- Как Вы, Ваше преосвященство могли бы прокомментировать заявление митрополита Кирилла, сказавшего, что РПЦ МП никогда не согласится на существование на территории России католических епархий, и предложившего понизить их уровень до апостольских администратур?

- Прежде всего, обратим внимание на широкий контекст. Когда мы говорим о диалоге католиков и православных и пробуем оценить предпринятые в нем усилия, то сталкиваемся со многими проблемами. Одним из главных становится вопрос: хотят ли обе стороны этого диалога. Есди да, то мы должны искать того, что нас связует и объединяет. Конечно, нужно говорить и о том, что нас разъединяет, но необходимо стоять на позиции готовности к диалогу

После II Ватиканского Собора католическая сторона готова к нему всегда. Со стороны же РПЦ мы постоянно слышим обвинения в ведении прозелитической деятельности, о православных канонических землях, о проблеме Украинской Греко-католической Церкви, о попытке препятствования деятельности священников и монахов на территории России, "неудобных" епископах и т.д. И вот теперь встал вопрос о епархиях, утвержденных в 2002 году Иоанном Павлом II. Встает вопрос: каким будет следующее обвинение?

- Но католическая Церковь, насчитывающая от 600 тыс. до 1,5 млн верующих, разбросанных по всей России, не может представлять серьезной угрозы для православных.

- Да, нужно задать себе вопрос - кем являются российские католики? Это потомки ссыльных, депортированных, а также тех, кто во время столыпинских реформ осел на этих землях. Это люди разных национальностей: много поляков, немцев, литовцев, белорусов, украинцев и корейцев. И сегодня обязанностью Церкви является опека над ними. Эти люди - жертвы преследований, и Церковь должна помочь им вернуться к вере отцов и дедов. Именно такова главная роль нашей Церкви в России, и потому не может быть и речи о каком-либо прозелитизме.

- А что можно сказать о таком аргументе, как каноническая территория?

- Глядя в нынешней перспективе на ссылки, депортации и миграции людей, необходимо подходить к этому понятию не географически, а антропологически.

Сегодня граница канонической территории проходит не по рекам и горам, либо границам государства, но в сердце человека. Только в таких категориях человек может говорить о своих духовных корнях и религиозности.

Каждый человек должен самостоятельно для себя решить, хочет он или не хочет вернуться к вере своих предков. Также следует принимать во внимание и религиозную свободу. Если кто-то хочет познать Христа и быть членом Церкви, мы не можем ему в этом отказать. И уже вэтом контексте мы не можем говорить о прозелитизме или канонических территориях. В этом случае мы должны задать абсурдный вопрос - а что делают православные на канонических территориях католической Польши?

- Но митрополит Кирилл говорил о церковных структурах?

- Тот же вопрос можно задать и Православной Церкви. Почему во многих католических странах Православная Церковь создала и по-прежнему создает свои епархии? Нет, Католической Церкви это вовсе не мешает. Но если уж на то пошло, пусть православные ликвидируют где-нибудь свои структуры.

Если мы будем ставить вопрос так, то наверное нельзя говорить о диалоге. Кстати епархиям, созданным в 2002 году, Иоанн Павел II дал название не тех городов, где пребывают епископы: Преображения Господня в Новосибирске, Матери Божией в Москве, св. Клемента в Саратове и т.п.

- Откуда такая неприязнь РПЦ к католикам?

- Нужно вести диалог в истине. Встает вопрос, не ищет ли РПЦ внешнего врага, чтобы не говорить о своих внутренних проблемах. Как я уже говорил, мы ищем того, что нас объединяет, а не разъединяет

Нельзя начинать диалог с обвинений в прозелитизме, о нарушении канонических территорий и т.п. Иначе следующим шагом может быть вывоз католиков в страны их происхождения. Мы обречены на единственный путь: стоять под крестом Христовым, как Его ученики, учась от него любви, прощению и единению.

Помолимся вместе и вслушаемся в то, что вещает нам Св.Дух, чтобы Он подсказал нам путь единения и совместного поклонения Богу. И тогда будем пребывать в Его милости и взаимно друг другу помогать. Возьмем примеры с мучеников наших Церквей, что вместе жестоко страдали за веру. Они поклонялись одному и тому же Богу.

Стоя под крестом, необходимо просить о даре надежды, на что так прекрасно указал в своей последней энциклике Папа Бенедикт XVI, человек, надеюсь, дальновидный. Католики и православные, несмотря на всю разницу между собой, должны смотреть вперед и вместе стремиться к святости. Будем же укреплены даром надежды, преображающей тех, что обрели его, чтобы свидетельствовать еще не обретшим этого дара. На этой основе следует сесть за стол переговоров, до которых за последние годы так в России и не дошло, имея в виду диалог в истине об экклезиологии и иных проблемах.

- Часто приходится слышать мнение, что диалог католиков с российскими православными проходит за спинами верующих обеих Церквей. Ведь чаще это диалог иерархов, нежели людей, живущих в этих странах.

- Работая несколько лет в России, я сам был свидетелем диалога, который шел на местном уровне между людьми, живущими в одной семье, живущими и празднующими вместе, вместе молящимися. Мы им должны прежде всего помогать. Именно на местном уровне, епископы с епископами, священники со священниками, миряне обеих Церквей должны между собой выяснять и решать существующие проблемы. Тогда было бы больших таких, что конкретно решались. Такой диалог идет, но о нем мало говорится. Работая в Сибири, я был многократным свидетелем того, как прекрасно соработничают члены наших Церквей. Думаю, полезен диалог на всех уровнях.

Хочу обратить внимание еще на один аспект, касающийся религиозности. Статистика показывает, что в России только немногие люди практикуют религию. Получается, что большинство людей, называющих себя христианами или последователями других религий, фактически стоят в стороне, предоставленные самим себе. Посмотрите также, сколько еще некрещеных людей вне оград православных и католической церквей. Нужно четко определиться, что делать, чтобы люди познали Христа и начали практиковать веру. Католическую - если происходят из католических семей, или православную, если имеют православные корни.

Тем же, кто далек от всякой веры, нужно указывать на ценности, пожертвованные нам Христом и пусть они выбирают по себе. В России, скорее всего, большинство придет в Православную Церковь - она им ближе. От чего мы никогда не свободны - так это от проповеди Христа.

В пустых спорах, касающихся небольшой группы людей, тратим свои силы, забывая при том о значительной еще части людей, не связанных ни с какой религией. Я часто поднимал эту проблему в беседах с православными епископами, мы говорили о том, что надо сделать, чтобы привлечь этих людей к христианству в сфере евангелизации, благотворительной деятельности и т.п.

Я всегда призывал к тому, чтобы католики помогали православным стать лучшими православными. Нужно помнить, что семь десятилетий коммунизма опустошили эту страну. Католическая Церковь имеет много, что предложить Церкви Православной в том, что касается социального учения и в других делах. Это не означает навязывания чего-либо, а дар.

- А что могут дать православные католикам?

- Православная Церковь тоже имеет многое, чем одарить католиков. На это многократно указывал Иоанн Павел II, говоря о двух крыльях христианства. Теологи утверждают, что церковь будет жива там, где она будет церковью мистической и одновременно общественной. Мистическое измерение этому придает именно православие. Ждем, чтобы с нами поделились этим кладом, он нас необычно обогатит.

Вот на чем нужно сосредоточится, а не дискутировать, нужна или нет епархия. У РПЦ есть определенные проблемы. Есть они и у нас. Об этом громко не говорится, однако и игнорировать их нельзя. Миру нужно наше совместное свидетельство. Никому ни в России, ни в Европе не нужны наши споры и разделения.

Беседовал Кшиштоф Томасик

KAI, декабрь 2007 г.