Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"РУСЬ ПРАВОСЛАВНАЯ": Живым сердцам – простое слово. Из воспоминаний келейницы старца Николая Гурьянова
о своём духовном отце


ОТ РЕДАКЦИИ "РП": 23 мая 2006 года, накануне дня рождения Праведного Николая Псковоезерского, в Москве, в Центре Славянской культуры и письменности, что в Черниговском переулке, состоялись традиционные, уже четвертые, ежегодные Николаевские чтения, посвященные трем Святым Божиим угодникам: Святителю Николаю Чудотворцу, Святому царю Мученику Николаю II и Праведному старцу Николаю Псковоезерскому.

В этот день пасхальное торжество объединило чад и почитателей Святого Старца, по молитвам которого миру явлено множество чудес, в том числе – связанных с исцелением болящих и умирающих, что свидетельствует о несомненной святости праведного старца Николая.

Люди приехали из разных уголков Великой Руси, из далекого зарубежья, чтобы в этот день поклониться светлой памяти Батюшки, свидетельствовать о чудесных явлениях, приложиться к образам Старца, к тем Святыням, которые были у него в богослужебном и повседневном пользовании.

Из Тирасполя был привезен в дар Обществу светлой памяти святого праведного Николая Псковоезерского мироточивая фотография, на которой изображен портрет Батюшки. Миро истекло из очей, и застыло на щеках как бы плачущего Батюшки Николая. Оттуда же, для поклонения, была привезена и кровоточащая икона Божией Матери "Умягчение злых сердец". Кровь Пречистой Владычицы Богородицы истекла из правого ока Царицы Небесной. Поистине, страшны и трепетны для души человеческой знамения Господни! Прости нам, Господи, наши прегрешения…

Пасхальный Старец, схиепископ Нектарий, соединил всех собравшихся почтить его светлую память в общей тёплой молитве и покрыл их своей отеческой благодатью. Оглашённые на вечере свидетельства чудес Божиих, свершённых по его предстательству, утверждают в вере твердых и укрепляют маловерных. Так, раба Божия Марина поведала удивительный путь своей духовной матери, старицы схимонахини Рафаилы, недавно почившей в городе Ялта. Блаженная с детства несла на своих раменах крест тяжелых телесных недугов, была прикована к постели. Так же, как и батюшка Николай, матушка Рафаила принимала тысячи исстрадавшихся душою людей, исправляла их и направляла на путь совершенства – ко спасению и жизни вечной.

Однажды Марине стало известно о старце Николае, подвиг которого так напоминал тот, что несла её духовная мать. Узнала она об этом из двухтомника под названием "Слово Истины. Царский Архиерей", составленного матушкой Николаей, келейницей Старца. Марина поспешила поделиться этим со своей духовной матерью. Но была смущена двумя священниками, надсмеявшимися над архиерейством старца. Мучимая помыслами об этом, она вошла в келью старицы. Следом за ней вошли и оба священника. Старица Рафаила, не успевшая, безусловно, не то, чтобы прочесть свидетельства о жизни старца Николая, но даже и увидеть воочию двухтомник "Слово истины", вдруг строго произнесла, глядя на неверующих священников: "Он – схиепископ Нектарий!". Таким образом сомнения Марины были рассеяны, а Господь через старицу вразумил неразумных пастырей.

Особенно проникновенно в этот памятный день звучали духовные песнопения, составленные старцем Николаем, исполненные на вечере народной артисткой России Галиной Шумилкиной. Простота и чистота этих песен отражают удивительный, небесный, ангельский мир, который зрел блаженный старец. Облагодатствованный слух его слышал то, что не может слышать простое человеческое ухо.

Молитвенное единение и радость о Воскресшем Христе наполнили этот замечательный день. Чувство благодатной близости Старца Николая не раз охватывало всех присутствующих во время чтения схимонахиней Николаей своих воспоминаний о Батюшке. Сегодня мы предлагаем их вниманию читателей "Руси Православной".

"ХОЧУ, ЧТОБЫ ВСЁ УШЛО СО МНОЙ…"

В последнее время все чаще вспоминаются слова Батюшки Николая,которые он произнес в январе 2001 года: "Что касается моей внутренней жизни – жизни моей души– это далеко не всем можно знать. Я хочу, чтобы все ушло со мной… Миру это не нужно. Мир современный танцует, ему нужно веселиться"…

Над словами Батюшки нельзя не задуматься. Услышав их, не возможно не задаться вопросом: почему кроткий и любвеобильный пастырь произнес их для нас, верующих, находящихся в лоне Святой Церкви Христовой? Разве наши души совершенны в добродетели и так безстрастны, что нам уже "не нужны" святые? Разве мы уже спаслись и нам не нужны маяки для спасения? Ведь каждая душа, в самой глубине совести, осознает свою греховность и чувствует Благодать, исходящую от Праведников, носящих в себе Дух Любви Христовой. Неужели мы стали так теплохладны, чтоуже не нуждаемся в их Любви, не жаждем Божией Милости, изливающейся на нас чрез святых…

Разве мы так духовно ослепли, что священники Твои, Господи, могут так злословить святых: "В последние годы к нему [отцу Николаю], – досадует один иеромонах, – буквально повалили целые толпы народа, и он на ходувынужден был давать советы от своего разума, совсем не имея возможности вопросить у Бога, каковаВоля Его в отношении этих самых людей. Поэтому […] наделал много ошибок…[...] Батюшка слишком болен и к тому же он не пророк, чтобы сходу указать тебе волю Божию"[1].

Господи, прости этого человека и других, подобных ему, так неправо мыслящих, и что страшнее всего – пишущих и распространяющих свои неправды!

"Если такой человек закричит: "Дайте мне света!" – говорил Святой Николай Сербский, – вы зажжете свечу и скажете: "Вот тебе свет". Но он будет снова кричать: "Дайте же мне света!" Вы можете зажечь и десять свечей, говоря ему: "Вот тебе свет", но он и далее будет сердито кричать: "Почему же не даете мне света?!" У таких внутреннее око помрачено, и они не могут видеть Божиих дел, Божиих чудес вокруг себя.

Смиренномудрие Батюшки Николая называло их "чернители мои"… Часто в таких случаях он с улыбкой говорил: "Да…старикам у нас дорога, молодым у нас – почет". Сам он не оправдывался и не защищал себя от них, и иногда даже принимал у себя в келлии, с душевной болью молился за таковых, поскольку считал необходимым врачевать и души недругов. Одному из таких "молодых" иеромонахов, который за спиной Батюшки Николая, при дверях его келлии говорил паломникам о нем недостойное, а в лицо Старцу – изображал любовь, он сказал: "Спаси вас, Господи, что мысли у вас такие добренькие… Не переживайте, меня скоро Господь призовет, потерпите меня еще немного".

Батюшка всегда напоминал, что Истина очевидна. Ей ни с чем не нужно бороться, о ней нужно только твердо свидетельствовать. "Правда Истины сама побеждает ложь и зло,– говорил благодатный Старец,. – Не нужно бояться. Пример нам – Сам Господь Иисус Христос и все святые Его. Нам нужно только ходить в Истине – это внутренняя духовная сила нашего Святого Православия, нашей Веры. Твердо держитесь старины, обычаев ее. Мы ведь с вами – староверы, староцерковники".

"Староцерковником" называл себя и своих последователей и Святейший Патриарх Тихон-Исповедник.

"Я БУДТО БЫ УВИДЕЛ БОЖЕНЬКУ…"

Как мы радуемся, когда обретаем посреди унылого и мрачного пространства живой благоуханный цветок, пусть самый крохотный, но живой; или находим средь пустынных песков родник – со свежей, чистой, полной жизни водой, укрытый густой сенью прохладной листвы, спасающей нас от жгучих лучей солнца. Как оживляемся, когда находим среди равнодушной толпы родственную душу, понимающую тебя с полуслова, с полувзгляда. Как умиряемся сердцем, созерцая ангельские лица детей…

Но разве эту радость можно сравнить с той неизреченной радостью, когда мы встречаем истинных Божиих людей – светоносных, благодатных молитвенников, которые освещают нашу землю и утверждают на ней Евангелие, укрепляя нас в вере, что Христос, пришел в мир ради спасения всех грешников. Эти светильники Христовы помогают нам в борьбе со страстями, грехом, поражают в нас тьму, освещая все темное и для нас самих трудноразличимое. Живя в Боге и для Бога, они изобильно изливают в наши сердца Свет спасения в пустыне мiра – указывают спасительный путь, и помогают нам идти по нему, крепко держа за руку. Только бы сам человек желал и искал помощи, не убегал "на страну далече"…

Очень часто мы познаем Бога через человека. Встреча с человеком, любящим Бога – это встреча с Богом. Таким был старец Николай.

Сколько раз приходилось видеть людей, совершенно отчаявшихся в своем спасении, стоявших на самом краю гибели, потерявших всякий смысл жизни. Они были живы телом, передвигались, даже говорили, но они были мертвы душой… Не было дыхания Духа… И каждый раз, всегда, любое упоминание о батюшке Николае возвращало человеку дыхание, появлялась надежда, упование, вера в то, что за молитвы именно этого Старца Господь поможет. Увидев его фотографию, спрашивали неизменно одно: "Где он живет? Как доехать?" В такие минуты изнемогшей без Христа душе достаточно было просто увидеть Батюшку. Один человек, приехав к Старцу после тяжелых испытанийи увидав его, выходящего из келлии, почувствовал в сердце такую любовь и благодать, что потом говорил своим присным: "Я будто бы увидел Боженьку".

"Есть удивительный человек. Зовут его Николай, – писал о Батюшке священник Андрей Лемешонок. – Он живет на острове, который стал Островом Любви и Надежды для тысяч людей, побывавших здесь. Они нашли Бога и увезли с этого крохотного островка на Псковском озере Любовь Христову, изменяющую, преображающую и воскрешающую их. Бог живет на нашей земле. Потому что в Церкви есть такие люди, которые идут за Богом до конца. […]

Когда видишь человека, в котором живет Христос, – тогда мелкие, ненужные и праздные вопросы отпадают, становится понятно, как надо жить и каким надо быть. Душа, обрадовавшисьтакой встрече, переживает Радость Пасхальную, забываются все беды и невзгоды, уходит терзающий душу грех и мир Христов заполняет ее. Бог дает без меры"[2]

Есть такая икона, написанная в Греции: Ангел-хранитель, приклонившись долу, ведет душу, обвитую в белоснежные пелены, оберегая, благословляя и укрывая крылом... Душа тихая, кроткая, богобоязненная, как младенец чистая… Созерцая образ, умиляешься сердцем – и сразу испытываешь волнение: а моя душа?Слышит ли она голос Ангела? Покорна ли она Воле Творца?

Когда Старцу жаловались, что нет духовника, он изумленно говорил: "Как это нет!? А Христос?! У нас у всех есть Духовник – Евангелие".

Батюшка никому не предлагал себя в учителя и наставники. Он всегда говорил: "Один у нас Наставник – Христос. Помните, что Он сказал Своим ученикам: "не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос" (Мф. 23, 10).

СОКРОВЕННОСТЬ СВЯТЫХ

Каждый человек – это великая тайна Божия. И всякий народ, и каждая земля управляема Господом по Ему Одному ведомым путям и законам. Поэтому постичь глубину судеб Божиих невозможно никому. "Все предано Мне Отцем Моим, и никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому хочет Сын открыть" (Мф. 10, 27).

Потому никто да не дерзнет сказать о другом человеке: я знаю его. Батюшка говорил, что очень непросто говорить о человеке, потому что наши глазачаще всего видят поверхность, внешнее, а внутреннее человека не видят. Только благодатная душа может сколько-то приблизиться к душе другого и увидеть за человеком – Бога. "Если постоянно читать Евангелие, не расставаться с ним, Господь будет открывать твоему сердцу людей и мир" – говорил Старец.

Жизнь святых угодников проходит сокровенно и невидимо для других. Никто из нас не дерзал расспрашивать Батюшку подробно о его жизни. Благоговение – такое чувство вызывал весь его облик. В разговоре меру и глубину всегда определял Старец. Это исходило от его светолепного облика, дыхания его молитвы. Без слов было очевидно, что об этом – можно говорить, а иное – нет. Если Батюшка допускал временами спросить его о личном, "автобиографическом", то это всегда было с его молитвенного благословения.

Часто, когда кто-нибудь спрашивал: "А когда это было?" – Старец улыбался и, махнув рукой, говорил: "Все прошло дабыльем поросло. Я ведь еще совсем ребенок!" Вот и конец человеческому любопытству.

Как-то пришел человек и спрашивает: "Батюшка, я вот о вас несколько книг прочитал, и там пишут разное – в одних, что вы родились 24 мая 1909 года, в других – 26 мая 1910 года. Чему верить?"

Старец обратился к нам: "Родные, а паспорт у меня есть? Несите сюда"… Мы принесли паспорт, Батюшка и говорит: "Ну-тка, откройте, почитайте, что там написано?" – Открываем и читаем: "Гурьянов Николай Алексеевич… 24 мая 1909 года… деревня Чудские Заходы, Гдовского района, Псковской области…русский"…

"Ну, значит, я и родился, как там написано – 24 мая 1909 года", – сказал Батюшка, обращаясь к вопрошающему. И добавил: "Вопросы еще есть?"

ПОБЕГ В НЕБЕСНЫЙ ИЕРУСАЛИМ

Благословенный отец часто сподоблялся явления святых, но он почти никогда не говорил об этом, не повествовал. Просто упоминал – по духовной необходимости. Не для того, чтобы открыть, что ему было небесное извещение, а для Славы Божией и духовной пользы других. Наверное, можно даже сказать, что святые не просто являлись ему, а он, в те годы, когда Господь сотворил милость и дозволил быть рядом со Старцем, пребывал в Небесном Иерусалиме…

Временами в келлии благоухало святостию. Во время молитвы, на общем келлейном правиле, он всегда стоял на своем, постоянном, месте – во внешней келлейке, подле своего стульчика, у стола пред святыми образами. Глаза вверх сильно не подымал, но все его естество излучало пребывание Там, Дома, и отсутствие здесь – на земном послушании. Небесную сосредоточенность…

Роста он был для меня – самого высокого. Это не обман зрения – он высоко возвышался надо всем, всегда сердцем и мыслию – с Небесным. Даже если говорил или очень внимательно слушал человека, он молился, и молитвенное обращение к Богу будто бы приподнимало его от земли. А иногда он просто парил над ней, не касаясь стопами… Это было именно так. Обувочка его никогда не стаптывалась. Она "крепенькая", как говорил благодатный Старец. И еще говорил: "Я – воздушный: ничего не вешу… И не стою"… Таким был незабвенный Батюшка

Бывало, что тонкий аромат вдруг начинал наполнять воздух. Иногда раздавался чей-то шепот: "Неужели кто-то надушился?". Две матушки как то раз открыли друг другу свои помыслы: "Прости, я думала, что ты пользуешься духами" – сказала одна. "А я вошла в келлию и думаю, какие же чудесные духи у тебя!" – ответила другая.

После молитвы веяние аромата умягчалось, но стульчик Батюшки и место, где он стоял, некоторое время хранило неземную небесную свежесть. Это тонкое веяние Благодати особо ощущалось, потому что в "приюте" Старца постоянно обитали всякие зверушки. Они были желанными друзьями. Под потолком раскачивались наскоро устроенные из корзин клетки для больных птиц-подранков. Коты сновали повсюду – это был их мир, их дом, их пристанище. Постоянных или "законных", как шутил Старец – "приписанных" – было трое. Остальных – смотря по погоде и наличию или отсутствию пищи в окружающей среде.

БЕСЕДЫ СВЯТЫХ

Однажды Старец подозвал и сказал: "Помнишь молитву Ефрема Сирина: "Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми.

Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему.

Ей Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения, и не осуждати брата моего: яко благословен еси во веки веков, аминь"...

Я ее, знаете, постоянно творю, а иногда и своими словами:

"Душа моя грустью убита:

Я Воли Твоей не творю,

И дверь мне спасения закрыта,

Закрыта дорога к Творцу.

Закрыта моими грехами,

А их у меня – целый лес,

Они возрастали годами –

Им место привольное – здесь"…

На слове "здесь" он указал на сердце…

А потом добавил: "Вот, знаете, Ефрем Сирин… Мы с ним говорим, случается. Он – чудесный такой пастырь, бывает у меня… Он говорит: "Добрая речь – серебро, а молчание – золото".

"ПОГОВОРЮ С ВЛАДЫКОЙ, ПРИШЛЮ ПИСЬМЕЦО…"

Человеческое горе не просто входило в келлию вместе с людьми, ищущими его молитвенной помощи и совета, оно просто всегда жило в ней. Однажды один батюшка, уже очень немощный телом, просил вздохнуть за него пред Господом, начал горевать: "Замучили болезни и скорби, отче…." Старец тихо ответил: "Болезнями и скорбями отверзается Царствие Небесное". А потом добавил: "Хорошо, батюшка, я поговорю с Владыкой, что он мне о тебе скажет, а потом – письмецо тебе пришлю".

Владыка – это Господь.

Письмецо – молитва о ближнем…

Вот драгоценное сокровище духа – старчество, прикровенное, смиренное, тихое и такое простое и понятное. Блаженный Старец не заземлял высокое, он обучал смирению всех, повторяя: Господь сказал, что Он воззрит на смиренного и кроткого сердцем.

Из того, что по крупицам узнавали мы о нем из его же уст, становилось понятно, что пред нами – угодник Божий, сугубо хранимый благодатию Святаго Духа. Старец, по своему глубокому смирению, открывал лишь немногое, только то, что считал необходимым, и мы, говоря о Батюшке, стараемся быть достоверными свидетелями, ограничивая себя простым и точным изложением того, что слышали от него и чему были самовидцами, что сохранило сердце и память…

IРУ ЭТО НЕ НУЖНО…"

Для многих из нас отец Николай был не только духовником-старцем, но заменил всех – и отца, и мать… Был "всем вся", по слову Апостола... Это было истинное духовное родство по духу и по вере. Каждого из нас укрепляло само его присутствие, было достаточно просто видеть и слышать Батюшку. Он был истинным пастырем Христовым, и мы могли повторить слова сказанные некогда апостолом Филиппом Нафанаилу: "Мы обрели обетованного учителя. Прииди и виждь

Помнится, как умоляли мы Старца: "Отче! Ваша благодатная жизнь, Ваш путь и духовный подвиг не только поучительны, они – спасительны. Мiру, для христианского совершенства, необходимо знать о нем: взирая на Вашу богоугодную жизнь, на то, как Вы переносите страдания и искушения, зная Ваши истинные мысли и наставления, многие укрепятся духом. Мы слабы, отче, мы не можем без укрепления. Необходимы Ваши наставления для укрепления Веры… Для уврачевания нашей сердечной слепоты и несовершенства…"

Нелегко было принять в те минуты сказанное отцом Николаем: "мiру это не нужно" Но вот прошло время, и приходит осознание, почему Батюшка так сказал. К кому и к чему относилось сказанное Старцем.

Вспомним слова блаженного Паисия Святогорца: "Мой самый большой враг – мое имя. Самое большое зло сделали мне не враги – а знакомые и друзья. Если бы в начале своего монашеского пути я знал о том, чем все это закончится, то уехал бы в Иерусалим, стал бы тайным монахом… Никто не знал бы о том, что я монах, и я мог бы жить так, чтоб оставаться в безызвестности".

Таково было и желание сердца Батюшки Николая: он просил Господа оставить сокровенным его внутреннего человека. И Господь исполнил прошение Своего святого: для мiра монашество отца Николая при жизни осталось тайным, а его архиерейский сан – неведомым. Но незнание и неведение этого тайного, сокровенного Креста не означает, что старец Николай этот Крест не нес. Благословляя написать по его кончине то, что было нам открыто о нем, Старец завещал – написать и о его монашестве, и об архиерейском сане. Это было благословенное слово святого Старца – и для нас оно свято.

ДЕРЖИ, ЧТО ИМЕЕШЬ…

Некоторые считают упущением, что при жизни Старца мы не известили всех, особенно священноначалие, что старец Николай – монах и архиерей. Что мы не записывали целенаправленно за Старцем на магнитофон и на видеокамеру его мысли и высказывания, особенно касательно "острых" (для кого-то) – тем: святости мученика Григория Нового и благоверного царя Иоанна Грозного. Ныне эти темы – "знамение пререкаемо"…

Наша совесть спокойна. Батюшка не благословлял нас на это. Он жил иными духовными понятиями, и не желал превращать свою душу в "канцелярию". А мы не хотели уподобиться "меди звенящей, или кимвалу звучащему" (1 Кор. 13,1), чтобы "трубить пред собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах" (Мф. 6, 2).

Мученик Григорием Новый (Распутин) однажды сказал корреспонденту газеты (в разговоре по поводу гонений на исповедников-имяславцев): "А то еще приехали тут. Говорили, что не могут понять, как это Христос – святое Имя, а Иисус – нет?.. Отец Мисаил приехал и говорит им, распишись. Это в духовных-то делах "распишись"? Это как же в Вере-то распишись? Это тебе Афон, а не министерство. А они им – распишись, распишись!"[3]

Так же говорил и Батюшка Николай: "Верующий человек живет по вере, и люди, особенно православные, должны доверять друг другу". А если такого сердечного доверия нет – не помогут никакие документы и росписи. При жизни отца Николая мы считали невозможным для себя проверку биографических сведений о нем. Для нашей совести это было недопустимо. Мы доверяли каждому слову Старца, свято храня их в памяти и слагая в сердце, и ничто из сказанного Батюшкой не вызывает в нас и тени сомнения. Сегодня осталось и сохранилось в документах, записях, фотографиях и видео свидетельствах только то, что угодно было Господу, и что желал передать нам сам благословенный Старец.

Нынешнее время, писал святитель Аверкий (Таушев) – это эпоха Филадельфийской Церкви, как это сказано в Откровении Иоанна Богослова: "И Ангелу Филадельфийской Церкви напиши: Знаю твои дела; вот, Я отворил пред тобою дверь, и никто не может затворить ее; ты не много имеешь силы, и сохранил Имя Мое, и не отрекся Имени Моего… Се, гряду скоро; держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего" (Ап. 3, 7- 11).

Основное наше делание ныне – удержать то, что имеем…

"СЫНОК, ТЕБЕ ЗДЕСЬ НЕЛЬЗЯ…"

Божественное просвещение, которого сподобился кроткий Старец,обильно изливалось на нас всех, "во тьме сидящих" и притекающих к нему. Думалось, что это благодатное время продлится вечно, что все, что было совершенно естественным для жизни келлии дорогого Батюшки, также естественно и для иных духовных берегов.

Кротость и смирение, искренность и простота, незлобие и неиссякаемая духовная радость о Господе – вот тот дух, который царил в сердце Батюшки и окрест его, передавался всем нам, проникая даже в самые хладные сердца. "Живите и радуйтесь! Благодарите Бога, – говорил Батюшка. – Все у нас есть: и скорби, и молитва, и труд, и отдых, и хлеб, и сахар – и даже мухи!"

Благоухание святости Старца наполняло всё, что его окружало. Несчастные животные, немилосердно изгнанные из иных домов, часто находили кров в его крохотном пристанище. Как преображались даже и они! Намучавшиеся на морозе, мгновенно затихали, спокойно расположившись у его ног или на узкой кровати – "рядком" с Батюшкой. Как-то раз он долго не выключал лампочку у себя. Из внутренней келлии раздавались какие-то непонятные странные звуки. Некоторое время спустя, вошли и заглянули за печку, где стояла кровать: Батюшка почти висел в воздухе, едва касаясь телом кровати, лежа на левом боку, на самом краю. А на кровати, беззаботно растянувшись даже на подушке, мирно спали пятеро изможденных уличных котов, и Батюшка заботливо поправлял им лапки. "Видишь, как намаялись, бедные, – тихо сказал он. – Что с ними только человек не делает, они мне все рассказали, пожаловались. Как их мучают! Плакать надо. Какая жестокость в человеке!"

На Острове есть дом, в котором живет монахиня Нила, которая после перелома бедра уже долгое время никуда не выходит. В этом доме проживал добродушный белый пудель. Звали его Лель. Каждый раз, когда Батюшка навещал монахиню Нилу, Лель спешил ему навстречу и, опередив всех, первым подбегал под благословение: он крестообразно складывал передние лапы, нагибал голову и что-то тихонько говорил Старцу на своем языке. Батюшка его чудесно слышал и понимал. Никто из нас не различал голоса Леля, но ни у кого не было сомнений в том, что он просит его благословить. Получив первым святое благословение – Лель уступал место и нам…

Однажды благословенный Старец шел со Святыми Дарами – причастить матушку Нилу. Верный Лель как всегда первый хотел подбежать к Батюшке, но Старец строго остановил его издалека движением правой руки, означающим: не подходи, сейчас ко мне нельзя. Батюшка не произнес ни слова и даже не взглянул на Леля – но тот послушно отбежал в сторону.

В домике в это время было смущение: над столом, в комнате, где находилась больная матушка Нила, паучок свил паутину. Она была уже довольно основательной, но чада Батюшки не решились разрушить жилище паучка. В то же время они волновались, что в тот момент, когда на столе будут стоять Святые Дары паучок этот может упасть в Чашу?!

Батюшке свои опасения мы высказать не могли: когда благословенный Старец шел со Святыми Тайнами – он не разговаривал. Давал понять, что ему надо, либо знаками, либо коротким словом. Дары он не нес – он парил с Ними. Несколько раз мы сподобились быть свидетелями чуда: немощный телом благословенный отец буквально долетал до дома, где ожидали Святыню. Шедшие с ним были вынуждены бежать, в прямом смысле этого слова, и то едва поспевали.

Остановившись у стола, на который он обычно полагал небольшой Крест и Евангелие, и бережно снимая с груди Дароносицу, Старец вдруг неожиданно поднял голову к потолку, взглянул на паучка и сказал, указывая левой рукой в угол: "Сынок, здесь тебе нельзя! Иди туда"… И паучок, "собрав свои вещи" покорно потянул паутинку в левый угол, как и благословил святой Старец.

БЛАГОДАТНАЯ КЕЛЛИЯ

Келлия благословенного Старца…

Благодатная келлия…

Все здесь благоухает небесным, всё исполнено воспоминаний о добродетелях святого пастыря. Намоленность этого места – реальность. В смиренную келлию Старца люди входят с благоговением и в тишине мысли. Ежедневно приезжают они на далекий маленький островок, желая посмотреть, как жил молитвенник и что его окружало. Благоухание в келлии не исчезло после кончины Батюшки доныне. Особенно оно ощущается в сугубые памятные дни. Мы свидетельствуем, что и вещи Старца также благоухают, и – по вере в помощь святого – имеют чудодейственную силу.

Под епитрахилью блаженного отца, лежащей на кроватке, откуда Господь призвал светильника в Вечность, – записки. С просьбами об исцелении и помощи, с именами умирающих и вот-вот готовящихся явиться в этот мiр… Все скорби и нужды человека…

Сколько их прошло сквозь сердце Старца! Милостивый Господь ведает, а человек не в состоянии этого оценить. Днем и ночью Божий труженик вычитывал поминальные записки и обнимал молитвой все прошения. Он доставал записки из карманов подрясника, раскладывал их на подушке – и уходил из келлии духом туда, где его ждали и просили помощи…

НЕ ОСТАВИ НАС СИРЫМИ

Находясь под таким покровом, мы не могли представить, что пройдет немного времени и все изменится. Трудно было смириться с тем, что так быстро души многих людей, знавших Старца, исполнились сомнений. Возникли вдруг недоуменные вопросы касательно очевидного, того, о чем они не раз вопрошали отца Николая и получали от него разъяснение.

Необходимо отметить, что отношение Старца ко всему было четким и определенным – духовным и безстрастным, прямым и откровенным, недвусмысленным. И потому ныне особенно горько видеть желание некоторых очевидцев исказить житие Батюшки, сделать его удобным для "мiра сего" и для своего внешнего благополучия.

Опасный и холодный дух умствований как будто приморозил что-то важное в наших сердцах. Мертвящий дух лукавого фарисейства коснулся жизни самой Церкви, – и вот уже её благодатный организм стремительно пытаются превратить в бюрократическое учреждение, в канцелярию, министерство… Как это всё страшно напоминает состояние еврейской Ветхозаветной Церкви времен пришествия Спасителя! Господи, не попусти! Сколько же ещё скорбей и испытаний придется претерпеть нам, чтобы понять, что эта внешняя, пластмассовая "вера" – ничто пред Богом и не дает Вечной Жизни со Христом! И как часто старец Николай упреждал нас об этой грядущей опасности, говоря: "Храните Веру и Церковь!"

Батюшка говорил, что "в делах Божественных внешнее всегда следует за внутренним, духовным", и оно и есть видимое выражение его. "Заботиться надо всегда в первую очередь о внутреннем". Ныне же, напротив, стали обращать внимание, в основном, на внешнее проявление веры, "обрядовость", а внутреннее зачастую преисполнено всякой неправды… "Наша земная жизнь дана нам, – говорил Старец, – чтобы этой жизнью ту, вечную, заработать. Здесь мы только в гостях, а там – дома. Надо так чисто жить, чтобы быть с Господом в Вечности".

Очень сожалею, что тогда в разговоре с Батюшкой я не смогла выразить словами все, что было на сердце

Так скажу же сейчас: дорогой Батюшка, незабвенный отче Николай! Если даже весь м откажется от Праведников и ему станет не нужен подвиг святых, жив Господь наш Иисус Христос, Который никогда не отказывается и не забывает Своих. Жив Христос-Искупитель, так возлюбивший Вас и соделавший Вас источником Божественной силы, избранным сосудом Благодати Святаго Духа, которая обильно изливалась чрез Ваше очищенное скорбями и духовными теснотами сердце на все творение Божие и на нас, грешных.

Вы последовали евангельски за Господом, подняли на себя Его благое иго и легкое бремя, и указали нам, верующим, верный путь ко спасению в это трудное для всех лукавое время. Как и чем мы можем отблагодарить Христа за то, что Он послал нам такую радость, такого пастыря и духовного отца?

Господь да воздаст Вам за все скорби, и лишения, и тяготы, которые Вы понесли ради нас…

"БЕЗВЕРИЕ – ЭТО СТРАШНО…"

Вся жизнь пламенного светильника была служением Славе Божией, Славе Церкви Христовой, как он и просил в молитвах Царицу Небесную в свои двадцать два года, в 1931 году, находясь в заключении: "Прошу, Святая Дево, в несении Креста, для славы Божьей Церкви – спаси, спаси меня!"

Старец Николай, смиренный схиепископ Нектарий, жил Богом и в Боге еще на земле, а посему он несомненно пребывает неразлучно со Христом в блаженной Вечности, в нескончаемой радости воскресшего Спасителя мiра.

Батюшка всегда говорил: "Бога я люблю"… Он произносил это просто, и так светло, так радостно, что у человека вырастали духовные крылья веры и надежды – как на свое спасение, так и на то, что в его душе тоже расцветет всепобеждающая любовь к Богу.

В январе 2001 года Батюшке задали вопрос: "К Вам за Вашу жизнь приходили тысячи людей. Вы всматривались внимательно в их души. Скажите, что Вас больше всего безпокоит в душах современных людей, какой грех, какая страсть? Что для нас сейчас наиболее опасно?"

Старец ответил: "Безверие. Это – страшно!"

Батюшку переспросили: "Даже у христиан?"

"Да, – сказал Старец. – У православных христиан. Кому Церковь не Мать, тому Бог – не Отец".

Именно таким, неверующим "православным" не нужно старчество – духовное водительство ко Христу, потому что они в Него не веруют. Таковые-то и не принимают святительскую проповедь старца Николая, отвергают его духовный путь и любвеобильную простоту, отрицают его благодатные мысли и благословения, осмеивают его монашество и архиерейский сан, не верят его свидетельствам о святости угодников Божиих, которых сами не признают.

"Все беззакония и грехи человечества происходят только от неверия во Христа, – говорил Батюшка, – а вера и простая жизнь по Богу – вот все, что заключает в себе земной путь человека. Только это нам необходимо. Но в наши дни сохранить истинную православную Веру – значит идти на Крест. Сейчас Господь ожидает от нас подвиг Веры".

ЦАРСТВО МОЁ НЕ ОТСЮДА

Мiр всегда отвергает и гонит святых, потому что они "не от мiра сего"… Об этом свидетельствует все Евангелие: "Царство Мое не от мiра сего; если бы от мiра сего было царство Мое, то служители Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан иудеям; но ныне царство Мое не отсюда" (Ин. 18, 36).

Именно потому, что смиренный старец Николай был "не от мiра сего", он и произнес, что житие его "мiру сему" не нужно… Оно нужно только тем, кто хочет спасти свою душу, следуя по благодатному пути батюшки Николая. Оно дорого верующим, которые "приняли не духа мiра сего, а Духа от Бога" (1 Кор. 2, 12), для которых "мудрость мiра сего есть безумие пред Богом" (1 Кор. 3, 19)…

Это необходимо всем людям с простой, живой Верой, людям, осознающим свое недостоинство и пребывающим в покаянном состоянии души, как мытарь: "Господи, милостив буди ми, грешному"… Людям, бережно хранящим в памяти образ духоносного пастыря и просящим его молитв, дабы он печаловался о нас пред Богом… Верующим, желающим знать о Старце самые обыденные вещи – каким был Батюшка в повседневной жизни? Что он ел, как одевался, на чем спал, слушал ли радио и смотрел ли хоть раз в жизни телевизор, как часто он причащался и каких святых наиболее почитал, каково было его молитвенное правило…

Таким сердцам открывается и наше сердце… К таким сердцам обращено наше простое слово воспоминаний о духовном отце.

КРАЕУГОЛЬНЫЙ КАМЕНЬ ДУШИ

Официальные источники Московской Патриархии указывают такой известный факт из жизни Праведника: "В 1929 году он тайно принял рукоположениево священники, а спустя два года был арестован. Несколько лет провел в ленинградской тюрьме "Кресты" и в лагере под Киевом, а затем был отправлен в ссылку в Сыктывкар. Освободили отца Николая только в 1942 году"[4] (8).

Почему Батюшка оказалсяв узах в свои двадцать лет? Чем он был опасен красному режиму, который, по словам самого Старца, с детства старался его погубить…

Дух Христов – Христова воина-монаха – был страшен коммунистическим христоненавистникам. Дух носителя Истины. Преемственный дух Русских Святителей…

В августе 1922 года на святой небосклон Русского Мученичества взошла звезда пламенного митрополита Петроградского Вениамина. Вот свиток, который он передал своим верным чадам и преемникам. Старец Николай хранил это предсмертное слово Владыки как завещание, адресованное лично ему:

"Я радостен и покоен, как всегда. Христос – наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо. За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше её иметь надо нам, пастырям. Забыть свою самонадеянность, ум, ученость и силы, и дать место благодати Божией. Странны рассуждения некоторых, может быть, и выдающихся пастырей [говорящих] надо хранить живые силы, то есть, ради них поступаться всем. Тогда Христос на что? Та точка, на которую они пытаются встать – погибель для Церкви. Надо себя не жалеть для Церкви, а не Церковью жертвовать ради себя. Теперь время суда…".

Таковы были мысли и чувства наших светочей – адамантов Веры. Таковым был духовный отец Старца – страдалец за Христа митрополит Вениамин. Таковым был сам старец Николай. Он воспринял от своего духовного отца то состояние души, в котором она находится во время страданий – свет, покой и ясность. Батюшка пережил все, что выпало на долю владыки Вениамина: тюрьму, суд, безчисленные обвинения, грозные оскорбления, людскую неблагодарность, непостоянство, предательство братий.

Батюшка Николай с детства заложил в душе крепкий фундамент краеугольный камень которого – живая вера во Христа. На этом фундаменте в годы испытаний он возводил Храм своей души. Но строить Старцу пришлось, когда Господь простер над Святой Русью свиток со словами: "Плач, и стон, и горе" (Иез. 2.10).

"А Я – АРХИЕРЕЙ!"

"Я – Епископ, но меня сделала таковым Святая Церковь Христова. Не я сам себя поставил! Я имею на себе преемственность духовной власти Апостолов, святых учеников Христовых, рукоположивших вместо себя "мужей апостольских". Апостолы заповедали своим преемникам рукоположение и далее. И так это апостольское рукоположение дошло и до меня, многогрешного…И я поставлен во Святой Церкви Епископом… И я имею на себе бремя их власти духовной…" – эти слова принадлежат священномученику Митрополиту Кириллу Казанскому (Смирнову).

Отец Николай (Гурьянов), по личному делу и документам, хранящимся в Псковской епархии, – митрофорный протоиерей, рукоположенный во иереи 15 февраля 1942 году митрополитом Виленским и Литовским Сергием (Воскресенским), Экзархом Прибалтики, в сокровенном своем служении святому Православию был тайным схиепископом Нектарием.

Богу ведомо, почему его пастырское служение происходило именно так. Сам старец говорил, что на это у него было благословение дорогих его сердцу отцов, которое последовало по извещению Свыше. Все иное – суть тайны Божии, испытывать которые грешно. "Архиерейство мое – законное и многолетнее, оно красным не нравилось… Любите Церковь, как я ее любил, и не оставляйте ее врагу на попрание… Имя мое монашеское – Нектарий" – таково свидетельство самого Старца-исповедника.

Эти слова Батюшка произнес, держа в руках небольшую фотографию, свидетельницу его благодатной и сокровенной жизни во Христе. Он передал её нам, вместе с другими святынями своей монашеской жизни, по смирению и любви ко Христу. На фотографии, подле сидящего возле храма на стуле отца Николая, облаченного в монашеские ризы и в клобуке, по обеим сторонам, как две свечи, предстоят два иподиакона в стихарях, с орарями накрест, как и подобает при архиерее...

Будучи архиереем, имея апостольскую благодать, Старец тем не менее всегда стремился быть последним. Постоянными его словами были: "Я – хуже всех". Когда его благодарили или чествовали, всегда прерывал: "Ничего во мне хорошего нет!" Если же человек доподлинно знал, что он исцелился по молитвам Батюшки, или по его молитвам произошло явное чудо, то Старец, чтобы сокрыть себя, делал вид, что ничего о случившемся не знает и к Божиему чуду не причастен. "Батюшка! – радовался исцелённый. – Спаси Вас Господи за Ваши молитвы! У меня все наладилось"… В ответ таковые почти всегда слышали: "А как Вас зовут?"…

При посвящении во Епископа, хиротонисуемому налагают на плечи омофорий. "Омофор епископа, сотканный из волны, а не из льна, означает кожу той заблудшей овцы, которую Господь, обретши, взял на рамена Свои. Ибо епископ, нося образ Христов, исполняет Его дело, а самою одеждою показывает, что он есть подражатель того Благого и Великого Пастыря, Который понесет немощи Своего стада… Омофор имеет кресты – в ознаменование того, что как Христос на раме нес Крест Свой, так и все, хотящие подражать жизни Христа Спасителя, носят на раменах крест свой, ибо претерпевают злострадание: ибо крест есть знамение злострадания"[5].

Старец схиепископ Нектарий Русский исполнил дело Христа на земле: обретая заблудших овец – тысячи потемневших от греха и зла душ человеческих – он бережно покоил их, немощных, на своих раменах, и препровождал в Царствие Небесное.

Богу и всем святым Его – слава во веки веков! Аминь.

Схимонахиня Николая
19 мая 2006 года
Память Святого Царя-Мученика Николая
и Святителя Николая Сербского.
Никольская Обитель.


[1] Иеромонах Иоанн (Коган). Страх перед антихристом или послушание Церкви. М. 2000. С.34-35

[2] Отец Андрей Лемешонок.О Старце Николае. Встреча. Минск. Свято-Елисаветинский монастырь.2001. № 5

[3] Царь-Колокол. № 6. М. 1990. С.22-23

[4] Служба коммуникации ОВЦС.Патриархия. Ru. Три года назад почил о Господе протоиерей Николай Гурьянов. 24 августа 2005 года

[5] Новая Скрижаль. М.1992. С. 300


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования