Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ГАЗЕТА.RU": За веру, царя и стабильность. Почему в России лучше праздновать 8 Марта, чем 4 Ноября


4 Ноября — праздник новый, его в России впервые отметили всего 11 лет назад. Причина его появления в принципе понятна: отмечать в качестве праздника день Октябрьской революции, уничтожению наследия которой российские власти в 1990-е и 2000-е годы посвятили немало усилий, было все более странно. В то же время отнимать у граждан несколько дней отдыха в начале ноября, к чему люди давно привыкли, власти не решились.

Именно потому, мне кажется, и была найдена эта дата. Произвольная — 22 октября (4 ноября по новому стилю) 1612 года были лишь захвачены основные укрепления Китай-города, а капитуляция польского гарнизона Кремля состоялась 27 октября (9 ноября). И отчасти алогичная — событие относилось к той самой войне, музыка Глинки к опере о которой незадолго до того перестала считаться российским гимном. Но последовательность никогда не была отличительной чертой нашей власти — и праздник учредили, а сейчас к нему даже привыкли.

Традиционно, год за годом, обсуждения вокруг 4 Ноября связаны с разного рода выступлениями националистов, «русскими маршами» и им подобными мероприятиями. Лично мне кажется, однако, что

опасность национализма в стране сильно преувеличена и не нужно принимать за него возрождающуюся и возрождаемую имперскость.

Постоянная связка с национализмом при этом переключает внимание от существенных черт самого праздника. Между тем празднование 4 Ноября как таковое вызывает в сознании минимум три обстоятельства, которые делают его, я бы сказал, более чем естественным для современной России.

Во-первых, выбор даты был «привязан» не столько к конкретному моменту, в который русское ополчение отбило у поляков главный символ отечественной государственности, сколько ко дню, в который совершается празднование Казанской иконы Божией Матери — один из уникальных для России христианских праздников. Причем праздник, учрежденный непосредственно в ходе Смуты митрополитом Московским Федором Романовым, отцом новоявленного царя и основателя новой династии Михаила Романова.

Замечу: ни в одной из стран, которые в той или иной мере могут считаться современными, религиозные праздники не становятся государственными.

А в России по сути так и случилось, учитывая, что ничего особо существенного 4 ноября 1612 года не произошло. Событие обретает куда большее «сакральное» значение, если учесть именно эту родственную связь: по сути, отмечается день, выбранный в виде особенного архиеерем, положившим начало новому царствованию и новому государству. Таким образом, не будет преувеличением утверждать, что речь идет о восславлении религиозно-государственной природы российского общества.

В 2004-м таковая могла еще не быть заметной, но сейчас сращивание государства и церкви очевидно — и потому можно сказать, что немногим более десяти лет назад власть намеком указала, в каком направлении пойдет развитие страны и где будут найдены «скрепы», на которых должна основываться ее «стабильность» в наступающую путинскую эпоху.

Во-вторых, в празднике 4 Ноября прекрасно отразились две другие черты новой России: глорификация военных успехов и отношение к Западу (и к Европе) как враждебной силе.

В 2004-м они могли быть не слишком различимы (тогда Путин по-немецки заявлял в бундестаге: «Что касается европейской интеграции, то мы не просто поддерживаем эти процессы, мы смотрим на них с надеждой») — но, видимо, лишь для тех, кто был «обманываться рад».

Военные победы — особенно в отдельных сражениях — также не становятся праздниками практически ни в одной стране.

Тем более что в России уже есть и навсегда останется священный праздник 9 Мая, который действительно отмечается по случаю спасения страны и нации от потенциального уничтожения. Польское присутствие в Москве, рискну сказать, сегодня воспринимается как намного бóльшая трагедия, чем в те времена, когда русская знать приглашала на трон королевича Владислава и выставляла ему условия, написав чуть ли не местную Великую хартию вольностей — к которой, понятное дело, у Романовых не было пиетета.

Таким образом праздник указывает на значимость российского «народного сопротивления» (я не буду даже говорить, где оно, по мнению наших властей, проявляется сегодня) и непреходящее значение изгнания из России «западных бесов» (характерно, что никаких памятных дат, связанных с избавлением от монгольского ига, в России никогда не было).

Похоже, только сегодня, в период увлеченности «ополчениями» и антиевропейской риторикой, мы можем уяснить себе прозорливость тех, что учредил новый праздник.

В-третьих, так или иначе в народном сознании праздник 4 Ноября ассоциируется с возвращением Москвы и Кремля под власть «патриотических» — я бы даже не побоялся сказать консервативных — сил. Это тоже долго оставалось непонятым намеком: ведь война с поляками не закончилась ни в 1612-м, ни в 1613 году, а продолжалась еще шесть лет.

И может показаться, что в начале XXI столетия власть обещала россиянам, что она только в начале пути к обретению желанной «стабильности», что борьба «за Россию» (с Западом, с олигархами, с внутренней предательской камарильей, и со всем другим, на что только захочется указать) лишь начинается. И что ее цель — завершить эту борьбу своей полной победой и тотальным воцарением в стране, пусть даже и не на 300 лет, как это удалось Романовым, но все же…

Сегодня, много лет спустя, сложно отделаться от впечатления, что власть примеряла этот праздник на себя, делала такое tailor-made-событие, которое прямо указывало бы на ее вечный и сакральный характер. Конечно, куда последовательнее было бы отмечать въезд в Кремль не какого-то там русского князя или посадника, а самого Владимира Владимировича — но тут понятно, дата подвела: не лишать же народ Нового года.

Однако сама мысль остается понятной: в то время как в большинстве демократических стран (к которым Россия себя пока относит) народы отмечают свержение монархии или освобождение из-под ее власти, в России празднуют ее установление и десакрализуют тех, кто боролся за ее устранение. Это указывает на направление нашего развития и, без сомнения, делает праздник особенно знаковым.

Предпочтение религиозности светскости, самобытности — универсальности и стабильности — развитию представляют собой три смысла российского национального праздника, которые мало кто смог прочитать в дни его учреждения. За исключением, вероятно, самого инициатора. Думаю, что все они не оставляют оснований для особого оптимизма по поводу исторических перспектив страны, которая отмечает его со все бóльшим и бóльшим воодушевлением.

Была ли возможность отменить празднование дня Октябрьской революции, сохранив при этом историческую преемственность и подчеркнув демократическое и европейское будущее для России? Думаю, была. Для этого следовало бы пожертвовать другим праздничным днем, который в условиях современного общества и прогрессирующей эмансипации вызывает к себе двойственное отношение. И вспомнить при этом практически бескровную и ненасильственную революцию, положившую конец имперской России — провалившейся в военном отношении, погрязшей в фаворитизме и распутстве, отсталой и экономически несостоятельной.

Революции, которая могла бы открыть совершенно новую эпоху в истории страны — могла бы, если бы сумела себя защитить. И я надеюсь, что когда-нибудь 4 Ноября исчезнет из красных дат российского календаря и заменится 8 Марта (23 февраля по старому стилю) — днем начала демократической революции 1917 года, приведшей к краху монархии и отречению императора.

Это стало бы символическим праздником всех россиян: и тех, кого поздравляют 8 марта, и тех, кто принимает подарки 23 февраля. Потому что мужчины и женщины должны радовать друг друга в любое время, а национальным праздником должен быть день, в который народ поднялся навстречу свободе. Пусть даже последняя и продлилась тогда столь недолго.

Владислав Иноземцев,

"ГАЗЕТА.RU", 4 ноября 2015 г.

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования