Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"LIBÉRATION": Тысяча и одна жизнь Ясира Арафата


Ясир Арафат завершает длинное путешествие, в котором он с берегов Нила через Персидский залив перебрался к Средиземному морю, но так и не достиг места назначения. Он хотел создать независимую Палестину со столицей в Иерусалиме. Он умирает на чужой земле, так и не увидев снова Святого города иначе как на фотографии. Согласившись в Осло на гораздо меньшее, чем то, на что он надеялся, Арафат думал, что подражает Бен Гуриону – основателю Израиля. Он оставляет после себя эмбрион государства, несколько разрушенных анклавов и имидж человека, который не захотел или не сумел повернуться спиной к войне. Бесплодная мечта или просто неосуществленный план? Личное поражение или коллективная трагедия? Этот человек, которому не ведом принцип "все или ничего", останавливается на полпути. Он учел завет Ленина. Чтобы сделать два шага вперед, нужно сделать один шаг назад. Многие его поражения становились победами и наоборот. Политический хамелеон, он на протяжении всей своей карьеры принимал тот цвет, который лучше его защищал. В Саудовской Аравии он одевался как правоверный мусульманин, в коммунистическом Китае – как революционер, а перед баасистскими режимами в Сирии и Ираке представал как панарабский националист. Когда его противники уже читали над ним поминальные речи, он всегда воскресал. В этот раз – не получится.

Он оставляет своему народу место под солнцем – маленькое, неудобное для жизни и заваленное руинами, но все же достаточное, чтобы поднять здесь знамя. Этот простой факт и есть его главное достижение. Стертые с карты мира в результате поражения 1948 года, приговоренные к изгнанию, могущие рассчитывать лишь на паспорт, выданный странами пребывания, палестинцы снова существуют. Впервые у них есть свой национальный очаг и они могут взять в свои руки собственную судьбу, не дожидаясь корыстной помощи от арабских братьев. Не сумев дать им признанного Отечества, Ясир Арафат вернул им идентичность – единственную настоящую надежду на будущее.

"Я не хочу умереть, как Амин аль-Хусейни", – повторял он до своего триумфального возвращения в Газу. Ему очень не хотелось повторить судьбу этого религиозного и политического лидера, бывшего муфтия Иерусалима времен британского мандата над Палестиной, скончавшегося в Бейруте, вдали от своих соплеменников, в забвении и всеобщем осуждении. Хаджи Амин не смог предотвратить Накбу (катастрофу) 1948 года. Устраняя своих соперников, он расколол палестинский народ в час испытаний. Хуже того, он скомпрометировал свое дело, став союзником нацистской Германии в годы Второй мировой войны. Ясир Арафат всю жизнь делал все, чтобы не уйти из этой жизни забытым Историей. В конце концов он построил государство по своему образу и подобию – политическое образование с неясными контурами, лишенное границ, частично контролируемое могущественным израильским соседом. Внешние атрибуты здесь были важнее, чем содержание. У Палестины есть телефонные номера, лоскутная территория, подобие посольств за границей и статус наблюдателя в ООН. Будучи фигурой символической, Ясир Арафат создал империю символов. Национальный гимн, знамя, министерства и аэропорт были призваны стать прологом к настоящей независимости. Силуэт Арафата стал его фабричной маркой. Френч и трехдневная щетина бойца. Традиционная черно-белая куфия, складки которой словно рисуют карту потерянной родины...

Даже его происхождение окутано легендами. Одни его официальные биографы называют местом его рождения Газу, другие – Иерусалим, священный город ислама. В народе говорят, что он появился на свет то ли в Наблусе, то ли в Акке, то ли в Сафаде. Кто мог бы стать лучшим воплощением народа, так сильно привязанного к своей территории и так сильно пострадавшего отрыва от своих корней?

Отпечаток долины Нила. По иронии судьбы, "господин Палестина" родился на свет 4 августа 1929 года на берегах Нила. Несомненно, он предпочел бы, чтобы это произошло в месте, более приличествующем его судьбе. Но в свое время его родители от бабушки получили участок земли к северу от Каира. Его отец Абдель Рауф, простой бывший полицейский на службе Османской империи, работал торговцем пряностями, курсируя между Египтом и Палестиной. Его жена Захва принадлежала к уважаемому иерусалимскому семейству Абу Сауд. Новорожденного назвали Мухаммед Абдель Рауф Арафат аль-Кудва аль-Хусейни. Позже, в колледже, он прибавит к одному из своих отчеств – Арафат – имя "Ясир", что означает "беззаботный". В 1933 году Захва умерла от почечной инфекции. Ее муж не мог воспитывать детей в одиночку. Четырехлетнего Ясира и его младшего брата Фатхи отправили в Иерусалим к дяде по материнской линии. Через три года Абдель Рауф, женившийся вторично, забрал их к себе. Ясир останется в Каире до юношеского возраста. Он сохранит быстрый и слегка гнусавый каирский выговор, свойственную каирцам насмешливость и любовь к анекдотам. Его первые шаги в политике несут на себе глубокий отпечаток долины Нила. В студенческие годы он примыкает к "Братьям-мусульманам", хотя и не вступает в их ряды. Он занимается военной подготовкой, организованной исламистами на территории Каирского университета. Все влечет его к этим людям, на гербе которых кривая турецкая сабля красуется рядом с Кораном. Как правоверный мусульманин, он совершает ежедневную пятикратную молитву, не пьет ни капли спиртного и соблюдает пост в священный месяц рамадан. "Братья" – единственные, кто призывает к продолжению священной войны против Израиля. Ясир Арафат встретит среди них своих будущих палестинских товарищей по оружию – Абу Айяда, Абу Джихада и многих других.

Есть еще один человек, оказывающий на него большое влияние: это Гамаль Абдель Насер, с группой "Свободных офицеров" свергнувший короля Фарука. "Раис" претендует на роль лидера панарабизма – арабского единства. Он обещает стереть позор поражения, нанесенного новорожденным еврейским государством, и дать отпор колониальным державам. Он не терпит соперников и при первом же случае объявляет войну "Братьям-мусульманам". Хотя Арафат – всего лишь их попутчик, он тоже попадает под каток репрессий: в 1954 году он попадает под арест, правда, ненадолго.

"Фатх" и боевой псевдоним. Тремя годами позже с дипломом инженера в кармане он уезжает в Кувейт. На этой полоске песка, весь рельеф которой составляют нефтяные вышки, зародится национально-освободительное движение в лице нескольких заговорщиков, не имеющее ресурсов и удаленное на 1200 км от поля битвы. Однажды вечером в 1958 году пять человек тайно собираются в столице эмирата и решают начать войну за освобождение Палестины. Сначала они обзаводятся газетой "Фаластынуна" ("Наша Палестина"). Годом позже они называют себя "Фатх" – по первым буквам "харакат тахрир Фаластын" ("движение за освобождение Палестины") в обратном прочтении и, наконец, берут боевые псевдонимы. По арабской традиции, для этого используется имя старшего сына. Один из сподвижников Пророка, Аммар, был сыном некоего Ясира. Закоренелый холостяк, Ясир Арафат становится Абу Аммаром.

В отличие от панарабских националистов, они ничего не ждут от существующих режимов, по их мнению, насквозь прогнивших. Все они учились в Каире или Бейруте, все в свое время симпатизировали исламистам и посидели в тюрьмах в странах пребывания. Но в их небольшой группе Ясир Арафат занимает особое место. В отличие от своих товарищей, в момент катастрофы 1948 года он находился далеко. Он не знал ни изгнания, ни лагерей беженцев. Его революционный романтизм питается абстрактным представлением о Палестине. Его желание создать независимое государство не связано с конкретным куском земли. Его страдание – это страдание коллективное. Через много лет именно эта приверженность к символу, а не к конкретной реальности, сделает его более открытым к компромиссу по территориальным вопросам.

Но время для диалога еще не настало: надо вести партизанскую войну. 1 апреля 1965 года никому не известная организация "Аль-Асыфа" ("Буря") берет на себя ответственность за взрыв на насосной станции в Израиле. "Аль-Асыфа" – это вымышленное название, избранное Арафатом для того, чтобы подписывать сообщения о военных операциях. Коммюнике, написанное от руки и разосланное в редакции всех бейрутских газет, стало сенсацией. Но на самом деле акция, которую Арафат себе приписал, не состоялась: группа, которая должна была заложить взрывчатку, была задержана сотрудниками ливанских органов безопасности. Но кровь уже льтся. Фидаины ("готовые жертвовать собой") проводят против еврейского государства один рейд за другим. После войны 1967 года Ясир Арафат приезжает на оккупированный Западный берег реки Иордан. Несколько месяцев он скрывается от преследований и пытается организовать местное население. Но ему приходится вместе со своими людьми перебираться на другой берег Иордана.

Глава ООП и "черный сентябрь". Ослабленная военным поражением хашимитская монархия предоставляет убежище фидаинам. Последние пользуются большой популярностью с тех пор, как 21 марта 1968 года им удается отразить рейд израильской армии в Караме – небольшой деревушке рядом с линией прекращения огня, превращенной в укрепленный лагерь. В Аммане, столице Иордании, они ежедневно бросают вызов королевскому двору. Усилившийся благодаря своим победам, Арафат становится главой ООП – Организации освобождения Палестины. Организация, созданная в 1964 году Насером в надежде, что с ее помощью он сможет контролировать палестинский национализм, вышла из-под влияния арабских стран. До "революции", кажется, рукой подать. Ультрарадикальные фракции, в том числе НФОП (Народный фронт освобождения Палестины) громко заявляют о себе на весь мир угоном самолетов. 6 сентября 1970 года воздушные пираты захватывают три авиалайнера, которые им удается посадить ан северной окраине Аммана. Эта капля переполняет чашу терпения. 17 сентября король Хусейн решает восстановить свою власть силой. Его хорошо вооруженные войска одерживают легкую победу, но ценой ее является гибель тысяч мирных жителей. Ясиру Арафату удается бежать.

Палестинские бойцы жаждут мести. Подпольная организация из числа членов "Фатха", называющая себя "Черный сентябрь" в память о трагических событиях, совершает теракт за терактом. 5 сентября 1972 года одна из ее групп нападает на израильскую делегацию на Олимпийских играх в Мюнхене. В первые минуты гибнет 11 атлетов, еще 9 погибают во время штурма, проводимого немецкой полицией. Ясир Арафат, утверждающий, что он здесь не при чем, прекрасно знает о террористических планах своих людей, но в первые он предпочитает уступить первые роли другим. Мудрая осторожность: большинство членов "Черного сентября" будут уничтожены еврейским государством.

В 1974 года Арафат, добивающийся международного признания, отмежевывается от терроризма. Выступая с трибуны Генеральной Ассамблеи ООН, он заявляет, что "в одной руке держит винтовку, а в другой – оливковую ветвь". Его движение соглашается на установление "национальной власти" на "любой освобожденной части Палестины". Позже эта формула позволит оправдать создание автономии. Параллельно с продолжением вооруженной борьбы представители ООП в Париже и Лондоне – Исам Сартави и Саид Хаммами – устанавливают первые контакты с израильскими "голубями". Став предателями в глазах значительной части арабского мира, они заплатят за это робкое продвижение к миру своими жизнями. Их лидер, несмотря на свои миролюбивые жесты, вскоре снова впадает в прежние ошибки. Изгнанный из Иордании, Арафат со своими людьми находит прибежище в Ливане. Соглашение ограничивает его военную активность лагерями беженцев и Аркубом – районом, граничащим с Израилем. Воспользовавшись этим, он создает государство в государстве. Его появление только усиливает напряженность между маронитской, суннитской, шиитской и друзской общинами. 13 апреля 1975 года в стране разгорается война. Воюют все – прогрессисты против консерваторов, христиане против мусульман, кланы против кланов. Государство распадается, в разделенном надвое Бейруте хозяйничают банды.

Ясир-ливанец. Привыкший к мимикрии, глава ООП успешно растворяется в этом хаотичном пейзаже. На смену Арафату-египтянину и "господину Палестине" пришел Ясир-ливанец – боевик и бизнесмен. Благодаря щедрой помощи из стран Залива он становится главой преуспевающей компании: ООП Inc. владеет больницами, заводами, школами, газетами... Ее военная и экономическая мощь, а также ее дипломатические успехи в конце концов начинают тревожить Израиль. 6 июня 1982 года ЦАХАЛ вступате на территорию Ливана. Официально операция под названием "Мир в Галилее" призвана заставить замолчать ракетные батареи, обстреливающие северные районы страны. Но, втайне от собственного правительства, министр обороны Ариэль Шарон преследует более широкомасштабный план: уничтожить ООП. Его войска идут на Бейрут. Осада города длится 12 недель, в течение которых израильская авиация тщетно разыскивает палестинского руководителя, а американские дипломаты ведут переговоры об уходе фидаинов. В конце августа Арафат покидает Ливан на борту греческого парохода "Атлантис" в сопровождении двух французских военных кораблей. Осторожный тунисский президент Хабиб Бургиба говорит, что готов его принять, но без верных ему отрядов. Последние растворяются в арабском мире.

Это конец концепции военного решения и начало новой жизни в изгнании. До Палестины уже не долетит пуля, но туда можно позвонить и послать факс. Походная жизнь сменяется кабинетной. В Тунисе "революция" обрастает жирком. Ее служители погрязают в роскоши больших отелей, дворцовых интригах и бессмысленных дрязгах. Хотя сам Арафат продолжает вести аскетическую жизнь, в своем окружении он поощряет коррупцию. В результате его сотрудники становятся ему лично обязаны. Он правит как диктатор под личиной строгого отца, который может и поворчать на детей, и похвалить, но который подписывает любые их счета.

Война камней. Из ступора ООП выводит банальная дорожная авария. 8 декабря 1987 года трое рабочих из сектора Газа гибнут под колесами израильского грузовика. Слух о преднамеренном убийстве разносится с быстротой молнии. Похороны выливаются в волнения, пламя которых распространяется на все оккупированные территории. Интифада становится неожиданностью для всех, в том числе и для Ясира Арафата. Хотя мятежники говорят, что выступают от имени ООП, палестинская борьба впервые перемещается извне внутрь самого палестинского общества. Старику приходится считаться с новым поколением лидеров, порожденных "войной камней" и выросших в контакте с Израилем. Чтобы не потерять контроль над ситуацией, Арафату приходится вводить конфликт в политические рамки. В ноябре 1988 года он добивается от Палестинского национального совета, этого парламента ООП, признания принципа раздела Святой земли на два государства.

Поддержка, оказанная им Саддаму Хусейну во время войны в Заливе, сводит на нет его мирные усилия и лишает денежных поступлений от нефтяных монархий. После поражения Ирака дипломатический процесс возобновляется, но уже на американских условиях. ООП, находящаяся на грани банкротства и изолированная на мировой арене как никогда, формально исключена из списка участников мирных переговоров в Мадриде. Хотя делегация представителей территорий ему полностью лояльна. Арафат делает все, чтобы дезавуировать ее. В конечном счете ему удается навязать себя Израилю в качестве единственного партнера по переговорам благодаря секретным переговорам в Осло, начатым по инициативе арафатовского министра экономики Абу Ала и двух израильских профессоров – Рона Пундака и Яира Гиршфельда.

Договор, подписанный на газоне возле Белого дома 13 сентября 1993 года, позволяет Арафату спасти ООП от смерти и получить долгожданное международное признание. Из вождя кочевого племени он становится председателем Национальной администрации. Вчерашний пария удостаивается Нобелевской премии мира. Беженец возвращается на свою землю. Банкрот получает возможность рассчитывать на миллиарды долларов западной помощи. В обмен на это палестинцы должны довольствоваться ограниченной свободой, несколькими автономными островками и неким подобием государства. в котором полиция выше юстиции, а власть слишком часто становится объектом злоупотреблений.

Разделять, чтобы властвовать. Договор предусматривает создание автономии, ограничивающейся на первом этапе сектором Газа и Иерихоном, а также проведение через три года переговоров по определению окончательного статуса территорий. Сложная механика, придуманная в Осло, нарушает привычный порядок вещей. Примирение должно наступит раньше, чем установится настоящий мир. Самые деликатные вопросы отодвинуты в конец процесса, на момент, когда будет установлено доверие, воцарится спокойствие, а процветание будет обеспечено. На этом этапе, полагают в Осло, бывшим врагам будет что терять, поэтому договорится они не смогут. Этот порочный круг вскоре будет нарушен.

Ясир Арафат совершил две капитальные ошибки. Он не потребовал замораживания строительства поселений. И нет третьей стороны, которая являлась бы гарантом соглашения и могла бы заставить обе стороны его соблюдать. Ни один из сроков, зафиксированных в Декларации о принципах, не будет соблюден. По каждому из трех соглашений переговоры будут вестись заново. Очень скоро мирный процесс становится заложником экстремистов. За кровавыми терактами "Хамас" и "Исламского джихада" следует глухая блокада Западного берега и сектора Газа. Местные жители, единственным источником жизни которых является работа в Израиле, с каждым таким разом становятся беднее. Автономия не приносит процветания: наоборот, она становится синонимом блокады и безработицы. Нищета – благодатная почва для исламистов. Убийство Ицхака Рабина в 1995 году и волна террора в феврале 1996 года приводят к власти "Ликуд". Его лидер, Беньямин Нетаньяху, играет на двусмысленностях и "подводных камнях" процесса, начатого в Осло. Колонизация активизируется. Палестинская территория дробится на части.

В своей вотчине Арафат проводит политику "разделяй и властвуй". Он окружает себя девятью службами безопасности, полномочия которых четко не определены, и которые вступают друг с другом в жестокую конкурентную борьбу. Репрессивная машина, созданная для противодействия исламистам, обрушивается на всех тех, кто жалуется на дефицит демократии. Отсутствие ясных правил игры расхолаживает предпринимателей – потенциальных инвесторов. Слабая палестинская экономика переходит под контроль "монополий", контролируемых людьми из окружения Арафата. Население все чаще говорит о коррупции, понимая под этим термином как взяточничество представителей режима, так и настоящие хищения.

С приближением переговоров об окончательном статусе сектор Газа и Западный берег вскипают гневом. Население, чье терпение подходит к концу, протестует как против продолжения израильской оккупации, так и против своих обанкротившихся лидеров. В противоположность Рабину, премьер-министру от Партии труда, Эхуд Барак не пошел на замораживание строительства еврейских поселений на оккупированных территориях. Он считает бесполезным сталкиваться с ультранационалистами до заключения мира с палестинцами.

Кэмп-Дэвид, "невозможный" мир. В июле на саммите в Кэмп-Дэвиде встречаются два ослабленных руководителя, не доверяющих друг другу. Эхуд Барак готов дать палестинцам намного больше, чем любой из его предшественников. Он собирается передать им весь сектор Газа и 90-92% Западного берега; он также готов поступиться священным принципом неделимости Иерусалиме. Но на практике он остерегается говорить кому-либо. насколько далеко он готов пойти. Нет ни карты, ни детальных предложений: есть всего лишь некоторая информация, предоставленная американцами в качестве основы для переговоров. Оба лидера уже не встречаются с глазу на глаз. Устанавливается диалог глухих. Палестинцы идут на некоторые уступки, но оказываются неспособны воспользоваться идеями, которые предлагает им Билл Клинтон, или предложить серьезную альтернативу. Переговоры "спотыкаются" на вопрос о статусе Иерусалима и участь палестинских беженцев. Эхуд Барак заявляет, что "с Арафатом добиться мира невозможно". Этот вердикт становится прелюдией к будущему столкновению.

Однако в январе следующего года в Табе обе стороны показывают, что заключить соглашение вполне возможно. Но уже слишком поздно. С началом новой интифады, приходом к власти Ариэля Шарона и адским круговоротом терактов и репрессалий обстановка для заключения мира стала неподходящей. Израильтяне и палестинцы схлестнулись в беспощадной и бесперспективной борьбе. Пережив несколько осад, Ясир Арафат оказывается запертым в Рамаллахе. В 2002 году Джордж Буш объявляет его политическим трупом. Ариэль Шарон угрожает свести счеты со своим давним противником. Чтобы ускорить его уход со сцены, США навязывают ему премьер-министра в лице Махмуда Аббаса. Ясир Арафат заставляет его уйти в отставку. Он до конца остается хозяином палестинской политической игры. Игры, которую он создал, и правила которой знает, похоже, только он один.

Кристоф Болтански

5 ноября 2004 г.

Перевод и публикация www.inopressa.ru


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования