Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"FORBES": Сланцевая революция: почему россияне раздеваются на улицах. Новые законы, борющиеся за чистоту нравственности, ничего не могут сделать с российской распущенностью


В столице в разгаре купальный сезон. Не в Серебряном бору, не на Химкинском водохранилище, а в самом сердце нашей родины, на Манежной площади, в затейливых фонтанах Церетели между бронзовых фигур купаются молодые люди, прыгают с гранитных парапетов, курят, пьют пиво, привычно матерятся. Полиция безучастно наблюдает за происходящим в полусотне метров от могилы Неизвестного солдата. Россия культурно отдыхает.

Забудьте про гей-парады, на московских улицах разворачивается такой карнавал обнаженного тела, что Берлин со своим миллионным "Парадом любви" кусает локти от зависти.

По улицам гуляют полуголые мужчины, а если торс и прикрыт, то это легкомысленная майка-сеточка, которая из атрибута секс-шопов и мужских стриптизов вдруг стала предметом массового потребления. Когда отметка градусника переваливает за +30, раздетые мужчины появляются в метро и автобусах, заходят в магазины, чинно сидят на скамейках бульваров, радуя прохожих видом небритых подмышек и пивных животов. А впереди еще День десантника, когда московские парки и фонтаны наполнятся голыми парнями в голубых беретах, которые будут обниматься и целоваться, исполняя свои ритуалы.

Летом главной городской обувью становятся так называемые сланцы.

Когда-то давно в Москве их именовали "шлепанцами" или "вьетнамками", что справедливо указывало на их принадлежность к беззаботному миру тропической культуры. Но с эпохой перемен и нашествием мигрантов приплыло и название "сланцы" по имени города в Ленобласти, где эти самые шлепанцы изготавливались. Обувь курортников, продавцов оптовых рынков и пассажиров плацкартных вагонов, она вдруг стала модной среди разных социальных слоев, и вместе с шортами-бермудами делает всех московских мужчин похожими на строителей-гастарбайтеров, выбежавших из ремонтной квартиры купить буханку хлеба или оплатить мобильный.

В былые эпохи случались в Москве лета и пожарче нынешнего, и советский летний гардероб был неуклюж, как вспотевший управдом: сандалии с носками, полотняные белые кепки-фуражки, ботинки в сеточку (которые носят теперь, как кажется, только наши соотечественники, для коих в Италии специально шьют такие модели), рубашки с коротким рукавом, как у партийной делегации все из того же братского Вьетнама. Но никогда еще по столице не ходили как по провинциальному приморскому городу. Из города-героя Москва превратилась в город-курорт.

В России случилась сланцевая революция в дресс-коде.

Произошел радикальный сдвиг в отношении русских к одежде в публичном пространстве. То, что раньше считалось допустимым в частном обиходе, в рамках квартиры: семейные трусы и майка-алкоголичка на муже, комбинация на жене, едва прикрытая халатиком, а то и без него – явилось в общественное пространство. Нижнее белье вышло в свет, и это не только "семейники" под видом шортов, но и полупрозрачные кофточки на женщинах, открывающие все детали нижнего белья, и все более откровенные выпускные платья у школьниц, и низкая талия на джинсах, открывающая сзади полоску стрингов у женщин и резинку трусов у мужчин. Вместе с потребительской цивилизацией и рекламным беспределом в Россию пришла всепобеждающая идея комфорта. Ее лозунг: "Побалуй себя!" (с характерным ударением на втором слоге), ее главный аргумент: "А мне так удобно". Теперь у нас на публике удобно материться, сплевывать, сорить и носить нижнее белье под видом верхней одежды. Или просто проветривать свое голое тело, нисколько не заботясь о реакции окружающих.

Новые законы, борющиеся за чистоту нравственности, ничего не могут сделать с этой российской распущенностью.

Разврат совсем не в гей-парадах, не в западной литературе и не в современном искусстве, которые ставят бахтинскую "эстетику телесного низа" в рамки культурных институций, сублимируют ее и очищают; подлинная опасность для общества заключена в бытовой неопрятности, провинциальном хамстве и презрении к социальным нормам. Явление голого тела на улицах российских городов говорит не о свободе и сексуальности, не о глубинных архетипах карнавала, а всего лишь об эгоизме, атомизации общества и о распаде публичного пространства, которое задается рамками приличий и самоограничений, умением адекватно одеться в любых погодных условиях. Есть на свете столицы жарче и душнее Москвы — к примеру, Нью-Йорк или Рим, но даже в сорокаградусную жару мы не видим там на улицах толп обнаженных людей. Если взять близкую нам по духу и по уровню развития Бразилию, то полуобнаженные люди лениво дефилируют лишь в фавелах или по пляжу Копакабана, но никак не по центральным улицам Рио и не по деловым кварталам Сан-Паулу.

Впрочем, похоже, что для нас теперь образцами поведения становятся не Рим с Нью-Йорком и даже не Сан-Паулу, а Сочи — столица провинциального шика, курортной развязности, а теперь еще и олимпийского распила. Из окраины империи Сочи неожиданно становится ее смысловой осью и задает культурную норму: от Стаса Михайлова и Сергея Трофимова на правительственных концертах до обнаженных торсов на улицах и "сланцев" на ногах. С банкой пива в руке, крестом на груди и голым пузом навыкат Россия возвращается туда, откуда когда-то выбралась, — на мировую периферию.

Сергей Медведев,

"FORBES", 8 июля 2013 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования