Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"НОВЫЕ ИЗВЕСТИЯ": Крепись, теолог! Уступив Православной Церкви школу, Минобрнауки готовится закрыть теологические факультеты в вузах


 В Пензенском и Ярославском университетах начались занятия на факультетах теологии. Их выпускники, которые получат дипломы государственного образца, – это кузница педагогических кадров для Русской Православной Церкви. Всего в российских вузах сегодня около 40 теологических факультетов и кафедр. Между тем в Министерстве образования и науки решается вопрос о сокращении количества госстандартов высшего образования, и первые кандидаты на сокращение именно теологи – потенциальные преподаватели школьных Основ православной культуры. Таким образом, можно считать, что министр образования Андрей Фурсенко нанес ответный удар сторонникам школьного православия. И удар очень чувствительный.

Потерпев фиаско на ниве введения в школах факультатива Основы мировых религий (вместо него, как первыми среди российских СМИ сообщили "НИ", в массовом порядке внедряются Основы православной культуры), Министерство образования и науки жаждет реванша. В рамках принятых на себя Россией обязательств по "Болонскому процессу" после введения двухуровневой системы "бакалавр – магистр" будет уменьшено число госстандартов высшего образования. В жертву Болонье в первую очередь может быть принесена теология. На совещаниях в Минобрнауки разговоры об этом идут второй год. И вот лед тронулся.

Казалось бы, теология в вузах и ОПК в школах – небо и земля. Но связь между ними прямая. Дипломированный богослов, как всякий выпускник, нуждается в трудоустройстве. Трудоустроиться же ему проще всего учителем в школе. А поскольку там сегодня преподается не религиоведение, а Закон Божий в православном изводе, соответственно, и теология в наших вузах самая что ни на есть православная. Координирует образовательный процесс не Минобрнауки, а Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет. С инициативой открытия факультетов опять-таки выступил не Андрей Фурсенко, а епархиальные управления. Никто не скрывает, что теологические факультеты – кузница кадров РПЦ.

В Ярославле, где "теофак" в педагогическом университете появился в этом году, 1 сентября для первокурсников в Богоявленском кафедральном соборе был отслужен молебен на начало учебного года. После чего виновники торжества получили студенческие билеты из рук архиепископа Кирилла (Наконечного).

В Белгороде, где теологический факультет госуниверситета был открыт пять лет назад, стало традицией присутствовать всем учебно-преподавательским составом на престольном празднике в храме Архангела Гавриила. Декан факультета Сергей Колесников подает питомцам пример тем, что не пропускает ни одной службы в университетском храме, утверждая, что это помогает ему "лучше справляться с педагогическими обязанностями"...

Невероятные приключения теологии в России начались в 1992 году, когда Министерство образования разработало и утвердило соответствующий госстандарт. Однако наша высшая школа не могла одним махом преодолеть пропасть между научным атеизмом, уродливым порождением тоталитарного режима, и богословием – старейшей дисциплиной в самых уважаемых университетах Европы. За 10 лет факультеты теологии открылись всего в восьми вузах. Но в 2002-м были приняты новые стандарты, позволяющие преподавать теологию с точки зрения конкретных конфессий. С тех пор лицензию на преподавание теологии получают не менее пяти вузов в год. Сегодня их почти четыре десятка – больше, чем кафедр религиоведения. Причем все эти факультеты – православные. Представители других конфессий грызут гранит богословия в духовных учебных заведениях.

Директор НИИ религии и права Анатолий Пчелинцев убежден, что в российских вузах преподается "не научное религиоведение как светская дисциплина, а теология как богословская наука, курс которой ведут православные священнослужители. Если не изменить ситуацию, уровень нетерпимости в нашем обществе будет возрастать". Со своей стороны директор Института государственно-конфессиональных отношений и права Игорь Понкин, соглашаясь с тем, что "одна из основных правовых проблем, связанных с существованием теологического образования в России, заключена в соблюдении принципа светскости", предлагает учесть опыт, накопленный в западных университетах: "Если преподавание теологии нарушает принцип светскости у нас, почему оно приемлемо во Французской Республике, которая заявляет светскость не только как одну из основ государственного устройства, но и как национальную ценность? Почему это не нарушает светскость в Германии, Великобритании, Бельгии? Видимо, речь идет о том, что в обсуждении этого вопроса мы сталкиваемся с подменами, с непониманием и нежеланием понимать, что представляет собой светское государство. Несмотря на то, что теология де-факто и де-юре встроена в государственную систему высшего образования, сопротивление развитию отечественной теологии продолжается. Например, Аттестационная комиссия Министерства образования и науки выступает категорически против введения ученых степеней кандидата и доктора теологии. На мой взгляд, это совершенно нелогично".

Пожалуй, нелогично. Однако и рассматривать проблему в отрыве от "особенностей национальной учебы" тоже неверно. Кто бы спорил: теология в Европе – наука. Но является ли она таковой сегодня в России? Не подменяет ли теология, навязываемая вузам церковью, вчерашние "краткий курс" и "диамат"?

Опасения на этот счет выражают и в столице, и в регионах. Так, ректор МГУ Виктор Садовничий, ни на минуту не сомневаясь, что богословие – наука, призывает не забывать о специфике нашей страны, в которой сосуществует множество религий и конфессий: "В такой ситуации не следует ничего делать директивно: в тех университетах, где есть научная база, ученые-теологи, желание студентов, эти дисциплины преподаются. Что касается Московского университета, у нас есть кафедры по истории религии, по истории философии и кафедры, близкие к теологии. Когда необходимые условия для создания отдельных курсов теологии созреют, они будут вводиться".

Что ни говори, "поспешай не торопясь" – золотое правило. Справедливости ради и среди чиновников на местах есть люди здравомыслящие. Идея открытия теофака в Пермском педагогическом университете, к удивлению местной епархии РПЦ, не встретило поддержки у областного руководства. При том, что программа подготовки кадров по специальности "Православно-христианская теология" была утверждена на Ученом совете университета. В последний момент в департаменте образования заявили, что светский вуз не имеет права готовить специалистов по программе религиозного образования, а в департаменте занятости посчитали, что теологи не будут востребованы на рынке труда.

Надо полагать, именно в этой плоскости рассуждает Андрей Фурсенко. Если мы живем в светском государстве, пусть и с богатыми духовными традициями, с какой стати государственная школа должна пестовать паству для РПЦ? Если теология – наука, почему в вузах она должна быть исключительно православной, а государство – тратить средства на обучение преподавателей "Закона Божия"? Да и соответствует ли красивому слову "теология" то, чем занимаются преподаватели со студентами на всех этих учрежденных в авральном порядке факультетах и кафедрах? Даже среди оппонентов г-на Фурсенко немало скептиков на сей счет. На "круглом столе" в рамках июньской выставки "Православная Русь" (он назывался более чем незавуалированно – "Социальный заказ на подготовку теологов") с тревогой говорилось о том, что уровень подготовки на наших теофаках низкий, а сумма даваемых знаний имеет к теологии весьма косвенное отношение.

Богословие – все-таки больше, чем наука. Премудрость Божия в общем не нуждается в подтверждении степенями бакалавра или магистра. Стоит ли решать проблему вытеснения из церковной среды "образованцев" истинными интеллигентами – людьми под стать Аверинцеву – нахрапом? Таких людей и в лучшие времена было мало – потому к ним и тянулись. И выращиваются они не квадратно-гнездовым методом, а исподволь, вопреки всем и всяческим соцзаказам.

Михаил Поздняев

12 сентября 2006 г.

На богословских факультетах студентам указывают особый путь к знаниям.
Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ

БОГОСЛОВИЕ В РОССИИ: НАУКА ИЛИ ПОКА НЕТ?

Валентин ЯНИН, академик РАН:

– Безусловно, теологические факультеты в нашей системе светских вузов не нужны. Что касается вопроса о научности богословия, давайте возьмем пример православных и католиков, чье богословие различно – это что ж, получается у каждого своя наука? Вон Фоменко, создатель "альтернативной истории", тоже претендует на научность своих работ – и что из этого? Нет, я не считаю богословие наукой.

Игорь ФЕДОРОВ, ректор МГТУ им. Баумана:

– Ничего не имею против теологии. Но думаю, что острой необходимости в ее введении в светских вузах нет. Существуют специализированные учебные заведения, в которых богословие преподается на вполне профессиональном уровне. Если же люди интересуются богословскими вопросами на уровне любителей, то и это вполне решаемо большим количеством соответствующей литературы, которая имеется в свободной продаже. Можно ли приравнять богословие к другим наукам? Не думаю. Наука все же опирается на практический опыт и объективные доказательства. А богословие имеет дело с мистическим опытом, с определенной системой воззрений, которая кому-то кажется правильной, а кому-то – нет.

Иерей КОНСТАНТИН (Польсков), проректор ПСТГУ:
– Я настороженно отношусь к сокращению богословских факультетов, считая их существование в нашей системе светского образования необходимым. Такого же мнения придерживается и весь просвещенный мир, в том числе члены Болонского процесса, который абсолютно ничего не имеет против богословских факультетов. Что касается вопроса о научности богословия – естественно, я определяю его как науку.

Опрос провел Андрей ЛЕОНОВ 

 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования