Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
Распечатать

"ЖИЗНЬ": Воскрес в могиле. Он слышал, как на крышку его гроба бросают землю


ИГУМЕН Петр Кучминский ожил в мо­гиле. Он видел свои похороны со сто­роны. Кладбище, заплаканных лю­дей.

Чрево могилы и гроб рядом с ней. И себя в нем - свое заледеневшее лицо, окаменевшие веки. Видел, как его, мертвого, накрыли крышкой. Но страха не было - только блаженство и радость.

Люди брали по горсточке земли, бро­сали на опущенный в могилу гроб. Вдруг он услышал, как падают комья. И в ту же секунду почувствовал, как с хрипом и болью ворвался в легкие воздух, как бе­шено заколотилось в груди сердце.

Доски свежеструганого гроба проломи­лись, словно вековое гнилье. Люди бро­сились врассыпную с криками ужаса:

- Покойник восстал!

Игумен Петр Кучминский живет под Москвой, служит духовником Свято-Екате­рининского монастыря в городе Видное.

К корреспондентам "Жиз­ни" батюшка отнесся при­ветливо. А мы все медлили, боясь задать главный во­прос: правда ли то, что раз­несла о нем людская молва? Отец Петр сам прочитал его в наших глазах.

- Про воскрешение хоти­те узнать?

- Да. Говорят, что вы из могилы восстали...

- Это так. Но есть ли нуж­да печатать об этом в газе­те? Я монах, мне шумиха ни к чему...

- Мы и прежде писали о людях, переживших смерть. Их откровения помогли многим поверить, что ду­ша бессмертна. Вот снимки этих людей, посмотрите.

Батюшка долго рассма­тривал фотографии. Вгля­дывался в лица - такие раз­ные и так похожие выра­жением глаз. Добрым, сми­ренным, очень глубоким. У игумена Петра точно та­кой же взор. Взор человека, который знает, что там, за гранью смерти. За чертой, где будет каждый из нас...

- Расскажу вам про свою судьбу, - сказал наконец ба­тюшка. - Не для своей сла­вы — во славу Божию...

Смерть

- Умер я осенью 1942 го­да в местечке Плещеницы Логойского района Минской области, - игумен Петр про­изнес эти слова обыденно и просто. Так, что сразу стало ясно, что для него смерть - не конец, а всего лишь порог.

- Тяжкое время было: ок­купация, голод, тиф. Мои одноклассники помирали один за другим. Меня то­же болезнь скрутила. Ноги ослабли так, что ходить не мог. Дома в тот день была только сестра Рената. Ощу­щение приближения смер­ти помню явно, во всех де­талях. Сначала похолодели пальцы.Потом холод по­полз вверх, к сердцу. Я чув­ствовал, как оно замирает. Попросил сестренку поло­жить меня на печку. Она ед­ва затащила меня туда. Ле­жу на горячих кирпичах. Но теплее не стало - тело как морозом сковало. Шеп­чу Ренате:"Худо мне, со­всем худо, помираю..."

Сестра сбегала за сосед­кой. Вернулась - я уже язы­ком едва ворочаю. Попросил свечку в руки дать. И знал, где ее взять, хотя прежде ни­когда не видел тайничка, где мама в доме хранила церков­ные свечи. Свечи, спрятан­ные на смертный случай, ле­жали за матицей - балкой, на которой крепился потолок. Это знание появилось в голо­се само собой, словно извне. Сестра достала из-за матицы свечу, вложила мне в руки. Мои пальцы уже судорогой свело. Началась агония, по­мерк свет. Почувствовал, что проваливаюсь в черноту.

Блаженство

- Сколько прошло вре­мени - минута или час - не знаю. Но я вдруг увидел свое тело. Удивился силь­но: глаза закрыты, а все вижу! Увидел, как к моему телу из ниоткуда прыгнули огромные черные кошки.

Как пантеры. Шесть с одной стороны, шесть с другой. И жар от них пышет, про­сто печет! Тут две девушки в белом возле головы моей появились. На головах вен­чики, в руках колокольчи­ки. Позвонили - и кошки убежали. Странно мне было видеть, что сестра и соседка всего этого не замечают...

Я не чувствовал, как ка­тилось время. Для меня его уже не существовало. Так же, как и пространства. Я был в своем доме - и везде. Видел огромное синее небо. А на нем золотыми буквами церковно-славянской вязью загораются слова: "Господи, воздвигни силу Твою и при­ди во еже спасти нас!" Уже потом, когда я стал взрос­лым, отыскал эти слова в церковных книгах. А тогда не знал и не мог знать. Радость в душе появилась - слов таких нет, чтобы ее описать. Блаженство, чув­ство единения с Господом. Моей душой Бог вещал...

Похороны

- Смотрю, как тело мое обмывают, как обряжают в белую рубашку с пояском, как надевают черные шта­ны, носки. Мама слезы льет, по волосам меня гладит - и мне ее так жалко! Соседи подходят к гробу, крестят­ся, за мою душу молятся. И я знаю, чья молитва до­ходит до Господа, а чья нет. Потом, спустя много лет, я вновь пережил то чувство слияния с Господом. Малую толику его, но об этом по­том...

...На третий день хоро­нить понесли. А я все это вижу как бы со стороны. И пение слышу с небес. Неко­торые голоса узнаю — это мои товарищи по школе, которые умерли. А с Зем­ли плач доносится: мама, сестра и братья рыдают. Я удивился - зачем плакать, ведь мне так хорошо! Ни­чего не болит, на душе ра­дость и покой. Молоток за­стучал: крышку гроба за­бивают, а мне все это — как музыка. Потом горсточки земли люди стали в могил­ку бросать. Они шелестят по гробу, как дождик по крыше дома. И мне это так приятно...

...Вдруг все, что было во­круг, исчезло. Словно уда­рило меня что - и ощутил себя опять в теле. Дышу, крикнуть пытаюсь. А во­круг - мрак, теснота. Упер­ся коленками и руками в крышку гроба...

Продолжение в следующем номере.

Григорий Тельнов

14 марта 2003 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования