Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Лента новостейRSS | Архив новостей ]
08 июля 2008, 20:50 Распечатать

КОММЕНТАРИЙ ДНЯ: Воскресение – мошенничество. Если о нем учит Грабовой! Еще недавно в России мошенниками называли «попов, охмуряющих народ байками про царство небесное»…


Феномены бизнесмена Михаила Ходорковского, физика Валентина Данилова, адвоката Михаила Трепашкина, создателя собственного квазирелигиозного учения Григория Грабового… Казалось бы, что может объединять столь разные явления, связываемые со столь разными личностями? В первом случае, это абсолютно несвоевременный пример совмещения бизнеса и государственного мышления при абсолютном иммунитете к идеологической заразе. Во втором - пример бескорыстного служения науке с использованием возможностей открытой коммуникации. В третьем - исследование сокрытых от общества социально значимых преступлений и разоблачение их виновников. А что в четвертом?

Сегодня мы уже знаем, что Таганский "басманный" суд г. Москвы приговорил 7 июля 2008 года к 11 годам заключения Григория Грабового, признав его виновным в 11 эпизодах мошенничества. Судебное заседание в этот день было беспокойным, сведения о том, что происходило в суде, были, как всегда, противоречивы и отрывочны. К вечеру стало известно, что суд признал факт распространения Грабовым своего учения, установил, что при этом он психологически воздействовал на потерпевших, и признал его мошенником. Подсудимый же утверждает, что преступлений не совершал, а занимался политической, общественной, религиозной и научной деятельностью с целью принесения людям пользы. Приговор он комментировать отказался, а защитники объявили о намерении оспорить его в Московском городском суде в установленном порядке и в установленные сроки.

Что это может значить? В общем-то, ничего нового. Особенно, если вспомнить, что обвинение Грабового в мошенничестве начало звучать в СМИ еще до того, как было возбуждено уголовное дело. Задолго до того, как большинство обывателей вообще узнали о том, что существует такой Григорий Грабовой, который является автором учения (не слишком, с точки зрения "традиционной" религиозности, оригинального) о принципиальном бессмертии человека.

Все началось с того, что журналист "Комсомольской правды" Владимир Ворсобин, побывав на семинаре Грабового, опубликовал в двух номерах газеты маловразумительный материал, смысл которого в общих чертах заключался в том, что "целитель" получает слишком много денег за предлагаемые людям "услуги". Многочисленные последователи "целителя" при этом на него не жаловались, а некоторые, например, женщины, потерявшие детей и близких после трагедии в Беслане, даже организовали защиту Грабового, который обещал им "воскресить" погибших, в бессмертности которых они и так были убеждены.

Вообще-то, вокруг обещаний Грабового воскресить погибших людей и была построена пиар-кампания против него в российских СМИ. Парадоксально, но именно понесшие утрату родственники нередко свидетельствовали о том, что они ощущают своих детей и близких живыми и рядом, что Грабовой сдержал свои обещания перед ними. Однако экспертам суда требовались, вероятно, более весомые (то есть – материальные, они ведь материалисты) свидетельства истинности загробной жизни, которых они, разумеется, не получили. Тем более, что среди 11 эпизодов обвинения, признанных судом, ни один не касался Беслана. Все они собирались следствием с помощью уговаривания граждан написать заявления в течение двух лет. Вот и вышло, что кроме как банальным мошенником-проходимцем "целителя" с президентскими амбициями считать и нельзя. Приблизительно так же, как в свое время (еще несколько десятилетий назад) в СССР нельзя было не считать мошенниками "лживых попов", которые "охмуряли неграмотный народ байками про царство небесное".

Выступая перед судом 10 июня 2008 года, Грабовой говорил, что его подвергли уголовному преследования за религиозную, общественно-политическую и образовательную деятельность, и он считает это незаконным. По сути, именно эти виды его деятельности и "используются как доказательства обвинения". По словам Грабового, именно это, вместе с кампанией в СМИ, где он заведомо представлен мошенником, и "повлияло на процесс доказывания" по его уголовному делу "с обвинительным уклоном". Фактически уголовное дело, объектом которого стал Григорий Грабовой, возбуждалось не по заявлениям потерпевших, кои никак о себе не объявили, а по двум публикациям одного единственного журналиста, к тому же прибегнувшего к фальшивке, которые массово перепечатывались в СМИ. Следствие не установило участия Грабового в преступлениях, совершение которых инкриминировалось ему журналистом в отношении неустановленных лиц. То есть не было в деле ни доказательств события преступления, ни самого события преступления!

Вот же она – та самая "материальная конкретика", которая требовалась суду, раз уж он взялся за исследование материалов дела, в котором фигурируют такие понятия, как "бессмертие" и "воскрешение"! Но прокуратура, в функции которой входит надзор за соблюдением законности, отчего-то смолчала. И будь защитники и последователи Григория Грабового и в самом деле поциничней, они бы обратились в компетентные органы с вопросом: "А почему бы не осудить и иных религиозных деятелей "в законе", которые тоже обещают "чудеса", загробное воздание и берут за направленные на достижение этих целей обряды немалые деньги?"

Теперь, после приговора, после того, как на дело Грабового обратили внимание почти все СМИ, многие из подобных "неувязочек" внезапно засверкали новыми красками. Естественно, что дотошные журналисты и общественность первым делом попытались как-то объяснить их при помощи логики. Например, всем известно, что суд выносит решение, руководствуясь не только законом, но и собственным убеждением. Так вот, не мог ли на судью Иванову, – спрашивают иные, – которая председательствовала в процессе, гипнотически повлиять двухлетний информационный шум, где фамилия Грабового неразрывно ассоциировалась с имиджем мошенника?

Мог, да еще как! Тем более что все это могло быть так и задумано. Может быть, так – помимо следствия (о котором тогда речи еще не велось) и экспертиз (даже о предмете которых тогда тоже никто бы ничего не сказал) – через СМИ заранее создавалось впечатление заведомой виновности Грабового? То есть, искусственно формировалось, а затем навязывалось обществу (и судьям) вполне определенное мнение, промежуточным результатом которого и стал 7 июля приговор Таганского суда. Почему промежуточным? Да полноте! Разве стоило в течение двух лет такой огород городить ради того, чтобы просто посадить человека? Нет, за делом Грабового наверняка должны проглядываться чьи-то очень "заячьи уши". В свете стремительно происходящих сегодня событий это тоже может выясниться гораздо скорее, чем хотелось бы самому "зайцу".

В суде Грабовой также заявил, что его "действия не вступали в противоречие с нравственно-этическими ценностями и устоями общества, опосредованными нормами уголовного права, так как соответствуют религиозным воззрениям общества, действующим законам, поэтому моя деятельность не является преступлением".

Но почему же? Неужто Грабовой остается столь наивным, полагая, что его действия не вступили в противоречие с действующим в нашей стране вместо права всеобщим принципом "политической целесообразности"? Причем, целесообразности, которая регламентируется "общественным благом", определяемым сегодня исключительно с позиции нового "единственно верного" учения (или – "плана"), в свете которого все прочие – в том числе и теория Грабового – определяются, как "враждебные". Ну и что, что он тоже говорит о воскресении мертвых, жизни вечной и прочих "причиндалах" индивидуального человеческого бессмертия, которые так занимают сегодня умы граждан? Ведь говорит-то – он, а не митрополит Кирилл в телевизоре. Или, на худой конец, всемирно известный диакон, который, впрочем, больше сосредоточен сейчас на тяжелом роке.

Последовательное игнорирование права в обществе, где о нем даже юристы имеют смутное представление, удается государственным органам достаточно легко. Главными авторитетами в деле Грабового, как и в делах остальных его упомянутых вначале товарищей по несчастью, в России остаются не закон и здравомыслие, а идеологические или политические цели и судьи. Понятно, что у подобных предприятий обязаны существовать и сценаристы, уши которых к концу последних восьми лет стали слишком заметными. Тем не менее, народный завет "не рой другому яму - сам в нее попадешь" справедлив так же, как неотвратимо превращение тайного в явное. Ведь приговор суда, основанный на обвинении человека в том, что его организация извлекала некий доход из обещания людям "воскресения мертвых и жизни будущаго века", Таганским судом вынесен. А значит, даже при отсутствии пока в России практики прецедентного права, создан прецедент. И, буде, судебные прецеденты завтра окажутся на вооружении отечественного "басманного суда", любая религиозная организация (в том числе и самая "традиционная"!), которая получает от населения деньги в обмен на обещание им жизни вечной, вполне может быть оценена, как мошенническая. Изменись в стране идеологические ориентиры, как бывало это в России уже не раз, и любой, а не только "басманный" механизм, найдет в деяниях "традиционных"религиозных организаций еще и нанесение особо крупного ущерба государственному бюджету, так как масштабы этих доходов такой мелочи, как Грабовой, и не снились.

На основании одного лишь прецедента с вынесением приговора Грабовому, конечно, нет стопроцентных оснований что-либо прогнозировать. Однако основания пофантазировать или попредполагать уже имеются. В смысле, почему бы не усмотреть связи между таким "преступлением", как получение доходов при религиозно-культовой деятельности, с намерением государства положить конец "табачным митрополитам" и грандиозным масштабам негосударственного инвестирования в строительства и производства?

А почему бы нет? Есть же вполне цивилизованные страны, где священнослужители и даже епископы получают твердую зарплату, а религиозные организации передают все свои доходы государству. Вот и получилось бы, пусть и парадоксально, но вполне по-нашенски, когда в основу восстановления очередной "справедливости" вновь было бы положено не право, а произвол.

Михаил Ситников,
для "Портала–Credo.Ru"


    В сюжете:

28 мая 2010, 17:15  
МНЕНИЕ: "Условно-досрочное освобождение Григория Грабового имеет очень большое значение: суд у нас начинает поступать по закону, а не только по заказу" - адвокат Григория Грабового МИХАИЛ ТРЕПАШКИН
27 мая 2010, 17:00  
РЕПОРТАЖ: "Группы нет, а человек сидел". В Москве состоялась пресс-конференция в связи с условно-досрочным освобождением из заключения Григория Грабового
21 мая 2010, 11:00  
Григория Грабового встречают у входа в колонию родные и десятки журналистов
20 мая 2010, 16:32  
Суд велел отпустить целителя Григория Грабового на свободу
18 мая 2010, 12:12  
МОНИТОРИНГ СМИ: Как Березниковские прокуроры сами себя высекли и испугались условно-досрочного освобождения Григория Грабового
Ваше
имя:
Ваш
email
Тема:
 
Число:
 
Чтобы оставить отклик, пожалуйста, введите число, нарисованное на картинке.
Текст
 


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования