13 сентября 2007-го можно назвать "чёрным днём" для сторонников ОПК. Двумя неделями ранее от обязательности его внедрения во все школы страны, где большинство учащихся составляют русские, внезапно отказалась Московская патриархия (устами протоиерея Всеволода Чаплина), поставив в дурацкое положение некоторых "православных граждан", жизнь свою положивших на борьбу за ОПК от имени Церкви. 13 сентября сам (!) президент, он же Великий церковный объединитель, озвучил "крамольные" мысли о месте религии в современном российском обществе. Настолько "крамольные", что прозвучи они в устах иного правозащитника-либерала - их немедленно заклеймили бы предательством, атеизмом или еще похуже. Место для подобного "предательства" (точнее, корректировки курса, потому что "президент" и "предательство" в России понятия несовместные) было выбрано знаковое - древний град Белгород, где клыковский богатырский конь попирает звезду Давида и где во всех школах региона введено обязательное изучение православия.

Собственно, глава государства высказался по четырём пунктам "религиозного сюжета". Он напомнил, что

а) Церковь отделена от государства по конституции, т.е. это "объективная реальность", а ни чья-то "злая воля" или прихоть,

б) уроки религии в общеобразовательных школах (не вдаваясь в подробности трактовок их характера - культурнического или же собственно вероучительного) не могут носить обязывающего характера,

в) несогласным с таким положением вещей предложил легитимный путь изменения конституционной нормы, но тут же

г) предостерёг их от столь поспешных действий, сославшись на наличие куда более важных проблем, стоящих перед сегодняшней Россией, т.е. недвусмысленно намекнул на то, что такие проекты не получат поддержки со стороны государства и лично он не станет их проводником.

Помимо содержания последнего высказывания президента на религиозную тему, не менее важны его посыл и контекст. К посылу можно отнести обоснование права на суждение, казалось бы, неуместное в устах православного президента. Глава государства оговорил это право так: суждение исходит от человека, лояльного к РПЦ МП, и, следовательно, не несёт для Церкви никакой угрозы.

Контекст составляют место и обстоятельства образа действия. Даже люди, поверхностно знакомые с реалиями религиозной жизни России, а уж тем более лоббисты идеи всеобщей ОПКизации, понимают знаковость Белгорода в контексте постановки вопроса об ОПК. Новоприсоединенная - по меркам тысячелетних отечественных "истории с географией" - территория (прямые предки нынешних жителей Белгородчины появились здесь во второй половине XVII века, а пик колонизации пришёлся на XVIII столетие) за десятилетие существования самостоятельной (восстановленной) епархии быстро превратилась в испытательный полигон для клерикальных инициатив и, благодаря этому, прочно завоевала репутацию твердыни официального православия по версии РПЦ МП. Определённо привлекает высших иерархов Московского патриархата в "белгородском эксперименте" и то, что тамошние инициативы исходят преимущественно от самой Белгородской епархии или от местного светского начальства, а не от какой-то из внутрицерковных общественных групп. При этом, в отличие от многих епархий РПЦ МП, где нет структурированной православной общественности, таковая, пускай и в небольшом количестве, в Белгороде имеется. Так уж совпало, что сентябрь 2007-го стал "звёздным часом" для архиепископа Иоанна (Попова): епархия примет сначала духовно-образовательные чтения регионов Центрального федерального округа, которым, как можно догадаться по назначениям руководителями секций епархиальных архиереев с Управделами патриархии митрополитом Калужским и Боровским Климентом (Капалиным) во главе (!), в Чистом переулке придаётся весьма большое значение; за сим последуют учредительный съезд православных врачей и миссионерское турне белгородцев по России с презентационной обкаткой епархиальных версий большой Миссионерской концепции, разработанной при непосредственном участии и под руководством белгородского владыки. А начало сентябрьскому триумфу архиепископа Иоанна положила презентация его тоже миссионерской, адресованной всем и вся, книги "Любовь долготерпит" на Московской международной книжной выставке-ярмарке. Перечисление деяний молодого владыки и признание его заслуг позволяют сделать осторожный прогноз относительно перспектив его должностного роста по синодальной линии, не исключая возможного перемещения на другую – более престижную – кафедру.

Говоря о белгородском светском начальстве в его взаимоотношениях с епархией, стоит указать на такие особенности, как отсутствие у его представителей сколько-нибудь выраженного стремления к собственному пониманию православия, что роднит этих людей дня сегодняшнего с бесхитростными крестьянами прошлого, полагавшимися в религиозных вопросах на мнение духовенства. Качество, прямо скажем, редко встречающееся сегодня среди нынешних больших начальников, не говоря уже о претендующих на управленческую изысканность бизнесменов. Как следствие, белгородская элита, даже несмотря на поток инициатив губернатора Евгения Савченко, известного своими способностями воплощать задуманное в короткие сроки, представляет религию исключительно в традиционалистских государственническо-патерналистских образах. Одно из самых свежих свидетельств тому - инициатива епархии по оказанию помощи с газификацией жилых домов малоимущим селянам. Понятно, что расходы возьмёт на себя не епархия, а её спонсоры, экономически связанные с действующей властью, но куда важнее здесь статус самого мероприятия: ведь в массовом сознании газификация прочно ассоциируется с государственным делом, с помощью, которую оказывают заботливые власти простым людям.

Год назад Белгородская область с подачи её губернатора Евгения Савченко и при поддержке правящего архиерея первой из субъектов Федерации юридически оформила присутствие ОПК в региональном компоненте школьных программ, чем привлекла к себе повышенное внимание общественности, вызвала к жизни поток групповых жалоб к президенту как гаранту Конституции от здешних верующих-протестантов и фактически простимулировала общенациональную дискуссию о целесообразности преподавания религии в школе, до того времени не выходившую за рамки споров внутри педагогической корпорации. Перевод изучения ОПК на обязательные рельсы начинает менять настроения в обществе, разрушая создававшийся за последнее 20-летие стереотип необременительноcти православия.

Весьма примечательно, что за прошедший год ни один из регионов России не повторил опыт "Святого Белогорья". Распространённой остаётся практика образовательно-управленческих решений, в соответствии с которыми ОПК вводится в сетку учебных занятий приказами начальников региональных управлений образования, а не региональным законом.

Словом, Белгород - идеальное место для "последнего и решительного" боя политиков, предпочитающих себя "под Церковью чистить". Здесь, кажется, всё способствует этому. В и без того насыщенный график президентского пребывания в Белгороде, например, было включено знакомство первого лица государства с кафедральным собором и, разумеется, его встреча с архиепископом Иоанном. "В благословение и в память о посещении Белгородской и Старооскольской епархии, - информирует епархиальный сайт, - владыка Иоанн вручил Президенту изготовленную белгородскими мастерами и освященную на мощах икону святителя Иоасафа. Владыка сообщил Президенту о знаменательном историческом событии – посещении Белгорода в 1904 и в 1911 годах Российским императором, царем-страстотерпцем Николаем II и вручил главе государства литографию, изображающую поклонение императора мощам святителя Иоасафа, как символ исторической преемственности: впервые после трагического ХХ столетия мощи Белгородского святителя почтил глава Российского государства".

Роль же патриота-радетеля за ОПК во всероссийском масштабе взял на себя политик Сергей Бабурин. Однако в ходе заседания Совета по реализации национальных проектов в Белгороде Владимир Путин дал понять, что он предпочитает быть не просто арбитром, но и гарантом закона в сложной конфликтной ситуации, когда к нему апеллируют и сторонники клерикализации школы, и её противники. Лаконичный же стиль религиозных высказываний президента в Белгороде свидетельствует в пользу версии "домашней заготовки" на религиозную тему, которыми обычно пользуются глава государства, премьер, министры или депутаты, готовясь к знакомству с проблемами территорий. Возможно, жёсткость президентской отповеди связана с тем, что вопрос исходил не от чиновника, который делает то же самое, но "тихой сапой", а от представителя политической партии, пусть и не первого ряда, но, тем не менее, всерьёз намеренной поставить этническую проблематику во главу угла своей предвыборной деятельности.

Впрочем, несмотря на апелляцию первого лица государства к нормам конституционного устройства, общая cитуация с обязательностью ОПК грозит сохраниться в нетронутом - межеумочном - состоянии (когда, конечно же, нельзя, но если хочется, то очень даже можно), если уже в самое ближайшее время российское министерство образования не запустит механизмы контроля за соблюдением в подведомственных учреждениях конституционных норм светскости. Уже сейчас необходимо приступить к созданию наблюдательных советов за соблюдением конституционных норм светскости с представительством в них органов управления образованием, прокуратуры, родителей и, разумеется, конфессий, действующих в границах административных образований.

Михаил Жеребятьев,
для "Портала-Credo.Ru"