Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
09 сентября 2008, 12:55 Распечатать

"СО СВОЕЙ КОЛОКОЛЬНИ" (авторская рубрика протоиерея Михаила Ардова): "Человек Церкви" в голубом переплете. Из "Горестных заметок"


Передо мною лежит новая книга, она в голубом глянцевом переплете, напечатана на превосходной бумаге и содержит множество иллюстраций. Том имеет пространное название – "Человек Церкви. К 20-летию со дня кончины и 70-летию со дня рождения Высокопреосвященнейшего митрополита Ленинградского и Новгородского НИКОДИМА, Патриаршего Экзарха Западной Европы". Составитель и автор предисловия – Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий. Кроме того, сообщается, что это – "Издание Московской Епархии, 1998 год" и осуществлено оно "По благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II".

Состав авторов впечатляет: среди них четыре патриарха, девять митрополитов, десять архиепископов, несколько архимандритов и протоиереев. Все они делятся с читателем своими воспоминаниями о человеке, который составил целую эпоху не только в истории Московской патриархии, но и в жизни иных христианских конфессий.

Но – увы! – того, кто захочет получить понятие о личности митрополита Никодима, подстерегают определенные трудности. То ли в распоряжении Московской епархии не нашлось литературного редактора, то ли составитель счел неудобным подвергать правке тексты сановитых авторов, но их стиль зачастую оставляет желать много лучшего. Вот несколько тому примеров:

"В период его плодотворной архипастырской жизни при Богом дарованном ему необычайном таланте, что немало послужило в дни "холодной войны" сплочению миролюбивых сил противостоять силам зла и объединению христианских церквей в братское содружество, в искании "да будут все едино" (Ин. 17, 21), для меня в сложных административных проблемах, которые переживала наша Святая Церковь в тот период, не было другого человека, кроме блаженной памяти митрополита Никодима, с кем бы я мог разделить свои тревоги и попросить мудрого совета" (Митрополит Харьковский Никодим, стр. 281).

"Время было для духовенства очень трудное, священников не регистрировали, сидел я днями в приемной Уполномоченного и он не принимал меня, хотя и видел мои страдания – ведь я переехал из Кисловодска в Петрозаводск, с милого юга в сторону севера; переходить было очень непросто, да еще была холодная зима, а на дворе март месяц".

"На хиротонии моей присутствовала и моя благочестивая родительница старица Матрона, которая поклонилась владыке в ножки и по-русски поцеловала их". (Это из воспоминаний Ставропольского Митрополита Гедеона – стр. 286 и 287. Считаю нужным от себя добавить, что "целовать ножки" архиереям обычай не столько русский, сколько ватиканский.)

Ну, и последний подобного рода пассаж, это из мемуаров Митрополита Лиддского Тимофея (стр. 200):

"Тех, которые его знали, он ежедневно привлекал своей выдающейся личностью, ослепительной любовью, апостольским наставлением, трудолюбием, дружелюбием и приветливостью, любовью к церковным службам, заботой о ритмичном функционировании Богословской Академии, желанием увеличить монашеский чин своей епархии и его служением обогатить Русскую Церковь, которая постоянно давала свое свидетельство среди различных трудностей в рамках советского общества и встречала лицом к лицу холодное и часто непонятное поведение и подозрительность ближних братьев и дальних".

Но не только косноязычие некоторых мемуаристов мешает читателю получить правильное представление о личности Митрополита Никодима и о его деяниях. Почти у всех авторов этого сборника мы находим некое умолчание. Они в один голос свидетельствуют, что почивший иерарх был не только "человеком Церкви", но и "патриотом":

"Владыка Никодим никогда не отрывал своего служения Церкви от своего пламенного и любящего служения своему народу, своему Отечеству" (стр. 40).

"...Ему удалось выполнить долг и гражданина, и христианина, как перед своей Родиной, так и перед Святой Церковью" (стр. 230).

"Он был настоящий патриот, верный сын России и Православной Церкви" (стр. 375).

Но ведь мы хорошо помним, что во времена митрополита Никодима слово "Россия" было почти крамольным, на роль "нашей Родины" претендовал коммунистический и атеистический Советский Союз. А подлинные "сыны Православной Церкви" были загнаны в катакомбы, сидели в тюрьмах или, в лучшем случае, были в эмиграции. И невольно возникает вопрос: как же удавалось митрополиту служить одновременно "двум господам"? Увы! – внятного объяснения этому в книге не отыщется.

Но все же один из мемуаристов выражается яснее прочих, у Тверского архиепископа Виктора читаем: "Сейчас многие способны обвинять прежде бывших иерархов в сотрудничестве якобы с КГБ, в том числе и владыку Никодима. Но другого-то выхода и быть не могло: жить-то Церковь должна была. Потому и реализовалась особая деятельность, чтобы не допустить полного уничтожения Церкви" (стр. 360).

Церковные люди моего поколения прекрасно помнят, каким образом эта "особая деятельность реализовывалась". Мы без стыда не могли слышать патриарших Пасхальных посланий, где не столько говорилось о Воскресшем Господе, сколько об американской агрессии во Вьетнаме. В те годы просто чудовищным был "Журнал Московской Патриархии" – там крикливо "боролись за мир" (то бишь за всемирное владычество коммунистов), там публиковались лукавые статьи, где доказывалось тождество Христианства и марксизма, там начисто отрицались большевицкие гонения на христиан, а Новомученики и Исповедники Российские именовались политическими преступниками... И все эта наглая ложь свидетельствовала о том, что московская иерархия играет роль безгласной прислужницы безбожного и жестокого режима.

"Человек Церкви" – удивительная книга. Она наглядно показывает, что ученики и ставленники митрополита Никодима, подобно французским Бурбонам – "ничему не научились и ничего не забыли". А посему и все призывы к покаянию, которые раздаются со стороны Зарубежной Церкви, да и в самой России, этими людьми просто не воспринимаются и никогда ими услышаны не будут.

Если предположить, что покойный митрополит Никодим действительно был "человеком Церкви", то неизбежно возникает вопрос: что это за Церковь такая, способная распространять ложь и пресмыкаться перед безбожниками? Уж во всяком случае, не та, которую Апостол Павел называет "столпом и утверждением истины" (1 Тим. 3, 15), не та, что – "не имеет пятна, или порока, или чего-либо подобного" (Еф. 5, 27). И можно с полной уверенностью утверждать: "Церковь митрополита Никодима" есть тот самый "сонм суетный", от которого столь решительно отделяет себя Псалмопевец:

"Возненавидех церковь лукавнующих, и с нечестивыми не сяду" (Пс. 25, 5).

1999 год

Полностью "Горестные заметки" читайте в рубрике протоиерея Михаила Ардова в разделе "Книжки"


    В сюжете:

09 сентября 2008, 19:15  
КОММЕНТАРИЙ ДНЯ: "Своевременная смерть" в Ватикане. На вопросы, связанные с обстоятельствами смерти митрополита Никодима (Ротова), ответов даже не искали
09 сентября 2008, 16:00  
Митрополит Никодим был гениальным человеком, считает протоиерей Димитрий Смирнов
09 сентября 2008, 15:47  
АРХИВ: Молитва в Фатиме. Митрополит Никодим имел всепоглощающую любовь к Риму, Папе и Католической Церкви
09 сентября 2008, 12:55  
"СО СВОЕЙ КОЛОКОЛЬНИ" (авторская рубрика протоиерея Михаила Ардова): "Человек Церкви" в голубом переплете. Из "Горестных заметок"
09 сентября 2008, 12:36  
МОНИТОРИНГ СМИ: Митрополит Никодим: глядя из Рима
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования