Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

«НОВАЯ ГАЗЕТА»: Мнимый компромисс? Салафиты из маргиналов превратились в решающую политическую силу, с которой правящая клептократия просто боится связываться


В Дагестане смертницей взорван шейх Саид Афанди Чиркейский. Это совершенно то же, как если бы в разгар войны между католиками и протестантами убили Папу Римского.

Последствия этого события – не только для Кавказа, но и для всей России – трудно переоценить. В частности, они резко повышают шанс всяких катастрофических сценариев на эту осень.

Следует понимать две вещи. Во-первых, Дагестан – очень верующая республика, в отличие, скажем, от Кабарды, где никаких мусульман в советское время не было, и, если человек уж ударяется в веру, он становится, скорее всего, салафитом. В Дагестане же очень много истово верующих мусульман традиционного, суфийского толка.

Во-вторых, этот традиционный суфийский ислам в Дагестане весь сосредоточен вокруг устаза – учителя, шейха, который является фактически посредником между Аллахом и человеком; у этого человека сотни, а то и тысячи мюридов, на которых он налагает вирд (обет), которые его почитают и слушаются во всем, пьют воду, оставшуюся от его омовения, и пр. Таким шейхом был великий имам Шамиль. В наше время таким шейхом, устазом, непререкаемым авторитетом для тысяч своих мюридов, значившим в духовной иерархии гораздо больше, чем официальный муфтий, – был Саид Афанди Чиркейский.

Если можно, я расскажу маленькую историю. Однажды несколько знакомых дагестанцев зашли ко мне домой и увидели на подоконнике стопку книг об исламе. Деловито перебрали, и: "Вот это не читай, вот это не читай, а вот шейх Саид Афанди – вот его прочти, и это единственная книга, которую тебе надо прочесть, чтобы знать всё, что надо знать хорошему мусульманину". Это я не к тому, что это хорошо: ан-Навави не читай, перевод Корана (!) Крачковским не читай, потому что бог знает что из Корана неподготовленный человек может вычитать, а прочти Саида Афанди – и достаточно.

Это я к тому, чтобы показать размер духовного влияния. Естественно, для салафитов Саид Афанди, наряду с зияратами (местами поклонения мертвым), амулетами, всякими целителями и пр., и был символом "джахилийи", язычества, в которое впали традиционные мусульмане. "Наиболее одиозный предводитель неверия в Дагестане, призывавший людей к ширку и куфру, посвятивший свою жизнь пути многобожия" – так отреагировал салафитский сайт guraba.net на его смерть.

Еще раз повторю: в религиозной войне, войне, которую салафиты, желающие очистить ислам от "языческих", по их мнению, наслоений и построить на Кавказе "Имарат Кавказ", объявили традиционному исламу и федеральной власти, что убийство шейха Саида Афанди – это как убийство Папы Римского протестантами.

Давайте называть вещи своими именами. На Кавказе идет джихад. Этот джихад подготавливался начиная с 1997 года в тренировочных лагерях Хаттаба и Басаева, где людей учили убивать и молиться. Этот джихад начался в июне 1999 года, когда отряды Багаутдина Кебедова установили контроль над горными селами Дагестана; когда на помощь Багаутдину в Ботлих выдвинулся Басаев и когда в Москве стали взрывать дома.

Первая фаза этого джихада, начатая в самой религиозной из республик Кавказа – Дагестане, – кончилась неудачей, потому что салафиты переоценили свои силы и потому что, несмотря на большое количество и твердую веру салафитов, приверженцев традиционного ислама на тот момент в Дагестане оказалось больше, и они были на стороне России. За эти 12 лет обстановка изменилась кардинально, и салафиты из маргиналов превратились в решающую политическую силу в Дагестане, с которой правящая клептократия боится связываться.

Эту войну начали салафиты. Они начали ее с попытки освобождения Дагестана от неверных и взрывов домов в Москве, и салафиты – это не просто "люди, которые по-другому молятся". Чтобы понять программу салафитов, не надо слушать ничьи пересказы: достаточно зайти на любой из салафитских сайтов и почитать тексты.

Первое впечатление: ты попадаешь в другой мир. Это мир виртуального "Имарата Кавказ". В этом мире всё иное – даты, названия, термины, в которых описывают мир его обитатели. Летосчисление ведется по хиджре, Махачкала называется "Шамилькалой", Грозный – "Джохаром", а статья о недавнем теракте в Хасавюрте, когда боевик расстрелял молящихся в шиитской мечети, называется "Вдохновение к уничтожению мушриков рафидитов".

На этих сайтах содержатся объяснения, почему каждый истинный мусульманин должен встать на джихад ("Каково положение мусульманина, который живет сегодня в кафирском государстве? Как ему правильно жить, что надо делать, чтобы не впасть в заблуждение или грех? Ответ только один – вступить в войну против куфра, выходить на Джихад, сражаясь с кафирами и мунафиками"), и рассуждения о том, почему можно убивать неверных ("кровь и имущество их нам разрешены", "убийство кяфиров есть один из лучших видов поклонения Аллаху").

На этих сайтах содержится концепция, которая является центральной для российских салафитов и которая так же необходима для понимания их мировоззрения, как концепция "диктатуры пролетариата" – для понимания мировоззрения большевиков. Это концепция оборонительного джихада. Согласно этой концепции, земля Кавказа некогда была землей ислама, и поэтому джихад, который идет на ней, – оборонительный. Участие в оборонительном джихаде, в отличие от наступательного, есть индивидуальная обязанность каждого мусульманина, а не только всей уммы. Участие в оборонительном джихаде, в отличие от наступательного, не требует согласия родителей, кредиторов и так далее. Кстати, по бен Ладену, удар по башням-близнецам – это тоже оборонительный джихад.

Еще – это мир зашкаливающей нетерпимости, с совершенно необычными для светского человека основополагающими, описывающими жизнь понятиями: "фитна", "куфр", "иман", "убивать защищающих тагут – это фард", и разъяснением разных тонких теологических вопросов: например, если муж стал шахидом, а женщина снова вышла замуж, то с кем она будет в раю – с первым, шахидом, или со вторым?

Я не подвергаю сомнению жертвенность и веру салафитов. Я нисколько не сомневаюсь, что в иных исторических обстоятельствах высокая личная мораль многих из них послужила бы отличной основой чего-то вроде протестантской этики. Но это не отменяет того факта, что на Кавказе идет джихад и что целью этого джихада является построение государства и общества, несовместимого ни с какими западными понятиями о демократии и законе. Демократия с точки зрения салафита – такое же язычество, как и шейх Саид Афанди.

Тезис, внушаемый салафитами "полезным идиотам" из числа правозащитников, о том, что "нас убивают только потому, что мы не так молимся", – не выдерживает критики. Для того чтобы понять, что это не так, достаточно читать салафитские сайты.

Тезис о том, что "мы только отвечаем на насилие государства", тоже не выдерживает критики. Шейх Саид Афанди не творил насилия. Шейх Сиражутдин Хуригский, убитый год назад, не творил насилия. 85-летний знаток Корана Абдурахман Картоев, похищенный (!) и убитый в 2009-м в Ингушетии, не творил насилия.

Александр Тихомиров, он же Саид Бурятский, полурусский-полубурят из Улан-Удэ, поехал на Кавказ делать джихад и стал там шахидом. Кто творил насилие в отношении Саида Бурятского в Улан-Удэ? Супруги-смертники Виталий Раздобудько и Марина Хорошева взорвались в прошлом году в Дагестане. Кто творил насилие в отношении этой русской пары, принявшей ислам?

В начале своего правления нынешний президент Ингушетии, Юнусбек Евкуров, желая мира в республике, под собственную ответственность освободил четырех захваченных и нещадно пытаемых в МВД молодых людей. Спустя несколько месяцев двое из них, братья Цокиевы, участвовали в подготовке на него покушения. Если салафиты "убивают в ответ", то почему братья Цокиевы убивали не ментов, которые их мучили, а Евкурова, который спас им жизнь?

С шейхом Саидом Афанди произошла та же самая история, что с Евкуровым. Стоило ему благословить примирение с легальной частью салафитов – и он был убит.

Я не сомневаюсь, что среди салафитов есть те, кто готов служить Аллаху без насилия. Я сама точно видела таких, и души их были полны и веры, и света. Компромисс – после жестоких религиозных войн – стал возможен между католиками и протестантами, компромисс, конечно, возможен и между суфиями и салафитами. Он может быть любым: хотя бы на достаточно шаткой теологической основе, сводящейся к тому, что нельзя вставать на джихад в том случае, если неверные сильнее, потому что поражение мусульман обрадует души неверных.

Но проблема заключается в следующем. Если лидеры легального крыла салафитов, которые в последнее время говорят о перемирии, и в самом деле хотят мира, им достаточно выпустить фетву, которая осуждает их лесных братьев за это жестокое убийство.

Если же они ограничатся заявлениями о том, что недопустимо срывать примирение, и намеками, что кровавая ФСБ убила шейха Саида Афанди с тем, чтобы скомпрометировать мирный салафизм, – то тогда получается, что даже легальное крыло салафитов воспринимает любой компромисс как плацдарм для нового нападения, которое вряд ли замедлит последовать в условиях бессилия нынешних властей Дагестана. 

Юлия Латынина,
"
НОВАЯ ГАЗЕТА", 5 сентября 2012 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования