Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
07 ноября 12:33Распечатать

Вера Земскова. МАВЗОЛЕЙ ЛЕНИНА - TRANSLATIO HIEROSOLYMI? В центре Красной площади расположен объект религиозного поклонения


Для архаического сознания все предметы окружающей действительности и всё, изготовленное человеком, обретают свою реальность только в той степени, в какой они причастны трансцендентной реальности - той реальности, которая создана кем-то другим, кто не был человеком (М. Элиаде). На практике это осуществляется в имитации некоего небесного образца; поселения, храмы и жилища получают реальность, потому что они отождествляются с "центром мира"; обряды сознательно повторяют действия, изначально совершенные богами, героями или предками.

Это общее положение мифологии в христианской традиции воплотилось в виде т.н. translatio Hierosolymi (перенесение Иерусалима, которое, впрочем, само по себе является редукцией более древней ветхозаветной традиции перенесения Скинии Завета). Небесный Иерусалим был создан Богом раньше, чем человек построил город Иерусалим; Константинополь носил на себе черты последнего; топонимика Киева совпадает с константинопольской; Владимир строился в подражание Киеву, Москва - Владимиру. Реальный Иерусалим как образец мог замещаться другими "центрами мира" (для Руси эту роль исполнял Константинополь), могли видоизменяться предметы-носители идеи (Св. София в Киеве и Успенский собор во Владимире), но принцип оставался - подражание небесному, воплощенному в земном.

Опуская все перипетии бытования идеи translatio Hierosolymi в России, более подробно скажем о воспроизведении Иерусалима в средневековой Москве.

Первые признаки "присутствия" Иерусалима в Москве относятся к XVI в.: в 1547 г. на Лобном месте Иван Грозный отслужил молебен по случаю страшного пожара.

Обряд "шествие на осляти" в праздник Входа Господня в Иерусалим (Вербное воскресенье) начал совершаться тоже в XVI в. (точнее не известно) и заимствован из Палестины. В этот день Патриарх верхом ехал от Лобного места в Кремль. Так изображался въезд Христа в Иерусалим, а Кремль, тем самым, представлялся Иерусалимом. В XVI и первой половине XVII вв. сегодняшние Спасские ворота, в которые проходило шествие, назывались Иерусалимскими - от названия самого праздника и потому, что они ассоциировались с воротами, которыми вели Христа на Голгофу.

Лобное место (Голгофа) в Москве располагается вне стен Кремля - подобно тому, как вне стен Иерусалима находилась Голгофа Распятия. Положение иерусалимской Голгофы за пределами города находит объяснение в Св. Писании. Ежегодно в День очищения евреи как жертву за грех (за народ) закалали тельца и отпускали в пустыню козла (т.н. "козел отпущения") (Лев. 16). Все, что оставалось от тельца после освящения его кровью святилища и сожжения его тука, выносили за пределы Израильского стана (указание о совершении этого обряда было дано еще во время исхода из Египта); козел отпускался (изгонялся) в пустыню (Лев. 16 : 27). Христос, подобно жертве за народ в День очищения, был распят вне стана Израильского, т.е. за пределами Иерусалима. Совпадения местоположения иерусалимского и московского Лобного места еще раз подтверждает сознательное копирование в Москве Иерусалима.

Самое наглядное отражение идея "Москва - Иерусалим" получила в конце XVI в. в основании патриаршества (1589 г.) и перестройке Кремля при царе Борисе Годунове.

Планы у Годунова были грандиозные, но успели только надстроить колокольню Ивана Великого (которая прямо ассоциируется с башней Давида - самой заметной архитектурной вертикалью средневекового Иерусалима). Не успели осуществить главного - построить храм "Святая Святых". Его проектировали в согласии со свидетельствами Св. Писания и Иосифа Флавия. Самое название "Святая Святых" прямо указывает на Иерусалимский храм.

Таким образом, мы видим попытку создать в Москве модель Святого града (в той мере, какой этот было доступно): Храм, башня Давида, за стенами этого нового Иерусалима - Голгофа. В этой топографии не хватает только Гроба Господня и Гефсиманского сада, где была погребена Богоматерь. Но Гефсимании можно найти соответствие в Покровском (Василия Блаженного) соборе, ибо праздник Покрова берет начало в особом почитании Богоматери во Влахернах в Константинополе, где была положена Ее Риза. Риза была принесена туда в VI в.; тогда же было много сделано для устройства мест почитания Приснодевы Марии в Палестине, и прежде всего в Гефсимании. Итак, в вышеописанной священной топографии не хватает Святого Гроба.

После смерти Годунова отражение идеи "Москва - Иерусалим" в архитектуре не имело развития (если не считать Новоиерусалимского монастыря под Москвой), а в течение всего петербургского периода русской истории об этом вообще не вспоминали; но вспомнили сразу, как только российское правительство вернулось в Москву.

Если отвлечься от фанфарного грома речей о необходимости продлить время прощания с покойным Лениным, сохранить его тело для пролетариата, даже о повышении значения и (это буквально) святости Красной площади, если на ней будет захоронен ещё и Ленин (могилы революционеров к тому времени там были), мы получаем весьма любопытную картину.

Во-первых, Мавзолей представляет собой именно место захоронения, а не музейную экспозицию тела покойного. В требованиях конкурса прямо указывалось, что центральным помещением должен быть подземный зал с гробницей. Особо оговаривалось, что глубже 4 сажен рыть на Красной площади нельзя.

Во-вторых, сооружение Мавзолея происходило на фоне поисков способов продления жизни, омоложения и тому подобных экспериментов; эти идеи господствовали как в науке, так и в широких умах.

В-третьих, если учесть вышеописанную священную топографию Москвы, то Мавзолей оказывается как раз на месте отсутствующего Гроба Господня. И вот сюда уже рассуждения о повышение святости Красной площади вписываются идеально, - мы получаем свидетельство о некоем безотчетном тропе теперь уже постправославного сознания, которое достроило, наконец, окружающую действительность в полном согласии с известными ему образцами.

Вместо Святого града Москвы (Иерусалима) мы оказались в городе с перевернутой топографией, где Гроб Господень замещен сооружением, называющимся Мавзолеем, в котором лежит тот, кто вместо Христа, - В.И. Ленин.

В. Земскова, "Портал-Credo.Ru" 


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования