Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ВЕЧЕРНИЙ НОВОСИБИРСК": Не в декольте счастье! Наш корреспондент, побывавшая в Исламской Республике Иран, больше всего была поражена возвышенным отношением к женщине


Наш корреспондент, побывавшая в составе делегации в Исламской Республике Иран, больше всего была поражена не персидской экзотикой, а возвышенным отношением к женщине

Провожали меня в Иран как в Ирак:

— Ты понимаешь, что тебя запросто могут взять в заложники?

— Помни, ты едешь в страну чистого ислама, где ненавидят американцев, не заговаривай ни с кем по-английски!

— Там есть специальная полиция, и если ты в жару наденешь что-то открытое, то тебя закидают камнями, да-да, и не посмотрят, что иностранка, особенно на юге.

И, наконец:

— Мамочка, только никуда не ходи одна!

Перед самым отъездом от организаторов пришло последнее предупреждение: захватите черные носки, чтобы закрыть часть ног между обувью и одеждой, которая в моем случае была, наоборот, белого цвета. Краткий курс повязывания платка по-мусульмански я прошла накануне, дачный гардероб подруг в поисках длинной ситцевой юбки и халата поверх нее был уже изучен.

Первый день мы немного шарахались от закутанных во все черное женщин. А они смотрели на нас, не отводя глаз. Потом стало ясно, что забитыми — мифами — были мы, а не персиянки.

На третий день ваш корреспондент провела журналистское расследование в бывшей столице Персии древнем Исфахане. Темной ночью я отправилась гулять по городу. И не в чадре, а в своей обычной одежде, только накинула платок. Я крутила головой, разглядывая купола мечетей на фоне черного неба. Наверное, создавалось впечатление, что иностранка заблудилась. Потому что ко мне подходили люди и заботливо спрашивали: "Эдрес?", то есть, по какому адресу моя гостиница. А когда я останавливалась у ярких витрин, прохожие приветливо махали рукой и улыбались. Пару раз в переулках мне встретились бредущие неуверенной походкой мужчины (от усталости?), не выказывающие никаких чувств, впрочем, они, кажется, вообще никого не замечали.

В южном Ширазе, где меня должны были закидать камнями за короткую курточку, я решила повторить эксперимент. Но ко мне в попутчики набились еще две соотечественницы из нашей делегации, тоже в походных, но отнюдь не восточных костюмах. В полночь мы изучали городской парк. Молодежь, похоже, гуляла тут до утра, да и маленькие дети с родителями только направлялись к выходу. С банками пива мы никого, естественно, не видели, парочки на скамейках тоже вели себя пристойно. Наверное, мы уже не казались иранцам дикими, и к нам подходили ребята и девушки, знакомились, интересовались нашими впечатлениями об их городе и стране. А некоторые просто приветствовали набором знакомых им английских слов: "Доброе утро!", "Любовь!", "Все хорошо!"

На встрече с пресс-атташе иранского МИДа господином Асифи я решила окончательно разобраться с женским вопросом и спросила прямо: "Где правда? В пугающих публикациях о том, как надо одеваться и вести себя иностранцам в Иране, или в том, как относятся конкретно к нам?" Дипломат ушел от прямого ответа и ответил в том духе, что американская пропаганда, конечно, сильнее, а потому об Иране много ложной информации, но он надеется: я честно расскажу читателям то, что увижу, и это будет правдой.

Однако интереснее то, чего я не увидела. Побывав в трех городах, на окраинах и в центре, я ни разу не встретила женщину с авоськой. И только один раз — с ребенком на руках. Типичная картина: папа, обвешанный сумками, с младенцем на плече и величественно плывущая рядом жена. Вы скажете: зато дома он так отыграется! В гостях ни у кого не была, хотя к нам подходили прямо на улице простые люди и искренне приглашали к себе домой. Но наблюдала, с каким обожанием иранцы смотрят на своих беременных жен! А главное даже в другом. Женщина в черном здесь никак не ассоциируется с трауром — оказывается, это своеобразная форма для госслужащих и вообще для официальных случаев (вот откуда черные носки!). Согласитесь, это даже удобно: не делать укладку перед работой, не продумывать туалеты для официальной встречи, а просто за минуту закутаться в черную чадру! А вот дома иранка преображается — для одного-единственного мужчины, своего мужа. Представляете, целый день он видит только намеки на женщин, приходит с работы — и перед ним ничем не прикрытая красота. Наверное, каждый вечер — как в первый раз. И если она попросит: "Дорогой, вымой посуду, а то я маникюр испорчу, и пойдем спать", — думаете, откажется?

Теперь нам понятно, почему наши девушки охотно выходят замуж за студентов из Ирана. "Трудно было первое время только к одежде привыкать, — делилась с нами уроженка города Николаева, а ныне жительница Исфахана. — Но семья мужа по духу оказалась близка моей. И иранцы действительно очень заботливые".

Как мы заметили, они еще и сентиментальны. Даже государственные мужи, говоря о трагических событиях из истории Ирана, могут прослезиться. "Интересно, а как же они тогда в любви объясняются? — пытала я иранку, владеющую русским. "Ой, это вообще…"

При перелетах по стране мы были приятно удивлены тем фактом, что в зону контроля безопасности женщины и мужчины идут отдельно, по указателям типа "М" и "Ж" (мы даже сначала сунулись туда, думая, что это туалет). Поскольку мужчин летает больше, то нам это было удобно — ни очереди, ни толкотни. То же в автобусах, поделенных на мужскую и женскую части. В час пик мужики давят друг друга, а дамы располагаются почти свободно. А раньше казалось, что это должно быть унизительно.

Ребятишки тоже учатся раздельно, иранские школьницы не знают, что такое получить портфелем по голове от одноклассника. Наверное, поэтому они удивительно смелые и раскованные. Даже в мавзолее очень почитаемого в Иране имама Хомейни нас буквально облепили любопытные школьницы лет восьми и едва не сбили с ног. И что интересно, на них никто не кричал, учительница почти ласково собрала в группу расшалившихся девочек, а нас через переводчика попросила прислать в школу их фотографии: дети ведь, им будет интересно. Этих непосед, с удовольствием позирующих перед нашими камерами, трудно представить в будущем "забитыми женщинами Востока".

И уж совсем мы были озадачены, узнав, что так часто встречающиеся женщины с лейкопластырем на носу — не больные, а пациентки хирургов-косметологов. В Иране популярны операции по исправлению носов с горбинкой. Да и вообще косметические процедуры, яркий макияж. И все для него, любимого.

Впрочем, по части верности у нас остались вопросы. В Иране, чтобы доказать измену любимой, недостаточно слов соседки бабы Кати (ну или Фатимы) из квартиры напротив, нужны аж четыре свидетеля! А вот многоженство здесь редкое явление, — в один голос утверждали все опрошенные нами граждане, включая бывших россиян. Очень уж это накладно. Вторую жену, причем с согласия первой, иранец заводит лишь в том случае, если выясняется, что женщина не может иметь детей.

Есть ли в Иране магазины современной женской одежды? Есть. Ее ведь можно носить дома. А девушки ходят в джинсовых коротких брючках, в открытых босоножках. И витрины с лифчиками тут никого не шокируют.

Для иранок почтительное отношение к себе — норма. В этой стране нет и намека на унисекс или западный феминизм. Поэтому люди здесь естественным образом делятся на слабую и сильную половины человечества. Хотя иранки бойко водят машины, командуют отделами в редакциях (сами видели), работают за компьютерами, учатся (в Тегеранском университете на факультете журналистики 70% — девушки). Правда, мы не видели ни одной женщины-уборщицы (со швабрами ходят только мужчины!) или официантки, или посудомойки. Я уж не говорю о дорожных рабочих или шпалоукладчицах!

Одна наша дама, прямо скажем, далеко за 18, не побоялась одеться по-человечески: туфли на шпильке, белая прозрачная туника, легкий шарфик на светлых локонах… Надо было видеть, с каким восхищением смотрели на нее мужчины. А если она улыбалась, они, замирая, протягивали руку для приветствия. Казалось, с их губ вот-вот сорвутся поэтические строчки, но никак не пошлые шуточки! За неделю пребывания мы успели привыкнуть к тому, что мы — в первую очередь женщины, а не товарищи по работе или равноправные члены общества. Что-то перепутали наши подруги на Западе, им впору поучиться у иранок истинно женскому искусству подчинять себе потомков Адама.

…Дописав последнюю строчку, я подошла к коллегам-мужчинам:

— Я сегодня с вами на машине, мне тут огромный кабачок подарили!

— А… она уже полная.

— Я могу общественным транспортом, — предложил самый пожилой.

— Я бы тоже, но мне сегодня очень надо… — начал оправдываться молодой.

— Да ладно! — окончательно очнулась я от иранских воспоминаний.

Так мы и разошлись по-русски: мужчины — к машине, я — на остановку. В набитом автобусе кабачок больно бил по ногам на каждом повороте, рядом женщина приятной наружности так же мучилась с тяжелой коробкой, а сверху нависал мужик, дыша вчерашним хренодером. А почему бы и нам не разделить салоны общественного транспорта на мужскую и женскую половины? Уверена: ради 40 минут комфорта все мои попутчицы в том автобусе даже черную чадру надели бы!

Автор благодарит агентства "Вся Россия" и "Иранньюс" за организацию поездки руководителей региональных СМИ в Иран. В четверговом выпуске "ВН" 14 октября мы продолжим рассказ об этой удивительной стране.

Исламская Республика Иран (до 1935 года — Персия)

Государство в юго-западной части Азии. На севере граничит с Азербайджаном (1750 км), на востоке — с Афганистаном и Пакистаном, на западе — с Ираком и Турцией. На юге омывается Персидским и Оманским заливами и Хормузским проливом, на севере — Каспийским морем. Население — около 63 миллионов человек. Официальный язык — персидский (фарси). Государственная религия — ислам (шиитского толка). Первые государственные образования на территории Ирана сложились еще в третьем тысячелетии до нашей эры.

В 1979 году в Иране произошла революция. Шах Мохаммед Реза Пехлеви был вынужден покинуть страну, государство возглавил вернувшийся из эмиграции аятолла Хомейни. После смерти Хомейни в 1989 году руководство Ирана постепенно ведет страну к выходу из международной изоляции.

Ирина Еранова

9 октября 2004 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования