Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ТАТЬЯНИН ДЕНЬ": «Черная книга» – неизвестная жемчужина самиздата.
Произведение Геннадия Русского является не только документом эпохи, но и уникальным памятником литературы


 Есть произведения, которые сложно поместить в рамки, поставить в какой-то ряд, включить в классификацию. В любом ряду "Черная книга" Геннадия Русского будет стоять особняком, потому что сравнить ее по большому счету не с чем. Кто-то найдет в повествовании отзвуки фольклора, кто-то вспомнит Ремизова и Шергина, кто-то – Одоевского и Погорельского, Гоголя и Булгакова.

Действие первой части трилогии происходит в Москве конца 20-х годов. Удивительно, что на момент создания "Черной книги" ее автор был мало знаком с творчеством Булгакова, роман "Мастер и Маргарита" тогда еще не был опубликован. Очевидно, время было такое, что описывать его в категориях реализма не представлялось возможным. Персонажами "Черной книги" в равной степени являются бесы и легко узнаваемые исторические лица от Сталина и Троцкого до Маяковского.

Одну из глав этого увлекательного повествования мы с разрешения издательства "Никея" уже публиковали на сайте.

Текст "Черной книги" воспринимается легко, но простота эта – вершина айсберга, подводную часть которого составляет энциклопедическая образованность автора и обаяние его многогранной личности, которое и сейчас, спустя годы, не оставляет читателя равнодушным. Так кто же он – таинственный автор "Черной книги"?

Немного об авторе

Родился он 18 марта 1930 года и в духе советской эпохи получил звонкое иностранное имя Генрих, позже в крещении принял имя Геннадий. По образованию Генрих Павлович Гунькин был искусствоведом, но вся его жизнь связана с литературой. Он был влюблен в Русский Север, в его природу и культуру, и посвятил этой теме несколько книг. Главным университетом Генриха Павловича была Ленинская библиотека, в залах которой он проводил долгие часы. Книжником, книгочеем, библиофилом он оставался всю жизнь, превратив, насколько это было возможно, в библиотеку и свое жилище.

Вот что рассказала Лидия Ивановна Иовлева, прожившая вместе с Генрихом Павловичем 51 год: "Это была сложная и противоречивая личность. С одной стороны, он был человек от природы очень застенчивый, но при этом любил веселье, дружеское общение. О его застенчивости хотелось бы рассказать такую историю: в конце 70-х годов мы ехали на север, по-моему, в Вологду. С нами в купе оказались две пенсионерки. Они читали желтые книжки издательства "Искусство" из серии "Дорога к прекрасному". И Генрих Павлович не только категорически отказался признаться соседкам по купе в том, что является автором книг, которые они читают и обсуждают, но и запретил это делать мне. Для попутчиц автор так и остался инкогнито, хотя ему приятно было, когда его узнавали и просили автографы".

Для Генриха Павловича, по словам его спутницы жизни, было естественно сидеть на даче и писать "в стол". Но это не значит, что он не хотел публиковаться. Когда во второй половине 60-х появился самиздат, это стало для автора "Черной книги" выходом к читателю. Но зачастую этот выход был анонимным. Самиздат был связан опасностью, это походило на игру, очень привлекательную для автора человека", который, по словам знавших его людей, всю жизнь оставался в душе мальчишкой. Он писал под псевдонимом даже тогда, когда это было необязательно, свои книги о Русском Севере он подписывал Генрих Гунн.

Умер Генрих Павлович в 2006 году в Тунисе, куда поехал движимый детской мечтой увидеть развалины Карфагена.

История издания

Впервые "Черная книга" была опубликована в 1976 году в Германии в издательстве "Посев". Тогда она была издана без имени автора

Грань между авторством и анонимностью была в самиздате того времени очень зыбкой. Когда после выхода "Черной книги" появилось и стало распространяться в самиздате ее продолжение, два рассказа из части "Соловецкое чудотворство" были опубликованы за рубежом в парижской газете " Русская мысль" как анонимный лагерный фольклор. Это –своего рода признание. Не имея личного лагерного опыта, автор смог так воспроизвести ситуацию, чтобы ее можно было принять за свидетельство очевидца.

При переиздании "Черной книги" в России произошла любопытная конспирологическая история вполне в духе самиздатовских времен. В то время редактором издательства "Столица" был известный библиофил и библиограф Петр Паламарчук, который загорелся идеей издать "Черную книгу". Он прочел книгу издание "Посева", но не имел представления о том, кто автор. И стал опрашивать своих знакомых. Достаточно быстро общий знакомый нашелся. Это был писатель Феликс Светов, который познакомил автора и издателя. В это время Лидия Ивановна, жена автора, находилась в загранкомандировке вместе с женой издателя. В командировке женщины проводили достаточно много времени вместе, но времена были еще советские, 1989 год, и Лидия Ивановна, узнав о том, что муж ее спутницы разыскивает автора "Черной книги", что называется "прикусила язык". О том, что была в поездке с женой нового автора "Столицы", жена издателя узнала только в Москве.

В 1991 году в издательстве "Столица" увидела свет вся трилогия. Это единственное издание, которое было подготовлено при участии автора. Книга вышла "советским" тиражом 50 000 экземпляров, но тогда на волне издательского бума ее появление прошло практически незамеченным.

В 2006 году книга вышла в издательстве "Мегаполис" через две недели после кончины Генриха Павловича.

Нынешнее издание, вышедшее в 2011 году в "Никее", является наиболее полным. В иллюстрациях к "Черной книге" художник Александр Смирнов, по его собственным словам, попытался синтезировать традицию русского лубка с конструктивизмом 20-х годов. Необычные иллюстрации – забавные, ироничные, фантастические и философские - вышли подстать самому тексту. "Черная книга", сейчас известная только небольшой группе исследователей и почитателей, со временем, несомненно, займет достойное место в истории русской литературы.

"Черная книга"

Работу над "Трилогией московского человека" автор начал осенью 1966 года. В начале этого года состоялся суд над Синявским и Даниэлем. Изменение атмосферы в обществе и "завинчивание гаек" многие почувствовали на себе, а с литературной судьбой Геннадия Русского этот судебный процесс был связан напрямую. С Андреем Синявским автор "Черной книги" был знаком лично, и после ареста Синявского в его бумагах была обнаружена папка с рассказами, принадлежавшими автору "Черной книги". Его личность соответствующие органы установили довольно быстро. Арестован он не был, но печататься уже не мог, кроме того, был изгнан из Союза журналистов.

"Черная книга" стала первой частью трилогии, работа над которой через несколько лет была продолжена. Вторая часть, "Соловецкое чудотворство", написана в иной тональности: возвышенная по своему внутреннему строю, по своей духовной составляющей – сага о новомучениках. Это удивительный для своего времени текст. В начале 70-х годов произведения, которое бы так мощно описывало подвиг уходящей, погибающей святой Руси, просто не было. Можно вспомнить разве что "Неугасимую лампаду" Бориса Ширяева, но она была написана раньше, в 1954 году, за границей. Борис Ширяев был любимым автором Генриха Павловича и, между ними, безусловно, есть перекличка.

В конце "Соловецкого чудотворства" персонаж погибает вместе со своими соузниками.

Несмотря на то, что хронологически повествование завершено, автор создает третью часть – "Блатные сказочки", в которую помещает рассказы, которыми автор развлекал своих блатных товарищей по несчастью. Он рассказывал им истории из уголовной летописи России, вспоминая знаменитого персонажа Ваньку Каина, но параллельно герой вел то, что можно назвать нравственной проповедью.

Егор Агафонов, редактор проекта:

"Меня потрясло соединение невероятно красивого, по настоящему русского, витиеватого изысканного языка, фантасмагорического, дерзкого, непредсказуемого сюжета, и вместе с тем, глубокой внутренней духовной наполненности этого произведения. Главной авторской удачей стал центральный образ книги – образ балагура-рассказчика. В первой части книги мы застаем его в питейном заведении на Сухаревке, где он развлекает посетителей "многосерийным" рассказом о таинственной и страшной Черной книге, за обладание которой борется московский бес.

Имени главного героя мы так и не узнаем – он остался безымянным русским человеком и самой большой загадкой "Черной книги". Сказитель – уникальная по своей оригинальности личность, московский книжник, букинист. Человек невероятно начитанный, хранящий в своей памяти множество книг, человек острого языка, замечательный рассказчик, ерник, баламут, в то же время невероятно чутко уловивший симптомы и признаки того времени, о котором идет повествование. Это удивительно разнополюсный персонаж – он одновременно молитвенник и урка, любитель выпить, он невероятный балабол, и в то же время может несколькими словами затронуть серьезные и глубокие вещи.

Некоторые страницы в книге выглядят грубовато, особенно в книге "Блатные сказочки", где рассказчик переходит на язык окружающих его людей, блатную феню. Есть в книге моменты, которые и вовсе находятся на грани дозволенного. Ерническая фантасмагория, терпкая и острая, парадоксальным образом совмещается с глубоким и строгим строем книги, который особенно сильно проявляется в финале. Если проводить музыкальные аналогии – это смешение органной музыки и блатной мелодии на трех аккордах. Казалось бы, такая полярность этических точек должна работать на разрыв, "разбивать" книгу, лишать ее внутреннего единства, но этого не происходит. Объединяет повествование именно личность рассказчика, образ, найденный автором удивительно точно. Он абсолютно искренен – и тогда, когда он балагурит за шкаликом водки в пивной на Сухаревке, и когда молится в келье на Соловках, ставшей в ГУЛаге карцером. Автору удалось коснуться глубинных свойств русского национального характера, почувствовать противоположности, которые в какой-то мере ощущает в себе каждый из нас. Банальные слова, но это действительно – очень русская книга".

Алиса Орлова, Леонид Ревин

"ТАТЬЯНИН ДЕНЬ", 15 февраля 2012 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования