Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ГАЗЕТА": "Семья - это монастырь". Интервью с профессором Колумбийского университета Робертом Турманом


В рамках фестиваля тибетской культуры в Москву прибыл основатель Тибетского дома в Нью-Йорке, профессор Колумбийского университета Роберт Турман, известный широкой публике также благодаря блестящей актерской карьере своей дочери, Умы Турман. О Тибете, буддизме и кинематографе с Робертом Турманом побеседовал корреспондент Газеты Игорь Потапов.

Когда вы впервые заинтересовались буддизмом, вы воспринимали его скорее как философию или же как религию?

Конечно, как философию. Я никогда не был религиозным типом, и мне никогда не хватало достаточно терпения, чтобы погрузиться в религию с головой. Я слишком ленив для того, чтобы быть религиозным. С другой стороны, тибетская буддистская философия искренне восхищает меня - она обладает очень сильной критическо-аналитической традицией. Вы, может быть, не знаете, но тибетские философы пришли к понятию теории относительности за сотни лет до Эйнштейна. Их концепция предполагала, что неделимый атом не является основой всего, а все, что кажется нам однородной материей, на самом деле зыбко и относительно. В понимании буддистов человек постигает сущности с помощью собственного разума. Вот почему психология для буддистов является царицей наук.

Вы известны как первый человек с Запада, который стал тибетским буддийским монахом...

И экс-монахом тоже! (Смеется.)

Что стало причиной вашего возвращения в мир?

В буддизме, когда человек уходит в монахи, это означает пожизненное посвящение. В свои двадцать лет я был достаточно наивен и искренне полагал, что готов к такому посвящению. Но мой первый учитель, который успел пожить на Западе, убедил меня, что это не для меня. "Ты отлично справляешься, - говорил он мне, - живешь, как монах, трудишься, изучаешь основы буддизма, но через несколько лет ты не выдержишь". Поначалу я и сам упрямился, но потом начал понимать, что он имеет в виду. В тибетском обществе стать монахом означает огромную честь и удачу. Такой человек пользуется всеобщей любовью и уважением, окружающие всячески поддерживают его в правильности выбранного пути. Что же касается моих родных и близких, то они расценивали мои действия скорее как результат помешательства. Это вовсе не была радость за юного Роберта, который "избежал искушений и опасностей взрослой жизни". Все, что я слышал, было скорее "да ты совсем с катушек съехал!". Поэтому по совету своего учителя и после собственных размышлений я решил продолжать изучать буддизм на научной основе, получил образование и стал профессором. Я продолжаю оставаться буддистом, но уже не в качестве монаха, чему доволен. Иначе я не смог бы жениться на прекрасной женщине и родить таких замечательных детей!

В одном из ваших интервью вы сравнили университет с монастырем. Можно ли сказать, что семья в каком-то смысле тоже монастырь, требующий определенного самоограничения?

Конечно. Когда-то я любил повторять, что семья что-то вроде индивидуального монастыря для западного человека. В семье мы учимся терпению, состраданию, щедрости и так далее. Однако последние десять-пятнадцать лет я придерживаюсь другой теории. Долгое время я считал, что в нашем обществе окончательно отпала надобность в системе монастырского послушничества, но после более тщательного изучения истории западной цивилизации понял, что был не прав. Сейчас я уверен, что монашество может быть единственным противоядием от милитаризма. В Китае, Индии, Японии, в некоторых частях средневековой Европы - чем сильнее становились монастыри, тем слабее делался уровень милитаризации общества. Если молодым людям негде научиться самоконтролю и самоограничению, они не в состоянии сдерживать природную агрессию, - тогда им самое место в армии. Солдат похож на монаха: бритая голова, униформа, готовность принять смерть в любой момент. Но солдат подчинен агрессии, его цель - достичь максимальной жестокости. Монах же обращает свои усилия на то, чтобы победить самого себя, свою слабость. Кстати, в семейной жизни тоже надо учиться побеждать собственную слабость. Вот почему в армии так неохотно видят зрелых, семейных мужчин - ведь они несут ответственность перед своими детьми, не склонны подчиняться бессмысленным приказам и уж никак не готовы принять внезапную смерть. Милитаризм в сегодняшнем мире - большая проблема, и я выхожу из себя, когда президент моей собственной страны начинает нести чушь про "необходимость войны" и про "крестовые походы". Я не считаю этого человека своим лидером, я хочу, чтобы мои дети и внуки жили в мире.

Скажите, почему вы дали своим детям буддийские имена - в этом был какой-то сакральный смысл?

Это не носило никакого религиозного смысла. Как я уже говорил, я не могу назвать себя ортодоксальным буддистом, и я вовсе не собирался делать буддистов из своих детей. Они у меня выросли страшными спорщиками, подвергают все сомнению, все анализируют, а я этому рад, потому что я не выношу религиозных фанатиков. Если кого-то из моих детей спросить: "Вы буддист?", он не ответит "да" или "нет". Он тут же спросит: "Что вы имеете в виду? А кто, по-вашему, должен называться буддистом?" Что же касается имен, то нам просто нравилось, как они звучат. Но у каждого из наших детей есть и второе, западное имя. Интересно, что все наши дети сами выбирали, какими именами пользоваться, и в итоге все выбрали буддийские имена.

Что вы чувствуете, когда видите свою дочь в фильмах, наполненных агрессией и насилием, ведь это наверняка противоречит буддийским принципам?

Да уж... "Убить Билла", "Криминальное чтиво". Но это все фильмы Квентина Тарантино, а когда речь заходит о таких режиссерах, как Тарантино или Оливер Стоун, я задаюсь вопросом: прибегают ли они к демонстрации насилия ради самого насилия или же хотят сказать нечто большее? Я не нахожу однозначного ответа. Является ли творчество Тарантино заметками на полях гонконгских боевиков и спагетти-вестернов, которые и так достаточно далеки от реальности? Или он демонстрирует насилие в привлекательном свете, превращает его в "жестокий гламур"? Или же он демонстрирует насилие для того, чтобы люди лучше поняли природу насилия? Если в фильме показывается реальное насилие без прикрас, для того чтобы вызвать у людей неприятие насилия, я - за! Если же это насквозь фальшивый мордобой, как в боевиках, то я - против. Что касается Умы, я самый большой ее поклонник. Квентин - мой друг, я много с ним беседовал, и мне кажется, что его взгляды на природу насилия схожи с моими. Другой вопрос, не заходит ли он порой в своих фильмах слишком далеко...

А как вы относитесь к изображению буддийской доктрины в кинематографе?

Есть неплохие и честные фильмы, например "Маленький Будда" Бернардо Бертолуччи или "Семь лет в Тибете". Кстати, я знаком с Хайнрихом Харрером, роль которого в фильме "Семь лет в Тибете" исполнял Брэд Питт. Харрер вовсе не был буддистом, хотя он и полюбил культуру Тибета, и стал большим ее знатоком. Но такие фильмы - редкое исключение, а чаще всего буддизм изображается как что-то схожее с черной магией. Вот, например, недавно был боевик "Пуленепробиваемый монах" с Чоу Юнь-Фатом - полнейшая чушь! Я сам был монахом, поэтому мне немного обидно. Вообще, спекуляция на взаимосвязи буддизма и боевых искусств - глупое и нерациональное занятие. Кунг-фу базируется на отрицании агрессии. Если в поединке один из бойцов даст волю агрессии, он потеряет внутреннее равновесие и неизбежно проиграет. Идея боевого искусства заключается в том, чтобы, используя формы, за которыми прячется насилие, остановить его. Буддист - это не тот, кто провозглашает: "Ударь меня еще раз!" Буддийская концепция отрицания агрессии призвана демонстрировать, что мирное разрешение конфликта эффективнее насильственного.

Расскажите про ваш собственный опыт киносъемок, ведь вы играли небольшую роль в фильме "Гамлет" Майкла Альмерейды.

Да, я там играл священника, а мой сын Дечен снялся в роли Гильденстерна. Мне понравилось. Нас пригласил мой зять (муж Умы Турман Итан Хоук. - Газета), который играл самого Гамлета. К сожалению, у них с Умой сейчас в отношениях проблемы, как это случается у молодежи. Сниматься в кино было очень забавно. Я там произнес три слова и появлялся в эпизоде на три секунды, из которых потом при монтаже вырезали две! (Смеется.) Кстати, сейчас я участвовал в съемках фильма Дэвида Рассела "Сделка" ("I heart Huckabees", Газета сообщала об этом в N 170 от 15 сентября в связи с кинофестивалем в Торонто). Рассел считает себя моим учеником, поэтому он спрашивал моего совета при написании сценария, который изначально назывался "Экзистенциальный детектив", и даже давал актерам читать мои книжки. А сейчас мы с ним работаем над новым сценарием. Я уже немного устал от преподавания в университете, а в современном мире, я считаю, кинематограф остается самым лучшим способом для того, чтобы представить людям новые идеи.

Ваша жена Нена была супругой известного пропагандиста ЛСД Тимоти Лири...

Всего пару лет - до того, как явился я и спас ее от этого союза! (Смеется.)

Можно ли сравнить массовое увлечение восточными религиями и философскими системами на Западе в 1960-е и 1970-е с поиском путей расширения сознания, артистического вдохновения, каким были эксперименты с наркотиками?

До каких-то границ такое сравнение и впрямь возможно. В моем случае встреча с буддизмом была сознательным исследованием границ реальности. Кстати сказать, мне очень нравится первый фильм из трилогии "Матрица". Я тоже все время искал метафорическую красную таблетку, хотел узнать, что скрывается за окружающей нас действительностью. Я посещал церковь, ознакомился с так называемой христианской наукой, изучал Платона и Канта, Витгенштейна и Хайдеггера, но у меня не было ощущения, что западная философия знает ответ на интересующие меня вопросы. Постепенно я узнал кое-что о йоге, потом - о буддизме, и так это все началось. Кстати, я начал заниматься восточной философией еще до начала 1960-х, до того, как это стало модой. Но вопросы, которые интересовали меня, были такими же, как и у тех, кто обратился к буддизму позднее: как контролировать свои эмоции; в чем смысл бытия; как обрести счастье? Заметьте, что буддизм предлагает своим последователям быть счастливыми! Священники говорят нам: "Вы не можете быть счастливы, потому что там, где счастье, там где-то прячется нечистый". Ученые говорят нам: "Вы не можете быть счастливы, потому что наука еще не нашла подходящей химической субстанции". А буддисты говорят: "Будь счастлив каждый день своей жизни!" Цель жизни в том, чтобы быть счастливым. И это не минутная эйфория, а непреходящее ощущение счастья. Мне повезло в жизни, я был близок к счастью, но я все еще в поисках, и у меня есть ощущение, что все это время я был на правильном пути.

19 октября 2004 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования