Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Хроника царя Зара Якоба. [христианский Восток]


Во имя триех лиц равночестных и равноцарственных, отца и сына и св. духа, начинаю я повествовать и писать о всех установлениях господина нашего и помазанника нашего Зара Якоба, наименованного Константином. Сын Марии пречистой Иисус Христос да воздаст ему правду свою и царство свое, да унаследует он то, чего желало и искало помышление его. И да изольет он сугубую благодать свою на сына его нового Лебна Денгеля, дабы получил он сугубое величие и могущество, подобно тому, как возвратился сугубый дух Илии на Елисея, ученика его, в час, когда тот взошел на небо на конях духа. И да продолжит дни его до кончины неба и суши. Аминь.

И был в дни царя нашего Зара Якоба великий страх и трепет на всех людях Эфиопии из-за приговора суда его и силы его, особенно же ради тех людей, которые говорили "Мы поклонились Дасаку и дьяволу" и запятнали многих достойных людей своим лживым словом. Царь, услыхав это, казнил их по наветам этих лжецов, поклявшись именем божиим: "кровь их да будет на вас". Так поступал царь, ревнуя о боге до того, что он не пощадил всех сыновей своих, коих имена: Клавдий, Амда Марьям, Зара Абрехам, Батра Сион, и дочерей, по именам: Дель Самра, Ром Ганаяла и Адаль Мангеса, и многих, которых я не знаю. Одни из них умерли, другие, из них остались в живых, причем все братья их умерли.

В это время возгласил во дворце глашатай: "Народ христианский! Послушай, что сотворил сатана. Когда мы отвратили всех людей от служения идолам и поклонения Дасаку [59] и Дино, он ныне вошел в дом наш и прельстил чад наших". Их казнили великою казнью и показывали всему воинству бичевания и язвы их и пытки их, и ради сего все плакали, когда им об этом всем рассказывали или это показывали.

И он повелел всем принести клятву и написать на челе: "отца, сына и св. духа", на руках правых: "отрицаюсь дьявола Христом богом", на левых: "отрицаюсь Дасака проклятого, я раб Марии, матери творца всего мира". Кто этого не делал, того дом расхищался, а тело наказывалось, причем говорили: "повеление царя на всяком месте".

Зара Сиона, названного Зара Сайтаном,  умертвившего многих монахов и дабтара и всякого рода мужей и жен ложными наветами, постригли в монахи и сослали на Хайк, когда бог открыл ему (царю) многие неправды его.

В эти дни акабе-саатом был Амха Сион, которого весьма, любил царь. 3 Когда он выходил или входил в дом свой, никто из людей не видал его и в жилище его никто не входил, кроме двух или трех мальчиков, и примыкало жилище его к ограде царя. Когда была надобность, он призывал одного из своих верных монахов и посылал его, куда хотел, близко или далеко. Все это — ради чести царства, ибо приближался он во всякое время к царю. Также и все отроки, что внутри, двора, не встречались с людьми, не имели домов, но всегда жили во дворце. А когда они выходили, то выходили и возвращались сии юноши с заведующим. И не знали они женщин; не стригли волос иначе, как по повелению царя, не были одеты неопрятно. Если они ходили в дом посторонних есть и пить и беседовать, судили и казнили и их и тех, кто их принимал.

В эти дни не было бехт-вададов ни справа, ни слева, но пребывали в этой должности и отдавали приказания две дочери царя: справа Мадхен Замада, слева — Берхан Замада, после того как связал и осудил царь мужа ее Амда Маскаля потом названного Амда Сайтан, 4 когда царь услыхал о его [60] многих неправдах и об измене, которую он творил и замышлял недостойно в сердце, которую не может замыслить сердце человеческое, подобно мысли проклятого дьявола и что недостойно повествования, и посему и низложил его бог с его седалища и весьма посрамил. Так и сего Амда Сайтана низложил бог Израилев. И другое преступление совершил он: он тайно женился на какой-то женщине, будучи мужем израильтянки, 5 и отдал ее в жены цасаргуэ Амха Иясусу. Жена его Берхан Замада, узнав об этом, сказала своему отцу царю. Он допросил его, как он совершил это преступление. И ради этого царь устроил великое собрание воинства 6 и раскрыл перед ним все его преступления, затем повелел осудить его на смерть, как подобало ему. И на суде этом выкопали землю и бросились (?) на него и на Амха Иясуса цасаргуэ, и на Ноба, небура-эда Дабра Дамма, монашество которого было при Дабра Бакуэр и который, как сообщник их, был назван Кабаро Сайтан. Амда Сайтана изгнали в землю Амхару, причем никто не знал в какое место, кроме одного царя; Амха Иясуса и Ноба, названного Кабаро Сайтаном, сослали в землю Гуаша'аро, а также Исайю Бехт-вадада, предшественника Амда Сайтана, когда наш царь был в области Амхары, называемой Кесат. Я слышал, но очами своими не видал и не присутствовал там, когда его захватили и возложили на его шею большие узы железные и сослали за его преступления в место, которого я не знаю.

После Амда Сайтана я не нашел никого, кто был бы поставлен в бехт-вадады, кроме этих двух сестер, которые жили в доме бехт-вадада. Подобно им поставил всех их сестер царь, их отец, во всю землю эфиопскую под собой: в Тигрэ — Даль Семра, в Ангот — Бахр Мангеса, в Гедем — Софию, в Ифат— Амата Гиоргис, в Шоа — Ром Ганаяла, в Дамот — Мадхен Замада, в Бегамедер — Абала Марьям, в Гань — Ацнаф Сагаду, дочь сестры царя. Имен тех, которые были назначены в другие земли, я не знаю. После них царь взял все саны Эфиопии в свои руки и назначил адакшатентов в области: в Шоа — Рак Масарэ, в Фатагар — азажа, а я сделал малькенья Амда Микаэля во всю область Фатагар в Даваро аврари [61] Баджера, в землю Гебер — Хегано, в Вадж — Хегано, в Дамот— Эрак Масарэ, в Годжам — Рак Масарэ в Бегамедер — Рак Масарэ, в Тигрэ — Рак Масарэ, в Кеда — Рак Масарэ, в Ангот — Рак Масарэ, в Амхару так наз. цахафалама, в Гань и в Гедем и в Ифат так наз. Рак Масарэ. Все люди трепетали от страха царства его и великой силы его.

Когда он послал глас государев к гараду Хадья со словами; "явись ко вратам моим, неся подать", этот гарад Хадья по имени Махико, сын гарада Мехмада и брата итэ Жан Зела, царицы справа, ответил: "я не приду ко вратам твоим и не выйду из страны моей". Так говоря, он воспротивился слову царя. Услыхав, что он изменил, некий человек из сановников Хадья, именуемый гарад Гадайто, явился к царю поспешно и доложил ему обо всем безумии гарада Хадья и сказал: "усиленно он готовится к войне и послал в Адаль, чтобы оттуда пришли и помогли ему для разорения земли Даваро и Бали". И сказал царь гараду Гадайто: "Кто заодно с ним? Все ли люди Хадья или половина? Как, по твоему мнению, поступить нам?" Ответил он: "С ним заодно гарад Гудола, гарад Дихо, гарад Хадасо, гарад Ганазо, гарад Сага, гарад Габ, гарад Клб'ен, гарад Гогала, гарад Халаб — все они с ним. Лучше всего, господин мой, вызвать гарада Бамо, брата его отца из Дагена, и назначить туда гарадом Хадья, чтобы он разрушил намерение и силу Махико". Тогда царь наш Зара Якоб, послушав совета гарада Гадайто, приказал привести немедленно гарада Бамо из земли Деган, и его тотчас привели и поставили гарадом Хадья, когда царь находился в Дабра Берхане. И дали ему много одежд и украшений ему и Гадайто и послали их с большим войском, именуемым "Кинжалом против врагов" из Дамота, и были подчинены им все люди Даваро и Бали. И он сказал им: "блюдите, да не ускользнет он от вас и не уйдет в землю Адаль". После этого затрубили в рога и собралось много монахов и иереев, и приказали им совершить моление по церквам, раздав много фимиама и раздав одежды бедным и убогим. "И в сей день, по окончании каждения, видел я видение", так сказал царь наш Зара Якоб святым — "привели ко мне сего изменника связанным крепкими узами и повергли предо мною. Также явилась мне владычица наша Мария в сию ночь во сне. Да исполнится мне сие видение, молитесь и просите господа бога моего!" [62]

Сей гарад Хадья Бамо пошел и прибыл в свой город со всеми своими войсками, которые дал ему царь, и его встретили там все сановники, некогда изменившие и вернулись под его власть. Услыхав об этом, Махико со своими захотел уйти по направлению к Адалю; дамотцы преследовали его, пока не дошли до земли Сега, и здесь настигли его входящим на амбу. 7 Он разбросал на их пути много добра из индийской бумаги и шелка, надеясь, что они не будут его преследовать, а станут уносить эти вещи, а они не обратили на них внимания, но погнались за ним усиленно и настигли его, когда он поднимался на свою амбу. И убили они его, отрубив голову, руки и ноги. Это известие скоро дошло до царя, и он был им обрадован, как и его воинство, и устроили праздник, подобно пасхальной неделе со многим пением и пляской. И все святые много славили бога за то, что он услышал молитвы их и молитву помазанника своего Зара Якоба и скоро, без замедления, поверг врага его.

После этого прибыл гарад Хадья и дамотцы с отрубленной головой бунтовщика, его руками и ногами, и стали пред царем и рассказали ему, как все произошло. Царь поблагодарил гарада Хадья и гарада Гадайто и дамотцев, дал им различные кушанья и напитки по их желанию. Голову, руки и ноги этого бунтовщика повесили на вратах правых, левых и саргунских; 8 пожирая его, радовались псы и гиены. И исполнилось видение царя нашего Зара Якоба, явленное ему владычицей нашей святой девой Марией раньше, чем совершилось все это. Чрез немного дней царь отослал всех в их страны, пожаловав различные украшенные одежды. Было повелено, чтобы гарад Гадайто до сынов своих не был подчинен гараду Хадья, полку "Кинжал на врага", убившему гарада Хадья Махико был пожалован надел в его области. Слава богу, помогшему царю нашему Зара Якобу, скоро победившему рукою раба своего. Так да поможет он царю нашему Лебна Денгелю, сыну его и возлюбленному. Да истребит он с лица земли его врагов. Ненавидящие в сердцах своих царство его и явно его поносящие да будут отвержены и да настигнет их смерть, где бы они ни пребывали и жили. 9 Аминь. [63]

После сего повелел царь Зара Якоб в Дабра Берхане соорудить ограду из крепкого частокола по 10 локтей в длину и столько же в вышину, чтобы цвет его был белый. И строителям он повелел исправлять, если что-либо было неровно. Рак масары справа и слева не надевали своих камис, пока не было окончено вооружение этой ограды. Жан масарэ, подобно им, не надевал, строя ограду. И большой дворец повелел выстроить у врат Дома Льва, которые были высоки и чрез них входит и выходит царь, сидя на коне. У врат Украшенных (Шельмат) был сооружен малый дворец, а также у врат Питания. У врат Царваджат не было дворца, и никто чрез них не входил и не выходил, кроме акабэ-саата, отроков и трапезы. Если подходил кто-либо другой, его пронзали копьем. Дом царя повелели выстроить крепко и красиво. Устроили наверху его золотой крест, и с этого времени начали устраивать крест на доме царя; раньше этого не делали. Под домом царя водрузили три палатки: средняя называлась домом собраний, правая — сокровищницей, левая — палаткой мастеров. Справа и слева была лицевая ограда, примыкавшая к частоколу, весьма высокая вровень с частоколом. Каждое бревно ее и частокол переносили два или три человека из-за его тяжести и плотности; их доставляли из земли Зега. И в этой ограде не оставили ни одной щели, чтобы не мог видеть чрез нее ничего ни один глаз человеческий — эти бревна были хорошо прилажены одно к другому; с них сняли кору, чтобы они были белы, как снег. Вышину этой ограды одни определяют в 20 локтей, другие в 15; я не измерял ее руками. Сделали и другую ограду, которая направляла и вела из дома царя до врат церкви Дабра Берхана справа и слева; она была сооружена, чтобы не видели царя, когда он входил и выходил. Никто не ходил по этой дороге, кроме царя, акабэ-саата и придворных отроков. Когда во время литургии входил царь, никто не входил из дабтара, кроме певцов, монахов и настоятелей Дабра Либаноса, Дабра Марьяма и Бизана, Дабра Аллилуиа, Галнла, Кайяца, Малаго, Дараба, Абай, Цаада Амба, Вальдебы, Дабра Марьям в Геральта, Хенца Марьям и других, и тех, которых я не знаю, которые не ели мяса и не пили вина Но в праздники созывали дабтара всех монастырей Дабра Берхана и Дабра Нагуадгуада и Ялабаш и Гарма, а также Дабтара Иясус и сокровищницы Бета Марьям и [64] Креста и заставляли их проводить время в пении кенэ. 10 Когда наступало время литургии, их отсылали в их монастыри, как я сказал раньше, и никто не входил к благотворителю, кроме акабэ-саата и двух отроков, имена которых Га бра Альфа и Такла Марьям, начальника дабтара Габра Иясуса и нищего Исаака. Во дни, когда царь ходил к литургии, не служили без этих пяти человек. Когда он шел с литургии, приглашали этих дабтара, пребывавших в пении, и вводили их внутрь дома царя, под тремя палатками, оставляя их среди них — это место называлось Верхний Фит, 11 а нижнюю палатку, место Жанбет табаки, называли Нижним Фитом. И в этом Верхнем Фите угощали приглашенных дабтара различными кушаньями по их желанию и напитками горячими и холодными в изобилии; что оставалось из хлеба и вина, они брали с собой и расходились по домам. Хлеб и вино для этой трапезы поступали из дома фатагарского и из дома царицы слева, из дома податей правого и левого. И никто не мог определить порядка трапезы, кроме одного царя. Что касается пива, то одно называлось чистым, другое Итарфед, третье — государево; это государево пиво не давалось никому иначе, как по слову царя и его приказу. И цадж яхажу, названному цадж абаза и всем цева в полках Царваджат, Дамана и Шоталь и всем, кому он хотел, давали есть от этой трапезы. Прочие цева в полках Бацар Шоталь, Деб Мел'ат, Жан Мел'ат, Молнии Креста, Жан Акета, Амба Адаль Ваджет, Дамана Амба, Бахр Вагат, Молнии на Адаль, жившие вокруг царской ограды, ели в месте, именуемом Верхний Фит. Сделали завесу из шеглай от палатки к дому царя слева, шеглай был в 150 или 140 локтей; там судили, наказывали и принимали жалобы. Жанбет табаки находился не здесь, а в Нижнем Фите и не поднимался в Верхний никто, кроме Цераг-табаки и Жан Дараба. Азажи с малькенья и верными монахами [65] из мужей Тигра распоряжались там. Иногда, спускаясь в Нижний Фит, они делали там много распоряжений, но особенно важные приказания были отдаваемы в Верхнем Фите. И войдя туда, где был царь, эти азажи, вызвав его слово, падали все на колени и целовали землю из страха и трепета каждый раз, когда слышали слово царя. Они не надевали белых камис, но калами, куафрэ и шокуетэ, равно как азажи, геты, глава матани со своими, Жан месарэ, икакеты со своими, Жан хацана.

Все начальники дворцовой охраны (?) не были одеты, подобно им; они стояли на своих местах по своему чину справа и слева днем и ночью. В Верхнем Фите зажигали восковые свечи и держали их в руках церан табаки и жан дарабоч, а факелы зажигали не здесь, а только в Нижнем Фите. Когда в доме царя справляли брачное торжество (?), они не спускались к палатке, но стояли на своих местах, а все дабтара были в белых одеяниях. И окончив все по своему обычаю, они возвращались все в свои жилища. А начальник дворцовой охраны отдыхал лишь немного после того, как разослал кушанья.

Далее. Когда царь проходил в церковь незаметно, так, что никто его не видал и не знал об этом, в это время отрок, выйдя, передавал приказ всем чава полка шоталь, бацар-шоталь, дамана, всем орэ-бацар-ваджет, дамана амба, ба Адаль ваджет, Молнии и Креста и возвещал им, что царь прошел в церковь. Тогда они выступали, трубя, ударяя в барабаны и тимпаны, и становились вне врат церкви, а внутрь не входили. Полк "Молния в Адале" и монахи Бизанские стояли, окружали дом царя внутри ограды; монахи держали узду и меч, а "Молния в Адале" — лук и копья. Когда оканчивалась литургия, всем чава давали хлеб и мед до полного насыщения. Затем царь выходил из церкви и проходил во дворец внутри ограды, причем, как обычно, никто не видал его и не знал об этом, кроме акабэ-саата и отроков. Тогда отроки возвещали этим чава, давая знак руками, что царь возвратился из церкви и вышел во дворец, и они начинали плясать и спорить на языках своих стран, и был сильный шум от их криков. Они трубили, били в тимпаны и производили большое смятение и большой страх. Затем им приказывали расходиться по домам. [66]

Далее. Внутри ограды выстроили Назретбет, в котором было по 30 палат или больше направо и налево, в которые собирали все поступления из всех стран Эфиопии, прекрасные вещи, полезные и не необходимые, в дом царства и дом подарков. Когда давался приказ, все красивое для шитья и все необходимое для дома царств направлялось из дома Назрет во дворец и дом подарков, чтобы там было сшито и украшено, а именно перкаль и шелк. Трапеза же вся доставлялась из бета гебер, а собрание, которое бывало допущено: все царицы — справа, слева и бальта шехна, ягалигель газет, васар бат бет, государев священник, глава дабтар, цераг масарэ, лика знамени, лика какетач, баальджего, баальдамо, Марьям валата; царь угощал. Все собирались в Назретбет правый и левый, и вынеся отсюда, давали всем дабтарам, всем чава и всем, кому приказывал царь, хлеба, пива, меду, вайдата, шанамэ и могарья. Новое направляли в Назретбет, а прежние еду и питье выносили и раздавали всем, как я уже сказал.

Далее. Внутри ограды направо, над дорогой к палатке и под домом царя выстроили конюшню для многочисленных лошадей и поместили их там так, чтобы не видели их посторонние люди. Некоторые из них оставались наготове, под уздой и седлом, а с седла свьючивались чепрак, меч и все вооружение; некоторые находились в таком виде у дома царя. Священники, взяв воду молитвы, кропили в доме царя, обходя его от заката солнца до утра беспрерывно. Некоторые из них призывались из Амхары и Ангота, будучи избраны для совершения этого обряда. Они читали евангелие, псалмы Давидовы, отречение от сатаны и "господь воцарися", 12 не отдыхая всю ночь до рассвета. А днем не прекращали окропления водой молитвы по чину, ибо волхвы злоумышляли, завидуя вере и красоте праведности царя нашего. Сам царь говорил и в книге его написано, что делали против него злые волхвы и когда он оставался на месте, и на пути, когда он путешествовал. И действие крещения они устроили в день недельный в Дабра Берхане после того, как было совершено все по уставу крещения. Все эти волхования и как бог разрушил их для него, ясно поведал и написал царь наш Зара [67] Якоб, отрасль Израилева, надеющийся на имя троицы. Когда было сделано недейственным крещение, и царь узнал об этом, он немедленно повелел строителям выкопать в ограде церкви и поспешно устроить водоем, а всем людям своего двора, мужчинам и женщинам, носить воду и спешно наполнить его. И было по слову его, и бог совершил для него по его намерению и желанию. И погрузился он там в тот день, и погружался много лет, пока не почил. И соорудили над водоемом здание с крепким затвором. И была эта вода молитвы целительна для болящих, пока огонь не попалил церкви во время пожара. С тех пор царь наш повелел совершать крещение на правой стороне вблизи церкви, говоря: "мы нашли в Дабра Либаносе воду крещения в ограде церкви, а раньше, в земле Хангуг в земле Тигрэ мы видели воду крещения в доме священия, выстроенном царем Габра Маскалем. Нашел я еще в Книге завета, 13 чтобы крещение совершалось на правой стороне церкви. Отныне творите так вы, весь народ христианский по местам и областям вашим, чтобы исполнить закон божий и чтобы прекратилось действие сатаны и волхвов". Он повелел, что кто не будет так поступать, будет судим, его дом расхищен.

Порядок, когда хотел царь выступать в поход. В час выступления его из палатки или из дворца, бывало великое смятение и страх, все бежали пред лицом его весьма далеко от страха и трепета. Носители зонтиков держали их близко от него — число их было три больших зонтика; люди, которые кропили пред ним, также шли близко к нему. Носители шаммы, развернув ее, шли дальше, окружая царя, который ехал на коне; на муле он не выезжал в день выступления, но на коне. Труба Каны Галилейской и барабаны "медведь-лев" трубили и ударялись вдали, спереди и сзади; весьма многочисленны были трубившие в час входа царя в его чертог.

Далее. В земле Даваро он поселил много чава, 14 называемых Акауай бацур ваджет, полк Цагана, Ба Адаль Амба, [68] полк Медведя, полк Пламени, Молния в Адале, Бацар Ваджет, Жан Гадаб; были и другие, имен которых я не знаю. Их учредил Царь, когда возгордились на него прежние чава Жан цагана. Когда он прогневался на них и вступил с ними в пререкания, они спустились в Адаль по незначительному поводу. Посему он замыслил посрамить этих прежних чава и сказал им: "Вот вы возгордились на нас и на азмача, которого мы дали вам — когда он наказывал вас и приводил вас в порядок, вы вознегодовали и спустились в исламскую землю. Ныне же мы установили сверх вас новых чава, как заповедал нам бог. Живите по уставу и закону, если же будете противиться, мы будем судить вас и поступим с вами как хотим". Также и в Бали и в Хадья он поселил многих чава, и в Бегамедре, и в Годонаме и Фатагаре, и в Ифате, в Гедеме, в Канье, в Анготе, в Кеда, в Тигрэ, в Бахр Амба, в Сараве Бацар Ваджет. Во всех этих областях он поселил многочисленных чава, дав им различные наименования по их странам.

Бахр нагаша он возвеличил и возвысил весьма пред всеми наместниками. Он подчинил себе сеюмов Сирэ и Саравэ, двух кантиб Хамасена и сеюма Бура. Всех их он дал ему под начало и поставил его главой над ними. И он улучшил и обновил весь строй земли Эфиопской. И был он ее светильником и просветил тьму ее. Сего царя нашего Зара Якоба да удостоит бог царствия небесного без суда и испытания. И сына его Лебна Денгеля да венчает он яко оружием благоволения ради сосцов своей чистой родительницы во веки веков. 15 Аминь.

Когда сошел в землю Аксума царь наш Зара Якоб, чтобы совершить весь обряд пострижения, 16 как делали отцы его цари, он прибыл в его пределы и встретили его все люди града и иереи в великой радости, сеюмы и все чавы земли Тигрэ, сидя на конях, держа щиты и копья, и много женщин, исполняя пляску беспрерывно, по древнему их уставу. Во время вступления его в стены, стали макванен Тигрэ и не-брэд Аксума справа и слева, потрясая ветви оливкового дерева, [69] ибо таков их устав, почему и называется макванен Тигрэ "блюстителем мух". После того как царь вступил в стены Аксума, он велел принести много золота и рассыпал его у ворот на персидские ковры и ткани, подостланные, чтобы он ступал по ним. Количество этого золота — 100 унций и сверх сего 40 или 50 унций, не знаю. И сие сделал царь ради чести Сиона 17 и дал дары подобно царям, бывшим до него. И 21 Тера, в праздник успения владычицы нашея Марии, он совершил обряд пострижения, сидя на троне каменном, который был местом пострижения со своей оградой; другой камень был здесь — на нем царь сидел, получая благословение. Много было направо и налево других камней — на них сидели 12 законоведов, в этом месте находилось и седалище митрополита. Здесь царь установил все уставы церкви и повелел, чтобы совершались в свое время молитвы часов. 18 Ради этого он собрал много монахов, учредил монастырь, поставил настоятеля, которого наименовал старейшиной Аксума, и дал много земель, именуемых Землей Надер. Сие сотворил он из любви к владычице нашей Марии, да будет память по нем и его сыне и сынах сынов его. Он созвал игуменов и поселил там. И дал он еще для церкви много одежд и золотой утвари и обновил все древние установления и даровал радость, и вернулся в мире.

Далее. Когда он прибыл в землю Цахая в Амхаре, нашел высокую и красивую гору и весьма полюбил это место. На ней он нашел небольшую постройку к востоку этой горы, сооруженную царем Давидом, его отцом, который замыслил в сердце своем построить здесь святилище божие, и не исполнил своего желания, ибо не пришло его время, подобно тому как древний царь Давид, когда восхотел выстроить дом божий, это не было дано ему и не он исполнил это, а сын его Соломон. Так и царь наш Зара Якоб исполнил то, чего не мог сделать отец его, — выстроить сие святилище божие на западной стороне сей горы. И повелел он всем бедным и [70] богатым и всем сеюмам носить камни, и они скоро выстроили и украсили это место, так что оно стало весьма обширным, и выстроили там две церкви, одну назвали Макана Голь, другую —Дабра Нагуадгуад. Он учредил при них много духовенства и дабтара и дал землю, да будет им наделом. Устроил и монастырь из монахов Дабра Либаноса и дал им много земли. Затем он утвердил весь устав духовенства его и порядок устроения его и память Марии, которые совершаются в нем, и, пожаловав в дар одеяния, украшенные золотом и серебром, ушел отсюда и направился в землю Даго, где некогда имел двор. Здесь он начал строить святилище владычицы нашея Марии, когда понравилась ему красота и высота одной из гор ее; он весьма полюбил ее и назвал "Макана Марьям", дал много земельных наделов, назначил священников, чтобы они возносили в нем славословия богу, и отдал эту местность царице слева Ферэ Марьям, матери Берхан Замада, Мадхен Замада, Цабла Марьям, Даль Дебаба, да будет ей на поминовение и местом погребения. Впоследствии она и была погребена здесь, и исполнилось слово царя Зара Якоба.

На 7-й год своего царствования он отправился из Амхары в местность земли Тагуалат, именуемую Эгуба, и совершил здесь чин крещения, 19 остановился здесь и полюбил эту землю. Когда он здесь находился, пришло известие от патриарха аввы Иоанна, что мусульмане разрушили Дабра Метмак в городе Каире, завидуя тому, что явилась в нем ясно владычица наша Мария и уверовали многие из них в христианскую веру. 20 Услыхав это, царь Зара Якоб плакал и скорбел весьма со всем своим воинством и со всеми паломниками, которые некогда пришли из Иерусалима. Затем, когда утешилось сердце его и сердце всех его воинов, он поразмыслил и стал говорить: "не плачьте и не скорбите, люди христианские: разрушили Дабра Метмак в городе [71] Мисре, а мы выстроим здесь церковь владычицы нашея святыя девы и наименуем ее Дабра Метмак". И сказав это, царь наш Зара Якоб повелел строить церковь в этой земле и дал ей земельный надел из земли Тагуалата. И он совершил хорошо все устроение ее и окончил сооружение ее и назначил для нее духовенство. И назвал ее Дабра Метмак, как изрекли уста его прежде, и как было желание мысли его.

Затем, когда он находился в этой земле, он услыхал, что идет скот Бадлай. 21 Он поднялся с этого места, именуемого Дабра Метмак, оставил землю Даго, а за ней Азор-Габая, землю Афар, затем Ялабаша и Агам Габая и прибыл в землю Даваро с немногими воинами, именуемыми Хасаба Васан. Ему принесли послания от святых из Дабра Либаноса и других многих, к которым он посылал: "не бойся, ибо бог услышал молитву святых, ты получишь победу и поразишь силою божиею врага твоего". И гарад Хадья послал к царю со словами: "если ты пойдешь, пошли твой глас ко мне, чтобы я явился тебе на помощь". И к этому скоту Бадлаю он послал: "я заодно с тобой и приду на помощь тебе" — говоря так, он посылал ложное слово. Наш царь Зара Якоб послал к нему сказать: "сюда не приходи, но оставайся в городе Айфарсе наготове, расположившись лагерем, пока мы не позовем тебя". Затем дали ему малькенья, и он оставался, где ему было приказано, в городе Айфарсе. Этому гараду Хадья Мехмеду, отцу царицы Елены, царицы справа, не доверяли, ибо он был мусульманин, как [72] и скот Бадлай, почему и не велено было ему приходить на место битвы и не доверяли его настроению. После этого царь наш Зара Якоб, увидав этого скота Бадлая и его неисчислимое войско, удивился, призвал бога, препоясался силою св. духа и вступил в бой, имея немного воинов. Акабэ-саат Амха Сион просил его: "Господин, не спеши давать сражение, пока не подойдет твое войско, чтобы помочь тебе, ибо весьма немногочисленны те, которые находятся здесь, да и ты не вооружен и не готов в одеянии брани, как подобает в бою. Нежели ты поступишь так, господин мой?" Тогда укорил его царь наш, говоря: "Разве ты не слыхал того, что сказал Давид пророк: "Не спасается царь многою силою своею и исполин не спасется премножеством крепости своея. Ложь конь во спасение, по множеству силы своея не спасется". 22 И вот я уповаю на него, и он поможет мне по милости своей." И он тотчас встал и велел взять зонтик и затрубить в трубы Каны, ударить в "медведя-льва", развернуть знамена направо и налево, по обычаю, так, чтобы потряслись все от страха величия его. И скот Бадлай, видя все это, вострепетал, и потряслось сердце его, и он обратился к своим со словами: "Не вы ли говорили мне: царь не придет, а придет его наместник именуемый Хасаба Васан? Этого не случилось — вот сам царь!"

Пока они так говорили друг с другом, приблизился и подошел царь наш Зара Якоб и поверг часть войска этого неверного. Затем один муж пустил стрелу в лицо скота Бадлая, но скот Бадлай сломал своею рукою эту стрелу и приблизился к царю, хотя схватить его в гордыни своей, за что и поверг его бог под руки его: он пронзил его копьем в шею так, что рассек гортань его. И все бывшие с ним смеялись над ним, а царь Зара Якоб возгласил имя троицы. После этого бежали все мусульмане и преследовали их христиане, избивая острием мечей и копий и повергая в пропасть. Весьма много их погибло, не осталось из них никого, ибо бог воздал им за гордыню их. Брат Бадлая, Карадин, убежав, прибыл к Хавашу. Когда царь был недоволен, что он ускользнул, за ним погнался Жан Цагана и настиг его, где он отдыхал. Ему отрубили голову и принесли к царю, господину нашему. Увидев это, царь радовался [73] и ликовал весьма и подумал: "сегодня воистину радость; воистину дивна слава рождества его" — это был день рождества господа нашего Иисуса Христа, Тахсаса . После этого царь повелел сосчитать убитых, пленных и упавших в пропасть: большое количество было и лошадей, которых взяли. Много священников пришло, поя песнопения и радуясь; мужчины и женщины собрались по своим городам, пляша и воздавая славу господу. Позвали гарада Хадья из Айфарса, чтобы он увидал это чудо; ему дали украшенные одежды, узнав, что все его намерения были хороши. Затем отрубили голову этому неверному, руки и ноги и все тело его рассекли по членам и царь разослал их по всем городам: голову — в Амбу, а другие члены в Аксум, Манхадбэ, Вашль, Джеджено, Лаво, Виз, а в Дабра Нагуадгуад отправил его убранство, копье, кинжал, зонтик и святилище со всеми нарядами его жены. Дабра Метмаку, Сиону и другим монастырям он дал из его имущества различные цветные камни. На оставшиеся члены его все люди эфиопские набросали камни. Слава богу, исполнившему желание мысли Зара Якоба, своего помазанника, и повергшему врага его рукою своею, да явны будут чудеса его. Да приложит он давать ему радость и упокоение в небесном чертоге своем со всеми избранниками своими. Аминь. И царю Лебна Денгелю, его сыну, да усугубит благодать свою и да поможет ему всегда, как ему, для погубления врагов его, и да продлит дни его 24. Аминь. И аминь.

После этого возвратился царь наш Зара Якоб в радости и веселии и прибыл в землю Фатагар, именуемую Тельк, где он некогда родился, жил и начал строить храм Михаилу. Давид, его отец, живя здесь, устроил много насаждений, именуемых Ялабаша. Здесь он выстроил великий храм и назвал его Мартула Микаэль, а нижний — Ацада-Микаэль. Над обоими поставил одного протоиерея, и дал им различные земли и учредил для них духовенство и различные хорошие установления. И велел он скоро окончить их построение, без замедления на многие дни, и бог исполнил для [74] него по желанию помышления его. Да даст он ему и горнее царствие. Аминь.

Затем он прибыл в землю Энзарда и выстроил там храм, который назвал Дабра Сехин, в который назначил дабтара и певцов и прочих, способных отправлять богослужение. И дал им надел на содержание. Еще дал много земли в память Марии и царя в праздники их. И исполнив все для установления духовенства и устава церкви, ушел в мире.

Отсюда царь наш Зара Якоб прибыл в землю Калета и пробыл в ней немного дней. Потом он перешел реку Варари и прибыл в землю Иба. Он хотел здесь пожить, ибо понравилась ему ее красота.

Через несколько дней восстали чада Стефана, которые говорили: "мы не кланяемся владычице нашей Марии и кресту сына ее". Посему поставил их царь пред собою, допросил об их учении и, заставив вести прение со своими пресвитерами, победил их и посрамил. Но они не оставили нечестия своего. Тогда царь, собрав всех людей христианских и странников, пришедших из Иерусалима, 27 велел предать их суду. И осудили их каждого на многообразные мучения, пока не умрут. Тогда отрезали им носы и языки и побили их камнями 2 Якатита 28. Чрез 38 дней после побиения, 10 Магабита, 29 в праздник креста сошел свет и оставался много дней, будучи видим повсеместно. Посему он полюбил это место и назвал его Дабра Берхан и выстроил здесь храм, украшенный во имя господа нашего Иисуса Христа; его построение исполнили все мастера и все сеюмы Шоа в 8 дней, ибо повелел им царь спешить. Для покрытия солому доставляли от Гедема до Фатагара, причем не было различия [75] среди всех людей области. И свет сошел снова и в третий раз во время литургии и ночью, когда пели певцы "господь воцарился" в церкви. И эти певцы видали свет, и царь сказал: "Я видел ясно, как сходил свет на эту церковь". И поклялся царь, что отдаст этой церкви землю Иба, взяв у царицы слева, да будет для ее причта и для всего ее установления. И он утвердил при ней свое пребывание и повелел всему своему двору поселиться при ней. Повелел он, чтобы все чава, находящиеся при вратах его, помогали ему в сооружении частокола и ограды, и всем сеюмам Шоа он также повелел приносить в дар много бревен дикого оливкового дерева в помощь себе; они доставляли только дерево дикой маслины, сняв с него ножами кору, как я выше сказал, чтобы частокол и его бревна были белы. Никто не допускался близко к нему.

Живя в Дабра Берхане, царь наш Зара Якоб утвердил все установления царства и казнил здесь много людей, а других сослал за то, что они совершили преступления против бога и против помазанника его. Здесь же он наградил почестями и возвеличил многих, которые творили волю божию и повеление царево.

Когда царь уже долго жил на этом месте, наступило весьма сильное моровое поветрие; многие погибли и некому было погребать их. Посему размыслил царь и выстроил справа от Дабра Берхана церковь св. Кирика, да отвратит ради него бог от окрестности Дабра Берхана моровую язву, помня завет, который он дал ему: "не найдет моровая язва туда, где выстроен твой мартирий, и не будет там недостатка воды и скудости пищи". 30 По вере и уверенности царя нашего Зара Якоба отошла болезнь от двора дома его, и было ему по мысли его. И повелел он всем сыновьям своим и царицам давать в дар Кирику индийский шелк и книги 31 и установил, чтобы только в доме Кирика, а не в другом месте, присягали все, кто присягал или принимал присягу. [76]

Он заповедал и ввел устав и исправил веру и научил почитать субботу, не умаляя ее против воскресенья, как написали апостолы в своем Синодосе, говоря: "Я Петр и я Павел, мы заповедуем, чтобы рабочие трудились пять дней, а два дня положили богу". И далее он повелел, чтобы творили праздник 29-го числа каждого месяца ради чести рождества господа нашего Иисуса Христа и ради того, что в сей день низложил он скота Бадлая. Повелел он, чтобы 33 праздника владычицы нашея Марии усердно почитались как день воскресный, как написали митрополиты и патриархи, под страхом отлучения. Установил он и ежемесячный праздник Михаила и всех архангелов и старцев небесных и четырех животных, пророков и апостолов; да творят праздники их, подавая милостыню и вознося жертву, насыщая алчущих хлебом. Он повелел и написал в святых книгах. И писания его таковы по именам их: Том вочеловечения, 32 Книга света, 33 Книга рождества, 34 Отречение сатаны, Книга существа, 35 Блюдение таинства, 36 Господь воцарися. 37 Все это установляя и распространяя, он пребывал в Дабра-Берхане полных 12 лет и два года, когда он ходил в землю Фараго и возвращался в Дабра Берхан и в Дабра Метмак и в другие близкие к нему местности, уходя и возвращаясь скоро в Дабра Берхан. Всех мест этих было 14. После них он преставился.

Бог праведный и многомилостивый да уделит царю нашему Зара Якобу небесное царствие и даст ему наследовать Иерусалим, град, не требующий для своего освещения солнца и луны, да войдет он внутрь его со всеми пророками, апостолами [77] и мучениками, со всеми праведными и мучениками. И сына его Лебна Денгеля да сохранит и да оставит в живых на царстве его до пришествия своего с небес судить живых и мертвых в силе божества своего, да истребит от лица земли всех врагов его, да беседует с ним непрестанно словами радости и веселия, каждый день и каждый час. Аминь. 38 И да скажут все люди ради тела и крови Иисуса Христа, "да будет, да будет!"

I. Слово о правде и вере

Когда воцарился господин наш Зара Якоб, был мир и покой во всей земле Эфиопской, и он проповедовал правду и веру и был подобен красотою уставов, проповеди своей и учения своего пророку и апостолу, ибо люди эфиопские жили, оставив уставы веры и почитание суббот и праздников. И я застал еще это и видел своими очами в юности моей, что нарушали первую субботу и делали в ней всякие работы, а после 9-го часа, когда трубила труба, прекращали работы и отдыхали, говоря: "отселе господствует суббота". Не чтили также и праздников. Все это он прекратил и повелел чтить первую субботу, как день воскресный, и не делать между ними различия, как написали апостолы святые. Он повелел усердно почитать и 33 праздника Марии и ежемесячный праздник Михаила и праздник рождества господа нашего Иисуса Христа каждый месяц и другие праздники, как подобает. Еще научил он не помещать по одному таботу 39, а по два и более, и эти таботы не должны быть одних и тех же, но среди них должен быть включен и табот Марии. Он учил символу веры, молитве Евангелия, ветхозаветному десятословию и евангельскому седмисловию, единому божеству в триех лицах, рождению сына от отца без матери и рождению его от Марии без отца — сему и подобному учил он и повелел учить всех мужчин и женщин, составляя собрания во все субботние дни, во все праздничные дни во всех местах. Он повелел сеюмам — если священники этого не будут делать и не будут учить по местам своим, да отнимется их достояние и расхитятся дома их. [78]

II. Слово о пострижении и церквах

Воцарившись, царь наш Зара Якоб сошел в область Аксума, прибыл в нее и благоустроил ее установления. Он обновил духовенство и исполнил чин пострижения, как его предки, живя в Аксуме, с законоведами, 40 установленными издревле. Потом он вернулся с великой радостью.

И прибыл он в землю Цахай. Найдя ее красивой, он начал прекрасную постройку и перенес гробницу отца своего Давида 41 из города Сиона, вступив в распрю с жителями Муваля, которые говорили: "не отдадим гробницы царя нашего Давида", ибо послали к ним цасарги Абрадаи, Габру и Метус, говоря: "не отдавайте гробницы царя нашего, если придут к вам глас церкви или митрополичий". Посему разгневался царь на этих людей и послал цева, называемых Ба Адаль жан, которые пленили всех жителей города, противившихся гласу царя, с их женами и детьми и отвели их ко вратам царя. Они сказали, что к ним посылали эти цасарги, говоря: "не отдавайте гробницы царя нашего Давида". Тогда царь Зара Якоб вызвал этих трех цасаргов и допросил их: "Прежде я беседовал с вами и советовался относительно перенесения сюда гробницы отца моего Давида, и вы говорили мне: "хорошее дело, да будет по желанию твоему". Зачем же вы потом послали к жителям города, чтобы те не выдавали того, что повелел царь?". Посему он строго наказал их и сослал. И была уничтожена память их, как дабтара, и было написано в род грядущий, чтобы потомство их не было в числе цасаргуэ и дабтара. Жителей же города пощадили, и они вернулись в свои места. Гроб Давида, отца его, поместили в сооружении, которое он выстроил в Дабра Нагуадгуад. Это я слышал от цераг масарэ Иоанна, который находится среди вас и знает все.

Когда царица-мать Эгзиэ Кебра начала строить церковь в земле Мальза, царь наш упросил ее и убедил мудрыми словами не строить в другом месте и не разлучаться с ним в день упокоения своего и упокоения его. И ради сего она снесла этот храм и устроила вместе с ним в Дабра Нагуад, [79] и это понравилось ему. Так поступил царь наш Зара Якоб — он соединил отца своего и мать свою в Дабра Нагуадгуад, желая и сам впоследствии соединиться с ними, почему он весьма возлюбил и почитал Дабра Нагуадгуад и даровал ему обширные земли, да будут для его священства и для памяти владычицы нашея Марии и на поминовение его, его отца царя и его матери царицы. И исполнив все это установление, он выстроил затем другой храм в земле Даго, где он прежде царствовал, и назвал его Макана Марьям, и дал ему хороший устав и дал его во владение Жан Хайла, да будет ей наделом, ибо она была женой его юности и называлась царицей слева.

Затем он ушел и прибыл в землю Тагуэлат и выстроил там храм, назвав его Дабра Метмак. Услыхав в то время, когда там находился, что идет скот Бадлай, повелел молиться во всех церквах за себя. А сам поднялся поспешно и пошел в землю Даваро, где находился этот скот Бадлай, вместе с немногочисленными воинами, полагаясь на силу божию и на помощь матери его владычицы нашея Марии. Затем он начал сражение в день рождества господа нашего Иисуса Христа 29 Тахсаса. И поверг бог скота Бадлая рукою царя нашего Зара Якоба, да явит силу свою и чудеса свои многие. Посему прославил бога царь наш Зара Якоба, ибо он скоро утешил его и не удалил от него помощь свою. После этого он повелел взять одеяние его и одеяние жены его и разрубить тело его на члены и сосчитать воинов его, умерших от меча или погибших в пропасти. И было число их велико, так что удивились все видевшие и слышавшие, что сотворил бог рукою помазанника своего с немногими воинами его. Царь же отдал украшенную одежду сего неверного и одежду его жены и его зонтик в Дабра Нагуадгуад и другим обителям. Члены же его и голову разослал во все рынки, да видят и славят бога все люди. И была великая радость во всех странах ради сего. И когда возвращался царь наш Зара Якоб оттуда в великой радости, встретили его священники с пением, прибывшие из всех мест, и монахи Дабра Либаносские с их настоятелем аввой Андреем; раньше эти монахи посылали к нему пожелания, чтобы он одержал победу. И царь дал для церкви много даров — 150 унций золота, 30 шелковых тканей с золотом, 7 священнических [80] шелковых облачений, 7 золотых кропил и много вещей, две тысячи быков, и заключил с монахами завет и ел в их обители, которой пожаловал 100 мер земли Алат, да будет для празднования памяти 29-го числа каждого месяца ради чести рождества господа нашего Иисуса Христа, ибо в этот день он обрел победу. И это установление пребывает доселе. А монастырь их он наименовал Дабра Либанос; прежде он назывался Асбо. Затем он дал много вещей и весьма любил и почитал этот монастырь.

Возвратимся к прежнему повествованию. Когда вернулся царь наш из Даваро, он прибыл в землю Ялабаш, где жил некогда отец его и где он сам родился. Здесь он выстроил, прекрасный храм и назвал его Мартула Микаэль. У места рождения своего, именуемого Тельк, он выстроил другой Мартирий и назвал его Ацада Микаэль. И поставил он для них двух одного протоиерея и дал землю для их священников. После этого он выстроил великолепный храм в земле Энзорджа и назвал его Дабра Сахин. Затем он ушел отсюда и прибыл в землю Каль'ет. Пробыв здесь немного дней, перешел в землю Иба, где остановился — она понравилась ему. Он начал справлять праздник господа нашего Иисуса Христа, и свет сошел здесь, так что был виден всем людям в их жилищах в день праздника древа креста честного после того, как он казнил чад Стефана, когда те отказались поклоняться владычице нашей Марии и древу креста. Посему и назвал он этот храм Дабра Берхан и великолепно устроил его. И окончил он создание его в 60 дней, ибо повелел спешить всем мастерам, всем, которые приносили материал для покрытия, жителям Гедема и Гана, Ифата и Фатагара и всем сеюмам Шоа. И он прочно поселился в Дабра Берхане и в нем утвердил установления царства. И повелел он соорудить дом царя и крепкую ограду; никто не делал так до него. И здесь он издал много установлений.

Когда моровая язва умерщвляла людей, он повелел всем людям области, дотоле разъединенным, соединяться для погребения их, держа жезлы и бичи в руках и кропя водою молитвы. Он назвал их "Собрание Евангелия", а жезлы — "Жезлами Моисея". Он повелел сеюмам стран расхищать дома и отнимать имущество тех, кто этого не будет делать и не будет погребать умерших во всех областях. [81]

III. Слово об установлении чинов Эфиопии

Господин наш Зара Якоб передал чины Эфиопии в руки своих дочерей царевен. Бехт вадад не был назначен во дни его после Амда Сайтана, которого скоро низложили и изгнали за преступление против царя — дело это тайное, и я не знаю его — явно же, что он совершил грех, будучи мужем царевны, женился на одной женщине и потом отдал ее в жены цасаргуэ Амха Иясус. За все это его судили, сослали и назвали Амда Сайтаном. Судили и цасаргуэ Амха Иясуса. Должность его затем отдали его жене Берхан Замана, чтобы она судила в доме бехт вадада слева и Мадхен Замада — в доме бехт вадада справа. Даль Самра назначили в Тигрэ, в Ангот была поставлена Бахр Мангаса, в Бегамедер — Цабла Марьям, в Амхару — Амата Масих, в Гедем — София, в Шоа — Ром Ганайяла, в Годжам — Ацнаф Самра. Феодор был назначен Яжан сабар раснатом. У этих царевен гадестаны погубили все области. В это время государевы гласы не были уполномочиваемы, но эти были как бы гласами государевыми и они отдали области Эфиопии на расхищение. Из-за них отступили Амба Нахад, сеюм Цельмта Цагой, сеюм Самена, сеюм... и кантиба. Все они отступили и сделались иудеями, оставив христианство, и убили многих людей из Амхары. Когда царь выступил, они сразились с ним, осилили его, прогнали и сожгли все церкви в своих областях. Все это произошло потому, что эти гадестаны сгубили народ, отняв у него имущество, разграбив дома их, не оставив даже матабов 42 на шеях; и не только их одних, но они сгубили весь народ эфиопский.

IV. Слово о том, как были убиты и наказаны царевны и другие люди

В это время восстали лукавые люди по имени: Та'авка Берхан и Зара Сион, которых сатана наполнил лукавым помышлением и которые наклеветали пред царем на этих царевен и на других людей, будто они говорили: "мы поклонились Дасаку и Дино, а эти поклонились с нами вместе". Возвели [82] на них и много других обвинений. Это дело знает сам царь; но открыто только то, что они поклонились Дасаку. Посему судили иного и пытали этих царевичей, имена их: Феодор и Клавдий, Амда Сион и Зара Абрехам и другие, имен которых я не знаю. Имена дочерей: Ацнаф Самра, Дель Самра и другие сестры их. В это время собрал царь много людей и показал им язвы детей своих и их жестокие пытки и сказал: "смотрите, что сделали мы детям нашим: мы не пощадили их, ревнуя о боге, ибо они согрешили против него. И ныне, скажите и выскажитесь, достаточно ли этих пыток, или мы должны прибавить еще, ради бога?". Тогда заплакали все собранные люди и сказали: "да не прибавляют им никакого наказания, ибо они близки к смерти, господин наш царь!" После этого одни из этих детей царя умерли тут же, другие на своих местах. Имен многих людей Эфиопии, которых умертвили и наказали, мы не знаем; это были вельможи и князья, монахи, бедняки и богачи, оклеветанные сими чадами сатаны Зара Сионом, Таавка Берханом и Габра Крестосом. Впоследствии и они были схвачены и судимы строго по лукавству деяний своих, и сосланы. Зара Сион умер там, куда был сослан. Он говорил: "смотрите как пронзает меня огненным копьем авва Андрей Дабралибаносский". Он наклеветал некогда на него царю; его связали, и он умер в узах. Габра-Крестоса впоследствии сокрушил царь Баэда Марьям и казнил. Таавка Берхан умер в ссылке.

V. Слово о том, как царь поступил с чинами Эфиопии которые он прежде отдал всем дочерям своим

И поставил он во все области адагшанатов, назвав их по их наместничествам рак масрэ и хегано. Взял он в свои руки и наместничество протоиерейств и не оставил ничего. Доходы Шоа, отданные цахафаламу, и содержание цева, отданное баала Дамо и баала Дихо и Жан Шанка и Бадаль Даген — все это он повелел передать Дабра Либаносу. Другие доходы Эфиопии оставил одному себе царь наш Зара Якоб, да будет ему на стол и всякую потребу. Далее повелел этот царь: "когда вы призываете имя божие, все люди христианские, говорите: "покланяюсь величию царства его" и затем призывайте имя его. Когда же вы хотите призвать имя владычицы нашея [83] Марии, говорите: "девству ее подобает поклонение", и затек призывайте. В-третьих сказал, он: "когда услышите голос наш или приблизитесь к лицу нашему, всегда говорите, поклоняясь: "поклоняемся отцу и сыну и святому духу, который поставил нам царем Зара Якоба". Всему сему наставив и установив уставы и написав новые книги, почил в мире царь наш Зара Якоб в Дабра Берхане на 35 году царствования.

Я написал историю царя нашего Зара Якоба, равного избранным ученикам, истребителя иудеев; да поселит его бог в небесном дворе, куда стремилось сердце его и желание. И сыну его Лебна Денгелю да продлит дни и да не умалит его до времени прохожденья неба и земли.

Сему Царю нашему Зара Якобу да уделит господь наш Иисус Христос Иерусалим, свое святилище, и да даст унаследовать его без испытания и суда. Ему слава и хвала. Аминь.

И да даст сыну его Лебна Денгелю силу истребить всех неверных, да благословит царство его и да сохранит от осквернения тело и душу его во веки веков. Аминь.

---------------------

После того как почил царь наш Зара Якоб, воцарился сын его Баэда Марьям вместо отца своего после того, как постигли его самого до его воцарения и его мать многие напасти от отца его, который сказал им: "ты хочешь чтобы воцарился сын твой еще в то время, когда я, Зара Якоб, нахожусь на престоле моем; ты послала ко всем святым, которые пребывают в монастырях и пустынях". Она ответила ему, сказав "как я могла совершить такое великое преступление? Сердцем я не помыслила и устами не говорила. Да не кажется тебе это истинным, господин мой, и не слушай слов людей, клевещущих на меня". Тогда разгневался царь повелел весьма бичевать и бить ее, и от болезни после этих побоев и пыток в течение многих дней она почила и ее погребли тайно в монастыре, именуемом Макдаса Марьям, находящемся вблизи Дабра Берхан. В день поминовения своей матери, коей имя Сион Могаса, послал сын ее, Баэда Марьям ладан и светильники. Царь Зара Якоб, услыхав о том, что сделал этот сын его Баэда Марьям, призвал его в гневе и ярости и сказал: "о чем ты слышал и что узнал, что дал ладан и свечи для церкви?". И сказал сын его: "я слышал и [84] узнал, что умерла мать моя и послал ладан и свечи в церковь в день поминовения". И посему повелел царь связать руки и ноги ему, и Махари Крестоса, раба его, связали и много пытали. Когда потом он нашел, что его дело чисто, он оправдал его и помиловал сына своего Баэда Марьяма. И вестники, которых этот Баэда Марьям послал к святым, принесли ему слово радости от этих святых из Дабра Либаноса, из Дабра Касо и от настоятеля Эндагабтанского Абукира, которые говорили: "не бойся, ничего дурного не случится с тобою". Послали они и к отцу его, Зара Якобу со словами: "господин наш, не делай зла сыну твоему Баэда Марьяму, ибо он прибыл к нам и к молитвам отца твоего Такла Хайманота". Царь наш Зара Якоб, выслушав это послание святых, возлюбил совершенно этого сына своего и возвеселил его, и поставил его полномочным над всеми и над жан церагом и получением подарков; и он заклял своих детей не получать подарков, и Баэда Марьям поклялся, что не возьмет ничего ни от кого.

Когда сей царь наш Зара Якоб заболел, он призвал сына своего Баэда Марьяма и сказал ему в присутствии акабэ-саата: "будь внимателен и да будет благо во всех путях твоих, ибо есть в моем желании послать тебя". И когда наступил час упокоения его, его возвели на его престол, а прочих детей царя, которые были там, связали; было провозглашено царство Баэда Марьяма в сей день 3 Эпагомен, в 9 час. в воскресенье и утвердилось величие царства его.

И созвал он тогда в час вечера монахов: авву Матфея, настоятеля Дабра Даммо, авву Габра Альфа и Авву Моисея и повелел им творить молитву за него и за отца его, и дал им ладан, чтобы они кадили. Утром в понедельник царь Баэда Марьям повелел глашатаю громогласно возгласить "узники, находящиеся при дворе, и те, которые в местах изгнания! отец мой помиловал вас ради имени владычицы нашея Марии. Возвращайтесь в ваши дома!". Они вернулись в радости и веселии. И повелел он собрать коней, которые были в Жан балав и Жан асрари и во всех городах, которые были собраны в его руках. За это премудрое решение его хвалили и ублажали его все люди.

В этот день поставил он во все области людей, которых он избрал, ибо прежде все должности Эфиопии были в руках [85] отца его. И он назначил чинов Эфиопии: бехт вадада справа слева и всех подчиненных ему сановников по степеням их: Шоа называемых цахафалам, как и в Амхарской земле, Анготе, Кеда и Тигрэ — бахр нагаси; в Дамоте — цахафалам, Вадж — кац, в Хадья и Ганз — гарад, в Даваро — эрас, в Фата-rape — асгуа, в Ифате — валасама, в Гедеме —аканцан, в Гань — царь. Всем им он поставил эрасов и шафшатов, и протоиереев и небура эдов поставил он также по городам, возложив венцы "а головы их.

Затем царь наш Баэда Марьям назначил собрания в день Цеденьянской богоматери 10 Маскарама. 43 И привели всех преступников, которые клеветали и говорили: "мы поклонились Дасаку во дни отца его царя нашего Зара Якоба". И их подвергли различным наказаниям — палочным ударам и сильному бичеванию. И радовались все видевшие пытки этих врагов христиан и благодарили бога. Тогда царь наш повелел и сказал: "внимайте, лжецы, и отселе не говорите так, ибо открыл мне бог те преступления ваши, и вы, весь народ мой, приготовьте ваши пожитки и мулов; приготовьте ваши пожитки, ибо мы пойдем, куда повелит нам бог". Услыхав это, все воинство стало просить его, говоря: "Господин наш, мы возрадовались тому, что ты наказал сих злых людей, умертвивших многих христиан, и тому, что ты повелел, чтобы впредь не повторялось всякое зло — ты хорошо это сделал. Но что до отправления в путь, то пощади свое войско, царь, ибо теперь не время — дни дождей. Окончим праздник креста, и затем пойдем с тобою, куда бог повелел тебе". И сказал им царь: "хорошо". И он совершил праздник креста в Дабра Берхане, будучи видим всеми без своего покрывала, когда обходил все монастыри: Бэта Иясус, Бэта Маскаль, Бэта Марьям. Он облачил таботы в них украшенными пеленами и затем сошел во дворец; обошел огонь, устроенный для праздника [86] креста с великим торжеством. И радовались, созерцая лицо его все люди, ибо обрели новое, неведомое доселе. После сего царь вошел в свой чертог и повелел отправить, все сокровища, бывшие в доме Назрэт и в доме Царства, в доме приношений и в доме Гадаль — в Гасамбэ в Шоа" чтобы там находиться под охраной.

После этого царь наш Баэда Марьям поднялся из Дабра Берхана 20 Маскарама 44 и прибыл в Дабра Метмак, где совершил праздник владычицы нашея Марии 45 со многим пением и в радости. И оттуда он отправился и прибыл в землю Манзехль в местность, именуемую Макаль Сафара. Поднявшись оттуда, прибыл в землю Сара Гадаль. Здесь он субботствовал и в понедельник поднялся и прибыл в землю Гесэ. Там его встретил Цахафалам Амхары с обильно приготовленными яствами и питьями. Он провел здесь ночь, приготовил обильную трапезу и на следующий день прибыл в землю Геа, где ему приготовили обильную трапезу. Поднявшись из земли Геа, он прибыл в землю Ярех и послал в Дабра Нагуадгуад, чтобы его встретили по полному чину, как установил отец его царь наш Зара Якоб — чтобы были с венцами на головах, облачены в дорогие одежды, сидя на коне скота Бадлая с его копьем и щитом, ибо так делали они всегда 29 числа месяца Тахсаса, в праздник рождества, господа нашего Иисуса Христа, обходя пределы Дабра Нагуадгуад. И исполнили дабтара так, как повелел им царь и вышли навстречу ему в радости и веселии. Царь подошел к ним, исполняя трудный чин со многочисленными цева и воинством, приветствовал священников и вошел в святой Дабра Нагуадгуад. Зажгли тысячу светильников справа и 1000 слева, все дабтара взяли белые свечи в руки свои, обошли все стены, держа звездные (?) пелены. После всего этого, по совершении литургии, царь наш вышел и перешел в обитель, именуемую Дабра Зайт, в дом, украшенный многими одеяниями. И он дал затем иереям много тельцов, чтобы их заклали для них в сей день. И они представили царю, различные дары и весьма обильные явства и пития. Он же [87] дал им взамен агнцев, тельцов и кур, говоря: "да не будет на вас последних податей". Собор Дабра Либаноса, эконом Андрей и игуменья поднесли ему много заготовленного из насаждений — апельсины, лимоны и бананы, за что он благодарил всех иереев и монахов Дабра Либаноса. И он совершил поминовение отца своего царя Зара Якоба в сороковой день, радуясь вместе с ними песнопениями, которые тот сам сложил на глас арьям, 46 весьма сладостный, за отца своего Зара Якоба, подавая милостыню нищим, закалая тельцов и предлагая хлеб для насыщения алчущих.

Совершив все это и пожелав итти в землю Келанто, послал он вперед немногих вельмож, которые у него были, и наказал им, говоря: "встречайте меня по чину, когда я прибуду к вам". И дал им 50 тканей гемеджа для одеяния и убранства, ибо они были новое насаждение, и глашатай повелел: "не называйте сей земли Келанто, а называйте ее "Атронса Эгзеетна Марьям". И поднявшись из Дабра Нагуадгуад, перешел в Атронса Эгзеетна Марьям, каковое имя он дал раньше своего прибытия. И в тот день встретили его иереи, украшенные, согласно его повелению, тонкими одеяниями, которые он дал им, когда послал их; и царь обрадовался, увидав их, и вошел в Атронса Эгзеетна Марьям чрез лес, который был весьма густой. Тогда повелел царь всему своему воинству взять серпы и топоры и рубить все деревья, не оставляя ничего, кроме маслин. От множества народа там скрыт был царь в одной маслине, причем завесили его звездным (?) покрывалом; он видел все, а его не видел никто.

Когда окончили рубить лес, сравняли все камни и траву, которые были там, привели место в благообразный вид и построили большой дворец, украсив его шелковыми тканями. И внес в него царь наш табот владычицы нашей Марии с великой честью и радостью. Эту землю некогда купил за золото царь наш Сайфа Арад, 47 чтобы выстроить на ней церковь и не выстроил, ибо не было на это воли божией. Затем царь Зара Якоб, будучи в Дабра Берхане, послал табот, чтобы поместить его там, и дал местности имя Дабра Параклитос, [88] но построения не успел совершить, а велел соорудить небольшой дом для хранения табота; он почил раньше, чем окончил свои попечения о нем. Сын его Баэда Марьям, царь наш, находясь там, ускорил построение и назначил некоего Амду макбебом, 48 украсив его одеяниями из золота и серебра и дав ему два омофора (?) цвета цветов и цвета вина; число застежек его пояса 12 спереди и 12 сзади, и застежки из золота, а не из серебра. Дал ему и венец золотой, и зонтик, ковер и дорогой сосуд для воды. Установил для него ставить спереди 12 крестов и чтобы стояло пред ним 12 мужей "тете", осеняя индийской шелковой тканью. Повелел, чтобы он пил из хрустального сосуда нежно-розового цвета, ел с золотым ножем и из серебряного блюда (?). Все это он дал макбебу. Рак масарэ он наименовал раббаном монастыря, наставников — раббанами пения псалмов, избранных священников — пресвитерами. Пожаловал он этим иереям и большое пространство земли для памяти владычицы нашея Марии и для памяти всех праздников, чтобы во все праздники и дни творилась память с большим количеством хлеба и жидкого меда, закланием быков и агнцев. Для всего этого он дал много городов для Атронса Эгзеетна Марьям и предметов, которые у него были от юности; все те, которые приобрел до или после воцарения, отдал он этой церкви. Числа этих предметов и числа книг никто не знает, кроме царя.

После этого царь наш повелел, чтобы прибыли к вратам его все потребные для пострижения. 49 И тотчас явились все дабтара из своих монастырей и мужи Аксумские со своими законами. Царь перешел отсюда в землю Джеджено из Атронса Эгзеетна Марьям и совершил там обряд пострижения. И принесли три куска дерева, по обычаю при наречении царского имени — Габра Маскаль, Давид и Константин. Вышел кусок дерева, чтобы было имя ему Давид, и нарекли поэтому царя Баэда Марьям Давидом, 50 его жену юности, царицу слева назвали Жан Сайфа, царицу справа — Елену назвали Адмас-Могаса. Все сеюмы и все воинство были в убранстве и в разнообразных тонких одеяниях, как полагается. И вышел царь [89] во дворец пострижения в третьем часу; к нему подвели буйвола и льва, по древнему обычаю, чтобы он поразил их рукою своею, но царь наш Баэда Марьям, когда ему объяснили этот обычай, отказался поражать их, но велел другим людям убить буйвола и оставить в живых льва, как поступил его отец некогда во граде Аксуме, когда сам совершал пострижение. И он окончил весь чин пострижения только с одними законоведами, без других, и затем возвратился в Атронса Эгзеетна Марьям и отпраздновал там крещение. Поднявшись затем оттуда по окончании праздника успения владычицы нашея Марии в месяце Тере 51 и пошел в Дабра Нагуадгуад, чтобы совершить поминовение отца своего Зара Якоба в день половины года. Оттуда он вернулся в Атронса Эгзеетна Марьям и затем царь наш поднялся и перешел в Мензех, ища хорошего места, чтобы выстроить желанный храм. И он нашел изрядное место, согласно своей мысли, и возрадовался весьма, начал сооружение и построил большое здание; вынес много таботов из Марха Бетэ и поместил в нем. И назвал его Месхала Марьям, поставил иереев и дал землю для потребностей церкви.

Здесь он услышал, что все осуждают его, говоря: "царь не живет по закону и уставам царства, но постоянно стремится быть на коне — ведь он юноша". Посему разгневался царь наш весьма и повелел собрать все свое воинство, препирался с ним, говоря: "зачем вы меня осуждаете и говорите: "этот царь наш не живет по закону и обычаям царства, но сидит на коне". Так вы говорили обо мне. Разве этот обычай ездить на коне и стрелять из лука не был у моих отцов издревле? Ныне же выведя людей, которые говорили это, предайте мне, а если нет — все умрете". В этот день захватили многих монахов и знатных лиц и жан табаки и предали их царю. Когда они отрицались от этих слов, и лика матани вместе с ними, царь повелел отвести их в мадханит, 52 а затем им перерезали жилы на ногах и изгнали в Дак, Гуенц, Гуашаро, Дара, Крестос Фатар, а лика матани в Фенгэ и Амба Санэг и Дабра Маэцо. Из-за этого страх вошел в сердца [90] всех людей и стали говорить между собою: "этот царь еще суровее отца своего". И тогда возгласил глашатай: "отныне все вы, мужи Эфиопские, будьте осторожны и живите пo-уставам вашим". И он послал по областям всех дабтара и цева, бывших при дворе, а сам справил праздник пасхи. И украсил он церковь, наименованную Месхала Марьям, выдав свои одежды. И затем он возвратился в Атронса Эгзээтна Марьям и, придя туда, повелел принести всем наместникам. Эфиопии подати. И они все, согласно приказанию, принесла их в месяцы Хамлэ и Нахасэ. 53 Привели и монахов Дабра Либаноса вместе с их настоятелем отцом нашим Мархена Крестосом. 54 И сказал он отцу нашему Мархена Крестосу: "благослови сей храм и вы все, монахи, благословите его, и я отдам его вам, да будет вам в удел, как отдал некогда, отец мой Зара Якоб отцу вашему Андрею, да будет ему в удел Дабра Нагуадгуад; отныне да не будет он отдельно от Дабра Либаноса". И об этом он установил завет с ними и никогда не прекращал каждое утро давать необходимое для сей церкви.

Когда царь наш находился в этом месте, пришли мужи адальские, неся в дар много тканей "гемджа", и сказали: "прислал нас царь наш Мехмад, сын скота Бадлая, о господин наш, и сказал нам: "отныне я буду в мире и буду давать, ежегодную дань, ты же повели всем цевам не воевать со мною и не вторгаться в мою область". Услыхав это, царь наш дал всем этим посланникам пищу и питье и красивые различные одежды, дал им и подарок на память, чтобы он напоминал им постоянно.

После этого поднялся царь наш и пошел в землю Гуадало и охотился там на зверей, ибо обычай у царей, придя в эту землю, охотиться на зверей. Потом он ушел в землю Даго, т.е. Макана Марьям, и, живя в ней, начал строить храм вблизи Макана Марьям, и назвал его Дабтара Марьям, и дал ему землю 1000 мер, да будет для его дабтара и для всех eго нужд.

Когда он находился здесь, прибыли все цевы Эфиопии, чтобы итти в Доба. Здесь же он отпустил послов, прибывших [91] из Адаля с гласом государевым, именуемым Лика Матани-тейенте и гадаб хамид, ибо он был мусульманин из земли Даваро. И украсил он убранством этих послов и гласа государева и повелел им итти в землю Адаль и сказать: "да будет, как ты сказал; будь внимателен, не нарушай своей клятвы". Отправив их, он собрал монахов с отцом нашим Мархена Крестосом и его спутниками, приветствовал их, говоря: идите в ваши места, а я хочу итти к Доба. Не забывайте меня в молитвах ваших, да поможет мне бог. И он дал отцу нашему Мархена Крестосу 30 тканей гемджа, а также и другим монахам, согласно их степеням. Отец наш Иемерхана Крестос отказался возвращаться тотчас и сказал: "я не разлучусь с тобою и пойду, куда ты пойдешь". И авва Абукир, настоятель Эндагабтанский, послал к нему сказать: "я болен и близок к смерти; ты же иди в мире куда хочешь, и бог да спутешествует тебе. О детях же не скорби, ибо даст тебе бог детей достойных и царство не отойдет от семени твоего. Если слова мои окажутся ложны, пусть сожгут кости мои огнем, но не забывай монастыря моего и поддерживай чад моих". И сказав это, сей монах почил в сей земле Даго. Царь, услыхав обо всех словах и кончине сего монаха, повелел выдать пелену для погребения тела его, и его отправили в его город. А сам царь поднялся отсюда со всем своим воинством и пошел, пока не прибыл в область Ячека. Встретили его мужи хайкские 55 великим чином. И когда увидал царь благолепие чина и войск этих мужей хайкских, удивился, весьма приветствовал их и отпустил в их место. Царь наш остановился в Данка, а отсюда, поднявшись, прибыл в землю Егза, где остановился. Все мужи анготские с женами встретили его с пляской и барабанами и многочисленные дабтара с пением, причем их голоса были весьма звучны.

Поднявшись отсюда, он прибыл к горе высокой и увидал, что она красива, и основал в ней храм, назвав его Манбаро Марьям. Распорядившись всем, относящимся до построения его, он ушел оттуда и прибыл в землю Ванзагэ, остановился в земле Куаркуара в пяток и субботствовал здесь. В понедельник поднявшись, пошел и остановился на реке Мера, откуда прибыл в землю Забель, где его встретили Жан Кантафа. [92]

Он сказал этим цевам: "идите и живите в ваших странах, которые вы знаете, и действуйте, как вам приказано". На другой день он установил порядок битвы для конницы, пехоты и невьючных животных и прибыл в землю Цавта, т.е. землю Мангафо, где пребывал некогда царь наш Исаак 56и поставил свою палатку из растения суф (гелиотропа) и много других палаток и повелел расположиться всем цевам отдельно — одним Жан цагана, одним мужам из Бали, одним также цевам из Фатагара, Гедема и Загань — все они расположились станами. Здесь провозгласил глашатай: "жен, которые у вас, отправьте в землю Аида, где находятся царица слева и справа; тот, при ком будет найдена жена, смертью умрет". Затем царь отправил цевов в землю Мабра, чтобы сражаться, если встретятся с врагами, а если нет, чтобы приготовить путь. Эти цевы пошли и, не встретив мужей Доба, вернулись, проведя некоторое время для приготовления пути. После этого вышел сам царь наш со многими воинами, облеченный в плащ из львиной шкуры, с щитом и копьем в руках, и потом иногда он брал лук. Увидав его, враги узнали издалека, убежали; их не нашли, они скрылись в потайных местах, а свой скот, верблюдов и ослов отправили в страну Такино пред прибытием царя. Когда услыхал царь Данкали приход царя к этому городу Дабья, послал к нему в дар коня, мула с грузом фиников, щит и два копья, говоря: "господин мой, я нахожусь в стану. Если это враги твои, я их не пропущу, но задержу, почему я и не явился к тебе". Царь послал к нему сказать: "ты хорошо действуешь — не допусти, чтобы они вторглись в твою область".

Когда затем наступил день праздника господа нашего Иисуса Христа — богоявления, он повелел выкопать в земле углубление и наполнить его водой, почерпнутой издалека. И он исполнил устав крещения. После этого послал царь много цевов к этим неверным, чтобы сражаться с ними, но неверные были тогда сильны и умертвили много христиан. Против оставшихся разгневался царь и сказал им: "зачем вы вступили с ними в бой, не сказав мне, и зачем не послали ко мне, увидав их, чтобы я пришел и сразился с ними". За это он наказал их, поместив легкое осла и быка у их носов и у [93] их мест, по древнему обычаю, причем они стояли нагие. И так они оставались в доме царства, не будучи помилованы, десять дней. Затем царь поклялся пред собранием: "я не уйду из этой страны, не вспахав поля, не посеяв хлеба и не накормив моего коня этим хлебом. Будьте тверды, сражайтесь и не стремитесь уходить в ваши города". Сказав это, он послал жан Зега, гарада Бали со многими цевами в землю Гам сражаться. Но его убили вместе с его многочисленными воинами. Царь, ожидая его возвращения, не садился за стол до позднего вечера и послал на дорогу, чтобы ему принесли известие, благополучен ли он и его войско. И вернулись эти послы после часа повечерия и возвестили царю, что умер гарад Бали со своим войском. Царь услыхав это, на другой день держал речь к своим воинам и сказал им: "раньше было так на войне, что люди то поражаются, то побеждают; ныне же укрепите сердца ваши и да не войдет страх в мысль вашу, ибо есть бог, который поможет нам во время свое". Затем, когда усилилась болезнь желудка и подобные болезни при дворе, он поднялся из Доба и пошел в землю Хая, область макуаненства Тигрэ и остановился там, ибо было время великого поста. И повелел он цариц слева и справа доставить оттуда, где они пребывали, из земли Аида, чтобы стать станом со многими людьми вблизи царя. И объявил глашатай: "отныне устройте здесь прочные жилища, вы, все мое воинство — я хочу поселиться в этом месте подобно тому, как поселился отец мой Зара Якоб в Дабра Берхане. Кони мои, согласно моему повелению, пусть остаются в земле Тигрэ и пасутся до Амба Санайт".

После этого он послал глас государства в Целамет привести немедленно жан аморов, ибо они сражались против Амба Нахада, сеюма Целамта. Когда эти цевы прибыли к его вратам, он расспросил их обо всем, касающемся Амба Нахада и мужей Доба. Они сказали ему: "господин наш, мы пробыли в Целамте, сражаясь с Амба Нахадом, как ты приказал нам, и когда ты пошел на страну Доба, отчего ты не позвал нас, чтобы мы сразились с ними? Разве не поместил нас здесь отец твой ради их? Разве не лучше сражаться каждому в его стране, в которой ему известны дороги? И ныне мы, рабы твои, возвеселим тебя, будем исполнять волю твою и умрем за тебя; мы посрамим врагов твоих, мужей Дабья!". Царь, [94] услыхав эту речь, укрепился духом и тотчас дал клятву усилить пост и молитву до изменения вида его. И он оставил царские одеяния, когда садился на свое седалище, и все царское имущество, которое было в Атронса Эгзеетна Марьям он отдал владычице нашей Марии и не оставил ничего. И послал он в Тигрэ 1000 унций золота для раздачи бедным, нищим, монахам и убогим, да приемлет бог моление и молитву его.

Когда жители Доба услыхали обо всех этих распоряжениях царя Баэда Марьям, весьма смутились и решили вторгнуться в землю Адаль. Они собрали своих верблюдов быков, детей и жен и сказали: "этот царь не оставит нас; он тверд в намерении истребить нас и уничтожить страну нашу. Лучше нам убежать куда придется, раньше чем он придет к нам". И так сказав, они начали нагружать свое имущество и пошли куда хотели все 12 сеюмов Доба с их присными. Царь наш, услыхав об этом, повелел макуанену Тигрэ и цахафаламам Кеда и Дамота преследовать их поспешно и подстерегать на пути, чтобы они не ускользнули. Конницу он послал до 9-го часа, раньше чем выступил сам, и бросил ее в Финдан. В полночь он поднялся и шел всю ночь без обуви, пока не рассвело, и после этого надел царское одеяние, сел на коня и приготовился к битве. Когда он прибыл, собрались они со своими женами и детьми и имуществом, и он начал битву с ними, убивал их и уничтожил так, что не осталось никого. Бежавших не пропустили те, тиграйцы и дамотцы, которых он послал прежде. Бог послал ему свою помощь, не отверг молитвы и милостыни его и посему он прославил царство его и не переставал благодарить его. Так да исполнит он все желания сына его Александра, и да ускорит гибель и не даст произрастать впредь потомству того, кто желает его исчезновения. Аминь.

Возвратимся к повествованию. Когда царь наш Баэда Марьям возвратился в радости и веселии, отрубил головы этих неверных и воины его отнесли своим женам их трофеи, он вошел в свой стан и была великая радость при его дворе и во всех городах. Весьма звучал шум плясок и пения во всех местах. После этого было приказано устроить зимнее пребывание царя вблизи того места, где он раньше находился. Здесь он зазимовал и отсюда отпустил отца нашего Иемерхана [95]

Крестоса в его страну. Он не хотел разлучаться с царем, но тот отдал твердый приказ и дал ему 215 унций золота, золотой крест, омофор и епитрахиль и отпустил его с миром. Всем монахам дал облачения; быков жителей Доба он отдал жан аморам и жан кантафам, чтобы они стерегли и пасли их. Потом он помиловал оставшихся жителей Доба, ибо они упросили его. Он обратил их в христианство и вернул им быков, которых угнал, и прибавил других быков, которых велел доставить из области Вадж и Ганез, и поселил среди них цевов, назвав их Давит Амба и Баман Гадафо, и выстроил храм во имя владычицы нашея Марии и насадил много апельсинов, лимонов, винограда; и сделал область Доба красивой царь наш Баэда Марьям и накормил коней своих хлебом, как предсказал устами своими: "не уйду из этой области, не вспахав поля, не посеяв хлеба и не накормив моих коней этим хлебом". И сотворил бог по слову его. Он повелел, чтобы было вспахано поле, чтобы посеяли хлеб и от этого хлеба накормили коней и мулов своих. И исполнилось слово пророчества его, ибо пророком был царь наш Баэда Марьям и для себя самого. Здесь он сделал царицей Баальта Сехна и наименовал ее Давит Эра.

После этого он посоветовался с отцом нашим Матфеем, настоятелем Дабра Даммо, и спросил его, как своего духовника, итти ли ему в Аксум для совершения пострижения. Он сказал ему: "хорошо ты замыслил и да исполнит для тебя бог все желание твое". Тогда он послал макуанена Тигрэ и всех сеюмов и монахов и настоятелей, чтобы ожидать его придя раньше в Аксум и приготовить весь чин пострижения. Послал он и много быков для заклания. Но услыхав о прибытии наместника Адаля по имени Ладаэ Эсмана преемника умершего Мехмада, с которым некогда он заключил договор, послал к макуанену Тигрэ и ко всем сеюмам, отправленным в Аксум, приказ немедленно возвращаться и явиться к нему. Когда они прибыли, царь наш поднялся и снова спустился в землю Доба, и совершил там крещенский обряд и установил закон для жизни населения Доба, и их быта и назначил на места судей для жителей. И повелел он всем совершить праздник успения владычицы нашей Марии 21 числа месяца Тера, и они совершили, как было приказано, и праздновали, раздавая хлеб, пиво, мед в большом [96] количестве, веселясь и пляша. Окончив все это, царь наш повелел, чтобы они обрабатывали поля и отныне не брали копья. И он пошел вместе со всем воинством из Доба по дороге в Ангот, причем встречали его все мужчины и женщины и иереи в областях с радостью и веселием. Он прибыл в Васл и там приказал царицам итти со всем воинством по дороге в Амхару и Манзех. А сам царь наш пошел по пути в Гедем и прибыл в Лаво Габав, где произвел счет коням, вооружению и воинской одежде. Затем он отправился и прибыл в землю Качехо и в землю Ифат, и, находясь здесь, спрашивал все названия городов. И говорили ему: "это Макрэ, место изгнания, а это — Генд-Бело, а то место, в котором мы находимся, называется река Агат земли Гадави". И спросил он еще: "приходят ли сюда люди из Адаля?" И отвечали ему: "да, приходят и живут здесь". И встретили его все люди и Шоа и Ифата, царь же увидав издалека много коней их и много пеших в порядке, повелел им не приходить, а возвращаться своей дорогой, чтобы люди не погибли от голода. Сам царь отправился в землю Тобья в Ифате и расположился в палатке из суфа; некогда в этой земле жил царь наш Давид и насадил в ней много садов. Поднявшись оттуда, он вышел из врат Даго Мечег, остановился на реке Гасай, что в земле Дабра Бер-хана и спросил там цахафалама Дабра Сиона: "почему не пришли встретить меня монахи Дабра Либаноса? Разве ты не цахафалам Шоа и не их земля Шоа?" Он ответил и сказал: "господин кой, все монахи с отцом нашим Иемерхана Крестосом пошли и прибыли в Дабра Бархан". На другой день, когда царь поднялся с места остановки, прибыли монахи Дабра Либаноса и все дабтара Дабра Берхана по чинам их со многими кадильницами и зонтиками на встречу ему. Увидав их, царь обрадовался весьма и сказал: "это монахи из Дабра Либаноса?" Ему ответили: "да, господин мой". Тогда он повелел привести немедленно отца нашего Иемерхана Крестоса и тотчас приблизил его к себе. Тот сейчас же упал на землю от великой радости, поклонившись царю. Царь же приказал поднять его и приветствовал монахов и дабтара Дабра Берхана. Затем он вернулся в Дабра Берхан, вошел в него, поклонился, обошел его ограду и прибыл к своему жилищу. Здесь он нашел дерево розы, которое посадил некогда [97] своими руками в юности, когда находился со своим отцом, в этой земле. Он облек его гемджа.

Затем он отправился и прибыл в землю Сармат. Поднявшись оттуда, вышел в землю Занго, где некогда воспитывался и отпраздновал в ней праздник осанны, пасхи и вознесения и ушел в Ялабаша, т.е. Мартула Микаэль. И повелел он устроить дом царя там, где некогда обитал царь наш Давид и отец его Зара Якоб. И он оставался там до окончания дней дождей. Когда он находился в этой земле, 24-го числа месяца Хамлэ, в полночь явился жан дараба по имени Матфей и сказал царю, что родился младенец от госпожи Ромны. Поэтому он весьма обрадовался, прославил бога, пошел в церковь и собрал всех дабтара для песнопения и возношения кадила, ибо это был день праздника владычицы нашей Марии 57 и праздник Рафаила ангела. По окончании литургии он дал этим дабтара обильное угощение и питье, а всем бедным и нищим подал милостыню. И этого Матфея, который принес ему радостную весть, он поблагодарил и облек в красивые одежды. Младенца повелел ввести в христианство в определенное время и наименовал Александром. Здесь же родился Федор от Эреш Газет.

После праздника Креста он пошел в Гарма и пробыл там до 22 Хедара 58. Проведя здесь праздник Михайлов день 59 в великой радости, поднялся и прибыл в Садакабаба в земле Эламалали. Когда он здесь находился, сообщили ему, что составили заговор в области Бали именуемые Таначе и приближенные Габра Иясуса, гарада Бали, и все цевы, говоря: "уйдем в землю Адаль". Услыхав об этом, царь повелел привести немедленно этих людей, составивших злой совет, и отнюдь не оставить их в их областях. Их тотчас привели и представили царю. Они думали, что их поставят по их городам и украсят, но царь приказал выстроиться всем конным и пешим, которые были при дворе, дал 10 быков бэтханса, чтобы их заклали, собрали их мясо и кожу и приготовили. И когда [98] задержали этих таначе в количестве 1660, повесили им на шею приготовленные из этой кожи ремни (?), о которых я выше сказал. И отправили в землю Годжам всех поселенных в Шоа, доведя их до Абая; от Абая их сопровождал нагаш Годжама вместе с многочисленными цевами Годжама. И поместил их в землю Гамбота, назвав их Давит хараса. К ним доставили и отправили их жен со всем имуществом, детьми и стяжанием.

Затем царь приказал здесь всем цевам Даваро и Бали и поселенным в Дамоте итти воевать в землю Адаль, а сам поднялся и перешел в землю Даваро. Эти цева опустошили землю Адаль, вернулись и встретились с царем в земле Даваро в радости и веселии. Здесь они отпраздновали крещение, богоявление и день памяти владычицы нашея Марии. Затем он вернулся из Даваро и прибыл в Эламалэ в земле Дагу Дагумань и провел там все дни поста. Здесь он насадил виноград, сахар, лимоны, апельсины и всякие благовонные растения и полюбил это место. Сюда он велел годжамскому нагашу Анбаса Давиту принести свою подать. Когда тот, согласно повелению, принес много вещей своего царства, царь наш поблагодарил его весьма и дал ему своего сына Александра, да будет ему сыном, а он да будет ему отцом. Он положил на его грудь этого младенца Александра. Тогда он весьма был рад этому и передал ребенку много даров — коней, мулов, золота, бумаги и сказал: "я дам ему всякое добро, ему потребное, по чину, но дай мне землю за него, на которой я помещу для него быков и волов". И царь наш сказал: "хорошо".

Когда он находился в этой земле, появилась злокачественная лихорадка и умертвила этого годжамского нагаша Анбаса Давита. Когда заболел и Такла Марьям, сказали царю, и он тотчас велел привести его к нему, чтобы он увидал его болезнь, ибо весьма любил его и верил ему — он имел власть в его время и во время отца его Зара Якоба. Святой царь 60 увидав болезнь его, напоил его святым елеем, но он сказал: "господин мой, не будет жив уполномоченный над твоими защитниками". Доныне существует этот обычай. 61 [99]

Здесь от госпожи Ромны еще родился младенец; царь дал ему имя Энкуа Эсраэль.

После этого лика мацани, по имени Яклэ, стал пред царя и сказал: "у меня, господин мой, есть речь, которой никто не слушает, кроме тебя в твоем шатре, ибо она весьма важна". Этого лика мацани тотчас позвали и ввели к царю, удалив для него всех людей. И повелел ему царь рассказать все, что он находил нужным сказать. И рассказав царю все, что он хотел, он вышел от царя тотчас. На другой день повелел царь собрать всех Жан масаров, и когда их вводили в палисад рано утром, их задерживали по одному и удавливали; трепетали и дрожали и они и видевшие их. Когда он их допрашивал по этому делу каждого в отдельности и говорил: "зачем вы враждебны моему царству и хотите делать злое против меня?", они отрицали это. Их удавливали в этот день с утра до девятого часа. Затем привели лика мацани и сказал ему царь: "почему ты возводишь на этих людей это твое обвинение, которое ты представил нам против них?" Он сказал: "я пойду в мадханит"; 62 они сказали тоже. Царь, услыхав это, сказал: "поклянись Сионом, церковью, что они творили зло против меня и вы поклянитесь, что не делали мне никакого зла". И все ответили: "да, мы клянемся", и поклялись и он, и они.

Габра Вахеда, цасаргуэ привел Махарэ Крестос из Дамота связанным по повелению царя и доставил его ко двору. И царь сказал ему: "зачем ты делал злое против меня и был весьма горд? Ведь грех твой рассказал Габра Бархан". Он отрицал и говорил: "я не творил превозношения и злого против тебя, господин мой". Их свели на суде, поставив обоих на судилище, причем царь слушал обвинения со стороны Габра Берхана, что он недостойным образом обращался с тем, что свойственно царству, что он сделал себе постель из шелковых одежд, что когда он садился на коня, делал это, как при дворе и на нем была ткань фотат. Когда он был признан виновным во всем этом, вырвали волосы его головы и повелел царь положить на одежду его жир, вымазать его жиром, зажечь огонь, привязать его к его одеждам, напитанным жиром, и сжечь обернутого в одежде, повесив вниз головой. [100]

Но когда все судьи просили царя помиловать его от этого сожжения, его отдали герабацреваджатам, чтобы они заковали его десятью цепями. Затем его бичевали и сослали в Гуашаро и впоследствии отправили на Дак.

Когда царь находился в этой земле Абаси, он послал Габра Иясуса в Адаль, ибо он был бехт вададом и гарадом Бали, и пошел вместе с цевами Даваро и Бали. Других не было. Когда он прибыл в город этих мусульман, нашел их готовыми выступить в страну нашу — всех сеюмов Адаля вместе. Когда он начал с ними войну, бог победил их его рукою и умертвил множество их. Были и взятые в плен, имена их: Гуашач, Гуета, Сид Ахмад, гарад Эрора, гарад Гедаи, гарад Куашма, гарад Харагая, гарад Гедаи и сеюм Фараша. Имена всех этих я знаю, но с ними было много уведено тех, имен которых я не знаю. Царь беспокоился о своем войске, ибо долго не приходило известие о его победе. Был день воскресный и в него не совершался обряд "аман" до полудня. Тогда пришло письмо, принесенное посыльным (?), и об этом сказали царю. Посмотрев это письмо, он весьма обрадовался, ибо нашел в нем написанным, что одержали верх и победили его воины. И он тотчас совершил аман с великой радостью. Еще прибыло в 9-й час письмо, в котором было сказано: "радуйся, господин наш, мы одержали победу по молитве твоей. Мы прибыли в землю Бали, причем были благополучны и мы сами, и наше добро, и наши кони". Посему возблагодарил бога царь наш Баэда Марьям и сообщил это радостное известие акабэ-саату Амха Сиону. Тот, услыхав, обрадовался и возблагодарил бога. На другой день это радостное известие было сообщено через глашатая всему войску, и был весьма большой шум от плясок и пения. И повелел царь наш установить моления. 63

После этого он повелел явиться в месяце Хедаре всем цевам и они собрались в определенные сроки. Он повелел освободить гарадов, приведенных раньше Габра Иясусом, ибо гарады ему сказали: "мы поведем вас по пути в Адаль, каждый в то место, которое хорошо знает". Царь наш вышел [101] тогда из своего дворца и воссел на большом возвышении, которое он велел сделать вдали от его лагеря. Его устройство было весьма дивно: весьма высокие и толстые колонны имели около 20 локтей и были обтянуты материей со звездами (?). Внутри поместили высокий трон, на котором он воссел. Царь наш Баэда Марьям повелел представить Махари Крестоса, бехт вадада слева и Габра Иясуса, бехт вадада справа — всех цевов с этими гарадами, которые были в плену. И привели их всех пред царя. Тогда царь отдал половину цевов Махари Крестосу, а половину Габра Иясусу. И этих мусульман он также разделил пополам, чтобы они указывали путь, и затем вернулся царь в свое жилище. И сказал тогда царю авва Михаил, настоятель Дака, Ита (?), Дабра Малаго: "видел я во сне, что пожрало их темное облако — и Габра Иясуса и Махари Крестоса. Не отправляй их, господин мой, но повели им вернуться". За эту речь сослали этого монаха на Зевай. А ушедшие в Адаль были побеждены и уничтожены рукою мусульман в месяце Тахсасе. Доложили царю, как погибли и скончались Габра Иясус и Махари Крестос со своими, и скорбел царь о них. Он провел здесь праздник крещения и пасху и вернул из ссылки монаха авву Михаила, когда оказалось истинным видение его.

После этого он выступил отсюда и прибыл в Габаргэ. Здесь родился Клеопа и был назван Наодом. Потом он перешел в землю Тантар и расположился там зимовать. Когда он здесь находился, принесли голову гарада Аликота жан-цегана в Даваро, ибо он убил бахр нагаша. Когда окончилось время дождей, он приказал Матфею, гараду Ганза отправить детей в землю Ганез и воспитывать там по их древнему закону и обычаю, а сам поднялся и прибыл в землю Арара, пробыл там несколько дней и совершил в этой земле крещенский обряд; это было в 7-й год его царствования. Я ничего не знаю и не понимаю из того, что произошло после этого, ибо послал меня он с детьми, чтобы быть при них.

Боже, введи помазанника твоего Баэда Марьяма обитать в стране злачной, не поминая грехов его ради Марии, матери твоей, чистой от всякого порока. Аминь. Ради плоти и крови его, да будет! Исполни всегда сына его Лебна Денгеля духом премудрости и разума, да исполнит все заповеди твои, продолжи [102] дни его до конца круга, без печали и воздыхания и истреби врагов его от лица земли. Аминь. И аминь. 64

После того 65 как воцарился сын его Баэда Марьям, сказал акабэ-саат Амха Сион всей знати эфиопской, стоя пред престолом высоким: "глас царя нашего Зара Якоба: "царь Баэда Марьям не по моему хотению, но повелел мне бог, да воцарю над вами именно его, о люди эфиопские!" Так говорил пред своею кончиною государь мой Зара Якоб, да буду свидетелем его пред ангелами и людьми, и если я солгал, свидетель мой дух святый. После сего возглашен был глашатаем указ: "отныне одевайтесь все, как хотите, в белое, или в красное и узники ближние и дальние возвратитесь в ваши дома". Ради этого радовались все люди эфиопские и много плясали и были одеты в красивые одежды.

Что до чинов, которые были в руках царя, отца его, то он назначил по древнему обычаю мужей по городам. И было весьма грозно величие царства господина нашего Баэда Марьяма. После этого пошел сей царь в землю Амхару и прибыл в Дабра Нагуадгуад, ко гробу отца своего и совершил здесь его поминовение в сороковой день. Окончив это, он перешел в Келанто, которую назвал Атронса Марьям, с великим торжеством и смятением от многих коней и цевов, его сопровождавших без числа. И начал он построение этого храма при многочисленных строителях. И дал он ему в удел землю от Абал до Джамы, увеличил весьма число иереев, набрав и назвав их из всех областей, чтобы они молились в этом храме. И он дал имена его чинам: проповедник церкви, 66 соборный протоиерей, старейший монастыря, господин справа, господин слева, господин хранитель дома. И украсил он их красивыми одеждами, с убранством проповедника ничто не могло сравниться; он почтил его более всех архипресвитеров монастырей, которые были раньше; и всех его подчиненных наставников и всех дабтара почтил царь весьма по степеням их. Он установил им память Марии и праздники памяти всех [103] мучеников и праведных в дни их; дал он много хлеба и меду и быков и агнцев, чтобы они радовались и веселились, а он получил награду на небесах. Все это установил царь наш Баэда Марьям для Атронса Эгзеетна Марьям; и гробницы царей перенес он с мест их — гробницу царя Феодора 67 из Марха Бетэ, гробницу Гуерма Асфарэ 68 из Асаро и Иекуно Амлака 69 из Иекуно и других царей и митрополитов, всего 18 числом внес он и погреб в нем и установил памяти этих царей и митрополитов в различные дни, не соединяя. И когда он находился здесь, велел перенести кости Такла Иясуса из Дабра Нагуадгуад, ибо это был его наставник, научивший его псалтырю Давида и был им весьма любим. Происходил этот Такла Иясус из дома цасаргуэ Вальда Абсада. Он облек его тело в белое одеяние и в шелк по великой любви своей и внес его в свою усыпальницу в Дабра Нагуадгуад, а матери его дал 50 унций золота, всем родным его красивые одежды и сделал их доверенными во внешних и внутренних делах и весьма полюбил их, особенно же Марка, которого сделал доверенным во всем. Когда он послал его в Целамет, он привел Амба Нахада, Цагая и Кантибу, которые изменили во дни царя нашего Зара Якоба, и помирил их с царем нашим Баэда Марьямом, и они обновили в своих областях церкви, которые некогда сожгли. Он установил там закон христианский и поселил новых цева.

Когда было окончено устроение Атронса Эгзеетна Марьям, царь ушел в землю Джагно и совершил там обряд пострижения. Царь спросил, как должно быть одето в этот день все его войско. И сказали ему, что в белые одежды. И он украсил всех законоведов и дабтара и свою свиту и свою палатку в большей степени, чем отец его. И объявил здесь он царицей царицу слева Жан Сайфа, согласно закону и обычаю, но мне не дали видеть этого, а поместили шелковую завесу предо мною, когда я находился там и стоял, чтобы я не видел их тайного обряда. Затем принесли ей от царя много украшений и кусков золота для головы, для ушей, для шеи, для рук, для ног и ожерелья. Все это он дал царице [104] слева, и обряд пострижения не совершался над другой царицей, кроме только царицы слева. Окончив обряд пострижения, царь возвратился в свое жилище с великим торжеством и шумом, сопровождаемый справа и слева многочисленными цевами. За ним следовала царица слева, а за ней царица Елена, царствовавшая с нею в этот день. Когда вернулся царь, вернулась в свое жилище и царица слева, сопровождаемая всею свитой царя: бехт вададами справа и слева и всем воинством царя, стражами львов и их львами со многими светильниками, как делается для царя … и высокий трон ... Затем принесли обычные яства и дали всем по чинам, дали и львам быков — львы умертвили этих быков перед всеми людьми. И сторожу львов дали красивую одежду и всем сеюмам, как надлежало.

Царь весьма любил и царицу справа Елену, ибо она была от бога совершенна во всем — в праведности, в вере, в молитве, в приобщении и в мирских делах — в изготовлениях стола, в законе, в знании писания и речи. За все это любил царь весьма царицу Елену и относился к ней как к матери.

Здесь царь спросил всех мужей амхарских о порядке благословения, которое творится над царем издревле до ныне. И они объяснили ему чин благословения, который совершается там для царя. И позвал царь законоведов и угостил их вместе с собою, облеченных в одежды из махака, ибо таков у них обычай. Других людей не было с ними кроме Габра Вахеда и Марка ... и знати правой и левой, и кроме азажа Такла Марьяма. После этого мужи амхарские благословили его по их закону и обычаю. Затем царь наш вернулся в Атронса Марьям и прожил там два года, а затем перешел в землю Ангот, основал там храм и назвал его Дабтара Марьям.

Когда он захотел итти в землю Доба, он отпустил всех цариц и поселил их в земле Аида, а чужеземцев (?) с Марком поселил в Манбара Марьям; он был цасаргуэ, который здесь был поставлен как азмач для управления и снаряжения гадабо. Уйдя отсюда, прибыл в землю Доба царь наш Баэда Марьям со всем своим войском и начал с ним войну. Сначала перевес имели эти неверные и умертвили многих из христиан, но в конце победил бог рукою помазанника своего царя нашего Баэда Марьяма в предал их в руки его, услышав [105] и приняв молитвы его и молитвы всех святых своих, 70 ибо он просил с самого начала всех избранных молиться за него. И было по молитвам исполнено желание его. И он выстроил церковь в городе этих неверных и дал ей и другим церквам одежды и утварь, а также дал много вещей отцу нашему Иемерхана Крестосу из Дабра Либаноса. Дал он и 500 унций золота на нужды церкви и для Дабра Даммо дал 2 гемеджа и 500 унций золота. Число других пожертвований я не знаю. Да воздаст ему бог воздаяние, которого человек не видел очами своими и не слышал ушами своими. Аминь. И сыну его Лебна Денгелю да поможет всегда для уничтожения всех врагов его, покрыв крылами и ангелами своими. Аминь.

После этого жил царь наш Баэда Марьям в земле Амхаре и в земле Доба вместе четыре года и вернулся в мире и великой радости, исполнив желание сердца своего. И прибыл он в страну Шоа во дни поста и в день праздника Осанны вошел в Месла Занго, где некогда жил и воспитывался. Он облек там его камни и деревья и, пробыв немного дней, пошел и прибыл в Вадж, где повелел соорудить дворец, постройка которого была весьма изящна по красоте. Когда кто-либо хотел посмотреть его, платил за это.

Когда царь наш находился в этой земле Вадж, именуемой Арари, он повелел Махари Крестосу и Габра Иясусу, еще не отправившимся, итти в землю Адаль сражаться и украсил их дорогими одеждами вместе с многочисленными цевами. И сам царь послал из своего жилища цевов с почетом и величием. Они спускались в страну Адаль нехотя, и бог не благоволил к ним. Мужи адальские пришли сражаться и начали умерщвлять их. Тогда христиане обратились в бегство, сначала один Махари Крестос со своими, а затем и Габра Иясус со своими. И погибли все и не уцелели, ибо шли не со страхом божиим. Когда царь услыхал об их поражении, весьма скорбел, ибо весьма любил Махари Крестоса и Габра Иясуса. Махари Крестоса он любил издавна как своего слугу и доверенного, с которым никто не был равен пред царем. Ради этого дал царь наш Баэда Марьям всем милостыню и послал в Тигрэ 2000 унций золота через своего слугу цасаргуэ [106] Марка и повелел раздать святым, и снова, как и прежде, дал отцу нашему Марха Крестосу дабралибаносскому 500 унций золота, а другим святым милостыню, исповедаясь пред господом богом своим, молясь о спасении душ людей своих, которые были побеждены.

После этого он никуда не ходил, кроме Ваджа, т.е. Арари и Абаса Вера Габая. Там почил царь наш Баэда Марьям, процарствовав 10 лет, 71 и был весь возраст его 30 лет. Да сподобит его бог удела и достояния, со всеми святыми и мучениками, которые соблюли праведность и веру. Аминь. И сыну его Лебна Денгелю да подаст он долготу дней и исполнит сердце его веселием и радостью. Аминь.

После него воцарился сын его Александр, как повелел он и сказал пред представлением: "да воцарят после меня Александра, сына моего, ибо к нему благоволит господь бог мой". Это передавали слышавшие. И был Александр царем нашим, благим, чистым и кротким, ибо он был отрок и юн годами. Он в тот же день повелел доставить свою мать из земли Амхары, куда она бы изгнана в дни царя нашего Баэда Марьяма. И ее немедленно доставили к царю в радости и веселии, как некогда Эгзиэ Кебра, мать царя Зара Якоба. И установил для нее чин, когда она воцарилась, и посадил на трон старейшины — цераг масарэ и начальник дабтара, а государев пресвитер благословил их по обычаю их. Тогда акабэ-саатом был Тасфа Гиоргис, бехтвададом слева Амда Микаэль, бехтвададом справа — Бадлраэд. И был в дни царя нашего Александра покой в радости и веселии. Были в согласии мать царя Ромна с акабэ-саатом Тасфа Гиоргисом и бехтвададом Амду; не было разногласия между ними тремя ни в совещаниях, ни в распоряжениях. Царь же не знал установлений Эфиопии и дел всех людей эфиопских, ибо был весьма юн возрастом. Чрез некоторое время началась вражда аввы Хасабо, аввы Амду и уверенными в его правоте, с бехтвададом Амду, когда увидали, что он один управляет всей Эфиопией. Посему были схвачены все враждебные ему; их пытали многими истязаниями, а затем связали [107] и сослали. Одни из них умерли на пути, другие остались в живых.

После этого царь наш, перейдя в землю Ялабаса, место отца своего, совершил обряд пострижения и исполнил обычай древних отцов своих. Во дни его прибыли архиереи из святого Иерусалима, умножились священники, обновились церкви и исполнились радостью все страны. Перейдя затем в Шоа, царь наш прибыл в Амхару, обошел все монастыри и посетил Ганата Гиоргис, Дабра Нагуадгуад и Атронса Марьям, где совершил поминовение отца своего 12 Хедара, в праздник Михаила архангела. Он закончил построение этой церкви, именуемой Атронса Марьям; этот царь наш Александр окончил то, что оставил начатым отец его Баэда Марьям. Затем он возвратился в страну Шоа и в ней жил с ним Заселус в Калэ Майда, ибо бог судил их.

Сей царь наш Александр был полон силы и искусен в бою: он знал все военное дело, езду на коне, стрельбу из лука, умел владеть щитом и копьем, но был он и милостив, сострадателен и милосерд, любил доброе и ненавидел месть. Но воины его губили весь свет, удручали бедных и их не наказывали. Посему прогневался бог. Во второй год собрал царь всех своих воинов и спустился в землю Адаль, хотя говорили ему многие святые: "не ходи в землю Адаль, царь наш, не будет тебе пользы". Но он не послушался их, пошел и достиг Дакара. Разорили весь дом его и весь строй его. 72 Когда он возвращался, мусульмане преследовали его в небольшом количестве; когда он начал битву, все воины его обратились в бегство: одни из них погибли, другие убежали, иные попали в плен. Царя же покрыл бог крыльями своих ангелов и вернул в мире в его дворец. После этого он пребывал, скорбя и печалясь, и помышлял снова итти против врагов своих. Но не было ему по желанию.

Он выстроил затем руками своими храм, назвав его Дабра Месва'э, сделал его почитаемым, и весьма чтил его духовенство вместе с настоятелем. 73 [108]

Затем, когда однажды он находился в своем чертоге, сказали ему: "мужи Архо 74 убили твоего слугу Таклая, которого ты любил". Царь встал вечером и вышел к ним. Увидав его, они подумали, что пришли другие люди бороться с ними и вспомнили о своих преступлениях. Не зная, что это царь, и эти люди Архо, называемые Май, в темноте ночной выстрелили в него и он почил 12 Генбота на 15-м году, 6-м месяце царствования. 75 За это перебили этих людей Архо, не оставив их жен и детей.

Тело царя Александра, прежде чем отправить, положили в гробницу. Заселус и все его сообщники оставили его, а сам он пошел в Амхару сделать царем, кого хотел, а людям Мечгэ приказал не отпускать гроба царя нашего Александра. Он сделал царем, кого хотел, а здесь воцарили Амда Сиона, младенца, сына Александра. Воцарившие Амда Сиона составили постановление, перешли в Амхару и начали войну с Заселусом и тем, кого он поставил царем. В это время воины Александра убили всех сообщников (Заселуса) и офицеров по их чинам.

Гроб Александра, оставленный по приказу Заселуса в Мечеге, 76 через три дня отправили по дороге, на которой он был задержан. Его похоронили в усыпальнице отца его в Атронса Марьям. Такла Крестос прибыл туда со своими оплакивать его. Принесли ему от царя и дорогие покровы "шельмат" и украсили его. Он приказал развозить убитых по всем странам, чтобы видели их все люди. Затем он вернулся со всеми своими воинами к царю их в радости и веселии. Тем людям, которые условились прежде итти с Заселусом, вырвали глаза.

Утвердилось царство Амда Сиона, сына Александра до 7-го месяца, когда он почил в мире 29-го числа месяца Текемта. 77 [109]

Боже, молюсь тебе, взирая горе: введи в дом твой помазанника твоего Александра вместе с сыном его Амда Сионом и дай ему пребывать одесную тебя. Утесни всех утеснивших его. Аминь. И сына его Лебна Денгеля вразуми заповедям твоим, рассыпь врагов царства твоего силою твоею и истреби с лица земли память их. Во веки веков. Аминь. И аминь!

После этого воцарился господин наш Наод, 78 сын Баэда Марьяма, брат Александра, в месяце Хедаре. И была тогда тишина во всей земле. Еще до начала царствования его говорил один монах по имени Иоанн: "я слышал глас с неба, говорящий: "воцарится Наод хвалимый и иной" 79; услыхав этот рассказ, я удивился, но во время его я нашел, что согласно голосу этого монаха, царь наш Наод и хвалим, и иной по своей доброте и терпению. Все люди эфиопские были наставлены его верой и пред страхом его царствования гордые преклонили свои головы, а злые были уничтожены. Изрядные люди хвалились им.

Придя в Атронса Марьям, он направился к Шоа. Така Крестос 80 начал оказывать ему неповиновение на пути и отправил всех цевов самовольно по местностям их. Услыхав об этом, царь наш Наод умолчал и вытерпел до удобного времени. Когда он прибыл в Шоа, этот Така Крестос снова обнаружил превозношение и совершил преступление: он оседлал своего коня и согласился со своими друзьями уйти и изменить царю. Когда об этом сообщили царю, он продолжал терпеть и сказал: "пусть исполнит свое намерение, а мы погонимся за ним, ибо господь бог наш с нами и поможет нам; он умолял нас прежде, когда мы вступали на престол, не начинать делать зла против него". После этого, как сказал царь, этот Така Крестос исполнил свое намерение: ночью он пошел со своими, приведя в порядок своих коней, и придя в землю Ифат, чтобы склонить к своей измене всех цевов, которые жили в Ифате. Но эти цевы узнали о его злонамеренности [110] и измене, схватили его, связали и отвели к царю. Видите, как даровал бог силу и знамение царю нашему Наоду, когда он был терпелив и уповал на его милость. Он скоро низложил врага его царства. И прославили все люди христианские за это бога: "благославен господь бог Израилев, творяй чудеса един". 81 А царь наш не пожелал в конец погубить его, но повелел сослать его, и там его стража ослепила его.

После этого, когда люди были в смятении и обвиняли друг друга, говоря: "такой-то совершил то-то во дни царя нашего Александра" и от этого умножались преступления, повелел царь указом: "не говорите: ты совершил грех во дни царя нашего Амда Сиона. Кто так скажет ближнему, смертью умрет".

Услыхав этот указ, все обрадовались и удивились его мудрости и разуму, и сказали: "воистину те, кто не утеснял и не совершал преступлений, учинил больше смут, чем было в это время; то, что повелел царь, хорошо". После этого он повелел приговором не лишать наследства неправедно утесненных.

Далее, самое великое из всего этого — совершил бог для него чудо и знамение: в третий год его царствования переносили тело царя нашего Зара Якоба в 30-м году после его смерти и внесли его на остров Дага, где упокоилось тело его во гробе под деревом, именуемом "Упокоение праведных". Послышался голос от костей тела его: "сей покой мой во век".

Посему было явлено величие и высота его и пребывает до ныне, ибо во дни его были обнаружены Иудеи, называвшие себя христианами, но в мыслях своих отвергавшие рождество Христово от Марии, тайно евшие в среду и пяток и в великий пост, выплевывавшие по приобщении св. дары — чести его тела и крови подобает поклонение. Этих нечистых худших псов и гиен повергла его рукою владычица наша Мария из среды иереев и всех мужей и жен. Он сокрушил кости их и пролил кровь их, их тела пожирали дикие звери. 82 По [111] сему ликовали издревле люди, раньше скорбевшие, когда слыхали о небрежении и деяниях их. Поднялся дух их и дух владычицы их. 83

(пер. Б. А. Тураева)
Текст воспроизведен по изданиям: Абиссинские хроники XIV-XVI вв. АН СССР. М-Л. 1936


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования