Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
 Распечатать

"ИСЛАМ.РУ": Кризис идентичности в исламском мире


 Исторический фактор в оценке современных проблем исламского мира обычно рассматривается походя и поверхностно. Однако причины многих сложных моментов могут уходить корнями в далекое прошлое. Без этого понять суть кризис идентичности, тормозящего развитие уммы, невозможно.

В 7 веке н. э. последователи хариджизма устроили резню множества мусульман и немусульман. Они были причастны к убийству четвертого праведного халифа Али (да будет доволен им Аллаха), который был двоюродным братом и зятем Пророка (мир ему). Эта известная своей нетерпимостью секта принимала буквальное прочтение каждого слова в Коране и обосновывала этим легитимность своего правления.

Хариджитов позднее сменили Омейяды в 661 году, которые захватили власть силой и без поддержки широких слоев общества, которой пользовались ранние правители Халифата. Они правили огнем и мечом, за исключением периода нахождения у власти Умара ибн Абд аль-Азиза (да будет доволен им Аллах).

В течение 81 года нахождения у власти этой династии, Омейяды укрепляли свою власть посредством искажения многочисленных хадисов Пророка Ислама (мир ему) и описаний примеров должного управления Халифатом, а также вводя в заблуждение улемов своей интерпретацией Корана и других священных текстов. В 750 году Омейяды были свергнуты династией Аббасидов, которые правили до 1258 года.

В эру Аббасидов арабы и мусульмане в целом достигли наивысшего цивилизационного расцвета. Они смогли передать греко-римскую философию западному миру. Однако в то же время среди мусульман возникли различные мелкие группы, идейные доктрины которых полностью противоречили мировоззрению большинства, - они пытались насильственным образом насаждать их в исламском обществе.

В эту эпоху также возник ряд аналитических инструментов, таких как кыяс (или аналогия), которые повлияли на правильность интерпретации мусульманских текстов в контексте места и времени их применения. Таким образом, в различных частях исламского мира начала формироваться новая культура юридического мышления, следуя которой исламские правители стали основываться в своей политической практике на анализе текущих проблем с перспективы исторического понимания текста.

В период существования как Могольской, так и Османской империй, правители порой прибегали к жестким методам подавления оппозиции, что еще более укрепляло своеобразный менталитет, определявшийся одномерным видением мира и предполагавший один единственный подход к решению тех или иных проблем. Такая позиция было достаточно далека от той, что указана в Коране, призывающем людей к свободному мышлению и в целом определяющим себя как Книга для тех, кто думает и рассуждает.

Этот образ мышления, возникший и воспроизводившийся подобным образом в течение многих сотен лет, получил свое конечное воплощение в форме интеллектуально замкнутых, нетерпимых и пуританствующих групп в XVIII-XIX веках, которые значительно развились и окрепли в XX веке. Тем не менее, здесь следует отметить, что исторически такие группы представляли меньшинство в умме. Подобно всем экстремистам, они эксплуатировали Ислам посредством навязывания обществу своего прочтения Корана и избирательного применения логического инструментария, подчас крайне устаревшего, для интерпретации истории.

Таким образом, сочетание исторического фона, столетий интеллектуального и социального застоя и недостаток мобильности элит за много поколений привели к возникновению такого культурного багажа, который порождает проблему радикализма. В результате произошло искажение некоторых из наиболее важных исламских ценностей, таких как терпимость, этика добропорядочности и сосуществования культур, а также усилилась социальная инерция в обществе.

Кризис общества в целом проник и в пределы семьи, породив вполне реальный риск задержки развития подрастающего поколения. В процессе воспитания личности недостаточно уделяется внимания вопросам детства.

Полиция и спецслужбы также выполняют роль угнетателей. Действия большинства политических сил зачастую основываются на принципах диктатуры и отрицания, которые в наибольшей степени проявляются у власть предержащих, в результате чего в некоторых арабских странах все общество пребывает в состоянии страха и постоянной борьбы.

В подобной атмосфере не существует такой вещи, как другое мнение. Те, кто находится у власти, могут легко использовать силу для удушения свободы и уничтожения ее сторонников. Тем временем, лишенные этой власти прибегают к оскорблениям и демонизации другого.

Каждое общество становилось жертвой радикальных форм насилия в различные периоды своей истории. В мусульманском мире насилие и экстремизм распространялись под видом национализма и коммунизма. Сегодня эти злодеяния рядятся в одежды Ислама, будучи подстегнутыми силами извне. Насилие очевидно является вневременным социальным феноменом, поражающим все человеческие общества: Африка (Руанда), Южная Америка (Колумбия), Юго-Восточная Азия (Восточный Тимор) и т. д. Арабский мир в данном случае не стал исключением.

Если конфликт между правительством и оппозицией разрешается, то сразу же возникает конфликт между самими членами оппозиции, начиная с крупных групп и в итоге затрагивая малые группы и отдельных личностей. Такая повсеместная конфронтация обычно приводят к страданиям невинных людей, что в итоге разъедают социальную ткань общества.

Недавняя межплеменная война в Афганистане, продолжавшаяся со времени вывода советских войск из этой страны в 90-е годы, стала ярким отражением того печального состояния, в которое погрузилась страна, лишенная всех своих ресурсов. Энергия живущих в ней людей была истощена, что проявилось в раздробленности общества.

Если исследовать арабское общество еще глубже, мы рискуем обнаружить пресловутое "осиное гнездо", а именно застой общественной мысли, отсталость и отсутствие самокритики. Механизмы, позволяющие наладить систему "сдержек и противовесов" попросту отсутствуют, как отсутствуют какие-либо институты по диагностике, изоляции и исправлению общественных дефектов.

Самокритичный подход развитых обществ представляет собой коллективное раскаяние их народов и их коллективного сознания, который позволяет им обнаруживать и искоренять причины этих социальных ошибок. Примером тому может быть дело об убийстве чернокожего подростка Стивена Лоренса в Лондоне, которое вызвало бурное негодование общественности. Социальные институты и существующие в них механизмы оформления жалоб сделали возможным вынесение общественного осуждение полиции за ее халатность. Последствия этого инцидента заставили власть предержащих задумываться о своем отношении к делу и своем поведении.

В арабском мире расизм не является частью ближневосточного характера, но в нем существует слишком мало институтов, которые борются с общественным злом, что обусловлено вождистской концепцией государства и дисбалансом в отношениях государства и общества. На деле, идея государства в большинстве мусульманских стран основывается не на современной структуре - оно развилось из племенной системы и покрыто лишь тонким налетом современности.

Презрительное отношение к чаяниям народа создает социальную атмосферу, в которой творческая активность человека постепенно удушается. Мы видим полностью обездвиженное общество, члены которого живут в вакууме с четко очерченными границами. Эти факторы в совокупности с отсутствием четкого мусульманского руководства, затыканием ртов большинства людей и социальным застоем, естественным образом приводят к появлению и росту замкнутых, нетерпимых и пуританствующих групп.

С социологической точки зрения, пуританские группы, или группы, утверждающие собственное превосходство, подобно другим крайним меньшинствам, не будут принимать научную логику языка диалога и дискуссии, как это принято в демократических обществах. С их точки зрения, не существует никакого иного языка, помимо борьбы с Другим, и желания тотальной власти, которое отвергает любые отклонения от "единственно правильного курса".

Навязывание неоспоримой истины означает, что никакие переменные величины неприемлемы в подобном обществе, как все новое или неизвестное, поскольку все решения уже были приняты заранее и все проблемы были решены в контексте жесткой бихевиористской идеологии. Для промежуточной позиции не остается никакого места, поскольку для крайних элементов оказывается сложным адаптироваться к изменениям – особенно когда дело касается их культуры – и принять на вооружение новые идеи. Их сопротивление увеличивается с каждым этапом происходящих в обществе изменений.

Кризис идентичности

Социологические параметры мусульманского общества могут быть определены лишь на чисто поверхностном уровне. Однако для более полного понимания этой ситуации нам необходимо исследовать проблему идентичности в исламском мире в целом.

С начала XXI века личность и – в определенных пределах – национальная идентичность в мусульманском мире оказались в кризисе. Эта ситуация могла возникнуть как по причине внутреннего конфликта между прошлым и настоящим, так и по причине все более расширяющейся пропасти между тем, как мусульмане видят самих себя, и реалиями их жестко устроенного мира, или же постоянного конфликта между внутренними и внешними силами.

Человеческая идентичность формируется в результате взаимодействия разума человека и его поведения. Это означает, что идеи, зарождающиеся в сознании, проявляют себя в поведении человека, и изменяющаяся реальность подкидывает человеку вызовы и проблемы, которые стимулируют его разум к ответу на них новыми идеями. Таким образом, происходит постоянное обновление изменяемого состояния континуума.

Результатом этого становится то, что идентичности начинает состоять как из постоянных, так и из переменных элементов. Примером постоянных элементов является бытие человека как мусульманина как в наше время, так и пятьсот лет назад.

Имя Ахмад, например, давалось мусульманским мальчикам тысячу лет назад и ранее, поскольку оно было принято в мусульманском мире в качестве одного из многих имен благословенного Пророка (мир ему), и используется по сей день. Набожный мусульманин обязан молиться пять раз в день также, как и его единоверцы тысячу лет назад. С другой стороны, переменными величинами, представляющими изменения в окружающей мусульман среде, является еда, одежда, технология, география и информация.

Если разум человека статичен или слишком жесток, то его поведение соответственно также жестко, и если реальность не меняется, то не меняется и его сознание. Таким образом, исчезает взаимодействие разума и реальности, являющееся источником идей, что порождает идентичность, обладая которой человек рассматривает мир лишь в черно-белых тонах. Одномерная идентичность с одними лишь постоянными или фиксированными элементами не способна или не желает работать с изменяющейся реальностью.

Кризис в идентичности указывает на проблемы в разуме и реальности, а также в их взаимодействии, что приводит к состоянию нарушения связей между рациональностью, логикой и эмоциями. Разум, способный к изменяющемуся и гибкому мышлению, является необходимым условием для установления гармонии в том случае, когда проблемы рассматриваются со временно-пространственной перспективы.

Взгляд мусульман на самих себя тяготеет к идеализированной концепции своей идентичности в качестве завершенного продукта, чем чего-либо, к чему следует еще стремиться. Иными словами, проживая в воображаемом мире, где "как есть" подменяется "как должно быть", мусульмане не достигли еще полной идентичности.

Их идентичность все еще находится в процессе развития, поскольку само мусульманское общество, к сожалению, развивается очень медленно. Отдельные аспекты национальной идентичности у других народов все же постепенно освобождают дорогу влиянию массовых коммуникаций, масс-медиа и глобальным силам и влияниям.

Концепция идеализированной неизменной идентичности, поддержанная жесткой ментальностью (как продуктом истории) и использование устаревших логических инструментов создает идею "самого чистого Ислама". Эта концепция порождает идентичность, придающую святость и аутентичность символам прошлого.

Реальное и сакральное оказываются смешанными с воображаемым, и во всем этом ощущается глубокая ностальгия. Отсутствие демократических инструментов и нормальных каналов для выражения идей освобождает путь политическому или догматическому мышлению, основанному на концепциях "они" и "мы".

Эти пуританские группы приобретают некоторую популярность благодаря социальному застою, кризису идентичности мусульманского мира и жестокой реакции правительств на их подпольную деятельность. Однако, когда эти идеи поднимаются на поверхность, они неизбежно входят в конфликт с мнением большинства. Тем самым, радикальные группы манипулируют населением для того, чтобы навязать им свою версию истины, с целью утверждения своей власти как над мусульманами, так и немусульманами.

Давление со стороны внешних сил (иностранных, западных, глобальных и т.д.) на внутренние факторы статичной ментальности и неспособности переварить и породить новые идеи заставляет углубиться в самого себя (интроверсия). Однако мусульманское общество может также реагировать физически на внешние силы (экстраверсия) в качестве механизма самозащиты для сохранения статус-кво.

Иными словами, для того, чтобы отстоять свое достоинство и указать на внешнюю угрозу, оно готово подвергать себя опасности для восстановления утраченной самооценки. Такой образ поведения формирует общество, которое интровертно в своем сознании, но экстравертно в своих действиях в реальности.

Хотя проблемы, перед которыми стоят мусульманские общества, застигнутые кризисом идентичности, огромны, также имеется и немало возможностей их разрешения. Мусульманским мыслителям необходимо иметь четкое видение концепции идентичности, которая требует тщательного изучения и дискуссий для избрания подходящих инструментов и программ для формулировки идей. Существует насущная необходимость в динамическом мышлении в этой области для распространения такой культуры в мусульманском обществе.

Для того, чтобы мы получили возможность разрешить бросающиеся в глаза противоречия исламского мира, необходима объективная самокритика нынешних реалий жизни мусульман, а также интерпретация исторических и социальных проблем во временно-пространственном контексте.

Доктор Наджа Кадим, исполнительный директор Международного форума исламского Диалога (IFID) и старший преподаватель Лондонского университета
IslamXXI / "ИСЛАМ.РУ", 6 сентября 2007 г.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-19 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования