Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Краткое сказание инока Нила о преосвященном Амвросии, митрополите Белокриницком. [древлеправославие]


...Инок Павел, путешествуя по разным державам, прииде в Австрийское государство. Тамо на месте, именуемом Буковина, обрете себе единоверных христиан, жительствующих в четырех селениях, коим таковая наименования: Белая Криница, Климоуцы Мехидра и Соколницы. Инок Павел, во-первых, вопрошал о Христе братию свою, с которых времен они зашли туда, и по какому дозволению от правительства жительствуют...

Выслушав их, инок Павел нашел, что по данному им царскому указу на независимое право религии и священства, возможно, будет в среде их водворить и епископа, которого он избран отыскивать. А потому он и поселился в существовавший еще до его прибытия у них монастырь в Белой Кринице, и размышляя, как начать дело ходатайства пред правительством о дозволении водворить епископа, и где еще оного взять. Он приходил в большое недоумение, прилежно молился Богу и призывал на помощь великого помощника в нуждах святителя Николу Чудотворца. И по некоем убо времени в сонном видении является ему великий чудотворец святитель Христов Никола и утверждает его на дело Божие, сказуя, яко на сие от Бога время определенное приближалось, и оное исполнить тебе жребий дан бысть, и аз буду тебе на всяком месте помощник. Инок же Павел, пробудившись, почел сие быти простым сном. Потом в другую нощь паки является ему тоежде видение. Но он, и сему не уверившись, почитал такожде за благоприятный сон. Таже в третию нощь, стоящу ему на обычном правиле своем, и прилежно молящуся к Богу, очевидно, уже стал святитель Никола пред ним в голубой крещатой архиерейской ризе, держа во единой руке церковь, а в другой меч, и грозно ему рек: "Не буди противен Божию Промыслу, Бог повелел мне явно стать во уверение ти, и аще будеши еще сумнителен, меч, егоже видиши, поразит тебя".

От сего чудесного видения инок Павел страхом и радостию объят бысть, и от ужаса не могий стояти паде на землю. А великий чудотворец Никола невидим бысть. Сию тайну сам отец Павел объявил пред кончиною своею, благоговейнейшим инокам: Савватию, Ипполиту и ближайшему другу своему Нилу, которым пишется настоящее сказание, и оное чудесное явление святителя Николы, бывшее отцу Павлу, возвещается православным христианом для прославления имени Божия. Но аще кто посомнится верить сему, то буди с ним милость Божия. Обаче советовали бы мы таковому послушать, еже рече преподобный Нил Сорский, сице глаголя: "Аще кто потщится в дело Божие, наипаче благодать вразумляет и помогает ему от ныне до века. А непроизволяющих, и инех в безнадежие приводящих и глаголющих, яко ныне древних дарований дар от Бога не бывает, нарицает сих прельщаемы и прельщающе инех. Нецыи же ни слышати хотят, аще есть благодать в нынешнее время, (то) сии от многого нечувствия омрачени" (1).

Мы же на предлежащее повествование обратимся. По таковом чудесном явлении отец Павел, уверившись совершенно о могучем быть ему поспешении, решился просить австрийское правительство, чтобы позволено было буковинским старообрядцам приискать, где они могут и водворить у себя епископа. Правительство в удовлетворении просьбы его затруднялось, поелику в среде оного оказались лица овые благоприятствующие, а овые препятствующие его предприятию. Вследствие чего и было немало разного рода правительственных комиссий, то есть следствий по месту жительства просителей, ово за всеобщее всех старообрядцев согласие к прошению о епископе, а ово за существование и состояние монастырское; и даже не удовольствовавшись одним словесным объяснением, правительство требовало, чтобы Белокриницкий монастырь сделал и представил ему полное изложение монастырского Устава, с подробным описанием жития и всех догматов веры староверческой религии. Это было в точности исполнено. Инок Павел написал целую книгу Устава монастыря Белокриницкаго, и с переводом оного на немецкий язык представил правительству.

Но в то время один из высокопоставленных самодержцем лиц представившихся к нему просителей, иноков Павла и Алимпия, вопросил: "Чего вы себе ищете?" И, получив от них ответ: "Хотим отыскать себе епископа", - показал им руку свою и укорительно сказал: "Когда на ладони сей волосы порастут, тогда и у вас будет епископ, разве только я жив не буду".

От сих жестоких слов отцы Павел и Алимпий сперва было оробели и отчаялись надежды получить просимое. Но потом, припомнив писанное, яко всякое доброе начинание без искушения не бывает, призвали Бога на помощь и осмелились о сем просить самого самодержца австрийского, и 12 июля 1843 года лично подносили ему свое прошение и при нем Устав Белокриницкого староверческого монастыря, что самодержец принял от них весьма благосклонно, и обещал им милость свою, чем они, обнадежившись, благодарили Господа Бога, и ко иным правительственным лицам ходатайствовать о поспешности своего дела обратились. И по устроению Промысла Божия, один из царских писарей, прозываемый Дворачек, взошел о них в великое сожаление, но только не мог он без задержки пустить в ход дело их, по причине оказавшегося им упомянутого недоброжелателя, почему и советовал им потерпеть ожиданием удовлетворения просьбы своей впредь до благополучного случая.

Но верно время, предопределенное Промыслом Вышняго, дать нам старообрядцам епископа своего уже настояло. А как сему не хотел быть живым зрителем упомянутый недоброжелательный к делу отцов Павла и Алимпия чиновник, то к великому удивлению сих, он чрез три дня после произнесения им вышеупомянутых жестоких слов, по суду Имеющего власть над животом нашим и смертию, вдруг скоропостижною смертию помер. После сего дело наших отцов пошло своим порядком без всякого задержания. Они вскоре получили высочайший указ, иметь какового они приищут себе епископа, независимого ни от какой духовной власти иных религий, и со оным, при великом уповании на Божие им поспешение, пошли по вселенной отыскивать такового епископа, который благоволил бы принять вполне святоцерковное благочестие.

Сначала сии отцы Павел и Алимпий в монастыре своем отпели всенощное бдение храму Покрова Пресвятыя Богородицы, и молебен великому чудотворцу святителю Николе, и при окончании сего во всеуслышание всей церкви произнесли таковую речь к Богу: "Господи, аще на пользу будет дело, начинаемое нами, устрой и помози, а не на пользу - сократи, Господи, на пути живот наш". И с таковым словом вышедши из церкви, отправились в предположенный путь, несомненно веруя оному евангельскому гласу: просите и дастся вам, ищите и обрящете, толцыте и отверзется вам (Мф. зач. 20). Они сперва обращались в Грузию, Сербию, в Славонию, Далмацию и Черную Гору, ища, не существует ли где еще епископов вполне православных. Ибо о существовании таковых на многие места молва обносилась. И вообще все религии верующих во Христа обозревая, но не находя епископов вполне православных, они более обращали свое воззрение на греческую церковь...

Они многим греческим архиереям делали предложения о принятии полного церковного благочестия, и хотя не вдруг, но по Божию наставлению, нашли и могущего на сие соизволить. Бывши в Царе Граде, они встретились здесь с одним безместным митрополитом - Амвросием, показавшим пред другими более сочувствия на их предложения. Поставив сие себе в замечание, они еще предполагали, не обрящется ли где, помимо цареградской патриархии, епископ удобнейший к принятию во святую церковь. Но обойдя Иерусалим, Антиохию, Александрию и другие многие подлежащие сим патриархиям места, они не нашли нигде вероисповедания лучшего цареградской патриархии, и другого епископа, к принятию всецелого святоцерковного благочестия, удобнее митрополита Амвросия. А потому и возвратились паки к оному, и со всевозможным убеждением призывали его присоединиться к единству святоцерковному. И насколько осмотрительно Амвросий митрополит уверялся о древлецерковном благочестии, настолько испытно и отцы наши удостоверялись о трехпогружательном его крещении и о невоспрещении ему священнодействия, что продолжалось времени около двух месяцев. Наконец, когда Амвросий письменным предложением был убежден во истине святоцерковного благочестия, и по правилам святых отец присоединиться ко оному окончательно соизволил, по особенному на то Божию побуждению, которое, как сам Амвросий нашим отцам объявил, было такового рода: когда он, Амвросий, был сильно занят размышлением о предложении наших отцев, и во едину нощь, легшу ему опочити и еще не уснувшу крепким сном, но токмо с размышлением своим забывшуюся несколько, вдруг предстал ему в великой славе некий священнолепный муж и сказал: "Что томишься нерешительными помыслами о добром ти предложении? - Тебе подобает оное исполнить и, наконец, от русского царя пострадать".

 Тогда Павел и Алимпий просили Амвросия, чтоб он сделал им основательные уверения за свои: трехпогружательное крещение и не воспрещенное от патриарха ему священнодействие, чем бы они могли и братию монастыря своего удостоверить, и всей церкви свидетельствовать, чтобы никто за сие не имел сомнения. На что Амвросий во удовлетворение своего трехпогружательного крещения представил нашим отцам два Потребника греческих: один -печатный еще прежде его рождения, а другой - недавней печати, и показывал им, что в обеих книгах равно повелевается погружать крещаемого, и еще от греческой же печатной в 1800 году Симеона Солунского с листа 97 представлял им вопросоответное толкование такового содержания:

Вопрос: Почто младенец весь в воду погружается?

Ответ: Того ради, что исповедует Христово во гробе положение.

Вопрос: Почто из воды вон выводится?

Ответ: Того ради, яко исповедует Христово от гроба воскресение.

Вопрос: А почто трижды погружается?

Ответ: Того ради, яко исповедует Христово тридневное погребение и воскресение. А кто по человекоугодию или за мзду окрестит младенца инако, то давый мзду жидовин, а приявый Иуда. И аще власть узнает о том, что священник осуждается лишением звания.

И затем за себя объяснял, что он о своем трехпогружательном крещении потому положительно уверен, что родной отец его был священник и ревностнейший исполнитель закона церковного (2). А потому и не мог он меня, сына своего, крестить никак иначе, кроме как повелено в Потребнике. И в особенности в крещении бдительность у нас наблюдается потому, что крещенных обливанием наша церковь не почитает и крещенными. Но если кто от обливанцев пожелает принять сея единство, то, как вовсе некрещенного, снова перекрещивает. И во уверение всего этого он поцеловал пред нашими отцами икону Христа Спасителя...

Относительно же своего священного сана Амвросий так объяснялся... [Оставшись] в числе безместных архиереев на содержании от патриархии, без всякого воспрещения при удобных случаях ему надлежащих по сану священнодействий. В подтверждение последнего Амвросий даже при бытности Павла и Алимпия получил от патриарха предписание на совершение божественной литургии за упокой одной грекини христианки Анастасии и, наконец, свидетельствовался тем, что патриархом приглашается всегда к соборным с ним сослужениям. Последнему свидетельству, как Амвросий приглашался в соборныя сослужения патриархом, в бывшие около Пасхи торжественные службы, и сами Павел и Алимпий были очевидцами, чем более и были удостоверены в подлинности Амвросиева за священный сан объяснения.

У Павла и Алимпия с Амвросием митрополитом в посредстве переговоров и убеждений участвовали сын Амвросия Георгий и переводчик серб Константин Уфимович, которые и сами изъявляли согласие на религиозные убеждения отцов Павла и Алимпия. И по сделанному от последних обещанию на обеспечение приличного им содержания, соизволили вместе с Амвросием путешествовать в пределы государства австрийского, на жительство в Белую Криницу при староверческом монастыре, и назад не возвращаться.

При отправке из Царя-Града Павел и Алимпий стали просить Амвросия митрополита, чтобы он на отлучку его к ним не брал благословения от патриарха для того, чтобы чрез сие не произошло смущения в наших собратиях старообрядцах, которые, как уже не безызвестно вам, из бывших к вам наших объяснений, за содержание нововодств все вообще удаляются от благословения патриарха.

Поэтому Амвросий уже и не объяснял патриарху цели своего отбытия, но только при последнем свидании с ним испросил его позволения, для развлечения скуки проехаться по неким морским островам. Потом Амвросий уже не гласным, но скрытным образом отправился с нашими отцами - Павлом и Алимпием (3). Когда по реке Дунаю они прибыли в город Тульчу, на встречу им собралось до пятисот человек старообрядцев от жительствующих там казаков Некрасовцев и иноков Славского скита, игумен коих отец Макарий и отец Аркадий Лаврентьевский хлеб-соль подносили Амвросию, где он побывши немного дней и с своими спутники паки по Дунаю отправился прямо в столицу австрийскую - город Вену представиться лично земли тоя самодержцу и испросить от него позволения на жительство в его подданстве и святительское занятие его в Белой Кринице, по данному им указу староверческому населению в Буковине.

Представление это пред самодержцем с поднесением всех о себе документов Амвросием исполнено было благополучно. К нему оказано было от высочайшей особы всемилостивейшее благоволение. Только в удовлетворении просьбы его повелено было подождать, дондеже будет сделана справка о нем к Константинопольского патриарха. Потом оный самодержец приказал консулу своему, пребывающему в Константинополе, навести справку в патриархии, как за действительность сана Амвросия, так и за честность его поведения. И так консул словом своего самодержца вопрошал об Амвросии у патриарха. Патриарх хотя сему и почудился, что Амвросий только на острова просился, а потом уже в Австрийской земле явился, обаче, не зная его намерения поступить к старообрядцам, письменно засвидетельствовал о действительности сана митрополита Амвросия и честном в его жизни поведении. По получении сего самодержец принял Амвросия в свое подданство и утвердил его в должности Белокриницкого митрополита. Итак, Амвросий с разрешения самодержца приехал в назначенное ему место - Белую Криницу 12 октября 1846 года, где был торжественно встречен многочисленным собранием христиан. Водворясь в Белокриницком монастыре, он сперва при посредстве переводчика своего рассматривал книги, по которым старообрядцы возносят Богу славословие, и приучался к обрядам во оных изображаемым и священные молитвы говорить русским языком.

А между тем отцы Павел и Алимпий приглашали собратий своих старообрядцев, как своих австрийских, так и из соседних держав, Турции и Молдавии, на собрание для обсуждения, како примирити к единству святоцерковному обратившегося митрополита Амвросия. Вскоре приидоша из Молдавии из Мануйловского монастыря настоятель с братиею и скитскими старцы; из города Ясс христианского общества депутаты, и из других мест иноки и мирские в бесчисленном множестве. Тогда и день недельный 28 октября того же 1846 г., в церкви Покрова Пресвятыя Богородицы составися собрание, на коем, но опасном рассмотрении правил и событий святых отец, относящихся до принятия святителя, неции, чтобы не отяготить совести приходящего святителя к единству церковному, более справедливым находили примирить его трети-им чином. Но большая часть, боясь того, чтобы пред Богом не погрешить и свою братию, не присутствующую на сем собрании, не соблазнить, говорили, что по силе 8 правила Первого Вселенского Собора и всеобдержному обыкновению, существующему повсюду у старообрядцев на принятие приходящих от российской церкви, лучше будет вторым чином принять и Амвросия митрополита. Наконец все собрание пришло к такому заключению: предложить митрополиту Амвросию, для принятия его в единство святоцер-ковное, второй чин миропомазания. И аще он сие не тяжко вменит и произвольно на сие совесть свою преклонит, то будет знамением, что так угодно есть и Божией воле. - Но аще он сим предложением на много отяготится, тогда и мы все сомнение наше отвергнем, и согласно 95 прав, шестого Всел. собора третьим чином принятие ему учиним. И наконец вси бывши на соборе единодушно возгласили: воля Божия да будет тако. Потом священноинок Иероним предложил собору, дабы сотворить всенощное бдение святителю Николе чудотворцу, яко да ходатайством его поможет им Бог совершить столь великое дело, на что вси с радостию соизволиша.

На утрие же после всенощного бдения настоятель монастыря отец Геронтий с некоторыми из инок вниде в келию митрополита, и благоговейно с должным убеждением предложили, дабы его преосвященство в настоящий день соблаговолил посредством второго чина, чрез миропомазание его, присоединиться ко святой древлеправославной церкви. Митрополит же, выслушав это предложение, и на должное ему по правилам святых отец чиноприятие наконец вполне соизволил, и повелел начинать часы к божественной литургии. Сам же, облачившись в святительскую мантию, со всем усердием прииде в церковь, сотвори обычный начал и, обратись к народу, поклонился. Потом облачился во вся святительские одеяния и взыде на амвон, где были поставлены два аналоя: на одном был Потребник, святое Евангелие, и честный Крест, а на другом выписанный из по-требника чин отрицания от ереси греческими буквами на русском наречии. По сторонам аналоев стояли со свещами два пономаря иноки: Нил Лаврентьевский (писатель сего сказания) и Никодим Мануйловский. А напротив Потребника и Евангелия в полном священническом облачении священноинок Иероним (4), а за ним полна церковь предстоящего народа. И ту ста противу царских дверей, нача Амвросий русским наречием читать велегласно во услышание всей церкви, також: аз, Амвросий митрополит, прихожду ко истинней православней Христовой церкви, проклинаю вся бывшие ереси, и все прочее поряду.

По окончании отрицания и проклятия его всех ересей, священноинок Иероним отверзе ему во алтарь внити царские двери и одесную престола его постави, совершаше над ним таинство миропомазания с громким возгласом требующихся ко оному приглашений. В это время пономарь инок Нил напомнил отцу Павлу: "Как же, отче, не будет ли в том, яко митрополит миром помазует-ся, какого сомнения. Ибо при нем во алтаре только один помазующий его священник. И кто же еще после сему будет свидетель?" Павел в ту же минуту взял от народа трех человек, ясских почтеннейших депутатов Никифора Понкратьева, Иакова Железнякова и Логина Андреева, и введши их северными дверьми во алтарь, просил быть свидетелями совершающегося над митрополитом таинства миропомазания, где они и смотрели до окончательного совершения оного таинства, и потом митрополит исповедывался священноиноку Иерониму по чину.

По скончании исповеди, священноинок Иероним отворил царские двери, и вышед на амвон, пристойно поздравил многолетно сиротствующих чад святыя церкви с законным примирением святителя к ея единству, и объявил им достоинство митрополита. Та-же Амвросий, по обычаю святительскому прием в руки трикирий и дикирий (трисвещие и двусвещие), изыде царскими дверями, благословяще народ прямо на церковь и по сторонам на клироса. Певцы же пели по гречески: исполла эти деспота, что значит: многая лета ти владыко. Посем священноинок Иероним, взем благословение от митрополита, начат святую литургию, и совершалось святительское чинослужение по уставу и вси благочестивыя из глубины душевныя с радостворными слезами возсылали благодарение Господу Богу, явившему людям своим новому Израилю милость свою попремногу. По окончании же божественныя службы вси, бывшие ту в церкви христиане, с подобающею честию и песнопением проводили до келий митрополита, и он пред входом в келию благослови сопровождающих его и всех отпусти с миром.

Итак, Амвросий митрополит, присоединившись ко святей древлеправославней церкви, и увидя в ней крайнюю нужду во священнослужителях, и по долгу святительства своего, как бдительный архипастырь, немедленно стал изыскивать достойноспо-собных лиц и рукополагать во священнослужителей. 1 ноября инока Евфросия рукоположи во иеродиакона. 3 ноября настоятеля Белокриницкого монастыря инока Геронтия рукоположи во иеродиакона и чрез одну седьмицу 13 ноября рукоположи во священ-ноинока. 22 ноября инока Иоасафа постави во иеродиакона. 24 ноября постави во иеродиакона Арсения, а Евфросина рукоположи во священноинока. 6 декабря настоятеля монастыря священноино-ка произведе во архимандрита, 10 декабря иеродиакона Иоасафа рукоположи во священноинока в Мануйловский монастырь в Молдавию. 25 декабря инока Кирилла постави во иеродиакона. 1 января 1847 г. иеродиакона Кирилла рукоположи во священноинока. 6 января 1847 г. священноинока Кирилла при многочисленном собрании христиан, торжественно хиротониса во епископа Маиносскаго и наместника новоустроенной Белокриницкой митрополии. Избрание же сего наместника было еще 14 ноября по жребию из трех человек: священноинока Геронтия, казначея Нифонта иргизскаго, и белокриницкаго вдового уставщика Киприана Тимофеевича, на которых представлены были митрополиту по всеобщему духовных иночествующих и мирских людей согласию запечатленныя жребия, которые прием митрополит и положи во алтаре на святый престол и соверши всенощное бдение, и молебен храму Покрова Пресвятыя Богородицы. Взявши един жребий от престола, предаде иеродиакону, чтобы прочел оный на амвоне. Иеродиакон, открыв печать жребия, и возгласи во услышание всей церкви тамо написанное: промысл Божий избрал во архиерея раба Божия Киприана, который, нечаянно услышавши это, поражен был великим страхом, так что от трепета всех членов своих паде на землю, не моги стояти. Но митрополит подошедши, благослови его, и певцы многолетние ему воспеша. Посему убо, когда он собрался с духом и был в полных чувствах, убежден был повинутися воли Божией. На другой же день пострижеся во иноки с наименованием Кирилла, о посвящении которого, хотя и кратко, но сказано уже выше. А здесь дополним только тем, что о поставлении наместника митрополита было доведено до сведения высшему начальству, для должного гражданского порядка.

Мы же на окончание предлежащего сказания возвратимся. По постановлении Кирилла во архиепископа майносскаго, наместника митрополита, обои сии святители во едином монастыре пребываху и совокупно о исполнении священнослужительст-ва, скудствующего во святой церкви тщание прилагаху, и в разные священные саны по надобности из обретающихся достойноспособных лиц посвящаху. И вси получающие неоскудное духовное окормление православнии христиане великое благодарение Богу возсылаху.

Обаче же ненавидяй добра враг позавиствова и сему доброму делу, и вскоре воздвиже на благодетельствовавшаго святую церковь господина Амвросия митрополита бурю великаго искушения. Патриарх цареградский, узнавши о присоединении Амвросия ко святей церкви древлеправославной, написа подчиненному ему карловецкому митрополиту, чтобы сей убедил митрополита Амвросия оставить старообрядчество и возвратиться паки к церкви греческой. Карловецкий митрополит присылал ко Амвросию два раза своих увещателей, исполнить волю патриарха. Но Амвросий ему отрицательно ответствовал, что он за принятие старообрядчества ни в чем более не может патриарху подчиниться. А потому и сей воли его исполнить окончательно не хочет. После сего патриарх уже чрез австрийского самодержца пишет Амвросию, чтобы он оставил старообрядческую церковь, и к нему в Царь-Град возвратился. Причем он обещал дать ему лучшую епархию, а на случай дальнейшего непослушания угрожал Амвросию осуждением правил 15 и 35 святых апостол, и 13 четвертаго вселенскаго собора.

С сим вместе к тому же самодержцу пришла от русского Императорскаго двора жалоба на Амвросия, аки бы он духовную власть свою расширял в России, с разными относительно сего притязаниями, с таковым предъявлением, чтобы окончательно Амвросий был удален из Белой Криницы, и святительский престол, им устроенный, уничтожен. С получения сего австрийский самодержец, во уважение русского царского двора, приказал истязать Амвросия противу всех взведенных на него обвинений, и потом или возвратить паки к патриарху, или удалить его куда-либо в заточение. И так всего пребывания митрополита Амвросия в Белой Кринице было только один год и два  месяца (5). А потом 9 декабря 1847 г. он был отозван сперва в губернский город Львов, а оттоль препровожден в город Вену, столицу австрийскую, где ему от высочайшего канцлера графа Карла Инцаги дано было предписание патриарха и девять вопросов с тем предъявлением, что как бы на сие он ни ответил, но возвращения ему в Белую Криницу дозволено уже не будет. Получив сие, митрополит Амвросий, не видя за собою в том никакой вины, представил в свое оправдание графу Инцаге следующее объяснение.

Ваше высокопревосходительство! На Ваши мне в высоком Вашем предписании от 30 января 1848 г. на представленные вопросы честь имею отвечать следующим:

На 1: я никогда никому не хвалился и не говорил, и самому императору не объяснял, что от патриарха в Буковину послан, против чего никто меня обличить не может. Но представя грамоты, уверял только о своем сане, что не запрещен, но свободен. Вероятно, что меня в том и справки ваши в Царь-Град к патриарху оправдали, почему я и подданство уже принят есмь.

На 2, 3, 4 и 5. При существовании моем в Белокриницком монастыре, из русских поддаников ни один человек не находился в оном принятым.

На 6: Настоятель действительно поехал в Россию для покупки потребных монастырю церковной утвари вещей, как уже прежде монастырь дал прошение к высокому правительству для неплачения пошлины, о чем и решение получено; а не для какого духовного действия один только раз при моем существовании. Под каким же характером (званием) он взял паспорт во Львове, мне неизвестно.

На 7: От монастыря проповедники в Россию отнюдь никогда посылаемы не были.

На 8: Я никогда не расширял власти моей в России, и никогда даже об этом ничего и не писал в оную. А только было мое старание об находящемся народе в Буковине староверческих обществ.

На 9: Я посвящал во священство жителей монастыря и избранных лиц староверческих обществ добродетелию и ревностию к благочестию, от того же народа засвидетельствованных, но не в Россию и не поддаников русских...

А на письмо патриарха цареградского от 8 августа 1847 г. могу отвечать следующее:

1. В 1841 г. сентября 12 дня после пятилетней моей паствы сменили меня с законной моей Босанской епархии, без всякой объявленной мне причины, как то и сам нынешний патриарх знает, который тогда был мой агент. Даже отправившись я из Боснии и приехавши в Ибраил, писал моему приятелю в Царь-Град допросить у патриарха причины, за что меня сменили. Приятель мой, по совету некоторых особ, осмелился дойти и до русского посланника г. министра Титова и просить для меня ходатайства. Г. Титов, видя сделанную мне несправедливость, послал тогдашнему патриарху Анфиму Второму (умершему в 1842 г. 12 июня), у которого спросил:

- Согрешил ли я против веры православной? Он отвечал:

-Нет.

- А согрешил ли против церкви или власти своего патриарха? И на то отвечал:

-Нет.

- А для чего сменили? - был дальше вопрошен, на который (вопрос) патриарх отвечал:

- По клевете турецких начальников босанских.

Потому и надеялся я, что, прибывшему мне в Константинополь, определит меня церковь и патриарх в другую епархию. Однако не токмо в животе своем Анфим патриарх забыл, когда хотел меня помиловать, но даже и другие два, следовавшие на престол патриархи Герман и Мелетий, чрез целых пять годов не показали ко мне никакого знака человеколюбия и братолюбия, но оставили меня только на малой пенсии при патриархии еще далее во ожидании вакансии.

2. Что писал нынешний патриарх Анфим Третий, бывший, как выше сказано, мне некогда агентом, зная все мое несчастие и страдание. А при том даже и самую невинность, в случившемся мне неправедном последовании, вступил на престол патриаршества, не обратил очей своих на меня, определить меня по крайне мере в меньшую некую епархию, которые уже тогда были вдовствующие, как то Маро-ния и Гонохора, но поставил во оныя епархии своих любимцев, молодых и вовсе неискусных диаконов. А не меня или подобных мне страдальцев, которых в Царе-Граде есть довольно, и как не имея никакой силы, или средств, терпят и страждут до сих пор.

3. Однако мне по благости Божией явилась луча из царства австрийскаго, которая посредством всевысочайшаго указа подала позволение почти осиротевшему народу искать и привесть себе архиерея из-за границы. Я принял такое известие за единственный Промысл Божий и отважился прибыть в Буковину не бродяжничества ради, но, во-первых, для моего спасения и спокойствия. А во-вторых, не пренебречь такое доброе дело, для упасения лишенных пастыря овец, которых я не украл и ни от кого не отнял. Но последуя примерам апостольским, пришел защитить их и быть им во отца, пастыря и утешителя, не мешаясь во овцы чуждые, имущие других своих пастырей, как то и правила апостольския и соборы не позволяют, которыя правила я не опровергаю, но с подтверждением признаю. Однако оные наводимые правила, как-то: апостольское 15 и 35 и Четвертаго Вселенскаго Собора, 13 отнюдь на меня не восходят и меня осудить оные никак не могут. Не праведно бо возженному светильнику под спудом стояти. И я единожды сию религию принял и уже вспять возвратиться отнюдь не желаю. Потому что я, как выше сказано, не влез в чужое стадо, ниже в чужую епархию. Но словом сказать, Божиим благоволением и по царской милости и правам, данным староверческому народу в Буковине, на звание и просьбу того же народа чрез их депутатов, пришел я по ревности евангельской ко овцам, не имущим пастыря, не на уничтожение, но на увеличение славы Божия, где останки сил старых моих лет положить и самую жизнь скончать желаю благодаря Господа Бога. Его эксенции покорный слуга митрополит Амвросий. Вена, февраль 7 дня, 1848 г.

По представлении сего объяснения г. министру митрополит Амвросий, пребывая в Вене в ожидании надлежащего решения, получил второе предписание от того же министра, графа Инцаги, следующего содержания: "Объяснение вашего преосвященства от 7 числа сего месяца его императорскому величеству представлено. Его величество, по высочайшему решению от 22 числа сего текущего месяца вашему прошению, чтоб возвратиться в Белокриницкий монастырь, состоящий в Буковине, не соизволяет. Но благоиз-волило повелеть, чтоб вас уведомить, что ваше возвращение в Буковину не может больше иметь места после сего высочайшего повеления. О вашей же на дальнейшее время деятельности для липованов в Буковине не может быть больше ни слова.

Я на это за нужное поставлю, ваше преосвященство, понудить изразить посему свою решимость возвратиться к патриарху или на заточение и мне таковое во осмь дней представить. К чему я еще замечаю, что ваше преосвященство только до моего отдания таковаго вашего показания в Вене пробыть можете. Вена. 24 февраля 1848 г.

Высочайший канцлер Инцаги".

На это второе предписание графа Инцаги митрополит Амвросий ответствовал, что он лучше соизволяет вкусить вечное заточение, чем возвратиться к патриарху. Только просил милости в том, чтобы позволено ему было взять на место заточения сына своего с семейством для утехи старости его. Эта последняя просьба Амвросия была уважена, и ему дозволено было в Вене подождать прибытия из Белой Криницы сына его и с его семейством, и затем он в сентябре месяце 1848 г. был отправлен на заточение в самый край австрийской земли в город Цилль, с тем, чтобы выезд его из сего города, без особенного дозволения тамошнего губернатора, не был допускаем, и никакого сношения с старообрядцами ему не иметь. А на случай противного действия угрожалось ему и еще каким-то тяжчайшим воспрещением. И тако в сем заточении прожив шестнадцать лет, как незлобивый агнец великодушный архипастырь наш митрополит Амвросий, кончил мирно живот свой 30 октября 1863 г.

Остатки дней своих он проводил более все на уединении в совершенном безмолвии, в непрестанных к Богу молитвах, в строгом воздержании и исполнении иноческих обетов, устава и всех преданий святой церкви, как за все это свидетельствовали все из наших христиан, бывшие у него посетителя и сын его Георгий чрез письменное заявление после кончины его, митрополита Амвросия. Ибо ему, Амвросию, хотя и воспрещено было иметь всякое сношение со старообрядцами, что для него, хотя и всего было тяжчае, как сердобольной матери оставить новорожденных чад своих, оба-че невольно был принужден покарятися распоряжением правительства. Сперва было он отчаялся даже и видеть когда кого-либо из сих. Но по прошествии единаго лета по его заточении отцы Павел и Алимпий, горя любовию ко истинному архипастырю, решились тихим образом посетить его. И когда со многим трудом и то едва отыскавши место его пребывания взошедши во двор дома они с Амвросием нечаянно для сего последнего встретились, тогда он, Амвросий, став аки во ужасе, поднял руки на небо и возопи: "Боже мой, что я вижу: истину или привидение? Теперь я вижу ко мне истинную вашу веру, любовь и расположенность, чего было уже я не надеялся, увидеть".

И с радостию введши в дом свой, весьма любезно расспрашивал: сперва, как существует устроенный им святительский престол, а потом и за вся последствия, происходящие у них по его взятии и узнавши, что устроенное им священное дело и по оной бури не разорилось, но в той же силе, как и при нем было, стало продолжаться, он со слезами воздавал благодарение Богу и даже радовался, что ему за правое исповедание святой Христовой церкви Бог привел равно прежним исповедникам заточенику быти и только возскорбел о том, что не имать он при себе животворящей пищи тела и крови Христовой.

Но как у отца Павла было взято с собою в путь несколько за-паснаго агньца, о чем он и объявил ему, страдальцу Христову. Тогда Амвросий в веселии духа нача его просити оставить ему оные святые дары. И когда получил просимое, с радостною душею облобызал узелок оный, в коем были святые дары, и, приложив его к своему сердцу, сказал: "Вот в этом вся моя состоит".

И тако в приятном сем посещении отцы Павел и Алимпий, проведши времени с месяц, невольно были вынуждены обстоятельствами возвратиться паки в Белокриницкий монастырь (6). Да и не только это одно, но и впоследствии нередко бывали ему подобные посещения до самой кончины его. А потому и он, митрополит Амвросий, видя великую любовь и помня архипастырский долг свой, и там не оставлял святую церковь в зависящем от него строении. Он даже и на смертном одре болезни своей, будучи в полном рассуждении, когда были у него послы, от всероссийского освященного собора не отказался, но выслушал предложенные ему соборные действия, и в подтверждение оных ко умиротворению церкви Божия приказал написать две грамоты, которые 28 октября 1863 г. уже дрожащею рукою подписал только за два дня до преставления своего в вечную жизнь...

И будучи уже на самом пороге смертного исхода, по долгу пастыря истинного завещал всем православным христианам твердо блюсти мир церковный. И с таковым гласом мира церковного в подражание рекшему учеником Своим: мир оставляю вам, мир Мой даю вам (Ин, зач. 48), как истинный миротворец, мирно почи о Господе во очевидное всем доказательство, яко во оный нескончаемый день истинно наречется Сыном Божиим.

Да будет же слава единому в трех лицех славному Богу, даровавшему святой церкви Его и в последние дни сия пастыря, вполне достойнаго имени своего.

--------------------------

1 Нил Сорский, слово 2, лист 10.

2 "Необходимо напомнить еще, что, по соборному изложению патриарха московского Филарета, если кто обращается к православной вере, и о нем есть сомнение, как он крещен, погружательно или обливательно, то об этом спрашивают его самого, и если скажет, что погружательно, то о нем дальнейших справок не наводится, свидетелей никаких не требуется, а удовольствуются только собственным его свидетельством о самом себе (Большой Потребник). Это правило старообрядцы применили и к митрополиту Амвросию". Епископ Иннокентий Нижегородский.

3 "Амвросий вынужден был ехать до этого места в казачьем платье. Путь этот был весьма тернистым, по выражению Павла, исполненным скорбей и необыкновенных искушений. Искушения эти состояли главным образом в том, что по дороге встречались знакомые митрополиту Амвросию константинопольские греки, а в г. Браилове появился тот самый недавно рукоположенный архиерей, в посвящении которого сам Амвросий участвовал незадолго до своего выезда из Константинополя.

От всех этих знакомцев приходилось укрываться и прятаться. Это обычная беженская, она же и апостольская, участь. Старообрядческие апологеты особенно подчеркивают этот факт, уподобляя митрополита Амвросия в данном случае св. Евсевию Самосатскому (святителю IV столетия), в житии которого повествуется, что он, преследуемый еретиками арианами, "в таковое лютое время, утаив сан свой святительский, в воинская облекся, обхождаша Сирию, Финикию и Палестину, утверждая христианы к святой вере; и иде же аще обреташе церковь без служителей, поставляше иереи и диаконы и прочая клирики, [...] и епископы поставив (Четья-Минея, житие 22 июня)". Субботин Н.И. "История Белокриницкой иерархии". Т. I. М., 1874. С. 411, 417.

4 Особенно же вот какому доказательству Павел придавал большую важность. "Аще бы (рассуждал он) Святая Церковь, идеже несущу епископу, не уполномочивала иереев на принятие священных лиц, приходящих от еретиков, равно-мощным исправлением и подаянием благодати Св. Духа на священнодействие: то всяко бы в соборных правилах и в номоканонах непременно ограничила разделением - дабы принимать приходящих от ереси простолюдинов иерею, а хиротонисанных - архиерею.

Но сего разделения нигде во Святом Писании не видится и даже не слышится, кроме всеобдержного изречения: принимати архиерею, или иерею (Потребник вел. в чине приятия от ереси приходящих), и паки шестого вселенского собора правило 78 сице глаголет: приходяй к соборной церкви веру являет пред епископом, или пред пресвитером (Кормчая, гл. 17)".

Затем, указав еще некоторые "смотрительные случаи", Павел излагает следующее, им самим измышленное, якобы на основании сих "смотрительных случаев", общее правило: "идеже присутствуют главнейшие члены, там оставляется тем совершенства вещи показати, а идеже сим несущим, тамо благодать Божия чрез посредство меньших совершенство творит". (Субботин Н.И. "История Белокриницкой иерархии". М, 1874. С. 444-445.)

5 "Требования российского императора Николая I было уже запоздалой реакцией на восстановление в старообрядчестве полноты трехчинной иерархии, так как владыко Амвросий успел поставить двух епископов - Майноского Кирилла и славского Аркадия, пять священников и трех иеродиаконов. И поэтому оно уже не имело смысла, однако, поскольку сопровождалось угрозами, его нельзя было не выполнить". Цит. по: Вургарфт С.Г., Ушаков И.А. Старообрядчество. Опыт энциклопедического словаря. М., 1996. С. 21.

6 Из письма Агоняновича Константина (переводчика, постоянно сопровождавшего митрополита) о. Алимпию. "...А когда его (митр. Амвросия) чрез ваше общественное неосмотрение и ошибку, правительство от вас удалило наподобие осужденного преступника в изгнании в чужой народ, в чужое вероисповедание и в чужой край, далече от своих осудило, тогда умалилась от вашей стороны и достодолжное к нему почитание, которое держалось столько же в искренности почившего о. Павла, который, хотя и не мог посещать его всегда лично, делал и исполнял это письменно, не оставляя ни один праздник без сердечного приветствия, а всегда в праздники Рождества Христова и Пасхи, наипаче же в день святого Амвросия и тезоименитства митрополита". (Субботин Н.И. Переписка раскольничьих деятелей. М, 1899.)

Источник: "Из истории Белокриницкой иерархии", М., 2007


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования