Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
12 марта 14:56Распечатать

Владимир Можегов. ВЫЗОВЫ ПРАВОСЛАВНОГО НИГИЛИЗМА. Послесловие к Поместному Собору РПЦ МП 2009 г., или Еще раз в защиту этики. Часть вторая


Начало – здесь

Новое платье короля

Результаты Собора 2009 г. оказались одновременно блестящи и сокрушительны. "Миссионерская партия" победила, но какой ценой? Уважение к патриаршему сану в церковном народе упало до отметки "менеджер", а церковный мир оказался фактически расколот на два враждующих лагеря.

Но особенно опасные последствия может иметь свершившееся "расколдовывание", десакрализация патриаршего сана. Ведь до сих пор лишь его "царское сияние" (пусть ничем уже реально и не обеспеченное) и положение Алексия "над схваткой" помогало сохранять церковный мир. А в печальной памяти 1993-м, возможно лишь символическая роль Патриарха в примирении враждующих лагерей помогла избежать полномасштабной гражданской войны. Никакой политической силы у Патриарха, конечно, не было и прибегли к нему как к последнему средству, ни на что, в общем, особо не надеясь. Да он особо и не помог - трагедии избежать не удалось. И все же, думается, что-то сработало на генетическом (мистическом?) уровне – участие Патриарха частично сдержало развитие событий по самому кровавому сценарию.

Но… балансирующую на грани раскола страну в силах был сдержать символ святости. Может ли насквозь мифическое (я бы даже сказал - метафорическое) самосознание нашего народа увлечь образ "Патриарха-менеджера"? Намекают на способность Кирилла заговорить "марш пустых кастрюль", если ситуация вдруг начнет выходить из-под контроля. Но если за разговорами о "миссии" и "социальном служении" так ничего, кроме пиара и "технологий", и не окажется, с популярностью очередного нашего "эффективного менеджера" произойдет то же, что в свое время произошло с популярностью Горбачева и Ельцина. И никакие медиа-технологии уже не помогут.

В свое время Борис Годунов, чтобы дотянуться до царского трона, сделал последней ступенью к нему учреждение патриаршества на Руси, посадив на церковный престол своего ставленника Иону. Спустя четыреста лет наши искусные политтехнологи путем медийных спекуляций плавно опустили котировку достоинства патриаршего сана ровно до той ступени, чтобы на него смог взойти "менеджер". Не так ли замыкается круг? И не эту ли роль - завершителя "константиновской парадигмы" истории Русской Церкви - суждено сыграть нынешнему Патриарху?

Апофеоз беспочвенности

Остановимся еще немного на корнях болезней, изнутри разлагающих РПЦ МП. На своем долгом историческом пути Русь обнаружила гениальные художественные интуиции, достигла вершин святости. Единственно, чего ей по-настоящему не доставало – культуры и мысли. Оттого, как пишет Федотов, "столкнувшись с "умом" в лице Запада, Русь оказалась перед ним безоружной. Неизбежный для ее существования процесс усвоения западной техники для варварских и простых (не в добром смысле) умов превратился в духовное рабство и отречение от своей традиции". В 60-х годах ХIХ века тот же недостаток духовной культуры привел к расцвету нигилизма в России: "Жалки были враги (не выше коммунистических идеологов), но и перед ними не устояли". То же (в поистине катастрофических масштабах) повторилось в начале ХХ века. То же повторилось и в его конце, когда пережившие свой век партийные геронтократы были сметены молодым напором жадной и неотягощенной "комплексами" комсы.

Не то ли самое мы видим и в процессах, будоражащих РПЦ МП сегодня? В том культивируемом новыми "православными нигилистами" повальном упростительстве, которое, как писал Федотов, "является злокачественной болезнью, каким-то раком, разъедающим некогда цветущий и богатый организм русской культуры" (Пушкин и его время) и которое "в условиях революционной катастрофы, истребления культурного слоя в России… грозит вообще культурным срывом России, превращением ее в безбрежное и серое – допустим, православное и демократическое – Пошехонье".

Бездумно копируя сегодня западную мысль (разговоры о "православной цивилизации" - подражание Хантингтону), и католические идеи (нам нужен наш молодежный "Опус Деи", как говорят сегодня идеологи "кирилловской партии"), вожди нашего очередного "православного возрождения" упускают главное – этическую составляющую западной мысли. Ведь католики (тоже, конечно, не избежавшие катастрофических срывов на своих путях) исторически занимались все же реальной миссией, и реальным социальным служением (вспомним хотя бы историю знаменитого московского доктора Гааза).

Наша же епископская партия, еще со времен татарского ига освобожденная от дани и купленная привилегиями, заняла крайне двусмысленную позицию по отношению к народу, молясь о татарском хане-царе и глуша всякое сопротивление захватчикам. С укреплением Москвы татарская ориентация сменилась на московскую, отношение же к народу почти не менялось (редкие светлые личности вроде преп. Сергия Радонежского и митр. Филиппа были лишь светом во тьме, который та не могла объять). Наконец, в начале ХХ века, благословив расстрел крестного хода рабочих к царю 9 января 1905 г., Святейший Синод подвел итоговую черту как Российской империи, так и "ведомству православного исповедания" при ней, засвидетельствовав полное моральное банкротство. Социальной революции оставалось лишь смести пустую оболочку. А в 30-е, отрекшись от мучеников – епископов, священников и мирян, тысячами уничтожаемых ОГПУ, оклеветав лидеров мирового христианства, сергианская верхушка вообще поставила себя вне Церкви и христианства.

И сегодня, отвечая на католическую "мистику папства" православной "мистикой государства" (пресловутая "Русская доктрина"), а на западное миссионерство – "атомным православием" (проповедью, подкрепленной ядерными боеголовками), действуя по принципу "цель оправдывает средства", наше новейшее "политправославие" продолжает все ту же безоглядную игру. К чему это приведет? К строительству под торговым брендом "православие" новой грандиозной духовной подмены? Или к новой социальной революции, сметающей очередную "мерзость запустения" на святом месте?

Пузыри земли

В заключение еще раз вернемся к началу нашей "молодежной революции". На рубеже 80-х именно молодежи удалось создать, возможно, самое яркое и честное явление культуры конца ХХ века. Явление это (носившее, может быть, не слишком удачное, но весьма символичное название "русский рок") для многих и многих задыхающихся в системе тотальной лжи и всеобщего фарисейства стало глотком свежего воздуха, островом спасения, маленькой церковью и дверью в христианство. Судьба "молодежной революции" оказалась традиционно печальна. Сначала окученный и прирученный КГБ, потом развращенный признанием и мамоной, русский рок кончился, как явление, с концом перестройки.

Осмысление этого очередного крушения вновь заставляет вспомнить (слегка перефразировав) печальный вывод Федотова: в жертву морали (а, вернее, яростной искренности) новые революционеры принесли все: религию, искусство, культуру и, наконец, и самую искренность.

И сегодняшняя суета новых политтехнологов, "православной комсы" вокруг неформальной молодежи и молодой генерации рокеров - того, что от этого явления осталось (ни дать, ни взять Голиаф, пытающийся "миссионерствовать" Давида) - кажется лишь ярким символом, замыкающим очередной круг русской трагедии (поистине, русского рока!). Приручением и "удушением в объятиях" последних ростков правды, чести, любви, выстраданных тем поколением. (В том же ряду - разговоры о введении "православной культуры" и необходимости "нравственного возрождения", исходящие от людей, которых гораздо легче представить себе хватающимися при слове "культура" за пистолет).

И вновь слова Федотова кажутся пророческими: "И теперь – трагедия нашего времени. Поколение, своими исканиями, болью, грехом и покаянием выведшее русскую мысль на дорогу православной культуры, с тревогой смотрит на будущее. Если светильник его после него окажется в руках православных нигилистов, что сулит завтрашний день? Сумеют ли они отстоять это сокровище, все значение которого им самим непонятно, от ударов врага? Снова, в который раз, крепость православной культуры на Руси будет сдана без боя. За семинаристом ханжой идет семинарист-кощунник, не может не прийти, по закону исторического возмездия. Доколе же будет продолжаться эта бессмысленная карусель? Всякому долготерпению есть конец – даже Господа Бога. "Бог волен из камней сих создать детей Аврааму". Индусы и китайцы придут и возлягут с Авраамом и московскими угодниками в то время, как на месте святой Руси будет расстилаться духовное болото" (Г.П. Федотов. "Православный нигилизм или православная культура?").

Кажется, сегодня это духовное болото бурлит сильнее и причудливее, чем когда бы то ни было. Реалии нашего церковного постмодерна уже являют нам некое "новое христианство" с ликом орденоносного Брежнева и перманентным духом комсомольского активиста (вот, пожалуйста, телеканал "Союз" - "православный" аналог журнала "Корея"). И на что здесь можно надеяться? Что в наших увлеченных "политическим вампиризмом" православных комсомольцах вдруг заговорит совесть? Что "кончив Лениным", наши церковные вожди друг вспомнят о Христе? Или, что возникнет сила, способная (пройдя между Сциллой и Харибдой "диомидовщины" и "политправославия") возглавить подлинное христианское возрождение?

Увы, как показывает история, религиозный человек являет наименьшую способность к покаянию и самосознанию. "Бога любят святые и грешники. Религиозные люди Бога не любят и при случае распинают Его", - как точно заметил прот. Александр Шмеман. Но в любом случае, нет у нас другой надежды, кроме той, о которой он же говорил: "Не пора ли нам…вспомнить этот сердцевинный парадокс христианства – что побеждает в нём только крест, его непобедимая, непостижимая сила, его единственная красота, его дух захватывающая глубина. Не пришел Христос спасти нас ни силой, ни внешней победой, но заповедал нам, чтоб мы знали, какого мы духа, чтоб была в нас сила крестная… Слабость христиан почти всегда в том, что они сами не верят в свое добро и, когда приходит час борьбы со злом, противопоставляют ему такое же зло, такую же ненависть, тот же страх. …Пора оправдать добро, и это значит – снова поверить в его силу, в его внутреннюю Божественную непобедимость. Пора миру, лежащему во зле противопоставить не чудо, не авторитет, не хлеб, как в легенде о великом инквизиторе Достоевского, а тот ликующий облик добра, любви, надежды и веры, от отсутствия которого задыхается человечество. И только тогда, когда мы в самих себе оправдаем добро и поверим в него, начнем мы снова побеждать".


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования