Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
Распечатать

"РОССИЙСКАЯ ГАЗЕТА": Раскол на Бирюсе. Свобода избавила староверов от вековых гонений и породила кардинальный конфликт поколений


Первый раз к бирюсинским староверам я заглянул лет двадцать назад. В то время ученые еще не называли их культурно-историческим феноменом. Потом на рубеже веков проплыл через все пороги на резиновой лодке, останавливаясь в каждом общинном поселении. Тогда мне казалось, что время не в силах поколебать их устои. Триста лет постоянных гонений, а они как кремень. Но мой последний приезд к ним был ошеломляющим. Как будто шел-шел по привычной дороге и вдруг - пропасть.

Другой мир

Может, помните рыжебородого старовера с картины Сурикова "Утро стрелецкой казни"? Того самого, который пронзает взглядом "нововерца" Петра. Так вот, Карп Иванович Кочев - из этого рода-племени:

- Приехали как-то к нам чалдоны. Неверующие, значит, по-нашему, - рассказывает он мне. - И спрашивают: что вы все бороды красным красите? А мы отродясь такие. Говорю. Всегда - огнебородые.

Большое семейство Кочевых живет в Прилуках. Маленькую деревушку специально спрятали от мира за бурными чунскими стремнинами. Только раньше здесь было двадцать семей, а теперь - девять. Вначале такую текучесть мне пытались объяснить таежным пожаром, который оставил их без зверя и пушнины, грибов и ягод. Но потом Карп Иванович сообщил о настоящем бедствии:

- У меня у самого два сына в мир ушли. Один в Киеве обитает. Второй - в Канске.

- Веру они сохранили?

- Какая там вера! Где была она - теперь дыра на том месте...

- А кто ж виноват?

- Кто?! Отец за сына отвечает. Я виноват! На работу все время цыганским кнутом мы их гнали. А когда здесь лес сплавляли... Они и пошли матросами на катера. А потом... Уплыли. Оба. И от нас. И от веры нашей.

- А в городе можно остаться старовером?

- В писании говорится, что и посреди града будут спасаемы... Молись... Постись... - Кочев горестно вздохнул. А затем со всего маху рубанул рукой воздух. - Только все равно можешь пропасть! Я-то сам как: глаза не успел открыть, а уже на соседа косо смотрю... С греха утро начинаю... А вот не осуди никого за всю свою жизнь и спасешься!

Раньше старостой в Прилуках был Карп Иванович, "а теперь сын Афонька". Только принципиальная разница в том, что для Афанасия это должность. Причем зарплату он получает от районной администрации. И никто его не считает еретиком. Хотя совсем недавно староверы избегали власти как черт ладана.

Взаимовыгодный всплеск общения с "порочным миром" начался и в других сферах. Староверы сейчас торгуют всем: берестяными туесками, кадушками, срубами для дач, картошкой, медом, рыбой, мясом... И сами покупают почти все. Кроме водки, чая и сигарет... Правда, некоторые отступники уже начинают познавать вкус и этих "запретных плодов". Причем подобное происходит во всех старообрядческих деревеньках: в Шивере, в Луговой, Усть-Кайтыме и Бурном. Почти уже не осталось кержаков, которые не получают пенсий или не обзавелись паспортами. Хотя раньше таковых было в достатке.

Но другая Россия здесь сохраняется до сих пор. Дома крепкие. Живут - не бедствуют. Работают не покладая рук. Наркоманов и воров - нет. Стар и млад относятся к друг другу с почтением. Если ты не богохульник, примут тебя с искренним радушием и хлебосольным гостеприимством. Другой мир. Другие люди. Потомки тех русичей, которые в свое время отказались идти путем, указанным России "высшим государем".

Запоздалая реабилитация

Знаменитый церковный раскол в XVII веке не был "простым" обрядовым расхождением. В тогдашних верхах шла борьба за власть с прицелом на европейское господство. Но только вышло так, что у нас крестились двумя перстами, а в других единоверческих странах, осеняли себя троеперстием. Вот тогда и приняли решение переписать "не правильные" отечественные церковные манускрипты на греческий манер. Неподготовленную бессмысленную реформу вводили в жизнь силой.

"Ох, бедная Русь, чего-то тебе захотелось латинских обычаев и немецких поступков..." Эти слова принадлежат протопопу Аввакуму, который будет затем живьем сожжен как идеолог старообрядцев.

Факт, почти неизвестный, но в советское время, в 1971 году, Русская православная церковь на Поместном Соборе отменила клятвы "на старые обряды и книги". То есть была восстановлена историческая справедливость: русские древние рукописи признали праведными. Цена запоздавшей реабилитации - сотни тысяч погубленных и исковерканных судеб.

Теперь уже непредосудительно креститься и "по-новому", и "по-старому". Как и ходить в крестный ход: по солнцу и против него. Можно и так и эдак. Только самих староверов после отмены клятв не перестали считать раскольниками, потому что "не проявили они в свое время необходимой кротости".

Только нельзя идеализировать староверов, как это делают некоторые современные исследователи. В прошедших столкновениях с обеих сторон было пролито столько крови, что виноватые - есть. А правых уже не найти. Тем более что в существующих сегодня десятках староверческих толков и согласий тоже нет единения.

За душевной благодатью

Новую избу семидесятилетний старовер Петр Харин срубил на берегу Бирюсы. Дом получился бравый. Только по соседству никого нет. На десятки километров - безлюдная тайга. Вот уже двадцать лет живет он отшельником в сибирской глухомани.

Жить ему тяжело, но одиночество не в тягость. Потому что сам ушел за этим уединением. За душевной благодатью.

Но "истинные" старообрядцы своим его не считают. Он и сам однажды назвал себя "оппозиционером". Но почувствовав, что "слово это для тайги дрянное", сразу выбросил его из своего лексикона.

Философия Харина проста: жить по совести, в ладу с самим собой. И люди тянутся к нему. Кто раз у него побывал, мимо уже не проплывает. Потому что редкая добросердечность - сродни святости. А простота его поступков убедительнее нравоучений. И, находясь с ним рядом, подспудно ловишь себя на мысли: а ты бы так смог? И чаще всего отвечаешь: нет.

Мы вместе с ним увидели на реке разноцветный балаган. Туристы сплавлялись на разукрашенных катамаранах. К берегу они пристали в километре от избушки Харина. Поплыл Петр Абрамович проверять свою сеть и заглянул к путешественникам. А у тех - уха без рыбы. Харин отдал им только что выловленных ельчиков и окуньков. Да еще и богатое место указал. "Вы, - говорит, - вон по той речушке пройдитесь и в бочажках харюзков поудите. Много их там стоит. Да жирные такие..."

Узнал я о такой благотворительности Харина только тогда, когда увидел этих самых рыбаков с двумя ведерками крупной рыбы. Проходя мимо меня, они не скрывали своего восторга: "Молодец дед! Такое место нам указал! Завтра утром последних выловим и отчалим".

Улучив момент высказываю Харину свое недоумение:

- Разве так можно, Петр Абрамович?! Вы же фактически припасы свои раздаете. Потом из-за этой доброты зимой голодным сидеть будете.

- Бывает, что и сижу, - отвечает. - Но только как душа подскажет, так и поступаю. Вот в позапрошлом году на этой самой Хаинде, по осени, я много харюзов наловил. Целую бочку засолил. Тоже думал, что зимой с рыбой буду. А медведь выждал момент, пришел незваным гостем и все съел. Пока есть возможность, надо делать добро. От жадности богатым не станешь.

В другой раз к нему рыбак Федор заехал со своей бедой.

- Выручай, - говорит. - На камень налетел. Все, что было в лодке, в воду ухнуло.

Петр Абрамович пошел в дом и стал собирать котомку... Снабдил пострадавшего продуктами, да еще и сети дал, чтобы тот с рыбой домой вернулся.

- Скажи, чем я тебя могу отблагодарить? - причитает несказанно довольный Федор. - Что тебе надо привезти? Заказывай!

Петр Абрамович рассмеялся и на полном серьезе ответил:

- Есть одно такое дело. Можешь помочь. Вот когда меня в аду будут жарить... Так ты не забудь в кострище дровишки подбрасывать. Хорошо?! Поможешь мне сполна за мои грехи ответить. Вот этим и отблагодаришь.

Соблазн свободы

Среди старообрядцев всегда были те, кто забирался в глухомань, чтобы ничем не опорочить святость. Мои знакомые с Бирюсы как раз из этой породы радикальных консерваторов. Оставшись без церквей и попов, они при малейшей угрозе бросали обжитые места и уходили все дальше и дальше в "медвежьи углы".

Но в последнее время необходимость в этом отпала. Власть их перестала преследовать. Только долгожданная свобода оказалась пострашнее антихриста. Рыночные соблазны с дьявольской изворотливостью начали уводить молодых единоверцев в новую жизнь. Сейчас среди "ревнителей благочестия" - кардинальный конфликт поколений.

Катерина, молодая староверка из Луговой, гостившая в Прилуках, скажет:

- От пережитков надо отказываться, пока не поздно. - И приведет пример. - У нас школу новую начали строить, а старики ворчат: достаточно и четырехлетки. И чтобы никаких там компьютеров не было.

Карп Иванович только глянул на нее, и разговор враз прекратился. А на следующий день Катерина была ниже травы, тише воды. Кочев разъяснил:

- Лишку сказала... Может, старое-то и надо обновлять. Но не веру! Мы еще не доросли до этого. Иначе совсем к погибели придем!

Вечером к Петру Абрамовичу приплыл на лодке его сын Петр. Я когда-то жил у него дома в Усть-Кайтыме. Тогда он жестко оценивал "мир" и отгораживался от него, как мог. А тут вижу: ничего уже не чурается. Спросил: в чем дело? В ответ - мат. А для старовера это грех страшный. Поясняет:

- Раньше идешь по тайге в райцентр, лесовоз остановится и подвезет тебя без проблем. А сейчас деньги требуют. Перед носом дверцей хлопают. Совсем ваш рынок людей испортил. А если вы так к нам, почему я должен по-другому?!

Отец помолчал, а потом сказал: "Беда подкрадывается неприметно... На других смотришь, а в себя не всматриваешься... Так и не заметишь, как вся жизнь под откос полетит!"

Олег Нехаев, Бирюса (Красноярский край)

1 октября 2004 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования