Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
13 июня 17:03Распечатать

Ольга Рафи. СЛУШАЯ СЕРДЕМ. В ММДМ прозвучало сочинение Гайдна "Семь слов Спасителя на Кресте" с комментариями священнослужителей семи конфессий


"Блаженны невидевшие и уверовавшие", – сказал Иисус Фоме, когда тот потребовал доказательств воскресения Господа.

"Невидевшие" – это мы. Ведь мы не шли за Христом на Голгофу – ни в числе насмехающихся, ни в числе рыдающих о Нем. Мы не видели тех, кто распял Его, и не слышали, как Он молился за них. Нас не было рядом с Ним, когда Он обещал рай кающемуся разбойнику, когда завещал Мать Свою Иоанну, когда, мучимый жаждой, получил уксус от издевающихся солдат и, наконец, испустил дух с именем Отца на устах. Но обо всем этом мы знаем от четырех Апостолов – свидетелей трагических событий, отделенных от нас сотнями веков. Они страдали с Учителем в последние часы Его земной жизни, не зная будущего.

Нам легче – у нас есть история Его воскресения, дарящая спасительную надежду. Они, мучимые зноем, жадно ловили Его слова на кресте, чтобы донести их потомкам. Для нас, сегодняшних, это уже "готовая информация", которую даже не обязательно собирать по крупицам в Евангелиях от Луки, Матфея, Марка или Иоанна – достаточно ввести в строку поиска нужную фразу, и услужливый Интернет выдаст аккуратную колонку под названием "Семь последних слов Спасителя на кресте". Об их толковании позаботились для нас богословы и публицисты. В них находят отражение ипостасей Господа и заповеди христианской жизни. Через них открываются божественные истины и мудрость веры. В них черпают вдохновение к проповедям и стихам. Они рассредоточены в "Страстях по Иоанну" Георга Фридриха Генделя, "Смерти Иисуса" Георга Филиппа Телемана, в пассионах и "Высокой мессе" Иоганна Себастьяна Баха, собраны вместе в оратории "Семь слов" Генриха Шютца, в одноименной партите Софии Губайдулиной и квартете Александра Раскатова.

"Семь последних слов Христа" есть и у Йозефа Гайдна. В предисловии к партитуре композитор вспоминал: "...Один каноник из Кадиса обратился ко мне с просьбой сочинить инструментальную музыку на Семь Слов Иисуса на кресте. В те времена в главном соборе Кадиса каждый год в Великий пост исполняли ораторию… В полдень все двери запирали, и тогда звучала музыка. Поднявшись на кафедру, епископ после подходящего к случаю вступления произносил одно из Семи Слов и принимался толковать их. Закончив, он спускался с кафедры… Паузу заполняла музыка. Затем епископ вновь поднимался на кафедру и снова покидал ее – и всякий раз по окончании его речи звучал оркестр. Этому действу и должна была соответствовать моя композиция".

Именно в таком виде – в форме девяти инструментальных фрагментов, перемежаемых речами, – прозвучал гайдновский опус 12 июня 2007 года в Московском международном доме музыки: Камерный оркестр "Kremlin" под управлением Миши Рахлевского исполнил его в рамках фестиваля "Нам 15 лет – вам 15 концертов", посвященного круглой дате деятельности коллектива. Правда, заявляя в программке, что воспроизведут то, что "и было задумано Архиепископом Кадисского Собора", артисты поскромничали. В Кадисе предполагался один священник-толкователь, на сцене же Камерного зала собрались семь высокосановных лиц. Они не просто представляли различные христианские конфессии, но отразили разные способы понимания Слов Спасителя, подходы к их комментарию.

По справедливому замечанию заместителя председателя отдела внешних церковных связей Московского патриархата, протоиерея Всеволода Чаплина (РПЦ МП), страдания, смерть и воскресение Христа – не просто факт истории, но событие, тайна, которая имеет отношение к каждому из нас: "От того, участвуем ли мы в этой тайне, зависит наша судьба в вечности". В своей лаконичной сдержанной проповеди он напомнил, что слова Господа "не ведают, что творят" относятся не только к тем, кто осуждал Его на страдания и смерть, не только к тем, кто его распинал, но и к нам, ныне живущим. Ведь мы подчас просим у Бога то, что лишь вредит нам. "Мы думаем, что достигаем счастья, когда гонимся за деньгами, за властью, за славой, – и не ведаем, что творим. И Господь скорбит, видя нас, ибо Он знает, что нам по-настоящему нужно. Будем же просить Господа в молитве о том, чтобы он явил нам Свою Волю, чтобы Он дал нам то, что действительно принесёт нам счастье – и в этой жизни, и в вечности".

Комментарий ко второму Слову Христа был иным: капеллан Англиканской церкви Святого Андрея, доктор Симон Стефенс предстал не проповедником, а повествователем, пересказав фрагмент библейского текста. Его внушитительная английская речь изобиловала столь реалистичными подробностями произошедшего на Голгофе, что напомнила скандально известный фильм Мэла Гибсона.

Настоятель католического храма Святого Людовика в Москве, отец Бернард Ле Леаннек начал речь цитатой из Евангелие от Святого Иоанна: "Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе". Священник считает, что приведенные слова являются заповедью Христа: "Покидая сей мир, Христос дал Своей Матери человека, который стал для нее сыном. Матерь Божья становится матерью человека. Через Иоанна каждый человек становится Ее сыном".

Христианская традиция уделяет особое внимание образу Stabat Mater. "Присутствие Марии у креста, – говорит отец Бернард, – показывает нам Ее любовь и сострадание Сыну до конца... Она участвует в жертве, становится совершенным примером для всех, кто решается без остатка соучаствовать в приношении Христа".

Возможно, рассуждал комментатор, стоящая у креста Мария вспоминала, как однажды мальчиком Иисус не пошел после Пасхи за родителями, а остался в храме в Иерусалиме. Это описано у Апостола Луки: "И Матерь Его сказала Ему: Чадо! что Ты сделал с нами? Вот, отец Твой и Я с великою скорбью искали Тебя. Он сказал им: зачем было вам искать Меня? или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?" Не поняв тогда сказанных Им слов, Мария все же сохраняла их в сердце. И теперь, у креста, смысл их, смешавшись с болью и верой, стал очевиден...

"Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты меня оставил?" – этот человеческий вопль на кресте свидетельствует, что Христос как истинный человек действительно страдал. О четвертом восклицании Господа размышлял священник Церкви Сурб Арутюн Ново-Нахичеванской и Российской епархии Армянской Апостольской Церкви, отец Тадеус Тертерян. "Этот вопль не был воплем отчаяния, но был выражением глубочайшей скорби души Богочеловека. Этот вопль Христос испустил на кресте, потому что понес в Себе всех нас... В этом состоял спасительный богочеловеческий путь к искуплению нас, людей, от нашей богооставленности, от последствий того, что мы покинули и бросили Бога. Ведь не Бог оставляет человека, а человек оставляет Бога. И в этом оставлении Бога и удалении от Бога разбита истинная жизненная святость Бога, характеризующаяся свободой и любовью. Происходит расчеловечивание человека, так что он перестает быть самим собой. Господь наш Иисус Христос пришел в мир для спасения людей. Вся Его жизнь, все учение, крестная смерть, воскресение и вознесение имеют целью вечное спасение людей". Для того, чтобы каждый человек смог усвоить себе вечное спасение, Иисус Христос основал Церковь. "Церковь, – говорит отец Тадеус, – есть установленное Господом Иисусом Христом и одушевленное Духом Святым общество людей, которое под руководством духовенства исповедует учение веры и участвует в таинствах. Церковь Христова имеет единую главу – своего божественного Основателя. Она есть вместилище Даров, принесенных искупителем рода человеческого. В ней открывается истина и благодать, величие, правда и милость Господа Бога, искупленные во имя человечества во Христе. В ней уничтожается разделение, которое положил грех между Богом и человеком, и совершается соединение всех людей в едином Христе посредством Святого Духа у единого Бога Отца".

О человеческих страданиях Христа говорил и следующий оратор – магистр богословия, координатор Института изучения Библии на территории России Эдуард Зайко (Московская церковь евангельских христиан-баптистов). Это соседство священника с мужественно-строгим кавказским лицом, обрамленным короткой бородой, в длинном черном облачении, и человека в светлом деловом костюме, украшенном не крестом – галстуком, сопровождающего свою пламенную и образную речь активной, почти театральной жестикуляцией, было весьма любопытным. Поистине, вера может облечься в бесконечное число форм – подобно разнообразию самих человеческих лиц, языков, менталитетов.

Слово Спасителя, которое было в центре внимания магистра богословия, – самое короткое даже в греческом тексте: "жажду". В этом, считает Эдуард Зайко, его особое положение: "Больше, чем какие-либо другие, оно выражает человеческую сущность Иисуса Христа... Он принял человеческую плоть, и страдал". В слове "жажду" – пик его страданий, предел, когда уже нет сил произносить длинные фразы. Это слово Он сказал тихо, его услышали лишь те, кто стоял ближе всех к кресту. "В ответ на это Ему поднесли уксус, – напоминает выступающий библейские события, и с пафосом продолжает: – Тому, который является творцом всех водоемов, рек, океанов! Человеку, который жаждет, хочется простой чистой холодной воды – Ему дали уксус". В своем Откровении Апостол Иоанн приводит слова Господа: "Жаждущий пусть приходит, и желающий пусть берет воду жизни даром". Процитировав их, Эдуард Зайко закончил речь эффектным сопоставлением: "На Голгофе жаждал тот, кто может утолить жажду всего мира. Единственное условие, о котором Он говорит – мы должны сами прийти к Нему. Иисус жаждал, чтобы мы с вами не жаждали".

Теологический референт в канцелярии епископа Евангелическо-Лютеранской церкви Европейской части России, пастор общины Святых апостолов Петра и Павла в Москве Готтфрид Шпит поднял вопрос о том, к кому обращено восклицание Христа "Свершилось!". "Вряд ли Вряд ли к стоящим вокруг людям, потому что они, конечно, Его не поняли. Эти слова умирающего Сына Божия обращены в первую очередь к его Небесному Отцу: "То, что ты содеял, сейчас завершено. И это завершено навеки".

Когда в древнем мире предводитель войск приходил с донесением к государю, он говорил: "Задание выполнено. Битва окончена. Враг разбит". И когда Сын Божий завершил свою войну против греха, смерти, дьявола, Он обращается к Тому, Кто отправил Его с этой миссией: "Миссия завершена. Дело сделано. Враг повержен".

Поначалу, конечно, битва казалась проигранной Иисусом, ибо дьяволу удалось унизить Сына Божия, смирить Его. Но мы знаем, – подчеркивает пастор, – что крест стал триумфом для Отца и Сына".

Следующая его мысль, однако, может вызвать некоторые споры (впрочем, возможно, она исказилась при переводе с немецкого). Готтфрид Шпит считает, что предсмертное восклицание Христа должно утешать верующих, сохранять их смиренными: "Это слово дает нам понять и принять, что мы ничего не можем привнести от себя для своего спасения. Ни наши добрые дела, ни пожертвования, ни религиозные ритуалы не могут приблизить нас к Царству Божию. Ибо полная цена уже оплачена. То, что содеял Иисус, необратимо. И это – добрая весть!"

Перед крестной смертью Христа, по описаниям евангелиста Луки, "сделалась тьма по всей земле... и померкло солнце, и завеса в храме раздралась по средине. Иисус, возгласив громким голосом, сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой. И, сие сказав, испустил дух". Последний возглас Спасителя представитель Антиохийского патриархата в Москве, протоиерей Георгий Фомин рассматривает как молитву, которая многому может научить нас. "Прежде всего, конечно, смирению, послушанию, покорности Богу, – говорит он. – Наша жизнь часто наполнена страхами, внутренними волнениями. Господь же учит нас не бояться, а предаться воле Божьей полностью, довериться Ему как Отцу, который тебя бесконечно любит, который ради тебя отдал Своего Сына на страшные страдания, смерть. Эта молитва учит нас доверию. Мы часто не понимаем событий, которые происходят в нашей жизни, но нужно просто отдаться в Его отеческие руки... Эта молитва даст нам спокойствие, необходимое для жизни".

После комментария к каждому из Слов Иисуса звучала музыка Йозефа Гайдна – тоже своего рода комментарий, безукоризненно воспроизведенный артистами. При всей классицистской стройности, выверенности эмоций и оркестровых линий, порой эти "слова" композитора все же казались неподходяще светскими, "земными". Но "имеющий уши да услышит". Парадокс настоящей музыки и заключается в том, что через слух она обращется к сердцу: духовность ее истоков скрыта в глубине, она постигается не разумом, но душой. Вспомним: воскресший Господь завещал проповедовать Евангелие по всему миру на разных языках. Музыка – один из этих языков, быть может, самый символичный, рождающий смыслы, которые трудно облечь в слова. Этот язык нельзя "выучить", но можно понять, если слушать с открытым сердцем. Подобно тому, как Слова Спасителя на Кресте, содержащие квинтэссенцию божественного откровения, всеобъемлюще-лаконичные, каждый способен принять в силу своей веры, жизненного и духовного опыта. Ведь Иисус Христос сам – Слово, сам – Истина, которую не нужно объяснять. Она недоступна бессильной человеческой логике. Это истина сердца, истина Духа.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования