Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ПРАВОСЛАВИЕ И МИР": Владимир Гурболиков: СМИ и логика «холодной» гражданской войны. Существует ли информационная война против Церкви? Кто ее ведет? Церковь со властью или с народом? - отвечает зам. В. Легойды


Портал "Православие и мир" продолжает серию экспертных интервью с ведущими представителями отечественной журналистики, центральная тема — происходящее в обществе и Церкви сегодня. Существует ли информационная война против Церкви? Кто ее ведет? Как ей противостоять? Где искать точки начала диалога? Церковь со властью или с народом? Отвечает Владимир Гурболиков, первый заместитель главного редактора журнала "Фома".

- Что изменилось за последние девять месяцев в отношениях Церкви и общества?

- Общества? А что именно понимается под "обществом"? Сегодня, когда в СМИ употребляют это слово, часто подразумевают именно столицы и города-миллионники. А ещё чаще — непосредственно московская интеллигенция, креативный класс, политики.

Если брать эту нашу среду, то она за это время оказалась впутана в межпартийную борьбу и запуталась в том, где кончается церковная и начинается эта самая партийная жизнь. Мы (пишу "мы", поскольку и за собой признаю это) с таким энтузиазмом живём околоцерковными страстями, что боюсь, нам уже некогда быть в Церкви.

Я уверен, что это явление столичное, то есть – не массовое. Потому что, скажем, когда в Москве выходят на митинг даже сто тысяч человек, то в соотношении с населением Москвы, а тем более страны – это (при всём уважении к протестующим) немного. Даже самые прекрасные люди, на какую бы площадь они ни вышли, на Поклонную или на Болотную, — это все-таки не вся страна.

А в стране отношения, на мой взгляд, мало изменились. Сложные они, но совсем не в том плане, как это видится из столиц.

- А если именно более подробно оценить ситуацию, которая сложилась вокруг Церкви в информационном пространстве?

- Ситуация, на мой взгляд, очень нехорошая. Цель журналистики обычно – предоставить читателю, зрителю некую информационную "правду" о происходящем. Причём, как говорят, всю "правду".

Но поскольку мы имеем дело с гигантским объёмом информации, с миллиардами ситуаций и жизненных историй, то выбор делается в пользу скандального факта. Он сродни наркотику: на него легче всего "подсадить", поскольку будирует один из главных грехов человеческих, грех осуждения.

Причём банальному грешному сплетнику журналистика внушает мысль, что он — в союзе с журналистом или блогером — не сплетник никакой, а борец, правдоруб и защитник главных ценностей. Это отвратительный обман. И своей ответственности за него часто журналистика не осознаёт.

Соответственно, в вопросах церковно-общественных отношений СМИ и интернет сыграли — в момент осложнения политической ситуации — колоссальную провокативную роль. И наиболее разумные представители средств массовой информации, судя по некоторым статьям-монологам, понимают это.

В целом поведение СМИ, увы, — это элемент логики гражданского разрушения, "холодной" гражданской войны. Ситуация на самом деле очень напоминает то, что имело место в начале прошлого века, всю тогдашнюю толстовщину и гапоновщину, мостившую дорогу большевикам. Но у нас история не в чести…

- Можно ли сказать, что в отношении Церкви существует информационная война?

- Однозначно, можно. Нападки на Церковь были вписаны в логику избирательных кампаний и борьбы против так называемого "кровавого режима". Было ясно, что неся ответственность за церковный народ, иерархи Церкви воспротивятся любому революционаризму. И как только это проявилось, прозвучал настолько слаженный залп из компромата и скандальных акций, словно одномоментно прозвучала команда "фас".

Думаю, что в этой войне есть заказ политтехнологов. И по-разному он отрабатывался всеми лагерями конфликта.

Хочу одно отступление сделать, чтобы прояснить своё личное отношение к этому всему. Я крайне отрицательно отношусь к скатыванию в революцию, хотя совершенно не идеализирую нашу власть.

Одна из проблем нашей власти в том, что в тактическом плане демонстрируя силу, она, в целом, недостаточно сильна и прочна. Слишком много огромных проблем породил распад СССР, и возможно, само сохранение и единства Церкви, и целостности России – это чудо, феномен, а не какая-то историческая данность.

Если бы мы осознали, насколько следует ценить такую ситуацию… Но человек ведь живёт сегодняшним днём, а сегодня всегда что-то не так, что-то плохо. А прошлое — оно в прошлом. И кажется, что надо уже назавтра всё разрыть до основанья, чтобы зажить по-новому. Этого не бывает, это опасно. Это и есть логика революции. И я не вижу оправданий революции, смены власти любой ценой.

Хотя я понимаю, что есть люди, в том числе и среди моих друзей, которые ратуют именно за это самое "любой ценой". Я уважаю их точку зрения, но не вижу стремления к диалогу. Хотя у меня и у тех, кто думает, как я, мне кажется, есть серьёзные аргументы в защиту нашей точки зрения. А у стремящихся изобразить власть прям-таки "кровавой" явно не хватает доводов.

Вот, вся последняя история, которую мы никак не переживём, с осуждением акционисток — ведь это та же самая работа на создание имиджа "кровавого режима". "Поработали" сми, "поработали" адвокаты (о чём уже и Максим Соколов писал, и в передаче "Человек и закон" говорили…) То, как себя в этой ситуации ведет государство, правильно или неправильно, — это тоже вопрос. В 1905 году наилиберальнейшие министры согнали в город войска и решились открыть стрельбу — но парадокс был в том, что это не были сторонники "закручивания гаек", расстрелов и железной диктатуры. Растерявшиеся либеральные благодушные люди, которые одновременно морочили голову царю и утешали друг друга, что полицейские всех уговорят. Не уговорили…

Церковь чувствует ответственность за ситуацию. Она понимает, какова страшная цена революции. Она знает о ней по опыту, пережитому сто лет назад. Мы должны делать какие-то выводы из этого опыта, либо — доказать, что Церковь поддерживает сегодня нечто ужасное. Доказательства активно ищутся, потому что людям хочется осознавать, что они борются за правое дело. Эта ошибка, и она дорогого стоит Церкви.

А сколько ошибок тактических… Я удивляюсь тому, что люди писали эти открытые письма Патриарху, подталкивая его к нарушению закона, к давлению на суд. Никто не советовался, никто не спрашивал, а как именно поступить, чтобы не пострадало дело Церкви? Еще больше усилили впечатление, что в этой ситуации главный фигурант — Церковь, что она якобы сажает кого-то в тюрьму, хотя это в корне неверно. В таких ситуациях очень трудно разбираться, все перевозбуждены, все запутались…

- Что сегодня общество хочет от Церкви?

- Уже делал оговорку: не понимаю я, что называют "обществом". Общества у нас в России сейчас как чего-то единого нет. Характерно, что вместо слова "народ" у нас фигурирует страшное для меня – "население".

Я не так давно в авторской колонке "Одно большое "никто" на сайте журнала "Фома" пытался показать, как понятия "мы" и "все" начинают приватизироваться в пользу разнообразных одногруппников: людей с одним и тем же увлечением или одинаковыми взглядами: будь то восторженное отношениие к продукции фирмы Apple или отношение к власти. Те, кто не разделяет точку зрения группы, оказываются уже не "мы", не "все", а одно большое "никто".

В том, что единого общественного сознания, к сожалению, мы не имеем, есть и ответственность власти. Но я вижу достаточно ясную позицию Церкви, которую не могу не разделять: не понимаю, какая может быть альтернатива тому, что говорит Церковь.

- Что было для вас самым печальным или радостным в обсуждаемой теме?

- Радостным мне кажется то, что за эти годы множество людей пришли в Церковь, и это заметно. При всех разделениях, это ощущается даже в нынешних спорах: значительное число людей пытается мыслить и искать позицию как бы "изнутри" Церкви. Это в любом случае крайне важно.

Порадовало, что на нынешнюю Пасху, по оценкам очень многих наших знакомых пастырей, людей пришло больше, чем когда-либо. Причем люди остались на ночную службу и подходили к Причастию.

Многие осознавали факт: Церковь стала частью нашей жизни. Это имеет и негативный оттенок, потому что для кого-то означает утрату чувства святого, сакрального. Когда много людей входит в Церковь, они приносят туда что-то свое.

Огорчает, когда люди в столице занимаются политикой, не замечая, что они этим подменили подлинную церковную жизнь. Это очень важно сознавать. "Фома" всегда старается расставить по местам эти вещи, разделить веру и Церковь от политики. Поэтому журнал считают беззубым, трусливым… Но мы будем бороться за то, что Церковь нужно воспринимать прежде себя в контексте собственной гибели или спасения, а не как еще одну поляну для партийной борьбы. Там мы все вместе — перед Богом. Все любимы им, и все больные и жаждущие.

- Вы ждете ответы на какие-то вопросы от Церкви?

- Я жду ответ на самый больной для меня и тяжелый вопрос: как мне уметь оставаться христианином. Он самый трудный в жизни, потому что, собственно, это вопрос жизни и смерти.

- Как надо или как не надо защищать Церковь? Например, от спиленных крестов, от выступлений на солее в храмах… 

- Защищать надо с любовью. Даже когда сам святой Иоанн Златоуст пишет, что позволительно ударить язычника, хулящего Христа, надо помнить, что не этим он оканчивает свое слово. Вот эти слова, они говорят сами за себя: "…Не безрассудно ли в самом деле, что если мы увидим драку на площади, то бежим и мирим дерущихся; да, что говорю я – драку? Если увидим, что упал осел, то все спешим протянуть руку и поставить его на ноги; а о гибнущих братьях не заботимся? Богохульник – тот же осел, не вынесший тяжести гнева и упавший. Подойди же и подними его и словом и делом, и кротостью и силой; пусть разнообразно будет лекарство. И если мы устроим так свои дела, будем искать спасения и ближних, то вскоре станем желанными и любимыми и для самих тех, кто получает исправление". Это — "немодная" часть очень популярного слово святителя Иоанна Сейчас есть очень опасная тенденция, когда люди думают, что действуют исходя из интересов Церкви, и ради этого могут пренебречь заповедями.

Надо ли защищать святыни? Да, надо, но не надо унижать в святынях человека и человеческое достоинство, не надо устраивать политические акции… Не надо рассказывать, что в Церкви не место интеллигентами, не место другим, третьим.

Надо любовью побеждать зло, надо оборонять и защищать свое, но не надо хамить при этом, не надо быть злыми. Для меня очень важно помнить, что здесь не политической целесообразностью все определяется, а твоим личным спасением, спасением твоей души. Именно этого Христос от тебя ждет.

Если на твоих глазах святыню оплевывают и ты стоишь, то, наверное, святыня возносится, а ты погибаешь, если не действуешь. А если ты кому-то нахамил и считаешь, что помог Церкви, то ты себе повредил. И уж точно не помог.

Я обращаю внимание, насколько в последнее время люди забывают друг у друга просить прощения, когда они вольно или невольно, а это очень часто бывает в последнее время, в спорах, обидят друг друга. Это как-то сейчас очень заметно стало. Раньше было более внимательное отношение к себе, многие люди людей думали, как бы мне не согрешить.

А сейчас, раз "я за правое дело", думают, что можно все, что угодно сказать в запале. А где христианское покаяние, где смирение, где страх обидеть? Как же тогда бороться с кощунствами? Надо посмотреть, как Христос боролся, нужно верить Его словам, а не политической эффективности.

Еще один важный момент: когда у нас исчезла однопартийность исчезла, многие люди по-прежнему оказались проникнуты партийным духом. Им нужна простая сила, на основании деления "свой-чужой". В Церкви эта партийная логика должна преодолеваться. Борющиеся группировки должны помнить, что Христос зовет всех.

В нынешней христианской полемике, в связи с общественными событиями, в отличие от проповедей Святейшего, я вообще не вижу никакого обращения к Тому, за Кем мы должны следовать. Мне кажется, что тут самая большая провокация нашего врага, заключающаяся в подмене, когда мы Церковь пытаемся превратить в очередную, удобную нам, КПСС или "Справедливую Россию", или еще в какую-нибудь партию.

Оксана Головко,

"ПРАВОСЛАВИЕ И МИР", 18 сентября 2012 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования