Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
Распечатать

"ТРУД": Приют строгого режима. Протоиерей Александр Немченко собрал под одной крышей людей с надломленными судьбами


Он создал при московском храме Святителя Николая в Троекурове по благословению Святейшего Патриарха Алексия Второго единственный в России реабилитационный центр для бывших осужденных, бомжей и алкоголиков.

...В чистой, ухоженной церкви мартовское солнце играет на ликах святых, золотит лампадки и подсвечники. Служба уже закончилась. Паства разошлась. Какой-то мужчина вешает на белоснежную стену большую икону. Прошу позвать отца Александра.

- Подождите, Батя скоро подойдет.

"Батей" здесь уважительно зовут самого настоятеля. Знакомлюсь с необычными прихожанами. У каждого, как на зоне, кличка. К примеру, Коля-Американец получил свое прозвище за то, что хотел переехать с семьей из Украины к родственникам в США.

- В ожидании визы жил с женой и двумя малышами на Киевском вокзале в Москве, - рассказывает Николай. - А заокеанские родичи в последний момент поставили условие - стать членом секты пятидесятников. Без этого, мол, не приезжай. Но я ведь православный - отказался.

Оставшись без денег и надежд, Николай пришел в этот храм. Адрес подсказали добрые люди. Теперь Коля-Американец - правая рука настоятеля. С удовольствием показывает мне второй этаж храма, где вовсю идет ремонт. Строительные и восстановительные работы выполняют обитатели реабилитационного центра, который они сами называют общиной.

А вот и Батя. Крепкий, спортивного вида священник благословляет меня. Идем в небольшой домик, где живет настоятель. У ворот храма стоит, понуро опустив голову, высокий мужик весьма живописной наружности.

- Опять видел тебя пьяным. Наказание продляется до Пасхи, - строго говорит священник. И поясняет мне:

- У нас в центре сухой закон. Никакой выпивки, никаких наркотиков. Нарушителей правил предупреждаю три раза. Сначала наказываю как бы от себя, потом ото всех, а третий раз - от имени Церкви. Это самое строгое наказание. Сане я запретил появляться в общине до Пасхи. Без строгости с такими подопечными никак нельзя. Да, моя рука не только благословляет. Иногда трудно сдержаться, могу и приложить. Потом переживаю, молюсь. Если не прав - а бывает и так, - прошу при всех прощения. Был один случай. В общине какое-то время жил бывший афганец. Как выпьет, становится неуправляемым и страшно вспыльчивым. Хватает опасную бритву и гоняется за всеми. Как-то он и на меня с бритвой полез. Пришлось его вырубить... Он лежал несколько дней, ничего не ел, я даже стал побаиваться, что помрет. У меня сердце плакало, я просил у Бога прощения, хотя виноват был он. Когда прыгнул на меня, ничего не оставалось, как "перекрестить" его по-русски...

Батя и так может, он - мастер спорта по вольной борьбе. Вечером старается обязательно попасть на тренировку. Сейчас постигает искусство боевого самбо и русской рукопашной борьбы. А во дворе у домика настоятеля сооружен "спортзал" - два столба с прикрепленными к ним боксерскими лапами.

- В детстве я жил в интернате для трудновоспитуемых, - вспоминает отец Александр. - Каждый день - драка. Занятия спортом помогли мне не скатиться вниз, да и характер закалили.

Контингент прихожан еще тот. За десяток лет в храм обратилось порядка тысячи "джентльменов удачи". Первым постояльцем был Толик Троекуров. "Троекуров" - естественно, кличка. Бывший подводник, призер первенства СССР по вольной борьбе волею судеб стал бомжем. На флоте получил большую дозу облучения. Он умер здесь, в центре.

Сейчас в общине - 50 человек. Наступит тепло - многие уйдут. Это обычное дело. А осенью вновь потянется вереница тех, кто захочет пережить зиму в тепле и в молитве.

Задача центра, по словам отца Александра, в том, чтобы те же вчерашние бомжи смогли адаптироваться к нормальной жизни. Беда, считает настоятель, что мы не обращаем внимания на этих людей. Главное - любовь и терпение. А в центре реабилитации одной из первых фраз вчерашние бродяги и зэки слышат такую: "Считайте, что вы пришли домой". И это действительно так.

Батя никого не заставляет молиться и отстаивать службу. Все - добровольно. Но к Богу так или иначе обращается каждый из постояльцев. И все они по уставу центра должны трудиться. Убирают улицы, сметают снег с крыш, выполняют строительные работы. Люди постепенно меняются - открываются лучшие стороны их души.

- Здесь мне очень нравится, - признается бывший осужденный Олег. Он отсидел за "колючкой" в общей сложности 24 года. Преступления совершал самые разные, в основном кражи. - У меня ведь между сроками воля была недолгой: от двух недель до полугода. А в общине я уже девять месяцев. Это самое лучшее время в моей жизни... Здесь отвечаю за наших рабочих, таких же, как и я сам. В моем подчинении - 40 человек. Впервые за много лет почувствовал, что нужен людям, что со мной считаются. Организатор из меня вроде неплохой. А работы я никакой не боюсь - в зоне всему научился: и тапочки шить, и лес валить.

В общине мне рассказали, что Батя в первую военную кампанию ездил в Чечню. Тогда настоятель решил освятить разрушенный храм Архангела Михаила в Грозном. Военные отговаривали. Боевики предупредили: мол, любой священник, который появится у храма, получит пулю. Батя угроз не испугался. Побывал и на передовой. Ходил, не сгибаясь, чем страшно удивлял федералов... А вот у стен родного храма отца Александра ждало жестокое испытание. Пару лет назад на пастыря совершили покушение.

- Кому-то не нравилась моя деятельность по организации центра реабилитации. Выжить мне помог Бог и спорт. Бандюки напали неожиданно. Били бейсбольными битами... У меня было тяжелое сотрясение мозга. Я узнал потом, кто эти отморозки. Всех нашел, привел к покаянию. Некоторых судили. Дали условный срок по моей просьбе. Я благодарю Господа, что он мне дал силу подняться и приносить пользу.

В 2000 году отца Александра за создание уникального реабилитационного центра наградили высшей международной юридической наградой "Фемида". Для обмена опытом в общину приезжали специалисты из Франции, Испании. Подобный центр уже создан в ЮАР. Батя очень сожалеет, что среди подражателей этого благого дела нет никого из России. Хотели его наградить и в российском ГУИНе. Но потом извинились: мол, их медаль только для священников, служащих в колониях и тюрьмах. Для таких подвижников, как Батя, наград еще не придумано.

- Молиться легко, когда страна здоровая, - говорит собеседник. - А если процветают алкоголизм и наркомания среди подростков, нарушение закона, коррупция, то священнослужителю приходится быть одновременно и председателем колхоза, и производственником, и строителем, и педагогом, и тренером.

На территории храма есть и свое подсобное хозяйство. И даже небольшая ферма - кролики, козы, свиньи.

Сами "тертые" прихожане стесняются прошлой жизни. Не называют фамилий, не очень-то рассказывают о себе. Разные это люди. Но очень дорожат тем, что имеют сегодня.

Сергей Таран 15 лет отдал гражданской авиации. До сих пор скучает по полетам. Вспоминает, как на Ан-26 возил грузы. По состоянию здоровья ушел в охранники. Нынче реставрирует храм и очень рад этому, ведь такая работа, по его словам, тоже связана с небом. В Военно-Воздушных силах долгое время служил Михаил Степанов, он же Ленин. Кличку получил за внешнее сходство с вождем мирового пролетариата. Анатолий - Дедушка - воевал в Карабахе. В прошлом военный связист, теперь вот при церкви. В Туле у него живут дочка и внук, две сестры, племянник.

Наравне с мужчинами в общине трудятся женщины. Наталья готовит еду. Библиотекарь с высшим образованием, она попала в зону в Риге на четыре года. Когда освободили, приехала в Москву к дяде. Он умер, и Наташа осталась без жилья. После долгих мытарств случайно узнала об отце Александре. Здесь уже пятый год.

Многие обитатели центра нуждаются не только в куске хлеба и крыше над головой. Батя помогает, если надо, получить регистрацию, найти работу. Стараниями настоятеля гражданином России стал, к примеру, Фабиан Эзэокана - сын короля нигерийского племени ибу. Принц учился в нашей стране на экономиста. За торговлю наркотиками загремел сначала в Бутырку, а потом в зону для иностранцев, что в Мордовии, где и принял православие. В тюремной больнице, рассказывает Фабиан, ему было видение Богородицы. Именно она, считает принц, спасла его от страшной болезни. И парень решил посвятить себя служению Богу. Священник сначала доверил Фабиану склад со стройматериалами, а затем уже и церковную казну. Недавно темнокожий брат обзавелся семьей и теперь работает прорабом на одной из подмосковных строек.

Не всем удается окончательно перебороть зло. Бывает, что бывшие члены общины вновь попадают в тюрьму. И оттуда шлют отцу Александру покаянные письма. Пишут, как тяжела жизнь в "тюряге", вспоминают с большой благодарностью, как к ним относились в центре. Клянут сами себя за то, что не смогли "завязать".

...В будущем году храму Святителя Николая в Троекурове исполнится 300 лет. В советское время он был и складом, и заводом. Обветшалой, без колокольни - такой предстала церковь перед отцом Александром в 1992 году. Священник взялся за реставрацию. Сейчас в мастерской при храме бывшие зэки выпиливают иконостас.

Настоятель мечтает открыть здесь духовную семинарию, чтобы готовить священников для постоянного служения в тюрьмах и колониях. В семинаристы он хотел бы принимать и тех, кто пришел к вере через страдания и покаяние.

Качаева Иоланта

26 марта 2003 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования