в это время точно отнялся язык. Они усумнились и сказали: "Ну, что же ты не отвечаешь?" Я не мог сказать ничего. Тогда они сказали: "Ну иди, раб Божий, и подумай".

Я начал молиться Божией Матери, Споручнице моей в сердце моем: "Скажи мне и укажи путь жизни моей: на какую сторону идти, за новый ли за старый стиль? В собор ходить или куда?" И молился я, грешный, Матери Божией во время своего послушания на кухне. Когда я свое послушание вечернее кончил, пошел к себе в келию и подумал, в простоте сердца своего: "Что же Матерь Божия не извещает меня?"

Но милость Божия не оставила меня, грешного: желает всем спасения. Вдруг в келии моей явился собор, такой же, как он и есть, высоты, длины и ширины. Удивился я чудному явлению: как он вошел в мою маленькую келию? Но внутренний голос сказал: "Богу все возможно, нет ничего невозможного". Ну вот, надо ходить в церковь в собор, по новому стилю? В то время, когда я так размышлял, сверху спустилась завеса церковная, голубая, посередине завесы золотой крест. Собор остался за завесой. Я остался по другую сторону собора; собор стал мне не виден, и внутренний голос говорил: "Иди на старый стиль и держись его". И слышу голос женский сверху, с угла: "Если хочешь спастись, держи предание святых апостолов и святых отцов". И во второй раз то же самое повторилось, и в третий раз голос сей: "Если хочешь спастись, держи предание святых апостолов и святых отцов, а не сих мудрецов". После этого чуда все скрылось, и я остался один в келии. Сердце мое возрадовалось, что Господь указал путь спасения, по молитвам Божией Матери" (8).

Особенно героической была борьба старостильников в Румынии, где новый стиль ввели в том же году, что и в Греции. Митрополит Власий, нынешний первоиерарх Истинно-Православной Церкви Румынии, пишет:

"В 1924 г. 1-е октября стало 14-м числом этого месяца. Часть духовенства знала о готовящихся переменах и открыто предостерегала паству: скоро будут реформы — не принимайте их. Например, в моей родной деревне был священник, который предсказал реформы и молился, чтобы ему не дожить до них, потому что предвидел массовые преследования; и он умер за два месяца до реформы.

В 1924 г. первенствующим митрополитом подчинявшейся Константинополю Румынской митрополии был митрополит Мvрон (Кристя). И за одну ночь он стал патриархом, хотя Румынская Церковь не могла быть патриархатом, не имея для этого достаточных оснований. Патриаршество было даровано Константинополем в награду за смену календаря. Когда состоялось заседание синода по этому поводу, только один епископ Герасим отказался от нового стиля; и остальные сказали ему: если ты не хочешь принимать новый стиль — уезжай из страны. Он уехал и жил в Париже.

Все остальные архиереи не понимали, что они должны бороться против реформы, они все перешли на новый стиль; из четырнадцати тысяч приходских священников страны также почти никто не выступил против нового стиля, кроме разве что архимандрита о. Галактиона (Кордуна), который в то время служил как приходской священник при митрополичьем соборе в Бухаресте и проповедовал, когда не было епископа.

...Отец Галактион, ставший впоследствии нашим первым митрополитом, боролся против реформы, но не мог ничего сделать, т. к. был всего лишь архимандритом. Он был очень способным, учился в Петербурге вместе с будущими патриархами Московским Алексием и Болгарским Кириллом, получил степень доктора богословия. Позднее, в 1935 г., его рукоположили в архиереи, думая, что он изменил свои взгляды: в хиротонии участвовали три епископа, рукоположенные еще до смены календаря, так что преемство не нарушено.

Все это я рассказал для того, чтобы показать, что священство Румынской Церкви, в основном, не выступало в защиту правды, а старостильники действовали очень осторожно.

Вот, например, как было в Нямецком монастыре, где когда-то был настоятелем преп. Паисий Величковский. Когда была произведена реформа, в монастыре было около двух тысяч монахов, из них восемьсот — в священном сане, это самый большой монастырь в Румынии. Здесь возникло самое сильное движение против нового стиля. За два месяца до реформы настоятель предупредил братию: берегитесь, грядут реформы, не принимайте их. Это было как бы пророчество. Но из восьмисот иеромонахов лишь тридцать (не считая монахов) были против реформы; из этих тридцати открыто воспротивились ей только шесть — остальные не отложились из-за материальных соображений: по декрету митрополита Молдавского всем клирикам, не принявшим новый стиль, грозило извержение из сана, изгнание из обители с конфискацией имущества — человек оказывался вне закона. И вот, маленькая группа монахов с самыми преданными, ревностными священниками покинула монастырь, и от этой-то группы берет начало история нашей Церкви. Нямецкий же монастырь в целом принял новый стиль, позднее они отказались и от устава преп. Паисия, за хранение которого монастырь был уважаем. К слову сказать, наш монастырь в Слатиоаре, находящийся недалеко от Нямца, наследовал этот устав и традицию.

Вот имена некоторых насельников монастыря (священнослужителей), которые сопротивлялись всю свою жизнь: иеромонах о. Гликерий (впоследствии митрополит), иеромонах о. Памва, о. Варух, о. Гимнасий, о. Зосима, о. Гамалиил, о. Дамаскин, который умер в лесу неподалеку от монастыря; известны имена и других насельников Нямца, сопротивлявшихся новому стилю. Были и монахини: мать Макария, бывшая помощницей настоятельницы крупнейшего в стране женского монастыря св. Агапии, ставшего новостильным (сейчас там 450 насельниц), которая основала с монахинями первый в нашей Церкви женский монастырь. Маленькие группы духовенства и насельников этих мужских и женских монастырей — наиболее чистые, те, которые в сердце имели Бога, а не свое имущество, отвергли реформы и были изгнаны из монастырей — им пришлось жить в мiру. Благочестивые мiряне, поддержавшие их, стали как устрояющие свои ульи пчелы, строить церкви, а эти клирики были как пчелы-матки; так проходило становление нашей Церкви" (9).

Митрополит Киприан пишет: "Румынский патриархат дважды, в 1926 и 1929 гг., праздновал Пасху с латинянами, учиняя тем самым нарушение векового православного предания. В самом деле, когда это делалось во второй раз, патриарх Мvрон, пользуясь безраздельной поддержкой униата премьер-министра Юлиуса Маню и нескольких представителей духовенства, принудил все румынские митрополии праздновать Пасху вместе с папистами, что вызвало великое смущение в рядах Румынской Церкви. Митрополит Гурий Бессарабский открыто критиковал Мvрона и, игнорируя патриарший указ, приказал в своих церквах праздновать с остальными автокефальными Православными Церквами (т. е. со всем православным мiром, за исключением модернистской Финляндской Церкви). Деяние патриарха Мvрона смутило также эти остальные Православные Церкви, многие из которых высказали свой протест. Так и русское эмигрантское духовенство Бухареста, в частности, заняло строгую позицию в эти трудные дни, игнорируя патриарший указ и празднуя Пасху в согласии с традиционными каноническими предписаниями.

Неканоничное и неправославное празднование Пасхи с латинянами глубоко огорчило благоговейных румын, многие из которых вернулись на старый стиль. Среди них были три иеромонаха, а также два священноинока, вернувшихся в Румынию со Святой Горы. Иеромонах Гликерий, занявший с самого начала лидирующее положение в старостильном движении, начал строить церкви в окрестностях Нямецкого монастыря. Первая была основана в деревне Ванатори. К 1936 г. он построил около сорока больших храмов, большей частью в Молдавии" (10).

8 Цит. по: The Orthodox Word. № 160–161 (1991) 268–270.
9 Цит. по: Православная Русь. № 2 (1479) (1993) 6–7.
10 Metropolitan CYPRIAN of Oropus, The True Orthodox Christians of Romania // The Orthodox Word. Vol. 18, № 1 (102) (1982) 6–7.

Исповедники Греции и Афона

Рассмотрим теперь вкратце историю гонения на истинно-православных (или "старостильников") в течение следующих нескольких лет.

25 октября 1925 г. четыре монахини монастыря св. Пелагии на острове Тинос предстали перед церковным судом за разрыв общения с новостильниками. Суд постановил, что они должны быть сосланы, но они игнорировали этот приказ и продолжали вести миссионерскую работу среди паломников, приходивших поклониться чудотворной иконе Матери Божией на Тинос. 14 апреля 1926 г. трое из них были посланы на суд в Афины. Во время процесса епископ Синезий Фивский сказал одной из монахинь, игумении Евпраксии, которая, кстати, приходилась ему двоюродной сестрой: "Если вы не покаетесь и не примете решения Священного Синода относительно календаря, я лично сниму с вас рясу". "Мне жаль, — ответила игумения, — что родственная кровь течет в наших жилах, и что вы нарушили вашу архиерейскую присягу. Я скажу вам только одно: я предпочитаю идти в Рай в цветных одеждах, но православной, нежели быть в аду в моей рясе, но вместе с раскольниками!" Семь архиереев под председательством Хризостома Пападопулоса приговорили монахинь к лишению монашества и отлучению. Затем десять ведущих ревнительниц были изгнаны из монастыря. Но остальные продолжали свою борьбу (11).

В Великий Четверг 1926 г. четыреста пятьдесят иеромонахов и монахов Святой Горы во главе с о. Арсением (Коттеасом) подписали документ против нового календаря. В том же году Лига начала выпускать свою Конституциональную Хартию под названием "Якорь Православия", пока она не была запрещена новым законом об Афонской Горе, принятым греческим правительством в 1927 г. Это не остановило зилотов, развернувших широкую кампанию против нового стиля по всей Греции. Это привело к изгнанию в 1927 г. девятнадцати зилотов из скитов, принадлежащих Ватопеду и Кутлумуши. Некоторым из них было позволено свободно перемещаться по Греции, другие же были заключены в монастырь в Митилене на острове Лесбос.

В 1926 г. "Ассоциацию православных" в Афинах сменило "Греческое религиозное общество истинно-православных христиан". Это общество объединилось с Афонской Священной Лигой в борьбе за возвращение православного календаря. В 1926 г. иеромонах Матфей (Карпадакис), духовник трех афонских монастырей, приехал в Афины, чтобы помогать там истинно-православным, а в 1929 г. Священная Лига командировала еще двух иеромонахов (12).

Дух этих иеромонахов-зилотов можно понять из следующего отрывка из жизнеописания о. Аввакума "Босого":

"После принятия нового стиля большое число афонских отцов решили перестать поминать своего епископа, который подчинялся патриарху, и прервать общение с ним и со всякой церковью, принявшей календарное новшество или хотя бы остающейся в общении с нововведенцами. Но большинство монахов не решились подписаться под этим решением, отчего и произошел раскол, длящийся по сей день, последствия которого все более и более ощутимы. В начале восстали двадцать четыре монаха из Великой Лавры, среди которых был и миролюбивый Аввакум.

Ссора была столь сильной, что крики были слышны даже на монастырском дворе. Для места, где совсем недавно царили тишина и спокойствие еще, это было неожиданным, суровым испытанием. Отец Аввакум затворился в своей келье. В руке четки: он непрестанно молился, чтобы Бог возвратил мир измученному Афону. Верные Преданию монахи, как и прежде, трудились в монастыре, но поскольку они не могли больше принимать поминовение патриарха, они не были в молитвенном общении с другими отцами и молились отдельно в предоставленной им большой часовне. Вскоре о. Аввакум был сослан на некоторое время в Виглу, в пещеру преп. Афанасия. Но очень скоро отцы, поняв, сколь деликатным было его послушание и как сильно его любили, не выдержали и попросили о его возвращении в монастырь. На этот раз ему поручили должность сиделки и назначили в большую больницу, которую Лавра имела для многочисленных престарелых и больных членов братства.

Однако, лукавый и тут подстроил свою западню. Вскорости положение старостильника принесло старцу вторую ссылку в пещеру преп. Афанасия. Тогда вскоре возопили больные: заменивший на этом посту о. Аввакума был не в силах следовать его порядкам в весьма сложном деле ухода за больными. Ибо о. Аввакум отличался очень крепким сложением, был самым преданным служителем и никогда не чувствовал усталости. Так что больные очень быстро вернули его назад своими мольбами! И надо было видеть волнение, с которым монахи и больные, которые все любили его, ожидали его возвращения.

В начале 1927 г. братия захотели раз и навсегда положить конец безжалостной ссоре, грозившей разорением обители. И для большего успеха своего предприятия они послали письменное приглашение губернатору Афона, прося его придти и председательствовать на совете старцев, который должен был в последний раз обсудить вопрос о зилотах, верных святоотеческому календарю. По просьбе отца-доктора о. Афанасия (Карабану), который и сам был зилотом, они выбрали о. Аввакума, чтобы он представлял этих отцов. Все старцы присутствовали во главе с губернатором. Губернатор немедленно спросил Аввакума: "Отче, как вы объясняете свое оставление братства, в сердце которого вы предварительно посеяли анархию? И скажите мне: почему вы не состоите в общении с остальными отцами?" Отец Аввакум отвечал с кротостью и смирением: "Читал ли Ваше превосходительство господин губернатор святые каноны Кормчей?" — "А что же говорит Кормчая, отче?" — спросил тот. Отец Аввакум немедленно ответил: "Если вы не знаете этого, милостивый государь, идите и почитайте сперва. Тогда можете приходить и судить нас".

Рассудив, что этот ответ заключает в себе тяжкое оскорбление власти, собор немедленно сослал его автора в монастырь Ксиропотаму. Бедный Аввакум оказался в третий раз удален с места своего покаяния.

Примерно два месяца спустя он был вызван из своей ссылки. В этот день, 9 марта, его даже попросили присутствовать на всенощном бдении с губернатором. А утром, сразу после службы, длившейся всю ночь, губернатор оседлал своего мула и поспешно отправился назад в Карею. Тогда о. Аввакум, увидев в этом возможность донести до него голос разума, взял животное под уздцы и отправился в путь вместе с ним. Дорогой он говорил с ним, как умел. Он объяснил ему в деликатной манере, которая оказала свое действие, почему монахи Святой Горы были против перемены календаря, и показал ему, как церковные писания дают достаточное основание и оправдание для такой оппозиции. Губернатор скоро был тронут простотой и детским воодушевлением, с которым говорил Аввакум, также как и его поразительным знанием Священного Писания. И это скоро привело его к заключению, что он имеет дело с достойным человеком, влюбленным в идею. Поэтому немедленно по своем прибытии в Карею он попросил, чтобы этот зилот был без промедления возвращен в свой монастырь. Несколькими днями позже Великая Лавра снова приняла Аввакума в свое лоно.

Однако, его возвращение не обошлось без разочарования. Из отцов-зилотов, бывших его товарищами по борьбе, почти все ушли, одни по своей воле, другие были изгнаны насильно. А немногие оставшиеся поспешили вернуться в собор. С тех пор о. Аввакум не имел покоя до того дня, когда с одним из братий, также любившим добродетель, он покинул монастырь...

Таким образом, именно любовь его к Апостольскому Преданию Церкви, любовь чистая и бескорыстная, не отступающая пред несчастьями и наказаниями, всегда заставляла его подвизаться ради познания воли Божией во всем. Этой любовью заслужил он изгнание в Виглу. Но получил он и воздаяние: ибо именно там, в уединении Виглы, ему было даровано множество духовных благ — благ, которых, очевидно, невозможно стяжать без скорби и пота, но которые являлись за них великой наградой.

...Однажды монах, которого он очень сильно любил, о. Ефрем, также бывший из Великой Лавры, спросил его, почему он стал зилотом. Он получил ответ, полный откровенного реализма: "Потому что Бог призовет меня к ответу; Он скажет: ‘Аввакум, ты знал закон Церкви, как же ты дошел до того, чтобы попрать его ногами?’" И он прибавил, что новый календарь был "жертвой Каина" (13).

В 1926 г. в селении Никитас в Халкидики истинно-православный священник, архимандрит Иларион Узунопулос, был арестован и приговорен к трем месяцам тюрьмы, несмотря на сопротивление его прихожан. Отец Иларион был назван "контрреволюционером". Из этого очевидно, что истинно-православные Греции разделяли не только свои веру и имя, но даже и обвинительные формулировки с истинно-православными России (14).

На Рождество 1926 г. Хризостом Пападопулос приказал закрыть истинно-православную церковь св. Параскевы на острове Саламине. Священник о. Христофор Псиллидис решил служить литургию на улице перед церковными дверями, несмотря на декабрьский мороз. Церковные власти острова послали нескольких матросов схватить священника, но те, придя и окружив верующих, решили не слушаться приказа и вернуться назад (15).

В Фессалониках в Неделю о Самаряныне 1927 г. о. Сергий Лиурас, белый священник истинно-православного храма Трех Святителей, был арестован после литургии по приказу новостильного митрополита. В 1935 г. он снова был схвачен по приказу того же митрополита и избит полицией. Через несколько дней он скончался (16).

8/21 ноября 1927 г. местные власти попытались арестовать священника истинной Церкви в селении Мандра в Аттике. Однако прихожане встали стеной на защиту своего пастыря, и в последовавшей стычке молодая замужняя женщина, Екатерина Рутти, была смертельно ранена. Она умерла 15/28 ноября и стала первой мученицей движения старостильников в Греции (17).

В Неделю Православия 1928 г. по приказу Хризостома Пападопулоса полиция пришла, чтобы схватить священника истинно-православного храма св. Марины в Лионеси (Аттика). Священник скрылся, но нескольких прихожан забрали в коропскую тюрьму (18).

9/22 апреля 1928 г. иеромонах Арсений Сакеллариос был взят в полицейский участок в Ламиа. Затем местный новостильный митрополит устроил над ним публичный суд, на котором он был оффициально лишен сана и острижен. Затем его отпустили (19).

25 марта / 7 апреля 1929 г. полиция воспрепятствовала совершению литургии в праздник Благовещения в Благовещенской истинно-православной церкви в селении Кертези в Калаврите, т. к. священник не имел разрешения от местного новостильного митрополита. Церковь была оцеплена, и начальник полиции, сидя на коне, угрожал расстрелять все собрание. Но люди отказались выдать своего священника, говоря: "Мы все умрем с ним". Полицейский вытащил свой револьвер, но народ держался твердо. В конце концов он засунул револьвер обратно (20) .

23 апреля / 6 мая 1929 г. о. Николай, новостильный священник храма св. Иоанна Предтечи в Месоропи, был поражен неуместностью празднования памяти св. Георгия Победоносца во время Великого Поста (чего не может случиться по православному календарю). Он пошел к своему архиерею и испросил разрешения служить праздник св. Георгия по православному месяцеслову. Епископ разрешение дал. Однако, когда о. Николай продолжил служение по старому стилю, против него было воздвигнуто гонение. И когда он почувствовал приближение смерти, он сказал своим прихожанам: "Когда я умру, и они не дадут вам похоронить меня на кладбище, похороните меня в моем саду. Но если они придут и силой возьмут мое тело, я заклинаю вас не идти за моим гробом!" Новостильники назначили суд над о. Николаем на ноябрь, но он умер 19 октября. Новостильники пришли хоронить его, но вдова отказалась выдать им тело. Тогда новостильный архиерей приехал в город и послал ко вдове священника. Он также был отвергнут. Тогда истинно-православные мiряне начали похороны своего пастыря в саду, как он завещал. Но тут епископ прибыл с полицией забрать тело. Прихожане сперва сопротивлялись, но затем, не желая кровопролития, облобызали тело, бросили на него немного земли, а затем позволили забрать (21).

11 ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфбГ.П.Ч... 64–80.
12 Уэнфпмпт jуфпсйкx ресйгсбцx фyт EЕкклзуЯбтф§нГнзуЯщн EПсипдьощнЧсйуфйбн§н FЕллЬдпт / FХр’ ф§нжзлщф§н QгйпсеЯфщнрбфЭсщн (GБгйпн IПспт, 1973) 8–11;. ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфбГ.П.Ч... 101–111.
13 Hieromonk THEODORITUS (MAVROS), Avvakoum, le Zйlote aux pieds nus (Paris: Fraternitй Orthodoxe de St. Grйgoire Palamas, 1986) 37–42.
14 См.: ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфбГ.П.Ч... 93–100.
15 Ibid. 112–115.
16 ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфбГ.П.Ч... 116–119.
17 Ibid. 120–137.
18 Ibid. 143–149.
19 Ibid. 150–157.
20 Ibid. 166–172.
21 ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ДейнпрбиЮмбфбГ.П.Ч... 173–186.

Не преклонившие колени перед Ваалом

Хотя народ со своими очень немногочисленными священниками был по существу одинок в открытом противостоянии перемене календаря, все же были еще некоторые "не преклонившие колена Ваалу" во "дворце царском" — в иерархии, возглавляемой Хризостомом Пападопулосом. Так, митрополит Герман Димитриадский протестовал против введения нового стиля и отсрочивал его в своей епархии до 15 февраля 1928 г. (22). Кроме того, "2 июня 1929 г., в присутствии сорока четырех митрополитов, Хризостом внезапно потребовал от присутствующих иерархов немедленно подписать заготовленный им документ, оправдывающий введение нового стиля и осуждающий продолжающих придерживаться старого. Этому сатанинскому замыслу Хризостома воспротивились митрополиты Кассандрийский, Маронийский, Яннинский, Друинопольский, Флоринский, Димитриадский, Самосатский и Халкий- ский. Когда архиепископ стал настаивать, то тринадцать митрополитов покинули заседание, тогда как из тридцати одного оставшихся двадцать семь были против четырех, подписавших документ Хризостома" (23). На самом деле, именно надежда, что государственная Церковь все-таки вернется к юлианскому календарю заставляла тех архиереев, которые впоследствии присоединились к истинно-православным, оставаться до времени на своих местах.

Епископ Ефрем пишет, что на "Предсоборном Совещании", проходившем в 1930 г. на Афоне в монастыре Ватопед, "представители Сербской и Польской Церквей (Церкви России, Грузии и Болгарии не были представлены; России и Грузии — потому, что они в это время переживали третью волну сталинских гонений, Болгарии — потому что "болгарская схизма" все еще оставалась в силе) попросили для богослужений отдельную часовню. Когда греки стали настаивать на том, чтобы все служили вместе, то славяне отказались, говоря в свое оправдание, что у них другой язык, а также и типикон, и что может случиться искушение. Греки продолжали настаивать, а славяне отказывались, и фактически до самого конца собора они так и не сослужили. Стало ясно, что славяне в то время считали календарный вопрос достаточно важным, чтобы из-за него отделяться от греков. Когда они говорили, что их типикон иной, было очевидно, что календарь играл при этом значительную роль как часть этого различия... На деле Сербская Церковь даже поддержала движение старостильников в Греции, тайно послав им через границу св. Мvро" (24).

На этом соборе епископ Охридский Николай (Велимiрович) горячо защищал православный календарь, заявив, что на Совещании 1923 г., одобрившем новый календарь, был создан раскол. "Имеет ли настоящее собрание, — сказал он, — какое-либо отношение ко Всеправославному Конгрессу в Константинополе, от которого проистекли известные всем нам аномалии? Церковь Сербии была ошеломлена, когда увидела решения этого Конгресса проводимыми в жизнь" (25).

Также и в 1929 г. русский митрополит Иннокентий Пекинский написал открытое письмо по календарному вопросу, в котором говорил: "В Церкви Христовой нет ничего малоценного, нет ничего неважного, ибо в каждом обычае воплотился Дух Божий, Которым Церковь живет и дышит. Всякий, дерзающий восставать на обычаи и законы церковные, основанные на Священном Предании и Писании, восстает на Духа Божия и сим являет всем имеющим очи видеть, какого он духа. Достойно и праведно Святая Церковь изрекает на таковых анафему" (26).

Но все это были иностранные епископы; в Греции же не было ни одного епископа, служащего по юлианскому календарю. Тем не менее, число истинно-православных приходов в Греции увеличивалось (только в 1925–30 гг. их было основано восемьсот) и, благодаря парламентскому указу от 1931 г., предоставлявшему старостильникам свободу богослужебныхсобраний,численностьверныхпревысилакоктябрю 1934 г. двести тысяч. Более того, к этому времени стало ясно даже многим новостильным иерархам и богословам, что введение нового календаря было несомненным нарушением.

Разрушительные последствия нововведения были суммированы истинно-православным судьей Никитой Анагностопулосом следующим образом:

"Греческая Церковь посягнула на догмат духовного единства Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви, о котором молился ее Божественный Основатель, поскольку она отделила себя в праздновании праздников и соблюдении постов от остальных Православных Церквейи православного мiра,8/10-х которого следует старому календарю (Иерусалимский патриархат, Святая Гора, Россия, Сербия и другие)

Что касается богослужения, она разделила благочестивый греческий народ на два враждующих лагеря и разделила семьи, ввела общие праздники православных с еретиками (католиками, протестантами и прочими), а также внесла смущение и беспорядок в православное богослужение, преданное нам Отцами.

Она изменила унаследованные от прошедших веков даты неподвижных религиозных праздников и многодневных постов — Рождественского, Успенского и Свв. Апостолов, — сократив Апостольский пост вплоть до полного его уничтожения в те годы, когда он совпадает с праздников Всех Святых; она также изъяла евангельские и апостольские чтения из воскресного цикла.

В результате этого становится очевидным, что календарь — это не астрономический вопрос, как утверждают в свое оправдание обновители Элладской Церкви, а вопрос чисто религиозный, неразрывно связанный с богослужением и вообще с религиозной жизнью православного христианина.

Введя календарное новшество, новостильная Церковь преступила не только вековечное Церковное Предание о святоотеческом православном календаре, не только выше приведенную апостольскою заповедь (II Сол. 2:15; Гал. 1:8–9) и постановление VII Вселенского Собора касательно анафематствования всех нарушающих Священное Предание ("Аще кто нарушает какое-либо предание церковное, писанное или неписанное, анафема да будет"), но также и определения Всеправославных патриарших Соборов 1583, 1587 и 1593 гг. при Вселенском патриархе Иеремии II и 1848 г. при Вселенском патриархе Анфиме, осудивших и анафематствовавших григорианский календарь.

Она также преступила Священные Каноны, повелевающие хранить и соблюдать Священное Предание, а именно: а) 3 Карфагенского Собора, б) 21 Гангрского Собора и в) 91 и 92 свт. Василия Великого, также как и 47-е правило Лаодикийского Собора, воспрещающее празднование с еретиками, каковыми являются латиняне и протестанты, и 1-е Седьмого Вселенского собора касательно неуклонного соблюдения всей полноты божественных правил" (27).

Новостильники не были лишены и прямых предостережений Небесной Церкви о неправильности выбранного ими пути.

Одно из таких предостережений было дано новостильному епископу Арсению Ларисскому 12/25 декабря 1934 г., в праздник свт. Спиридона Тримифунтского по старому стилю и Рождества по новому.

"Утром епископ поехал на машине в свой храм служить литургию. Когда он подъехал, то увидел смиренного престарелого благостного архиерея с панагией на груди. Арсений сказал ему: "Брате, пойдем, воспоем радостные рождественские гимны, а затем я окажу тебе гостеприимство".

Смиренный епископ отвечал: "Ты должен воспевать не эти гимны, а мои, святителя Спиридона!" Арсений рассердился и сказал: "Я тебя приглашаю, а ты меня презираешь. Тогда иди прочь".

Арсений вошел в храм, поклонился иконам и сел на свое место. Когда пришло время катавасий, он пропел первую катавасию и затем велел хору петь вторую. Арсений начал третью, но внезапно почувствовал себя дурно. Он велел хору продолжать и вошел в алтарь, где его спросили: "Что случилось, владыко?" Он ответил: "Я плохо себя чувствую".

Когда недомогание Арсения усилилось, его отвезли домой, где его состояние ухудшилось, и на следующий день он умер. Он был наказан Богом за свое нечестивое непослушание свт. Спиридону. Это чудо известно пожилым православным верующим Лариссы" (28).

22 См.: G. LARDAS, The Old Calendar Movement in the Greek Church. An Historical Survey. Thesis (Jordanville: Holy Trinity Monastery, 1983) 12.
23 Мпнбч’тБНФЩНЙПУГЕПСГБНЗУ, EБиеплпгйфxт "иеплпгЯет" (ГпсфхнЯб: FЗМпнx фп™ FБгЯпхНйкпдЮмпх, 1992) 7–8.
24 Monk EPHRAIM, Letter on the Calendar Issue...
25 Мпнбч’тРБХЛПУ, Непзмесплпгйфйум’т-Пkкпхменйумьт… 78.
26 СВЯТО-ИЛЬИНСКИЙ СКИТ, Св. Гора. Учение Православной Церкви о Священном Предании и отношение ея к новому стилю (Джорданвилль—Нью-Йорк: Свято-Троицкий монастырь, 1989) 25.
27 FЗ цщнx фyт EПсипдпоЯбт 844 (НпЭмвсйпт–
ДекЭмвсйпт 1991) 26–27.28 FЗ FБгЯб УкЭрз 122 (EПкфювсйпт–ДекЭмвсйпт 1991) 109.

Три святых священника

В этот ранний период борьбы против нового стиля многие сочувствовали истинно-православным, но не присоединялись к ним, потому что у них не было епископов. Некоторые продолжали служить по православному календарю, не порывая открыто общения с новостильниками. Среди этих последних были два святых священника — о. Николай Планáс из Афин и о. Иероним с Эгины.

Отец Николай был тем священником, который отслужил водосвятный молебен и благословил "Общество православных", которое в действительности означало начало борьбы старостильников. За этой службой он сказал: "Все, что бы ни было установлено неканонично, — падет". И он служил по православному календарю до самой своей смерти в 1932 г. Однажды "он хотел служить согласно традиционному календарю на праздник пророка Елисея. Но поскольку он боялся, что могут возникнуть затруднения, то договорился со своим вторым священником идти накануне ночью и служить в храме свт. Спиридона в Мантуках. Утром его псаломщица пошла в храм свт. Спиридона и ждала его там. Время шло, и казалось, что священник не придет служить. Она приуныла. Ей подумалось, что у него случилось что-нибудь серьезное, и поэтому он не пришел. Тогда она пошла в храм Св. Елисея (потому что там был "информационный центр"), чтобы узнать, что случилось со священником, и увидела, что он там готовится служить литургию! Она укорила его за нарушение их договоренности и потом спросила, как это он не побоялся и пришел сюда, в центр, в самое пекло гонений. Он ответил ей: "Не ругай меня; сегодня утром я видел пророка, и он сказал мне идти служить сюда и ничего не бояться, потому что он будет охранять меня". Аргументы псаломщицы так и остались невысказанными! Она только спросила: "Но как же Вы видели его?" — "Я сегодня утром встал и приготовился ехать в Спиридоновский. Я сидел в кресле и ждал, когда подадут экипаж. В эту минуту я увидел перед собой пророка Елисея, и он сказал мне идти в его церковь и служить литургию..."

Другой, подобный случаю с о. Николаем, пример мы видим в жизни священноинока Иеронима Эгинского, следовавшего тем же путем. Вскоре после своего рукоположения во священники, примерно за год до календарной реформы, о. Иероним прекратил служить по причине бывшего ему во время литургии видения. Согласно некоторым источникам, это случилось еще во время первых сорока дней его священства. Он продолжал, однако, проповедовать в больничной часовне, которую он сам построил там, на острове Эгина, где жил. Хотя эта часовня оффициально и принадлежала к новостильной Эгинской епархии, о. Иероним всегда праздновал согласно традиционному церковному календарю... Хотя сам он и не служил как священник, тем не менее, в силу своей святости, своей популярности среди народа и явных дарований Духа Святаго, которыми он обладал, он пользовался огромным влиянием среди верных, обращавшихся к нему за руководством и наставлениями. Это дошло до Прокопия, епископа Гидрского и Эгинского, и привело к тому, что епископ передал о. Иерониму, чтобы тот пришел к нему, и велел ему сослужить с собою. В ответ о. Иероним послал епископу короткую записку и подал в епархию прошение об отставке, среди прочего сказав: "Прошу Вас принять мою отставку из госпиталя, потому что с 1924 г. и доныне желание мое и ревность устремлялись к Православной Церкви и Вере. С детских лет я почитал ее и посвятил ей всю свою жизнь, в послушании преданиям богоносных Отцев. Я исповедую и провозглашаю, что календарь Отцов — единственно верный, как и Вам самим известно"..." (29).

Особенно активную роль в борьбе истинно-православных играл иеромонах Матфей (Карпадакис), который основал в 1927 г., после бывшего ему Божественного видения, Богородицкий женский монастырь в Кератеях (Аттика), вскоре ставший величайшим монастырем в Греции, а несколькими годами позже — мужской Преображенский монастырь в Куварах (Аттика) (30).

"Для каждого христианина, — писал он в 1934 г., — нет ничего более досточестного в сей преходящей жизни, чем преданная нам вера в Творца всяческих, Господа нашего Иисуса Христа. Ибо что еще может спасти душу от смерти, то есть от осуждения муки вечныя, если не сия непогрешимая Православная Христианская Вера наша, о коей Господь говорит ясно, глаголя: Иже верует и крестится спасен будет, а иже не верует осужден будет (Мк. 16:16). Сию Веру сравнил Господь с многоценным сокровищем, которое человек обрел сокровенным на селе, и чтобы купить которое, он продал все, чем обладал (Мф. 13:13).

Посему блаженный апостол Иуда убеждает каждого подвизатися о вере преданней святым единою (Иуд. 1:3). И божественный апостол сделал такое увещание, потому что появились в то время лукавые человеки, сосуды сатанины, делатели неприязненные, сеявшие плевелы на селе Господнем, пытавшиеся ниспровергнуть святую веру во Христа. Относительно этих нечестивых и превратных людей святой Апостол писал: Привнидоша бо неции человецы, древле предуставленные на сие осуждение, нечестивии, Бога нашего благодать прелагающие в скверну и единаго Владыки Бога и Господа нашего Иисуса Христа отметающиеся. Из-за этих-то новаторов и извратителей веры во Святой Церкви Божией, преданной нам, апостол языков и небошественник Павел изрек самую страшную анафему, сказав: Аще кто благовестит вам паче, еже приясте, анафема да будет (Гал. 1:9).

Сего ради Господь наш во Святом Евангелии вопиет ко всем верным Своим рабам: Внемлите же от лживых пророк, иже приходят к вам во одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы: от плод их познаете их... блюдите, да никтоже вас прельстит... и многи лжепророцы восстанут и прельстят многия (Мф. 7:15,16; 24:4,11).

Против этих новшествующих лжеепископов и их последователей соборные постановления Церкви через Святейших патриархов говорят, что "аще кто восхощет убавить или прибавить иоту едину — да будет седмижды анафема"...

Так с каким же великим внимание надлежит каждому православному христианину относиться к бесценному сокровищу Веры, чтобы хранить ее неповрежденной, такой, какой божественные Апостолы и богоносные Отцы предали ее нам, и как он должен подвизаться сохранить состояние, приличествующее кающемуся христианину: страх Божий, добрые дела; ибо мы живем в эпоху, когда, как сказал евангелист Иоанн, явилось так много антихристов. Он пишет: Дети, последняя година есть. И якоже слышасте, яко антихрист грядет, и ныне антихристы мнози быша, от сего разумеваем, яко последний час есть. От нас изыдоша, но не беша от нас: аще бы от нас были, пребыли убо быша с нами (I Иоан. 2:18–19).

Те, кто управляет ныне Элладской Церковью, вместе с последующим им священством, упорствуют в заблуждении, злославии, расколе, хуле на Духа Святаго, ереси папистского календаря! И они вводят народ в заблуждение и становятся "иерархами-ересиархами", по слову божественных Отцов!

Какое обилие благодати Божией приносит душе христианина малое терпение в скорбях! Хотя святые мученики, исповедники и праведники предали души свои на скорби и гонения, но все же победили и восторжествовали над мiром сим "во зле лежащем" и обрели немеркнущую славу Царствия Небесного, поскольку они уповали на Господа. Отцы наши уповали и не посрамились, ибо нелживые уста нашего Господа, Бога и Спасителя Иисуса Христа изрекли: Се Аз с вами есмь во вся дни до скончания века (Мф. 28:20). Вот почему Церковь Христова Единая, Святая, Соборная и Апостольская, хотя и была жестоко гонима иудеями, идолопоклонниками, лжемудрыми и безбожным еретиками и вообще орудиями диавольскими, — оказывалась всегда славной победительницей. "Воистину, ничего нет сильнее Церкви", ибо Основатель и Глава ее есть Бог, вочеловечивыйся нас ради, со Отцем и Святым Духом поклоняемый и славимый на небеси и на земли, во веки благословенный. Как может видеть всякий христианин, Православие претерпевает ныне ужасную зиму. Благочестие гонимо, добродетель поругана, предание церковное искоренено. Страшно то, что пастыри Церкви обращаются в ее гонителей.

Свт. Василий Великий некогда писал: "Единственное преступление сурово наказуемое — это строгое хранение отеческих преданий... Ни седины не уважаются судиями неправды, ни благочестивое подвижничество, ни жизнь по Евангелию с юных лет и до старости... К скорби нашей зрим мы праздники наши отставленными, домы молитвы закрытыми, алтари духовного поклонения праздными". Все сие постигло ныне и нас. Многоразлично и очевидно для всех то великое зло, которое причинили обновленцы неканоничным введением нового месяцеслова и календаря Православной Церкви. Расколы, разделения, ниспровержение доброго порядка и совершенное смешение, нарушение древнейших законов Церкви, великое смущение совести верных — вот последствия этого, помимо анафем на нарушающих "кое-либо церковное предание, писанное или не писанное", произнесенных Святыми Вселенскими Соборами. На основании слов апостола: повинуйтеся наставникам вашим и покаряйтеся (Евр. 13:7), — пастыри Церкви, поддерживающие сие антиканоничное новшество, ожидают абсолютного послушания себе со стороны церковной полноты. Но как могут истинные чада Церкви слушаться тех, кто, в свою очередь, преслушает Святых Отцов, о которых пророк сказал: Господь избра я еже любити я, — и не почитают установленного чин церковного, преданного и освященного Духом Святым, при том, что Господь сказал: Слушаяй вас, Мене слушает, и отметаяйся вас Мене отметается, отметаяйся же Мене, отметается Пославшего Мя? Как могут благочестивые христиане отвратить свой слух от гласа и деяний таких великих Святых Божиих, и таким образом оказаться лишенными похвалы и благословения Святой Троицы, которую мы слышим в устах самого апостола Павла: Хвалю же вы, яко вся моя помните, и якоже предах вам, предания держите (I Кор. 11:2), — принимая тем самым вредные и чуждые учения по стихиям мiра, а не по Христе (Кол. 2:8), человеческие измышления, в которых скрывается особенная опасность для души? Верные чада церковные, имеющие страх Божий в отношении заповеданного Духом Святым: стойте и держите предания (II Сол. 2:15), — согласные с другой заповедью: пребывай в нихже научен еси, ведый от кого научился еси (II Тим. 3:14), — имеют достойный и богоугодный ответ на безосновательные призывы сегодняшних новшествующих пастырей к послушанию: Повиноватися подобает Богови паче, нежели человеком (Деян. 5:29)" (31).

29 HOLY TRANSFIGURATION MONASTERY, Papa Nicolas Planas... 54–55, 108–110.
30 EЕрЯукпрптБНДСЕБУ, Мбфибsпт, EБсчйерЯукпрптфyт EЕкклзуЯбтф§нГ.П.Ч. EБизн§нкбr рЬузт FЕллЬдпт (ВЯпткбr IЕсгб 1861–1950) (EБиyнбй, 1963) 50–66.
31 FЙеспмьнбчптМБФИБЙПУ, ИеsпнРспуехчзфЬсйпн. РсппЯмйпн (EБиyнбй, 1934).

Возвращение трех архиереев

Итак, истинно-православные христиане Греции и Румынии переживали в то время первую фазу своей борьбы с новшествующей государственной церковью, не имея своих епископов, что создавало для них существенные трудности. Ибо хотя свт. Василий и говорит, что лучше вовсе не иметь епископа, нежели иметь плохого, но отсутствие епископов угрожает длительному выживанию Церкви по той простой причине, что без епископа нельзя рукоположить священников. Более того, меньше вероятность, что те из лагеря новшествующих, кто втайне симпатизирует исповедникам, перейдут к ним, если у тех нет епископов.

Тем не менее, как мы уже видели, внутри самой государственной церкви возникло сильное движение в сторону возвращения к юлианскому календарю, и в мае 1935 г. одиннадцать архиереев решили вернуться на старый стиль. Однако, на них было оказано давление, и восемь из них в последний момент отказались. Остались трое: митрополит Герман Димитриадский, заштатный митрополит Хризостом Флоринский (уже отличившийся в начале 20-х гг. тем, что отказался признать избрание Мелетия Метаксакиса) и митрополит Хризостом Закинфский.

12/25 мая 1935 г. Общество Истинно-Православных Христиан предложило трем митрополитам порвать общение с государственной Церковью и возглавить истинно-православных христиан. Они ответили положительно, и в воскресенье 13/26 мая в маленькой церкви Общества, посвященной Успению Божией Матери в Афинах, в присутствии двадцати пяти тысяч верных, они формально объявили о своей принадлежности к Истинно-Православной Церкви. Митрополит Герман был избран председателем нового Синода.

Это радостное событие явилось для людей наградой за их ревностное исповедание веры и необходимым условием дальнейшего успеха священной борьбы Истинно-Православных Христиан Греции.

Три митрополита выпустили затем Исповедание, в котором они среди прочего заявляли: "Те, кто управляет ныне Элладской Церковью, разделили единство Православия посредством календарного новшества и раскололи греческий православный народ на две противостоящих друг другу относительно календаря части. Они не только нарушили Церковное Предание, освященное семью Вселенскими Соборами и утвержденное вековой практикой Восточной Православной Церкви, но затронули также и догмат о Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Посему те, кто ныне управляет Греческой Церковью, своим односторонним, антиканоническим и бездумным введением григорианского календаря совершенно отсекли себя от ствола Православия и объявили себя, в сущности, раскольниками по отношению к Православным Церквам, стоящим на основании семи Вселенских Соборов и православных законов и преданий, Церквей Иерусалимской, Антиохийской, Сербской, Польской, Святой Горы и Божественной Горы Синайской и т. д.

То, что это так, было подтверждено Комиссией из лучших юристов и профессоров-богословов Государственного Университета, назначенной для изучения календарного вопроса, одним из членов коей довелось быть Его Блаженству архиепископу Афинскому в его бытность профессором церковной истории в Государственном Университете.

Посмотрим, какое мнение высказала эта Комиссия о новом календаре: "Хотя все Православные Церкви и автокефальны в своем внутреннем управлении, тем не менее, они едины друг с другом посредством догматов, соборных определений и правил. Ни одна из них не может отделяться как частная Православная Церковь и принимать новый церковный календарь, не став при этом в положение раскольнической по отношению к другим".

Поскольку Его Блаженство архиепископ Афинский своей собственной подписью объявил себя раскольником, то какого же еще нам не достает свидетельства, чтобы показать, что он и единомышленные с ним иерархи стали раскольниками из-за того, что нарушили единство Православия календарным новшеством и разделили церковную и национальную души греческого православного народа?" (32).

Этот очень важный документ был подтвержден изложениями Веры Истинно-Православной Церкви в нескольких последующих Исповеданиях (особенно 1950, 1974 и 1991 гг.). Он объявляет новостильников не только раскольниками, но также, что недвусмысленно подразумевается, и еретиками, поскольку они (через экуменизм — истинную цель введения календарного новшества) нападают на догмат о Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Относительно смысла, вкладываемого ими в слово "раскольники", три митрополита не оставили ни малейшего сомнения в своем окружном послании от 8/21 июня 1935 г.: "Мы рекомендуем всем, кто следует православному календарю, не иметь никакого духовного общения с раскольнической церковью расколослужителей, от которых благодать Всесвятаго Духа отошла по той причине, что они нарушили постановления отцов VII Вселенского Собора и Всеправославных Соборов, осудивших григорианский календарь. Что раскольническая церковь не имеет благодати и Святаго Духа, подтверждается свт. Василием Великим, который говорит так: "Хотя бы раскольники заблуждались в вопросах и не являющихся догматами, но поскольку глава Церкви, согласно божественному апостолу, есть Христос, от Которого все члены живут и получают духовное возрастание, они отторгли себя от согласия членов Тела, и более не суть члены (того Тела) и не имеют благодати Святаго Духа. Посему кто не имеет ее, тот не может и передать ее другим" (33).

По глубоко символичному "совпадению", именно в это время — в июне 1935 г. — вошел в силу турецкий закон, запрещающий православному духовенству носить духовное одеяние. Хотя это предписание и встретило сильный отпор со стороны Вселенского патриарха Фотия, низшее духовенство встретило его с восторгом, скандируя: "Да здравствует Ататюрк!" И в самом деле, лишенной теперь внутренней одежды благодати и водимой по преданиям человеческим, по стихиям мiра, а не по Христе (Кол. 2:8) патриархии подобало лишиться даже и внешнего признака ее былой славы (34).

23, 24, 25 и 26 мая 1935 г. три митрополита рукоположили четырех новых епископов: Германа Кикладского (Варикопулоса), Христофора Мегарского (Хаджи), Поликарпа Диавлейского (Лиоси) и Матфея Вресфенского (Карпадакиса). За это они подверглись суду со стороны государственной церкви и были сосланы полицией в три различных монастыря. Несколько позже новопосвященные епископы были также осуждены и запрещены. Двое из них — Поликарп Диавлейский и Христофор Мегарский — затем обратились к государственной церкви с прошением о прощении, но двое оставшихся — Герман Кикладский и Матфей Вресфенский — отказались признать решение суда. Еп. Герман был затем сослан, тогда как еп. Матфея его духовные чада скрыли в Кератейском монастыре.

32 МйфспрплЯфзтКБЛЛЙПРЙПУ (ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ) Ренфбрьлещт, ФN РЬфсйб. Ф. 7. (Рейсбйеэт, 1987) 43.
33 ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ФN РЬфсйб... 277–278.
34 См.: Alexis ALEXANDRIS, The Greek Minority of Istambul and Greek-Turkish Relations, 1918–1974 (Athens: Centre for Asia Minor Studies, 1983) 200.

Знамения с небесе

Сосланный митр. Хризостом Закинфский вскоре покаялся и был восстановлен государственной церковью на своей кафедре. Однако, в октябре два других митрополита были неожиданно досрочно освобождены правительством (один министр, Г. Кондилис, симпатизировал истинно-православным). В декабре митрополит Хризостом Флоринский отправился в Иерусалим и Дамаск, чтобы обсудить возможность созыва Собора для пересмотра календарного вопроса. Оба патриарха встретили его дружелюбно и пообещали помощь в этом деле. Но когда он собрался домой в Грецию, греческий консул в Иерусалиме, действуя под диктовку Афин, отказался поставить визу в его паспорт.

Несколько месяцев томился митрополит Хризостом в Иерусалиме как пленник греческого консула. Но Божественное Провидение, чрез заступление "плененных свободителя" св. Георгия Победоносца, указало для него выход. Сам Хризостом так вспоминал об этом чуде:

"Я был подавлен своим пленением, поскольку не имел сведений о ходе Священной борьбы и не знал, каковы будут последствия моей задержки в Иерусалиме.

Угнетенный этой серьезной заботой, я пошел на следующий день, 23 апреля, к Божественной литургии. Со скорбью и с верой я просил св. Георгия помочь мне: "Святый великомучениче Христов Георгие, иже плененных свободитель и нищих защититель, сотвори чудо твое и избави мя от плена сего".

Вечером того же дня, когда я был у себя дома, прежде чем я лег спать, послышался стук в дверь.

— Войдите.

Дверь немедленно отворилась, вошел молодой человек приятной наружности и сказал:

— Можете уезжать спокойно. Никто не помешает вам.

— Сходите, посмотрите мой паспорт".

Молодой человек быстро вышел и, вскоре вернувшись, сказал:

— Все готово".

Архиерей собрался было дать юноше "на чай", но тот, к его изумлению, исчез. Он недоумевал, что бы это значило, но сердце его было исполнено мира и радости.

На следующий день он опять пошел в церковь. Взглянув на икону св. Георгия, он вспомнил вчерашний случай и заметил, что лицо у святого на иконе было точь-в-точь как у того юноши.

С великим воодушевлением он пропел тропарь святому: "Яко плененных свободитель и нищих защититель..." — и затем обратился к нему, как бы к своему близкому другу: "Святый Георгие, я тоже пленник. Но раз ты обещал, что никто меня не задержит, я иду. Защити меня".

Из церкви он сразу пошел домой и сказал хозяйке: "Я еду в Пирей". — "Но, Ваше Преосвященство, куда же Вы поедете? У Вас же в паспорте нет визы". — "Святой Георгий поможет мне".

Когда он приехал в Хайфу, откуда ходили пароходы в Пирей, он снова забеспокоился, поскольку не знал языка, и ему не с кем было поговорить.

Как только он вступил на корабль, он сразу же увидел незнакомого монаха, который подошел к нему, поклонился и сказал по-гречески: "Ваше Преосвященство, чем я могу услужить вам?" — "Чем вы можете услужить мне? Я хочу уехать, но у меня в паспорте нет визы, которую ставит греческий консул".

Монах взял паспорт, пошел в пароходное агентство и, хотя в паспорте не было печати греческого консула, раздобыл билет (35).

Государственная церковь по-прежнему преследовала двух митрополитов. Так, в 1937 г. гражданский суд привлек митр. Хризостома к ответственности по делу о его служении в храме Трех Святителей в Фессалониках. Он был признан невиновным, но в 1938 и 1940 гг. последовали дальнейшие судебные разбирательства (36).

Но Господь также продолжал подавать знамения с небесе Своим верным.

Так, однажды истинно-православные христиане собирались служить всенощное бдение на Воздвижение Креста в одноименной церкви на вершине горы Кофина.

"Накануне праздника, в воскресенье (13 сентября 1937), когда начало темнеть, верные прибывали небольшими группами из разных окрестных деревень, кто пешком, кто верхом... Старики вместе со священниками о. Димитрием из Крусоны и о. Харлампием из Капетанианы ждали их в небольшой церквушке Рождества Богородицы, находившейся у подножия Кофины. В тот вечер над пиком Кофины стояла изморось и густой туман, и подниматься было очень тяжело. Верных было свыше пятисот, а по другим сведениям свыше тысячи человек.

В десять вечера прибыл отряд полиции под командой младшего лейтенанта. Они объяснили свое присутствие тем, что "пришли поддерживать... порядок"! Конечно, на самом деле их намерения были как раз обратными, но когда они увидели количество собравшихся верующих, им пришлось передумать.

В полночь священники начали петь акафист Честному Кресту. Несмотря на туман, холод и сильный ветер, верующие молились на коленях и все вместе подхватывали "Радуйся, блаженное древо" или "Алиллуиа".

К концу акафиста ветер внезапно прекратился, туман стал рассеиваться. Вершина Кофины с церквушкой Животворящего Креста показалась вполне отчетливо.

Прежде, чем люди поняли, что происходит, все пространство вокруг осветилось светом, и чудный мир облагоухал все. И вот, со страхом и вместе с невыразимой радостью, они увидели крест из света, сияющий на вершине Кофины и озаряющий своими лучами всю местность. Ночь внезапно превратилась в день! Слышны были только бесконечные "Господи, помилуй" и сдержанные рыдания верных. Никто из очевидцев не мог потом сказать, как долго продолжалось это чудо.

Наконец, по прошествии довольно длительного времени после своего появления, оно постепенно исчезло... И снова, как и в начале, начал дуть ветер, и густой туман покрыл все.

Верные продолжали с обновленной ревностью и покаянием молиться всю ночь. Священники служили Божественную литургию в маленькой церкви Пресвятой Богородицы. На заре литургия подошла к концу, и вся масса верующих пришла в движение, расходясь по своим деревням и домам, обсуждая друг с другом и с полицейскими небывалое чудо божественного явления Честного Креста..." (37).

35 Е. БГГЕЛПРПХЛПУ, Д. МРБФЙУФБФЗУ, МзфспрплЯфзтрс. ЦлщсЯнзтЧсхуьуфпмптКбвпхсЯдзт (Qгщнйуфxтфyт EПсипдпоЯбткбr фп™ hинпхт) (EБиyнбй, 1981) 21–25.
36 Уэнфпмпт jуфпсйкx ресйгсбцx фyт EЕкклзуЯбтф§нГнзуЯщн EПсипдьощнЧсйуфйбн§н FЕллЬдпт... 23–24.
37 МйфспрплЯфзтКБЛЛЙПРЙПУ (ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ) Ренфбрьлещт, ФN РЬфсйб. Ф. 6 (Рейсбйеэт 1984) 67–74.

Гонение в Румынии

В это время Истинно-Православные Христиане Румынии также претерпевали гонения (38).

"Румынской король Карл II, — пишет митрополит Власий, — оставил свою супругу Марию, происходившую из Константинополя, и вновь женился на иудейке. Карл II не хотел покидать престол, но был вынужден отречься, т. к. женился на нехристианке. Его сыну Михаю было только восемь лет, так что нужен был регент, и им стал патриарх Мvрон. Политические условия в то время сложились так, что правительство было распущено, и чтобы сохранить конституцию, регент должен был стать премьер-министром. Таким образом, патриарх в 1936 г. стал регентом и премьер-министром — полным хозяином страны. Он имел власть уничтожить нашу Церковь, и он воспользовался ею в полной мере: разрушил все наши церкви, арестовал все духовенство, монашествующих, всех предводителей старостильных групп.

Это был первый сильный удар по нашей Церкви, многие не пережили его, но несколько свидетелей тех гонений осталось. Вот, например, о. Евфимий — он был в концентрационном лагере три года вместе с о. Памвой, и он рассказал нам, как его пытали: бросали в ручей, а других заключенных заставляли ходить по нему, как по мосту; было ему тогда около двадцати семи лет" (39).

Митрополит Киприан знакомит нас с дополнительными деталями этого гонения.

"В период 1935–36 гг. Румынский патриарх Мvрон — бывший униат — принял драконовские меры против старостильников. Он приказал сравнять с землей все церкви истинно-православных христиан и заключить в тюрьму тех священнослужителей и монахов, которые отказались подчиниться его власти. Монахи и монахини были заключены в двух монастырях, где с ними обращались с неслыханной жестокостью. Некоторые из них приняли мученическую смерть. В их числе иеромонах о. Памва, основатель старостильного монастыря Добру (этот монастырь по приказу патриарха трижды разрушался, но каждый раз отстраивался вновь). Во время разрушения монастыря Кукова пять мiрян-старостильников были утоплены в монастырском колодце...

В сентябре 1936 г., во время большой демонстрации в городе Пятра-Нямец, многие били убиты, а иеромонах о. Гликерий был арестован и под стражей доставлен в Бухарест. Там он был приговорен к смерти. Однако о. Гликерий был чудом спасен от смертной казни по заступничеству Божией Матери, которая явилась во сне жене министра юстиции и повелела ей, как новой Прокуле, ходатайствовать перед мужем за Гликерия. Министр не последовал примеру Пилата и заменил смертный приговор заточением в отдаленном монастыре.

С началом II Мiровой войны в 1939 г. о. Гликерий вышел на свободу и вместе со своим любимым соратником, иеродиаконом о. Давидом (Бидаску), прятался в лесах шесть лет. Там они жили вдвоем в неописуемых лишениях и тяготах. Особенно тяжело было в зимнее время, когда в период зимних снегопадов их немногочисленные тайные помощники не могли доставлять им скромное пропитание. Однажды о. Гликерий и о. Давид были даже вынуждены есть червей. Однако Божест- венный Промысел хранил их от преследователей: даже птицы небесные заметали своими крыльями следы, оставляемые о. Гликерием и о. Давидом на снегу. Несмотря на суровые морозы (в Румынии зимой температура воздуха достигает иногда –30°С), они ни разу не разжигали огня, чтобы дым не выдал их местонахождения. Прочие подвижники также скрывались в пустынях: о. Дамаскин, о. Паисий и иные" (40).

38 См.: V. BOLDEWSKUL, The Old Calendar Church of Romania // Orthodox Life. Vol. 42, № 5 (October–November 1992) 11–17.
39 ПравославнаяРусь. № 2 (1479) (1993) 6–7
40 Metropolitan CYPRIAN, The True Orthodox Christians of Romania... 6–7.

Разделения среди греческих старостильников

Возвращаясь к Греции, мы подходим к трагическому разделению, происшедшему в 1937 г. между митрополитами Германом Димитриадским и Хризостомом Флоринским, с одной стороны, и епископами Германом Кикладским и Матфеем Вресфенским, с другой. Это разделение между так называемыми "флоринитами" и "матфеевцами", сильно ослабившее борьбу истинно-православных, продолжается (с дальнейшими разветвлениями) и по сей день. Причиной послужило написанное в июне 1937 г. двумя митрополитами монаху Марку (Ханиотису) письмо, в котором они говорили: "Когда Церковь впадает в заблуждение, которое свт. Василий Великий называет поддающимся уврачеванию, каковым является заблуждение, касающееся календаря, отдельные архиереи должны оградиться и прервать духовное общение с этой Церковью, чтобы не стать соучастниками в ее заблуждении. Однако они не имеют права объявлять эту Церковь раскольнической. Это право принадлежит Всеправославному или Великому поместному Собору, и никому более. В подобном случае те, кто порывает общение с заблуждающейся Церковью прежде синодальной апелляции против нее ко Всеправославному или Великому поместному Собору, делают это с тем, чтобы вернуть заблуждающуюся Церковь назад на православную стезю или, если она останется при своем заблуждении, объявить ее еретической или раскольнической на Всеправославном Соборе после первого и второго предупреждения: еретической — если ее заблуждение касается догматов, раскольнической — если оно касается типикона или административной стороны церковной жизни. Именно так мы в точности и поступили, прервав духовное общение с иерархией Великой Церкви по причине заблуждения — календарного новшества — и апеллируя против нее ко Всеправославному или Великому поместному Собору, который один является компетентной инстанцией, обладающей правом судить ее за ее заблуждение, и либо убедить ее оставить свое заблуждение, либо, если она закоснеет в нем, объявить ее раскольнической.

Итак, поскольку это единичное заблуждение одной Церкви, которое прямо не касается догматов веры, но относится к нарушению церковных канонов и, по слову свт. Василия Великого, поддается уврачеванию, то оно делает заблуждающуюся Церковь раскольнической потенциально, но не актуально, вплоть до того, как она будет осуждена и объявлена раскольнической актуально Всеправославным Собором...

Но да будет Вашей святости известно, что Святое Мvро, сваренное и освященное в Церкви Вселенского патриархата, обладает всей своей благодатью и освящающим действием, даже если это было и после введения нового стиля" (41).

Это утверждение явно противоречило Исповеданию трех архиереев от 1935 г., где как объявлялось, что государственная церковь была совершенно раскольнической и лишенной благодати таинств, так и указывалось, что введение нового стиля затрагивает догмат о Единой Церкви. Поэтом 5/18 сентября епископ Матфей написал послание митрополиту Герману, напоминая ему о своем выдвинутом 17/30 июня требовании четкого заявления о том, что новостильники лишены благодати таинств. Поскольку с тех пор никакого ответа не последовало, писал Матфей, то он отныне порывает с ним общение. Смущающим в этом послании было то, как оно было написано: "бывшему митрополиту Димитриадскому Герману, доныне председателю Священного Синода" (42), как если бы он уже был низложен. Но кем было произведено такое низложение и в результате какого судебного процесса? Матфей ни к какому суду не обращается, а сам он не может судить Германа заочно...

Однако, спустя недолгое время, 9 сентября, два митрополита, встревоженные смущением, которое вызвало их заявление, как будто бы дали обратный ход, написав: "Касательно действительности или недействительности таинств, совершаемых новостильниками, мы остаемся верны тому, что мы провозгласили в июне 1935 г., что освящающая благодать таинств пребывает и действует через тех священнослужителей, которые придерживаются священных преданий и правил, не делая никаких нововведений, а не через тех, которые удалились от священных правил и остаются под клятвами Отцов" (43).

Это разъяснение, казалось бы, должно было предотвратить опасность раскола среди старостильников, но 9 ноября в письме к епископу Герману Кикладскому митрополит Хризостом снова стал доказывать, что государственная Элладская Церковь — потенциально, а не актуально раскольническая и лишенная благодати таинств, и заявил, что назвать ее актуально раскольнической и безблагодатной можно будет только на основе решения Вселенского или Всеправославного Собора (44). Тогда епископы Герман и Матфей отделились от двух митрополитов.

41 Цит. по: FЙеспмьнбчпт EБМЦЙЛПЧЙПУ, "Гнюуеуиефxн EблЮиейбн". Рс’тфп?т dрйжзфпэнфбтфxнущфзсЯбнфyтшхчyтфщн (EБиyнбй, 1984) 17–18.
42 EЕрЯукпрптБНДСЕБУ, Мбфибsпт, EБсчйерЯукпрпт... 68–74.
43 Цит. по: ГЙБННБКПХЛПРПХЛПУ, ФN РЬфсйб... Ф. 6. 282.
44 КБСБМЙФУПУ, FП Уэгчспнпт FПмплпгЮфзт фyт EПсипдпоЯбт… 123–135.

Вопрос о соборной компетенции

Это было первое из многочисленных разделений, поражающих Греческую Старостильную Церковь до сего дне, которые все вращаются вокруг вопроса о соборной компетенции ИПЦ.

Теперь уже не может быть сомнений, что экукоммунистическая ересь, впервые проникшая во все Поместные Православные Церкви в 20-е годы, есть ересь самая серьезная и заслуживающая самого сурового осуждения. Не подлежит также сомнению и то, что не нужно созывать Вселенский или Всеправославный Собор, чтобы анафематствовать ее, — для этого достаточно Поместного собора, так же как было достаточно Поместных соборов, чтобы анафематствовать ереси первых трех веков церковной истории и ересь латинства в 1054 г. Но достаточно ли Поместного собора, состоящего лишь из нескольких, а не из всех епископов Поместной Церкви, каким был греческий Собор 1935 г.? Другими словами — когда Поместный собор обладает достаточной компетенцией, чтобы его решения были приняты всеми как общеобязательные?

На этот вопрос нет простого ответа. Однако, кое-какие наметки сделать можно. Во-первых, в годину гонений, когда ересь преобладает и встречи даже хотя бы нескольких истинных епископов редки и случайны, эти встречи приобретают, по необходимости, большее значение, чем они могли бы иметь в более благоприятных обстоятельствах, и приобретают статус Поместных соборов. И если мы не станем защищать почти еретическое учение о том, что во времена гонений Церковь теряет свою власть вязать и решить, то мы должны будем принимать определения этих Соборов как обязательные — убедившись, конечно, что они согласны с догматами и канонами Православной Церкви.

Во-вторых, отрицание авторитета этих Соборов неминуемо служит развитию и распространению ереси, с одной стороны, и сеет смущение и разделения в рядах истинно-верующих, с другой. Поэтому, если эти Соборы нельзя рассматривать как преступающие каноны, то на всех истинных христианах лежит обязанность послушания им ради Единства Церкви и торжества Истины над ложью.

В-третьих, хотя нужно и должно надеяться на созыв большого Всеправославного или Вселенского Собора, который с еще большей властью осудит ересь, это не должно никоим образом набрасывать тень сомнения на решения прежде бывших меньших Соборов. Так, не на I Вселенском Соборе Арий был впервые отлучен от Церкви, а раньше, на меньшем Александрийском Соборе под председательством свт. Александра. Подобным же образом, мы можем надеяться, что будущий Всеправославный или Вселенский Собор соберется и подтвердит действительность тех меньших Соборов, которые еще в 1930-х гг. извергли экукоммунистических еретиков из Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования