Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
Мониторинг СМИАрхив публикаций ]
Распечатать

"ИNАЧЕ": Суфий с русского севера


Беседа редактора журнала ИNАЧЕ Вадима Штепы с Мустафой Абу Ахмадом Ар-Руси (Олегом Стародубцевым), координатором Исламского призыва в Карелии.

Из автобиографии: Меня зовут Олег Станиславович Стародубцев. Я - русский. Приняв Ислам, я избрал для себя новое имя - Мустафа, а после того, как 25 июня 2001 года у меня родился сын, меня начали называть по кунье: Абу Ахмад. Я родился 30 сентября 1965 года в г. Москве в семье художников-"шестидесятников". Ислам я принял по милости Аллаха летом 1992 года, путешествуя автостопом по Южному Казахстану. В 1995 году я совершил "хиджру" - переселился в столицу Карелии - город Петрозаводск с целью проповеди Ислама среди русских и карелов. Некоторое время я возглавлял небольшую мусульманскую общину, сформировавшуюся вскоре после моего приезда - главным образом из творческой интеллигенции: именно эта часть населения Петрозаводска оказалась наиболее восприимчивой к Исламскому призыву. По вероисповеданию я - мусульманин-суннит, приверженец маликитского мазхаба, суфий тариката Тиджанийа. По профессии - высококвалифицированный мастер-переплетчик. Веду обширную переписку с русскими мусульманами, живущими в других регионах России.
 

Вадим Штепа - Исламский мир, как известно, возник в 7 веке по Христианскому летоисчислению. Если применить здесь теорию Л.Н. Гумилева о "разном возрасте цивилизаций", то его нынешнее бурное состояние вполне может напомнить "молодость Европы" - Средневековье с его ярким расцветом религиозных орденов и неудержимой социальной подвижностью. Не в этом ли состоит одна из главных причин цивилизационной разницы Ислама и Запада? 

Мустафа Абу Ахмад - Такая этнологическая оценка на мой взгляд слишком завышена. Сейчас исламский мир (не Ислам как таковой) можно уподобить солидному человеку с брюшком, с трудом пытающемуся взобраться на верблюда. Исламский мир был молод в эпоху, скажем, халифата Аббасидов и Омейядов, простиравшегося от Испании до Китая. Когда в 1924 году Мустафа Кемаль Ататюрк низложил халифат, никто этого, кажется, даже и не заметил. Нынешнее состояние исламского мира я бы скорее охарактеризовал как глубокий сон, даже летаргию. Подтверждением этого может служить сам факт существования более 20 арабских государств, где лишь в единицах Ислам имеет статус официальной религии. Причем ни одно из них нельзя считать преемником халифата. 

- А как же Иран с его знаменитой Исламской революцией, так удивившей в свое время весь окружающий мир, привыкший мерить социальные события по плоской "лево-правой" идеологической шкале? 

- Исламскую республику Иран я оцениваю лишь как неудачный опыт, нечто вроде совершенно нежизнеспособного гибрида исламского шариата с демократическим республиканским строем. 

- Но разве власть аятолл, богословов, говоря традиционалистским языком, "жрецов", можно назвать такой уж "республиканской"? 

- Это некий аналог византийского двуглавого орла: одна голова - демократически избранный президент, другая - эти самые аятоллы, которые вообще непонятно откуда берутся, так как не существует никакого вразумительного принципа их инициации. По-моему, это своего рода "религиозная мафия" - в хорошем смысле слова, конечно. 

- Хорошо, не будем углубляться в проблему шиизма, тем более, как я понимаю, ты к этому исламскому направлению не принадлежишь. "Вразумительный принцип инициации" существует, очевидно, лишь в суфизме. Расскажи о тарикате Тиджанийа, который ты представляешь.

- Тарикат Тиджанийа, возникший сравнительно недавно – в XVIII веке – занимает по отношению к другим тарикатам то же положение, какое Ислам занимает по отношению к другим религиям: это "печать", то есть логическое завершение. Основатель и эпоним нашего тариката Сиди Ахмад ат-Тиджани (да будет доволен им Аллах!) был удостоен особой милости – возможности постоянно видеть пророка Мухаммада (да пребудет с ним мир и благословение Аллаха!) и имеет особый статус - "хатму ль-аулийа", "Печать святых". Более подробную информацию о тарикате Тиджанийа можно найти на моём сайте http://tijaniya.narod.ru. 

- Учитывая это множество духовных течений и тарикатов, можно ли сегодня вообще говорить об Исламе как о чем-то цивилизационно едином? 

- На этот вопрос я отвечу словами великого мусульманского святого Хасана аль-Басри. Когда его спросили, что такое Ислам и кто такие мусульмане, он ответил: "Ислам - в книгах, а мусульмане - в могилах". Вот такую оценку современного ему состояния исламского мира дал человек, живший более тысячи лет назад, человек, которому посчастливилось лично встречаться со сподвижниками пророка Мухаммада (да благословит его Аллах). Стоит ли пояснять, что с тех пор положение вряд ли стало лучше. Исламский мир сегодня - нечто бесконечно далекое от идеала, определенного Кораном и Сунной. 

- Что-то уж больно пессимистично... Все-таки наблюдая, даже сквозь кривое телезеркало, за жизнью в исламском мире, нельзя не заметить куда более ярко выраженной религиозности в обычной жизни, чем, скажем, в христианских странах. Одна картина обхода сотен тысяч людей вокруг Каабы во время хаджа чего стоит. Генон, который считается виднейшим традиционалистом, неслучайно наверное предпочел духовную насыщенность Ислама теплохладному европейскому Католичеству... Да и Хантингтон в своем "Столкновении цивилизаций" изображает Ислам как одну из наиболее значимых глобальных сил XXI века... 

- Прежде всего, по поводу употребленного тобой понятия "христианские страны" необходимо сделать небольшую оговорку. Насколько мне известно, не существует ни одной страны, в которой Библия имела бы конституционный статус, воспринималась бы как "основной закон" - а думаю, что только такое государство можно было бы именовать в полном смысле слова "христианским". Ты же наверное, не Афон и не Ватикан имел в виду? "Европейская христианская цивилизация" - это иллюзия, там люди называют себя христианами лишь по инерции. Единственное отличие Ислама, заставляющее Хантингтона и подобных ему теоретиков делать такие оценки, заключается в  том, что в нем развита сфера социального законодательства (шариат), которого в Христианстве изначально вообще не было. Впечатление "более ярко выраженной религиозности" Ислама создается тем, что Сунна четко регламентирует повседневную жизнь и требует максимального соответствия тому человеческому идеалу, который выражен в личности пророка (да благословит его Аллах). 

- Несмотря на то, что Ислам считается одной из главных "мировых религий", в нем, в отличие от Христианства, присутствует только один сакральный язык - арабский, определенные единые стандарты одежды и т.д., что резко диссонирует с мировым многообразием народов и культур. Нет ли здесь опасности для Ислама превратиться в некий аналог Иудаизма, рассчитанного только на один народ? 

- Если бы Ислам действительно содержал в себе такую опасность - стать религией "избранного народа" - это бы уже давно произошло. А так все многообразие культур, охваченных Исламом, никуда не делось. Арабский действительно единый сакральный язык в Исламе, язык для общения с Богом, язык культовых практик. Но это вовсе не означает, что он вытесняет все остальные языки из повседневной жизни. Напротив, по мере распространения Ислама среди неарабов, арабский язык естественным образом принял на себя роль языка межнационального общения - такого же, каким сейчас искусственно пытаются глобально сделать "American English". 

- Здесь возникает один парадоксальный вопрос - а не является ли исламский мир основным проводником и утвердителем глобализации? Но глобализации иной, параллельной и альтернативной, свободной от привычного "европоцентризма", который до недавнего времени проявлялся повсюду - в политических и экономических идеологиях, в стандартах информации и культуры, даже в академических исследованиях, которые понимали под "мировыми процессами" исключительно те, которые происходили только в европейском мире... 

- Вообще-то здесь было бы нелишне обратить внимание на то, на каком фундаменте во многом возник сам этот "европейский мир" - вспомнить и арабское слово "алгебра", и готическую архитектуру... А в целом на этот вопрос можно ответить предельно кратко: да, является. Только вместо "макдональдсов" на главных площадях будут мечети. Вот и вся разница. 

- В таком случае не превратится ли исламская цивилизация в глобальный аналог Запада, диктующего свои "единые стандарты" всему остальному миру? 

- Есть смысл задать встречный вопрос о происхождении этих "единых стандартов". Те, которым следуют мусульмане, в корне отличаются от пропагандируемых на Западе. Если первые даны самим Богом, то вторые - "пепси-пейджер-эмтиви" - вообще непонятно откуда взялись... Ведь речь идет не просто о каких-то товарах, но о том, в чем люди видят смысл своей жизни. 

- Западный либерализм часто создает своим оппонентам имидж "врагов свободы", хотя сам является крайне нетерпимым к действительно ИНОМУ выбору, загоняя весь мир в рамки своих "политкорректных форматов". Есть ли в Исламе альтернативная, способная своей широтой преодолеть западную, трактовка свободы? 

- Акт принятия Ислама заключается в том, что человек добровольно признает себя рабом Аллаха, подчеркиваю - не "становится", а именно признает это как факт, глубоко его осознает и соглашается с ним. Тем самым он отрекается от любого другого вида рабства - которое на Западе и предлагается под видом "свободы". Хотя все эти навязчивые атеистические медиа-стандарты и являются наихудшей формой рабства. В Исламе же главная свобода состоит в том, что любой грех может быть прощен, а доброе дело обязательно будет вознаграждено. Причем это не какой-то механический "закон кармы", а проявление милости Аллаха. 

- Гейдар Джемаль сейчас много пишет об извечном противостоянии "традиции пророков" и "традиции жрецов". Как бы ты мог это прокомментировать? 

- Правильное соотношение между этими двумя традициями предельно лаконично и ясно выражено в символе креста. Вертикальная ось символизирует нисхождение Знания, осуществляемое через пророков, горизонтальная - его сохранение и распространение, что является функцией ученых-богословов, иначе говоря - "жрецов". В исламской традиции это соотношение выражено в хадисе: "Сказал посланник Аллаха (да благословит его Аллах): ученые - наследники пророков". Эта символическая "горизонталь" по определению исключает всякую иерархию. А в наше время, когда, согласно догматам Ислама, пророческая традиция завершена (Мухаммад (да благословит его Аллах) является "печатью пророков"), мы, увы, часто сталкиваемся с тем, что "жрецы" превращаются в некую самодостаточную иерархическую структуру. 

Особенно наглядно это заметно на примере официальных "исламских" структур в России - "духовных управлений мусульман", "муфтиятов", "мухтасибатов" и т.п., построенных по чисто бюрократическому принципу. Так что я совершенно солидарен со своим братом в Исламе, другом и учителем Гейдаром Джемалем, который своим реальным духовным и интеллектуальным авторитетом противостоит всевозможным "чиновникам от Ислама". 

- Подобное "структурное перерождение" касается не только Ислама - Православие в лице московской патриархии ныне тоже глубоко поражено бюрократической язвой... Но если между нашими религиями провести "позитивную" параллель, то настоящий Ислам удивительным образом окажется близким поморскому староверию, также опирающемуся на "традицию пророков" и отрицающему жреческую (поповскую) иерархию. В библиотеке Выгореции еще два с лишним века назад неслучайно, наверное, хранился "Алкоран, или закон магометанский"... В чем сегодняшняя специфика Ислама на Русском Севере, где представителей традиционно "мусульманских народов" мало, но интерес растет? 

- Именно факт отсутствия здесь "мусульманской диаспоры" создает исключительно благоприятные условия для проповеди Ислама, потому что люди здесь могут получить неискаженные этими "религиозно-бюрократическими" структурами сведения о нашей традиции. Именно эта чистота восприятия, свойственная жителям Карелии, и подтолкнула меня несколько лет назад к бегству из московского Вавилона, где Ислам уже давно прибрали к рукам и разделили на сферы влияния всевозможные "управления", сюда, на Север, где с интересующимися людьми тогда ещё можно было говорить, не опасаясь дурацких вопросов вроде: "Ты за кого - за Равиля Гайнутдинова или за Талгата Таджутдинова?"

После того, как в Петрозаводске всё же возникла аналогичная бюрократическая структура – Духовное Управление мусульман Карелии – я обратился к её руководству с открытым письмом, в котором напрямик высказал своё нежелание каким-либо образом участвовать в деятельности этой, с позволения сказать, "Олонецкой мусульманской епархии". "Чиновником от Ислама" я становиться не намерен. Моё "духовное управление" – это Сам Аллах! 

- В общем, такая буквальная "Ориентация - Север"? 

- Да, и в некотором смысле такой выбор действительно можно уподобить исходу из падшего "Третьего Рима" староверов, которые, на мой взгляд, являются носителями подлинной православной традиции. 

- Джемаль сейчас также много говорит и о "политическом исламе", пытаясь сочетать его со своими метафизическими взглядами. Но как по-твоему, возможен ли сейчас "политический ислам" как духовно адекватное явление - в условиях, когда в массовом восприятии он изрядно дискредитирован всякими Бен Ладенами и Басаевыми? Вообще, что говорят суфии о политической реализации вообще, и в частности, о современной политике?

- Отвечать на этот вопрос от имени всех суфиев – ответственность, которую я не имею права на себя принять. Скажу лишь одно: политическая деятельность требует состояния внутреннего покоя и отстранённости – того, что психологи называют "третьей позицией", то есть состоянием "неотождествлённости" с ситуацией. Именно это состояние, в котором политический деятель может правильно оценивать обстановку и правильно действовать, и достигается при помощи суфийской психотехники.

- Интересен вопрос о взаимоотношении Ислама с другими традициями. Он особенно обострился после того, как талибы взорвали статуи Будды в Бамеане. Известный московский анархист Алексей Цветков прокомментировал это на мой взгляд абсолютно точно: "Закрытые глаза, полуулыбка, полное равновесие и покой, воплощенные в камне, означают, с талибской точки зрения, "мир без выхода" или спящую и снящуюся себе реальность, "запертую внутри себя", не тронутую спасающим и тревожащим лучом Откровения, т.е. культуру, классику, самодостаточность и сансару, от которой, кстати, и пытался избавить Будда своих учеников. "Изображение" Будды – невозможная и бесполезная для избавления вещь прежде всего с точки зрения первоначального пафоса самого Буддизма. В этом хорошо разбирался Юкио Мисима, написавший "Золотой храм", и русские великаны-большевики, пустившие по ветру Храм Христа Спасителя для того, чтобы их внуки-пигмеи скидывались на восстановление"... 

- Я приятно удивлен такой, довольно редкой в наши дни, здравой оценкой действий талибов. То, что для так называемого "цивилизованного человечества" представляется "бесценными памятниками мировой культуры", для талибов, и вообще для мусульман - просто камни. Как совершенно справедливо заметил Цветков, талибы осуществили то, что должны были бы сделать сами буддисты. Хорошо известно, что в первые века существования Буддизма существовал строжайший запрет на изображения Будды. Либо религия и культура живы и актуальны - либо они ничего не стоят и являют собой ветхий хлам. 

- В связи с этим как бы ты мог охарактеризовать отношения Ислама и современной культуры? Здесь может быть только противостояние или возможен тот самый "эзотеризм под маской популярности", о котором писал Генон? 

- Сама постановка вопроса подразумевает, будто бы Ислам и современная культура - нечто разное и даже взаимоисключающее. Если "современной культурой" называть дебильный западный масскульт, то разумеется эта несовместимость присутствует. Хотя Ислам с его всегда актуальным и буквальным восприятием Откровения представляет собой далеко не "музей древностей". Можно назвать многих деятелей мировой культуры, на которых он оказал немалое, иногда даже не осознаваемое ими самими, духовное влияние. Поэтому для меня сам Ислам как таковой и является "современной культурой"... 

- Однако же современная культура в ее общепринятом значении тебе также не чужда. Вот недавно мы говорили с тобой о Кустурице. На мой взгляд, один из лучших югославских, да и мировых режиссеров. "Андеграунд" - просто шедевр, жаль, что историю России ХХ века никто из наших режиссеров не догадался так показать. А ты еще про его концерт рассказывал...

- Концерт Эмира Кустурицы и его "No Smoking Orchestra" в ГЦКЗ "Россия" - самом, пожалуй, жлобском концертном зале лужковского Вавилона - это событие, о котором я могу рассказывать бесконечно! Представь себе: билеты по 1000 рублей, Дибров - руки в карманы - в роли конферансье, публика - соответствующая, бритые затылки, золотые цепи, сотовые телефоны - и тут выходят на сцену ребята в каком-то застиранном разноцветном тряпье из "секонд хэнда", и начинается ТАКОЕ!!! К концу концерта все эти дяденьки в зале отплясывали, размахивая своими мобильниками над головами: это была настоящая антибуржуазная, антиглобалистская акция! Вообще, я лучше просто назову тебе несколько имён - тех представителей современной литературы и искусства, которых я считаю настоящими суфиями: в кино после смерти Тарковского и трагической гибели Ларисы Шепитько это, естественно - Эмир Кустурица, в музыке - его верный дружок, такой же сараевский панк - Горан Брегович; стоит, на мой взгляд, упомянуть и о том, что великий джазовый саксофонист Джон Колтрейн был мусульманином и суфием; что же касается литературы - это прежде всего наш соотечественник, потрясающий русско-таджикский писатель Тимур Касимович Зульфикаров, а также чувашский поэт - я бы сказал "чувашский суфий" - Геннадий Айги. А самым суфийским из всех суфийских поэтов - ты, наверное, удивишься - я считаю Владимира Владимировича Маяковского.
 
Петрозаводск, декабрь 2002 года

Опубликовано в журнале "ИNАЧЕ", # 5, 2003 год


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования