Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
10 апреля 14:49Распечатать

Владимир Можегов. ВСЕ ИДЕТ ПО ПЛАНУ. Эпоха Патриарха Кирилла может оказаться не менее яркой, но и не более длинной, чем эпоха Михаила Горбачева – предыдущего "кризисного менеджера"


Часть первая.

PRO ET CONTRA

Первые шаги на новом посту, сделанные Патриархом Кириллом, показали, что надежды его сторонников, и опасения его противников были не напрасны. Патриарх взял резкий старт. Ясно заявил приоритет молодежной политики и миссионерства и стремительно вошел в свет высшей политики. После встреч и речей в Туле и особенно на первом заседании Синода, который можно было бы (в военных терминах) сравнить с перегруппировкой сил для решительного наступления, можно констатировать, что процесс перестройки и перезагрузки РПЦ МП запущен и уже не остановим.

О возможных сценариях этого процесса поговорим ниже. А пока стоит все-таки немножко осмотреться, чтобы понять, откуда начинает Патриарх Кирилл? Кто сегодня его поддерживает, и кто является его противником?

Pro et Contra – 1

Как мы помним, на Архиерейском соборе митрополита Кирилла (Гундяева) поддержала лишь половина епископов (97 за и 101 – если собрать все прочие голоса – против).

Кто был за Кирилла? Во-первых, немногочисленные близкие ему по духу "модернисты". Во-вторых, те, несколько более многочисленные, умные епископы, которые испугались Климента (старого партийца, функционера, члена клана "семейства Капалиных"), а в его лице – всего самого затхлого и позавчерашнего в Русской Церкви. Умные разводили руками и говорили: выбирать не из кого, ну не Капалина же?! Это вообще кошмар! И из двух зол выбрали Кирилла.

За Кирилла выступило в итоге и то безмолвное большинство, которое испугалось… самого Кирилла, – человека харизматичного, решительного и чрезвычайно жесткого (чтобы не сказать – жестокого), в руках которого сосредоточены все церковные связи с властью и СМИ.

Против Кирилла выступила, прежде всего, проигравшая ему партия климентийцев-фундаменталистов с окраинных епархий. А также та часть умных епископов, которым действительно дорога Церковь и которые опасаются превращения ее в ток-шоу с единственной поп-звездой в зените.

Наконец, надо иметь в виду и то, что "безмолвное большинство", панически боящееся Кирилла, латентно несет в себе и вирус противодействия - и с радостью метнется под любую другую "сильную руку", лишь только представится случай.

Pro et Contra – 2

Опустимся теперь этажом ниже и посмотрим, как обстоят дела в церковной ограде? За нового Патриарха здесь, прежде всего, "птенцы гнезда Кириллова", его "молодая гвардия", миссионерское воинство – явление весьма яркое, пестрое и неоднозначное (в ЖЖ уже появилось сообщество, специально занимающееся изучением новой фауны).

За Кирилла и та горящая миссионерским задором молодежь (неофиты, пришедшие в церковь в 2000-е), радостно повизгивающая сегодня в ЖЖ. Как правило, это экзальтированные девушки, побежденные обаянием Кирилла, но попадаются и юноши – честные кибальчиши, горячие сердцем и тем глубоко симпатичные, но, увы, младенцы разумом – всадники без головы. И тут же рядом – ядовитые тучи всевозможных авантюристов, карьеристов и проч., давно почуявших, откуда дует ветер.

Неофиты, пришедшие в 90-е, позиционируются, скорее, против Кирилла. Однозначно против Кирилла выступают и всевозможные фундаменталисты, романтики-царебожники всех мастей, приверженцы "старой веры" (аввакумовцы-диомидовцы), певцы Ивана Грозного и Григория Распутина. С большой опаской относится к Кириллу и немногочисленная церковная интеллигенция, не только имеющая глаза и уши, но и способная отличить волка от овцы.

Но сердцем антикирилловской оппозиции является плеяда молодых священников и монахов, пришедшая в Церковь в начале 90-х. Это мушкетеры православия, павки корчагины, монастырские подвижники – духовное ядро Церкви (также, увы, сильно зараженное фундаментализмом).

Наконец, здесь же – те пассивные массы "непоминальщиков" из церковного народа (мыслепреступники, сурово молчащие при пении "О Великом господине и Отце нашем Святейшем Патриархе Кирилле"), которых, судя по приватным беседам с батюшками на местах, все та же половина активных прихожан.

Мушкетеры короля
против гвардейцев кардинала

Пора сделать промежуточный вывод. Сегодня сторонников и противников Кирилла примерно поровну и среди церковной элиты, и среди простого народа. Примерно поровну среди них дураков, умных, честных, хитрых и никаких (которых всегда и везде оказывается подавляющее большинство). Разве что на стороне Кирилла больше всевозможных проходимцев, которых всегда больше там, где пахнет деньгами и властью.

Популярность Кирилла в церковных кругах крайне двусмысленна и неоднозначна.

Одни действительно надеются на (очевидно необходимое всем) обновление церковной жизни. Другие (клирики и миряне, так или иначе задействованные в структурах РПЦ МП) вынуждены подчиниться новому Патриарху, поскольку им просто есть что терять. Третьим действительно дорого единство Церкви, и они готовы принять любую власть со вздохом смирения (по грехам нашим, мы этого заслужили)…  Другие ведут себя подобно послениконовскому Патриарху Иоакиму, который будучи еще келарем Новоспасского монастыря, на вопрос царя: "Како веруеши?" простодушно отвечал: "Аз-де, государь, не знаю ни старые веры, ни новыя, но что велят начальники, то и готов творити и слушати их во всем".

Что же до простого церковного народа, как всегда индифферентно-безмолвного, то ему, в сущности, совершенно все равно, что сегодня вливается в его уши. Именно на эту аморфную массу и рассчитывает пришедшая к власти партия, как на буфер, в котором задохнется возмущение и ропот оппозиции.

Если же говорить о настоящих сторонниках и противниках Кирилла, то главный сюжет нашей церковной драмы будет, скорей всего, разворачиваться в духовном противостоянии между гвардией "политправославных миссионеров" и монастырскими подвижниками-пассионариями, готовыми умереть "за единый аз".

Достиг я высшей власти.
Pro et Contra – 3

Ситуация, как видим, крайне неопределенна сверху донизу. Настолько, что мнение о новом Патриархе разделило даже наш дуумвират царей-правителей. Говорят, команда Путина изначально поддержала Климента. Но, поддавшись уговорам Медведева с супругой (горящей неофитским огнем и всецело находящейся под обаянием Кирилла), Путин не стал вмешиваться в процесс, оставив все на волю Божию.

Кирилл же, как человек предусмотрительный, сделал все, чтобы от любых неожиданностей этой самой воли себя обезопасить. Любая случайность, всякий риск (где и могла проявить себя воля Провидения) с мчащегося "в режиме блиц-криг" Собора были им тщательно устранены.

И сегодня Патриарх Кирилл празднует заслуженную победу. Он не только занял патриарший престол, но и обеспечил себе положение несменяемого, пожизненного державного "православного Папы".

Почувствовав силу нового вождя, оппозиционные епископы смирились с поражением. Перед Кириллом склонились и фундаменталисты (такие, как архимандрит Тихон Шевкунов). Власть торжественно подает ему руку. На любую критику нового Патриарха в официальных СМИ наложено жесткое вето. А из передач РТР мы уже начали узнавать, что именно Патриарху Кириллу принадлежит главная роль в примирении русской и зарубежной Церквей, освобождении РПЦ МП из большевистского плена, ее невиданном расцвете последних лет и проч., и проч., и проч. "Добрые глаза" Патриарха Кирилла испытующе смотрят на нас с рекламных щитов МКАДа, напоминая о вечном: Big Brother is watching you!

Курс и слова нового православного лидера не встречают сколько-нибудь заметного противодействия ни внутри РПЦ МП, ни во вне её, открывая перед ним самые радужные перспективы преобразований. Положение Патриарха Кирилла кажется прочным, а его будущее – безоблачным.

Но только на первый взгляд. Неоднозначность популярности в церковном народе пугает и самого Кирилла, что показала его речь в неделю Торжества Православия, вызвавшая немало кривотолков (эту речь автор этих строк имел удовольствие комментировать в статье "Первая энциклика патриарха"). Если же, имея в виду все, что мы сказали, попробовать заглянуть вперед, то глазам нашим предстанут картины совсем уж неоднозначные и удивительные. Разбором возможных сценариев патриаршества Кирилла мы и займемся во второй части нашей работы.

Часть вторая.
СЦЕНАРИИ

Оптимистичный сценарий:
православный коммунизм

Главный тезис программы Кирилла – симфония с властью в рамках единой "православной цивилизации". Главные принципы последней излагает протоиерей Всеволод Чаплин: "У Государства должна быть духовная миссия"; " Церковь, народ и власть – одно целое"; "Сильная центральная власть, личность и народ – едины" ("Пять постулатов православной цивилизации"). В идеале же симфония предстает в виде верховной власти Триумвирата: Стратегического, Военного и Церковного Госсоветов ("Русская доктрина").

Нетрудно разглядеть за всеми этими постмодернистскими аллюзиями развитого социализма и насущную цель: сакрализацию бюрократии.

Для душевного спокойствия бюрократии, уже восстановившей полную власть в стране, сегодня жизненно необходима моральная легитимация, которую в прошлое время ей давала броня советской идеологии. На этот насущный запрос и отвечает предложение Кирилла. РПЦ МП дает власти "легитимацию небес", а также державную идеологию в церковно-славянском окладе ("Русская доктрина"), получая взамен надежное материальное обеспечение и почетное положение идеологического "великого кормчего" нации в триумвирате "власть – армия – Церковь".

Конечно, вся эта бронзовеющая на глазах "православная цивилизация" целиком остается в общемировой парадигме постмодернистского "общества спектакля", но с пикантной экзотикой в виде рушников, утренней молитвой (вместо физзарядки) по ТВ, крестами над кремлевскими башнями и неизменным лобным местом. И традиционным же идеологическим "мессиджем" – противостояние Западу.

Похоже, что Кирилл получил сегодня карт-бланш на строительство православного коммунизма (Царствия Божия) в отдельно взятой стране. И это вполне логично, учитывая, что он, возможно, самый глубокий и последовательный в сегодняшней политической элите марксист. ("Он ведь изучал эти труды до тонкостей, тогда как мы лишь по цитатам учили", - как замечает старый друг Кирилла, бывший консул представительства СССР в Женеве Вадим Мельников ("Для меня он — просто Кирилл", МК, 30 января, 2009).

И можно понять притихших под сильной рукой Кирилла фундаменталистов. Революции и перевороты – это все же хлопотно и рискованно. А радостный грядущий "день опричника" – вот он, уже не за горами.

Что же до Папы и католиков, то Кирилл ясно дает понять, что никакие католики ему даром не нужны. Он сам хочет быть Папой – альтернативным и православным. И в качестве такового согласится даже на подобие Собора, на котором, быть может, будет дозволена свобода дискуссий (кроме, конечно, темы личной власти вождя и его генеральной линии).

Однако, подобный сценарий вызывает и большой скепсис. Достаточно посмотреть на нашу выросшую в "свободном полете" молодежь, чтобы понять всю безнадежность "коммунистической" затеи. Ведь слабым местом остро ностальгируемого ныне брежневского "развитого социализма" (постмодернистским ремейком которого и мыслится "православный коммунизм") было полное отсутствие смысла и веры в него. Даже с помощью всех сегодняшних медиа-технологий слишком долго гнать гомерическую пургу православного брежневизма в условиях глобального мира и Интернета вряд ли возможно. И вряд ли наш очередной коммунизм, буде даже построен, простоит дольше, чем войдут в зрелый возраст сегодняшние "готы" и "эмо". Впрочем, на век нынешней бюрократии хватит. А там, как говорится, – хоть потоп…

Уж не хочет быть она царицей…

При том, что власть охотно идет навстречу новому Патриарху в его геополитических мечтах, есть у нее виды на него и при менее оптимистичном развитии событий. Власть держит сегодня Кирилла на скамейке запасных, надеясь опереться на него, если рейтинги Путина с Медведевым начнут резко падать (что, собственно, уже и происходит).

Но здесь возникают два вопроса: есть ли что-то за душой "диалогибельного (что за волшебное слово!) партнера для власти" (как позиционируют Кирилла его имиджмейкеры), кроме медийной формы, оболочки, облака обаяния? Есть ли у него настоящая сила, чтобы призвать народ к повиновению в случае смуты? И второй вопрос: захочет ли играть Кирилл ту роль, которую для него пишут?

Официальные СМИ рисуют картину всенародной поддержки нового Патриарха. Это, конечно, чушь. Народ курит "план Путина" и думает о Кирилле примерно так, как, слегка ерничая, пишет об этом Андрей Кураев: бородатый мужик, видно, что свой, русский, говорит что-то непонятное о Боге и на Борю Моисеева не похож. Этого для его популярности сегодня вполне достаточно. Но это еще вовсе не означает всенародной популярности. Большинству, как всегда, – абсолютно фиолетово, и очень сомнительно, что Кириллу удастся отвоевать в народном сердце место Аллы Пугачевой или Филиппа Киркорова. Любовь народа – штука иррациональная и весьма прихотливая, о чем вздыхал еще Борис Годунов.

Но еще меньше вероятность того, что Кирилл захочет плясать под чужую дудку. Слишком уж грандиозны его амбиции. И план Кирилла будет, пожалуй, позабористей плана Путина.

Желание стать третьим человеком в стране (после Путина и Медведева) и строительство православного коммунизма – только начало этого грандиозного плана. В мечтах нового Патриарха – возглавить (на штыках российской власти, разумеется) мировое православие (этому геополитическому проекту посвящены трепетные сношения с МИДом). Но и это еще не все. Кирилл желает стать лидером "великого кольца цивилизаций" (то есть, конечно – традиционных цивилизаций), проекта, премьерой которого стал пресловутый "Саммит религиозных лидеров в Москве", породивший феномен епископа Диомида. А затем возглавить уже продвигаемый сегодня Российским МИДом Совет религий при ООН. ("Полагаем своевременным создание консультативного совета религий в общих рамках деятельности ООН по поддержанию "Альянса цивилизаций", – заявил С. Лавров в октябре 2008 года, выступая на международной конференции министров иностранных дел в Астане).

Что же дальше? Исключать нельзя ничего. Ибо страсть властолюбия имеет тенденцию пожирать человека до конца, а Кирилл остается заложником своей "сверхчеловеческой" харизмы (действующей неотразимо, особенно на женщин). При том, что сегодняшние козыри на руках открывают ему головокружительные перспективы (а какие исторические аллюзии – с нашим, похожим на Николая II, президентом – воскрешают!)

Но на старого разведчика Путина все эти "комбинации" впечатления, вероятно, не производят. И его опасливое отношение к Кириллу вполне понятно. Как человек, профессионально разбирающийся в людях, Путин не может, конечно, доверять Патриарху Кириллу. Тем более, что с публикой, подобной той, которая клубится вокруг нового Патриарха, ему уже приходилось иметь дело в романтические 90-е. Как человек государственный, он не может не понимать, какие опасные последствия для страны может иметь безоглядное властолюбие нового Патриарха. Наконец, как человек трезвый, он не может не задать себе однажды простой вопрос: если в феврале 1917-го Святейшему Синоду хватило трех дней, чтобы вчистую отречься от царя-помазанника, которому Русская Церковь служила добрые полтысячи лет, то чего он сам может ожидать от "патрарха-менеджера" в самый час Х?

Пессимистичный сценарий

В результате чрезмерно жесткого захвата власти трещина прошла сверху донизу церковного мира. И в самом Кирилле ощущается сегодня некоторая растерянность. С одной стороны, призывы к "охоте на ведьм" и "танцы в масках" опричников-миссионеров, с другой – хороводы "кровавых мальчиков" и тревожные ожидания "самозванца".

Власть Кирилла слишком зависит от того, куда нынче дует ветер (в том числе ветер настоящей власти и настоящих денег). И все здесь может измениться в один момент. А от раскола РПЦ МП (в условиях ее всецелой встроенности во властную вертикаль) недалеко уже и до раскола элит, со всеми возможными вытекающими отсюда последствиями и сценариями самыми экзотическими.

Утопический сценарий

Но предположим невероятное. Кирилл смиряет свои амбиции. РПЦ МП в результате реституции становится крупнейшим собственником в России и, способная сама себя обеспечить, выбирает независимость и свободу – ей больше незачем находиться на содержании у власти.

Гвардия миссионеров-опричников обращается в милых ягнят, а в брутальных фундаменталистах просыпается милосердие. Церковь поворачивается лицом к своему народу, с изумлением открывая для себя лица необщее выраженье всякой Божьей твари. Священники и миряне самоотверженно бросаются спасать детей и стариков, отчаявшихся и одиноких, освобождая в окружающее пространство мегатонны благодати. Народ, видя чудесный пример, пробуждается к деятельному христианству. Начинается духовное возрождение, захватывающее все пласты жизни страны. К России и ее духовности с интересом начинают присматриваться Европа и Америка. Мир заворожен красотой православия. Силою вещей исцеляется тысячелетний раскол мирового христианства. Вспомнив о своих духовных корнях, Европа восстанавливает свой Великий христианский кодекс. Ее надменное превосходство своей культурой и постмодернистское уныние сменяются радостным и вдохновенным служением ближнему. Европа объединяется в христианской миссии просвещения и помощи миру. Ее духовное пробуждение начинает благотворно влиять на окружающие страны и народы, умиротворяя даже воинственный ислам. На земле воцаряется мир и благоденствие…

Но стоп, стоп, стоп! Кажется, мы несколько увлеклись, забыв о главном. Всякий человек – заложник своего окружения. И даже если Патриарха Кирилла и посетит Божественное откровение, вряд ли ему удастся вырваться из круга представлений своих сторонников и своих врагов. Потому рассмотрим теперь сценарий более реалистичный.

Реалистичный сценарий

Перестройка РПЦ МП будет нарастать. А с нею и гласность, без которой невозможна модернизация (зачем что-то модернизировать, если и так все замечательно?). Полу-откровенность Кирилла (которую мы уже отчасти слышим) вызовет неизбежное полу-оттаивание церковного официоза. То одна, то другая часть правды начнет всплывать наружу, причем уже не из уст ошельмованных церковных диссидентов, а из официальных источников, подтачивая последние крохи доверия в церковном народе.

При этом нужно понимать, что сегодняшнее наше православие представляет собой, скорее, своеобразный протестантизм (каждый верит так, как Бог ему на душу положит), единство которого заключено лишь стенами храма. А едва ли не единственным гарантом стабильности выступают лень, мрак и глубина невежества. Стоит все это чуточку осветить, за одну ниточку потянуть, как начнутся такие оползни и лавины, что мало не покажется никому.

Надо учесть и полный отрыв церковной бюрократии (исключая, может быть, некоторые деревенские приходы) от народа. И полное неведение высшей церковной бюрократией ситуации на местах. Нужно представлять себе, что преобразования пойдут именно так, как они обычно у нас и идут (достаточно вспомнить борьбу Никона со староверами или борьбу с виноградниками Горбачева). Нужно понимать, что первыми жертвами "кампании по чистке рядов" станут самые бескомпромиссные, а самые выигрышные позиции займут духовные наследники патриарха Иоакима (что велят начальники, то и готов творити).

В итоге преобразования могут вылиться (и остановить это будет уже не в воле Патриарха, их необходимость будет диктовать сама реальность) в новые внутрицерковные гонения, почище большевицких. С другой стороны, они же могут оказаться и единственной надеждой Русской Церкви на грядущее исцеление (подобно тому, как в ХХ веке, при откровенном предательстве сергианской верхушки, Церковь выжила кровью мучеников).

В целом же вся эта ситуация вновь погружает нас в традиционный русский дуализм чудовищного настоящего и мечтательных грёз о светлом будущем.

Заключение.
ПРИТЧА О НЕРАЗУМНОМ БОГАЧЕ

Итак, подведем итог. Сегодня положение Кирилла кажется прочным, а его будущее – безоблачным. Но человек предполагает, а как заметил Господь Бог несчастному богачу, сказавшему в сердце своем: "сломаю житницы мои, и построю новые большие прежних, и соберу туда все добро мое, и скажу душе своей: душа! много добра лежит у тебя на многие годы, покойся, ешь, пей и веселись!""Безумный! В эту ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил?"(Лк 12: 18-20) Другими словами, всякое может случиться, и эпоха Патриарха Кирилла может оказаться не менее яркой, но и не более длинной, чем эпоха Михаила Горбачева – прошлого нашего "кризисного менеджера".

Наконец, понимая, что сегодняшняя ситуация в Русской Церкви есть лишь некое духовное зеркало и глубинное отражение ситуации в стране в целом, стоит задать себе и такой вопрос: не станет ли маленькая "оранжевая революция", блестяще проведенная митрополитом Кириллом, тем "лекалом", по которому станут расчерчиваться события уже в масштабах целой страны? И что может ожидать нас в ее результате?


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования