Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"CIVITAS": Черный юмор в федеральном масштабе. В нынешней "реституции" присутствуют все признаки крупнейшего передела особо ценной собственности


От модного еще пару лет назад намерения осуществить "реституцию" памятников истории и культуры религиозного назначения, идеологи Московской патриархии разумно отказались. Реституция, как возврат бывшему собственнику принадлежавшего ему ранее имущества, не могла иметь отношения к Русской православной церкви, собственность которой, в отличие от всех других религиозных организаций Российской Империи, была государственной.

Нынешние оговорки о том, что государство возвращает церкви "незаконно отнятое у нее ранее принадлежавшее имущество" в самом тексте закона не присутствуют и в качестве юридического аргумента восприниматься не могут. Их несоответствие действительности всегда возможно списать на счет неточностей выражения своих мыслей выступающими с трибун или в печати, хотя грубое искажение исторических фактов сторонниками клерикализации, тем не менее, делает свое дело.

Согласно тексту закона, официально публикованному "Российской газетой", в нем оговаривается, что "передача собственности" не осуществляется в отношении имущества религиозного назначения, относящегося к музейным предметам и коллекциям, включенным в состав Музейного фонда РФ, документам Архивного или Национального Библиотечного фондов. Далее указано, что к имуществу религиозного назначения закон относит недвижимое (здания, помещения для совершения богослужений, религиозных собраний и обучения), и движимое (предметы внутреннего убранства и богослужебные) имущество. Вполне очевидно, что это - то самое имущество, относящееся к музейным предметам и коллекциям, включенным в состав Музейного фонда РФ. В ряд такого рода "имущества" попадают, например, музеи-заповедники, являющиеся памятниками истории и искусства, входящими в Музейный фонд. Входят хотя бы фресковые росписи помещений и установленные в них иконостасы с ценными иконами, выламывание которых из интерьеров невероятно. А заодно и земельные участки, в которых, разумеется, религиозная организация тоже нуждается для обустройства их с целью осуществления своей уставной религиозной деятельности.

Согласно закону, для обоснования передачи памятников религиозной организации теперь требуется просто изъявление желания такой организации получить памятник в собственность. Государственные органы обязаны ответить отделенной от государства религиозной организации в течение месяца, а затем принять все меры к тому, чтобы в течение 2-х (в особых случаях 6-ти) лет эта религиозная организация требуемую собственность получила.

Все это определено президентом Российской Федерации, излагавшим позицию руководителя религиозной организации Русской православной церкви Московского патриархата "восстановлением справедливости". "Документ свидетельствует о том, - сказал Дмитрий Медведев во время встречи с патриархом РПЦ МП, - что страна наша преодолевает тяжелые последствия и восстанавливает справедливость. Только то государство может иметь будущее, которое основывает деятельность на справедливости... Закон является результатом определенных компромиссов, так и должно быть".

В чем же заключаются "определенные компромиссы", которые потребовались отчего-то для "восстановления справедливости"?

Нетрудно заметить, что кроме заведомого нарушения Конституционного принципа светского государства с отделением религии от государства и нарушения ряда Федеральных законов, гарантирующих сохранность и неразделимость Государственного Музейного фонда РФ, "компромисс" присутствует и в самом тексте неконституционного закона. Он заключается в том, что тождественный набор признаков, определяющих группу особо ценных объекты народного достояния характеризует как то, что в соответствии с законом не подлежит передаче религиозным организациям, так и то, что должно быть передано в их собственность по тому же закону.

Таким образом, отделенное от государства клерикальное сообщество получило нормативное обоснование для продолжения той практики отторжения от народного достояния в свою собственность памятников истории и культуры, которой придерживалось с 1990 года.
Именно тогда и вышло постановление Верховного Совета СССР о введении в действие Закона СССР "О свободе совести и религиозных организациях", где говорилось о том, что "государственные органы могут передавать религиозным организациям в собственность или в безвозмездное пользование культовые здания и иное имущество, находящиеся в собственности государства", которое осталось закрепленным в новом законе "О свободе совести" 1997 года. Однако, кроме декларативности того, что государство может передавать церкви в собственность или безвозмездное бессрочное пользование культовые здания, законодательных подкреплений, касательно механизма передачи не существовало. Это обстоятельство расширяло возможности чиновничества, в том числе высшего для произвола, в результате чего раздача государственной собственности производилась на основании разного рода правительственных постановлений. Наиболее соответствующим удовлетворению интересов клерикального сообщества стало известное Постановление №490 утверждающее "Положение о передаче религиозным организациям находящихся в федеральной собственности имущества религиозного назначения", утвержденное правительством РФ 30 июня 2001 года.

На основании этого Постановления, с начала первого периода президентства В.Путина, в собственность религиозных организаций стали передаваться сотни, а в безвозмездное и бессрочное пользование тысячи объектов. При этом, в распоряжение религиозных организаций попадали, конечно, памятники истории и культуры, состояние хорошей сохранности которых являлось заслугой государства. Одновременно, существование тысяч невостребованных православных культовых объектов в разных регионах страны игнорируется религиозными организациями РПЦ МП до сих пор.

В столь широком масштабе избирательного перевода в собственность религиозных организаций наиболее ценных и хорошо сохранившихся памятников истории и культуры, присутствуют все признаки крупнейшего передела особо ценной собственности. В результате такого клерикально-властного предприятия, указанный в Конституции единственный источник власти в светской демократической России – народ, лишается наиболее существенной доли материальных памятников общенационального культурного наследия.

На фоне вступившего в силу Федерального закона " О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности" светские и клерикальные авторы этого проекта указывают в оправдание обнаруживающей свою катастрофичность ситуации, что массового отчуждения памятников истории и культуры от государства не произойдет. Это может соответствовать действительности, так как кадровыми, профессиональными и материальными ресурсами для эксплуатации и должного содержание множества ценных объектов потенциальный собственник заведомо не располагает. Однако, благодаря закону он располагает мощным правовым рычагом политического и экономического шантажа, который может быть использован им как в материальных, так и политических интересах клерикального сообщества в правовом поле светского государства.

К сожалению, эти факторы остались недостаточно осознанными в широких кругах российских специалистов в области администрирования, экономики и права, что, впрочем, никак не исключает возвращения к анализу спешно принятого конъюнктурного закона уже после вступления в силу. Гарантирующие это посредством Конституции РФ правовые механизмы существуют, и судьба последствий одной из наиболее странных законодательных авантюр постсоветской России в руках ее зарождающегося гражданского общества.

Михаил Ситников

СIVITAS, 8 декабря 2010 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования