Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"RUSSIAN REVIEW": Федоровское религиозно-философское движение как пример религиозного модернизма. Часть 2


Часть 1 здесь

Благословенный техницизм. Воскресительные перспективы "активного христианства"

Основываясь на активном подходе к реализации христианского идеала, федоровцы делают сотериологическое оправдание всех способностей, которыми наделен человек, в том числе, способностей к науке, культуре и искусству. Все они должны быть задействованы в достижении высшего религиозного идеала, а не только в качестве вспомогательных средств для комфортной жизни.

Наиболее ярким выражением религиозного новаторства, связанного с активным подходом, является "благословенность" технических средств, их сотериологическая значимость! С естественнонаучными достижениями федоровцы связывают не больше не меньше как перспективы воскрешения умерших, напоминая, что сам Федоров ставил задачу научного изучения посмертного состояния человека в качестве пути к осуществлению "общего дела".

Не только федоровцы из числа кибернетиков, но даже зарекомендовавший себя в православии церковный историк, автор книги "Трагедия Русской Церкви" Лев Регельсон, активно участвующий в ФД, говорит о применении техники в деле воскрешения умерших. Возражение о том, что Христос при воскрешении умерших не пользовался техническими средствами, Регельсон парирует объяснением того, что "Иисус воскрешал лишь тех, чьи тела еще не были полностью истлевшими", а смог ли бы Он воскресить тех, чье тело уже полностью распалось без научно-технических средств, неизвестно... "Воссоздать тело, которого нет! Такого прецедента мы пока что еще не имели, Иисус нам не явилтакого воскрешения", - отмечает церковный историк48.

Серьезно думая о перспективах воссоздания людей из давно рассевшегося праха, федоровцы рассматривают отдельные гипотезы о природе души, допускающие возможность обнаружить какой-нибудь "носитель души", с которым можно было бы "работать" дальше. В частности, рассматривается "теория биопси-поля", разработанная современным белорусским ученым Алексеем Манеевым. По словам Светланы Семеновой, "биопси-поле" носитель индивидуальной информации о человеке, имеющий волновую природу, и поэтому неразрушимый после исчезновения своего источника.

Нередко надежды на бессмертие связываются с развитием информационных технологий, с возможностью записи информации о человеке для его воссоздания.

В частности, в 1998–1999гг. директор Центра "Синтез"им.Н.Ф.Федорова Юрий Погребинский совместно с реактором национально-патриотической газеты "Возрождение" Валерием Скурлатовым начал пропагандировать вариант достижения "бессмертия", связанный с международным проектом "Геном человека" и созданием всеобъемлющего электронного справочника "WHOISWHO", называя его "подлинной книгой жизни"49.

Согласно информации, данной В.Скурлатовым, эта книга "должна увековечить виртуальный образ каждого участника Толкового Универсального Русского Мультимедийного Словаря (ТУРМС) в памяти Бытия и послужить предисловием его реального воскрешения"50. Помимо создания виртуального образа, "с которым можно было бы общаться и даже соприкасаться",проект предусматривает еще и разработку техники сканирования генома до уровня практической реализации, с помощью которой можно будет реально воскресить человека.

В качестве основного "ноу-хау" проекта выступает предложение "избегнуть "геенны огненной" и достичь совсем реального воскрешения". По словам одного из популяризаторов проекта, опубликовавшего статью в газете "Возрождение", в 2002г. предполагалось "наладить примерно за 100000$ запись генной информации пользователей в соответствующую статью (файл) ТУРМС для их воскрешения".

По словам автора статьи, подобный путь "воскрешения" рассматривается как "клонирование 2й степени", сущность которого заключается в воссоздании человека по генной информации, записанной цифровым образом.

Нужно сказать, клонирование, как и биомедицинские технологии в целом, получают в глазах ФД свое оправдание, хотя апологеты "общего дела" отдают себе отчет в том, что воскресительные возможности клонирования далеко не очевидны. В отличие от традиционного православия, федоровцы положительно смотрят на эксперименты по клонированию, видя в них направление научного поиска, соответствующее задачам "общего дела".

"Воскресительную альтернативу" клонированию предлагают криобиологи, часть которых как раз видят в своей научной деятельности путь к реализации "федоровского проекта". Так участвующие в федоровском движении докторбиол.наук, директор по науке Института крионики в Детройте(США) Ю.И.Пичугин и директор российского АНО "Института биомедицинских технологий"И.В.Артюхов утверждают, что именно крионическая остановка процесса умирания человека может дать шанс на действительное его воскрешение и бессмертие"51. Суть предлагаемого метода состоит в том, чтобы сразу после смерти человека "быстро охладить его тело перфузией до 0оC, ввести криозащитные вещества в тело и охладить его уже до температуры жидкого азота, тем самым полностью остановив процесс тканевого умирания". Апологеты этого метода утверждают, что "в жидком азоте при -196оC тело может храниться неограниченно долго без каких-либо изменений, - до того времени, когда могущественная наука "сынов человеческих"(излюбленное выражение Н.Федорова – Б.К.) сможет воскресить крионически сохраненных людей и преобразовать их в бессмертные существа, которые будут обладать Богочеловеческим совершенством". При этом добавляется, что "повреждения от криоконсервирования", возможно, удастся "отремонтировать... с помощью молекулярной инженерии в будущем"52.

Да, конечно, пока биомедицинские технологии не дают решение "федоровского вопроса", остается непонятным, до какой степени они оправданы этически. Но биомедицинские манипуляции, в глазах федоровцев имеют явное сотериологическое значение. В контексте концепции "делания религии" и генная инженерия, и криобиология оказывается благословенным занятием, которое санкционировано свыше!

Ведь в рамках задачи регуляции природы оправдывается вмешательство в человеческий организм, вплоть до пересоздания человека на психофизиологическом уровне - в своем роде искусственное преображение человеческой природы доступными человеку методами. В рамках "преображения" предполагается наделить человека особыми способностями, в частности: левитацией, автотрофностью(возможностью питаться элементарными минеральными элементами и солями подобно растениям), полноорганностью или органосозиданием (возможностью самому созидать свои органы в зависимости от необходимости адаптации к окружающей среде), "естественным тканетворением", "последовательным везедесущием", "душезрением" и, наконец, "неслиянно-нераздельным существованием каждого "я"в соборе с другими личностями"53.

Последнее недвусмысленно показывает, что при всем своем фантастическом проективизме федоровцы стараются не забывать о христианских догматических парадигмах. Ведь образ "неслиянно-нераздельного существования каждого "я"" присущ не кому иному, как Лицам Святой Троицы, и в данном случае именно православная триадологическая модель берется за образец, на который должна быть направлена психофизиологическая регуляция.

Интересно то, что активный подход федоровцев к самосовершенствованию человека санкционирует не только привлечение научно-технических средств, но и анализ психофизиологических методик других религий с целью разработки собственной психотехники, которую можно было бы поставить на службу "активному христианству".

Так как в христианстве не существует какой-либо аскетической практики, ориентированной специально на "работу с телом", то "активно-христианская" доктрина Федоровского движения побуждает федоровцев искать психофизиологические регулятивные методики в других религиозных системах, в частности, в индуизме.

Так, йога, предназначенная для управления человеком своим душевно-телесным составом, рассматривается С.Семеновой как пример психофизиологической регуляции. Хотя она все же остается неприемлемой для "активного христианства" (главным образом из-за восточного имперсонализма), весьма привлекательным оказывается сам регулятивный подход йоги, состоящий в том, что йогические методики обеспечивают регуляцию микрокосмоса в человеке. "Проецируя различные космические божества в те или иные органы и части тела, отмечает Светлана Семенова, йогин активизирует космические силы, латентно содержащиеся в нем самом", а главное, - получает возможность "трансмутировать их на такой уровень гармонии, какого нет в самом Космосе"54. Иными словами йога демонстрирует, как можно отрегулировать Космос в самом себе.

Еще большая методологическая значимость регулятивного подхода йоги обнаруживается в "преобразовательной эротике"55 федоровцев – при постановке задачи трансформации "родотворных сил" и в концепции создания андрогина. Здесь С.Семенова также находит целесообразным обратиться к йогическим практикам, демонстрирующим "активный" подход человека к самоусовершенствованию, какового не достает в традиционном христианстве в силу его "пассивности".

В качестве наиболее демонстративного примера выбирается психофизиологическая методика тантра-йоги. По мнению С. Семеновой, в практиках тантра-йоги заложен путь к трансмутации рождения в сознательноволевой акт. Согласно учению Тантра-йоги, половая расколотость мира религиозно-символически выражена в образах Шивы и его женской половины, энергии–Шакти, которая внедрена, согласно индуистским представлениям, в организм самого человека с помощью кундалини-чакры. Тантрические ритуалы, регулирующие семянной поток в человеке, отмечает Семенова, способствуют перегонке энергии Кундалини-Шакти (называемой женским началом в человеке) к энергетическому центру сознания в человеке (называемаяв индуизме брахмачакрой). В нем происходит соединение половых противоположностей: Шивы и Шакти, женского и мужского начал, что, в свою очередь, порождает высшее сверхъестественное "андрогинальное единство"56.

Данный подход приводится федоровцами, конечно, не в качестве пригодной для реализации "общего дела" методики, а как пример проективной, "преобразовательной эротики". Последователи Федорова ставят своей задачей разработать свои собственные методы, однако какими-либо конкретными методиками они пока не располагают. В целом, согласно учению о "преобразовательной эротике", эротические влечения, "родотворные" энергии, как отмечают последователи Федорова, призываются выйти из присущей им сферы неконтролируемых порывов и бессознательно творимых результатов в "светлый круг исследования, труда и нравственного подвига"57.

Отметим, что практический интерес к индуистским психотехникам присущ не только президенту Общества им.Н.Ф.Федорова. Другой активист ФД Юрий Погребинский, сформировавший в конце 80х гг. свою федоровскую фракцию под названием "Федерации общего дела"(ФОД), организовал даже свой ашрам в дер. Теребетово (Лотошинский р-н Московской области), где члены ФОД, наряду с федоровскими пытались исполнять некоторые бытовые индуистские нормы. Многие члены ФОД мыслили йогическими парадигмами, старались практиковать йогу. Разумеется, это происходило в дилетантском, свойственном для любителей восточной экзотики стиле.

Очевидно, что практический интерес к восточным психотехникам немыслим в рамках православного церковного богословия, которое не допускает рассмотрения иных религиозных традиций на предмет заимствования их аскетики. Поэтому даже тот методологический интерес, который есть в работах С.Семеновой, сравнительно осторожный в сравнении со многими современными "молодыми религиями", в контексте православной самоидентификации лидераФД – еще одно проявление религиозного модернизма.

Объектом модернизации здесь оказывается традиционный эксклюзивизм православия, который смягчается в сторону инклюзивизма, не только нехарактерного для христианства, но и для авраамических религий в целом. Неохристианская парадигма федоровства волей-неволей отражает характерную черту синтетического религиозного мировоззрения – стремление "расширить" конфессиональные горизонты той или иной религии, в данном случае, - христианства.

Социальные проекции религиозного модернизма федоровцев.

Модернизация православного вероучения порождает в "активном христианстве" соответствующую модернизацию традиционных для православия социальных представлений.

Коль скоро преображение человека и бессмертие мыслятся реальными в "земной плоскости", реальным становится построение идеального общества. По-новому реалистичными начинают восприниматься идеи достижения единства всего человеческого рода, преодоления разрозненности общества и упразднение социального неравенства. Ведь именно люди, преодолевшие смертность своей природы, могут, по мнению федоровцев, составить идеальное общество, лишенное социальных пороков. Коль скоро смертность человеческой природы, по мысли федоровцев, обусловливает ее нравственную порчу, победа над смертью должна освободить человека от нравственных изъянов, что позволит создать "Рай на Земле", в который не верят скептики.

Но для того, чтобы воскресить всех умерших и достичь тотального единства, на Земле должны объединиться все живущие. Для достижения высшего идеала необходима мобилизация сил человечества. Кроме того, всеобщее планетарное объединение должно предвосхитить метафизическое единство человеческого рода. (Кстати, в подобном контексте технический прогресс, создающий условия для тотальной интеграции человечества, дополнительно подтверждает свою "благословенность").

В концепции федоровцев, планетарное объединение и "общее дело" взаимообуславливают друг друга. С одной стороны, планетарное объединение необходимо для борьбы со смертью, с другой стороны, ничто, кроме борьбы со смертью не способно объединить все человечество. Лидер ФД Светлана Семенова отмечает, что "любая другая идея, политическая, национальная, религиозная способна лишь сплотить человечество в отдельные группы", которые "будут разделены между собой" из-за разницы во взглядах по тем же вопросам. Авот идея воскрешения обладает неисчерпаемым объединяющим потенциалом в силу того, что смерть ожидает каждого из нас... Подобная логика в свое время обусловила для федоровцев само название - "общее дело", говорящее само за себя.

В целом перспективы победы над смертью и построения идеального социума дают федоровцам право предлагать обществу "общее дело" как давно искомую национальную русскую идею, способную продемонстрировать миру мессианское значение России – как родины "общего дела". В этой связи, федоровство презентует себя еще и как почвенническое явление, предлагая основывать на "общем деле" российский патриотизм...

Веря в конечный триумф "общего дела", его апологеты разрабатывают соответствующие модели социального устройства общества. Причем в основе социальных построений федоровцев лежит идея создания "Общества по типу Троицы".

Образ взаимоотношения Трех Божественных Лиц рассматривается как идеальная модель общественного устройства, пригодная для проекции на человеческий социум(разумеется, состоящий из бессмертных людей), в котором будет преодолена любая несправедливость, рознь между людьми("небратство" в терминологииФД), а также будут уравновешены коллективное и индивидуальное начала. Тип государственного устройства, который мог бы соответствовать такому обществу, часть федоровцев характеризует как "идеократию"(реже – как "психократию", "душевластие")58.

На фоне традиционных православных парадигм социальные проекты федоровцев отражают еще одно проявление их гетеродоксии – "активно-христианский" хилиазм. Однако федоровцы, отстаивая свои хилиастические воззрения, считают, что они согласуются с учением Христа по существу. В частности биолог Б.Г.Режабек подчеркивает, что хилиастические воззрения можно найти у отцов Церкви, особенно выделяя св.Иринея Лионского. Неприятие многими христианами хилиазма объясняется тем, что в Церкви одержал победу платонизм, навязав спиритуалистическую трактовку учению Христа.

Понятно, что хилиастические взгляды федоровства гармонично вытекают из "позитивной апокалиптики" федоровцев. Но особенность хилиазма федоровцев в том, что он необычайно современен. Он отражает специфические реалии модернизации, причем не меньше, чем эти реалии видны в вышеперечисленных концепциях "активного христианства". Он имеет явные сциентистские черты, ведь хилиастические чаяния федоровцев сопряжены именно с достижениями научно-технического прогресса, как показано выше.

Федоровцы (главным образом, из среды технической интеллигенции), отдавая дань современному компьютерному позитивизму, предлагают строить "активно-христианский" социум на основе современных компьютерных технологий обработки информации. Соответствующие социальные проекты в ФД называются "информационным обществом", "ноосферным обществом" или "Информградом".

Активист ФД сотрудник Института проблем управления РАН В.И.Бодякин, разработчик проекта "Информоград", утверждает, что информационный уровень, сам по себе максимально свободный от материальных ограничений, создает необычные коммуникативные возможности, максимально благоприятствующие глобальной интеграции общества. Кроме того, информационная прозрачность "ноосферного общества", по мнению Бодякина, должна явиться гарантией его социальной справедливости. Другой информациолог, разрабатывающий систему бессрочного хранения информации(СБХИ) С.Т.Петров подчеркивает, что в "информационном обществе" будет обеспечено "право каждого получать информацию о деятельности властей в реальном времени" через "специальную информационную сеть", доступ к которой и ответственность чиновников за ее пополнение нужно закрепить законодательно. По мнению С.Т.Петрова, это обезопасит общество от злоупотреблений власти, а сама власть также сможет "в реальном времени получать информацию о происходящих событиях"59.

Выделяя квинтессенцию из подобных проектов, главный лидер современного ФД Светлана Семенова выдвигает модель "ноосферного глобализма", противопоставляя ее сегодняшней американо-европейской либеральной модели. Так, во время открытия IX Федоровских чтениях в Российской государственной библиотеке Светлана Семенова заявила, что негативными чертами современной модели глобализации являются "ценностный релятивизм", "расизм избранных" - "неравное распределение благ, ведущее к формированию на Земле стран-парий, культурных изгоев в сравнении с другими "развитыми государствами"". Но основная трагедия современного либерального глобализма, - считает лидер ФД, - в том, что он протекает "как стихийный и неуправляемый процесс", в то время как, в соответствии с федоровскими парадигмами, он должен стать "активно-эволюционным", "ноосферным"!

Заключение

Как религиозный феномен, федоровское движение представляет из себя квазиправославное течение, рационалистическое по характеру присущей ему религиозности. Стараясь опираться на многие православные положения, федоровство радикально их модернизирует, предлагая рационалистическую трактовку. Можно сказать, что федоровство являет собой случай максимального на сегодняшний день вторжения процесса модернизации в само православное мироосознание, которое трансформируется в трудах федоровцев настолько, что заставляет выводить федоровство за рамки православия.

Многие явления модернизации не просто положительно оцениваются, но получают в федоровском движении принципиальное сотериологическое значение. Научно-технический прогресс, например, осознается как необходимое условие "спасения человечества" и "активного" построения Царствия Божьего. Религиозное оправдание получают биомедицинские технологии.

Религиозный модернизм федоровства проявляется и в его положительном религиозном обосновании социальной эволюции, обусловленной уровнем развития цивилизации, а также декларацией собственных проектов построения "информационного общества". В отличие от подавляющей части православных россиян, федоровцы в целом позитивно оценивают феномен глобальной интеграции человечества (критику вызывает не глобализация как таковая, а лишь ее западно-американская модель). В то время как Русская православная церковьвидит основную опасность глобализации в осуществлении тотального контроля над человеком, федоровцы, напротив, приветствуют информационно-управленческий подход к организации социума, как возможность направить общество к решению задач "общего дела".

"Позитивная апокалиптика" федоровцев показывает, что, в отличие от традиционного православного взгляда, федоровство настроено прогрессивно по отношению к ходу мировой истории. В историческом развитии федоровцы гораздо больше склонны видеть прогресс, чем регресс!

Наконец, федоровство переосмысливает отношения между Богом и человеком. Вместо ожидания от Бога исполнения христианских обетований, человек призывается к их "активному" исполнению. "Соработничество Бога и человека" понимается федоровцами, главным образом, в том смысле, что человек, активно добиваясь своего бессмертия и воскрешения, выполняет волю самого Бога! С восприятия Бога как Вседержителя и вершителя христианских чаяний акцент смещается на осмысление Бога лишь как "воспитателя богочеловечества" или "консультанта". "Вечная жизнь" воспринимается уже не как "даруемая свыше", а как приобретаемая активными усилиями человечества. Таким образом, традиционные для исторического православия патерналистские отношения между Богом и человеком уступают место партнерским, договорно-трудовым!

В заключение отметим, что федоровству оказываются присущи многие черты реформаторских движений, имевших место в начале XX века в русском православии – таких как "Голгофское христианство", "Христианское братство борьбы" или "Церковь Третьего Завета"(Д.Мережковского).

Общим для федоровства и перечисленных реформаторских движений является ослабление чувства человеческой греховности, с одной стороны, и оправдание "земного человека", как уже созревшего божественного делателя, с другой. Позволим себе назвать это явление гуманизацией православия.

Как мы уже видели, с ХББ федоровство дополнительно объединяет "трудовая оптика" - стремление утвердить среди верующих "общение в труде", который и для ХББ и для ФД имеет религиозное значение, и мыслится идеале как "работа Господня". В ФД, однако, область "религиозного труда" всеохватна, в отличие от ХББ, которое, говоря о своем "религиозном труде", рассматривает его, в основном в социальном ракурсе.

Выдвижение социального измерения на уровень религиозных задач и тяга к созданию новых форм коллективности объединяет федоровство со всеми тремя движениями. Не углубляясь в анализ достаточно кардинальных идейных различий ФД и "Церкви Третьего Завета", отметим, что и то, и другое грезит о некоем общечеловеческом единстве, придавая ему сакральный смысл. Если для ФД – это идея "общества по типу Троицы", то для Церкви Третьего Завета – это идея "святой общественности" (тоже ассоциированная с образом Святой Троицей)60.

Сами грезы о той или иной реализации троичных отношений на Земле – еще один фактор, общий для реформаторских движений в предреволюционном православии и федоровстве. И те, и другие течения соотносят свои религиозные новации с образом Святой Троицы, как с идеальной моделью общения личностей, и те, и другие рассматривают свои "религиозные программы" как приближение к троичному христианскому идеалу.

В ФД "общее дело" борьбы со смертью и связанные с ним мечты построить идеальное общество на Земле презентуются как достижение всеединства наподобие Троицы и приближение к модели троичных отношений в социуме. В свою очередь "мережковцы" еще вульгарнее ассоциируют начаток "святой общественности"(свою "новую Церковь") с "Божественной Троицей" (их "Тайная вечеря" должна была превратить их в "Единое в Трех Лицах" по образу живоначальной Божественной Троицы)61.

Наконец с "Церковью Третьего Завета" федоровство объединяет претензия на "христианство Третьего завета", при этом за основу берется идея католического монаха Иоахима Флорского. Лидер Федоровского движения Светлана Семенова прямо говорит о необходимости "понять и утвердить активное христианство Федорова и начавшуюся за ним традицию как третью фазу христианства после ветхозаветного и новозаветного Богооткровения…" или о том, что "активное христианство стоит в таком же отношении к новозаветному (но понимаемому традиционно школьно), как оно само к ветхозаветному!"62. Иными словами, активное христианство открывает новую творческую религиозную эпоху, "восьмой день" творения, решительно открещивается от того, что считает недостатком, "изъяном догматического христианского идеала".

Как видим у федоровства и реформаторских течений в православии начала XX века слишком много общего63, выдающего их модернистский потенциал. Но в своем реформаторстве федоровцы идут гораздо дальше. А поскольку федоровство не только идентифицирует себя с православием, но не мыслит свою деятельность без исторической Церкви, его религиозный модернизм оказывается по истине революционным. И, несмотря на то, что идеи федоровцев в целом выводят это течение за границы традиционного православия, на примере федоровского движения можно видеть возможные варианты деформации православного учения в рамках отдельных религиозных групп, для формирования которых в условиях стремительно меняющегося мира есть определенные предпосылки.

48 См.:Луков Д. В музее Н.Ф. Федорова звучала критика федоровских идей с позиций христианства //Портал-Credo.Ru (01.04.2003) - http://portal-credo.ru/site/?act=news&id=9006&topic=100.

49 В качестве российского участника проекта называлась Международная Академия Информатизации, возглавляемая тогда ее создателем - академиком Иваном Иосифовичем Юзвишиным(1936-2001). См.: Путь бессмертия // Возрождение (11 ноября 1997). №11 (44).

50 Там же.

51 ПичугинЮ.И., Артюхов И.В. Крионика и перспективы федоровских идей // На пороге грядущего. Памяти Николая Федоровича Федорова(1829-1903). М.,2004. С.337.

52 Там же. С.334-335. Криобиологи заявляют, что "уже сейчас мы можем сохранить свои тела и тела своих близких, а с ними информационную сущность наших личностей и тем облегчить для ученых будущего – возможно, не столь уж отдаленного – их восстановление". См.:Там же. С.337.

53 ФедоровН.Ф. Собр.соч. в 4-х томах. Дополнения. Комментарии к Т. 4. М.,2000.С.45.(Примечания С.Семеновой и А.Гачевой).

54 СеменоваС.Г. Тайны Царствия Небесного. М.,1994.С.243-247.

55 Разрабатываемая федоровцами метафизика пола, направленная на трансформацию половой сферы человека, составляет особое направление психофизиологической регуляции, называемое в федоровстве "преобразовательной эротикой". В ее рамках "активное христианство" ставит задачу превращения рождения процесса, принадлежащего сфере бессознательной природы, "в акт человеческой воли и сознания".

56 СеменоваС.Г. Тайны Царствия Небесного. М.,1994.С.244.

57 Там же.С.259.

58 Эти политические проекты предложены Н.А.Сетницким и федоровцем-евразийцем К.А.Чхеидзе. В идеале "государство-идеократия" подразумевает власть, основанную на осознании всеми подвластными "активно-христианских" задач, а в реальности допускает некий "переходный этап", модель идейной диктатуры, нацеленную на формирование моноидейного общества.

59 ПетровС.Т. На пути к информационному государству // Информационное общество. Вып.4, 1999, С.6465.

60 См.: Гайденко П.П. Владимир Соловьев и философия Серебрянного века. М., 2001. С. 329

61 Там же.

62 СеменоваС.Г.Тайны Царствия Небесного. М., 1994. С.310

63 Идейные различия, порой разводящие эти движения на разные полюса, мы в данной работе не рассматриваем, так как наша задача состоит в том, чтобы выявить некие общие для этих движений и федоровства модернистские черты.

Борис Кнорре

Апрель 2006 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования