Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
21 декабря 17:48Распечатать

Роман Лункин. ДВА КРИВЫХ ЗЕРКАЛА. В России сильно ругают либо "сектантов", либо за употребление слова "сектанты"


Общественная дискуссия вокруг разного рода религиозных движений, которые не являются "традиционными" религиями, укоренёнными в России исторически и культурно, не знает полутонов. Правозащитники, учёные-религиоведы с одной стороны и православные апологеты с другой рисуют свои модели "идеального" государства: в одной власть секулярна, а все верующие абсолютно равны, в другой власть клерикальна, а любые "подозрительные" и "нетрадиционные" формы религиозности запрещены. Причём, во многих случаях оценки светские эксперты исходят из презумпции невиновности новых религиозных движений (НРД), а "сектоведы" из околоцерковных кругов, наоборот, из уверенности в крайней антисоциальности верующих НРД или протестантских харизматических общин (в общем, всех, кого они называют "сектантами") и их лидеров. Из всего многообразия высказываний сторон понятно лишь одно: за пределами тех "традиционных" религий (православия, ислама, иудаизма и буддизма), которые обозначены в преамбуле Закона о свободе совести 1997 года, кипит бурная и еще неизведанная жизнь.

Однако для того, чтобы проанализировать деятельность "нетрадиционных" неправославных общин и дать им какую-либо оценку, недостаточно просто отмести все голословные обвинения в "тоталитарности" и "деструктивности". Дело в том, что не быть "деструктивным" не значит быть совершенно понятным, безопасным и прозрачным для общества. Объективность в освещении деятельности НРД и тех общин и движений, которые критикуются "сектоведами", это лишь первый подготовительный шаг к настоящему научному (социологическому или религиоведческому, кому как нравится) исследованию религиозности, которая не вписывается в "традиционную" канву. Примером объективистского подхода к теме НРД являются, в частности, статьи религиоведов Бориса Фаликова и Игоря Кантерова. Фаликов, как и Кантеров, жестко осуждают "сектоведов", заявляя о том, что последователи НРД такие же верующие, как и православные. В рецензии на известную книгу Дворкина "Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования" (Нижний Новгород: Изд-во Братства во имя св. князя Александра Невского, 2000) Фаликов отмечает: "Почти на семистах страницах убористого текста из главы в главу проходит нехитрое противопоставление: "сектантские" лидеры - страшные преступники против человечества на манер тех, что были осуждены Нюрнбергским трибуналом, рядовые же "сектанты" - безгласные жертвы… Представим себя на минутку на месте этих жертв. Предположим, увлеклись вы учением преподобного Муна, мунисты изливают на вас море добрых чувств, вы ощущаете себя среди них своим, чувство локтя помогает преодолеть трудности жизни. Подходит к вам миссионер-дворкинец и говорит: не верьте этим лжецам, они вас надувают, это у них называется "бомбардировка любовью". Да как бы ни называлось. Жить-то легче" (Б. Фаликов. Анатомия мифа // НГ-Религии, 11.04.2001).

Однако самым ярким и непримиримым критиком "сектоведческой" терминологии является профессор МГУ имени М.В. Ломоносова Игорь Кантеров, заместитель председателя Экспертного совета для проведения государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ. В своей новой фундаментальной книге "Новые религиозные движения в России. Религиоведческий анализ" (М., 2006) Кантеров всесторонне анализирует терминологию, касающуюся НРД, социальные ориентации и функции этих движений и их адептов, а также отношение "традиционных" Церквей к НРД. В книге есть отдельная глава "Антикультовое движение: идеология и практика", в которой дается оценка как российских, так и зарубежных "сектоведов". В частности, автор отмечает: "Не соглашаясь с методологией восприятия представителями антикультового движения природы НРД, формами противодействия их распространению, большинство представителей научного сообщества в то же время рассматривают появление данного движения как естественную и объяснимую реакцию его участников на сам факт возникновения и деятельности множества религиозных групп с необычными вероучениями и социальными программами" (с. 343). Ученый предлагает разработанную им методологию исследования НРД, этапов их становления и призывает общество в целом и, в частности, "сектоведов" и журналистов не упрощать деятельность НРД и не сводить их описание к "криминальной хронике".

Профессор Кантеров старательно разрушает само понятие "тоталитарная и деструктивная секта", подвергая сомнению возможность употребления этого "термина" в цивилизованном обществе, а тем более специалистами. По словам Кантерова, "чаще всего упоминаются такие признаки тоталитаризма, как жесткая авторитарная структура и обожествление лидера. Но ведь жесткие структуры имеются не только у объединений, причисляемых к тоталитарным, но и, например, в католицизме. Да и Папа Римский, глава католиков мира, почитается как наместник Иисуса Христа на земле. В последнее время, правда, и Католическую Церковь начинают записывать в тоталитарные секты…" (Игорь Кантеров. "Деструктивные", "тоталитарные"... и далее везде // "Религия и право", № 1, 2002).

Употребление термина "тоталитарные секты" по отношению к тому или иному движению действительно по существу теряет всякий смысл. Как отмечает профессор Кантеров, "расплывчатость наименований "тоталитарная секта" и "деструктивный культ" позволяет причислять к таким объединениям практически любое религиозное новообразование, религиозно-философское учение, культурно-образовательное или оздоровительное учреждение. Было бы желание, а уж понятия "тоталитарная секта" и "деструктивный культ" всегда готовы принять в свои безразмерные объятия всякого, кого нужно, ничтоже сумняшеся, заклеймить". Однако все же в социологическом, то есть практическом, смысле вопрос как раз не в том, как называть религиозные объединения, а в том, как можно оценить их реальную деятельность.

Можно, как и поступает профессор Кантеров, давать сдержанное и самое общее описание отличий НРД от "традиционных" религий: "Последователи новых религиозных движений в большинстве своем — верующие первого поколения. В отличие от них, последователями традиционных (исторических) религий являются многие поколения населения данной страны, региона, нации, этноса. При этом приобщение к вере обычно происходит постепенно — через семейное воспитание, культурные и национальные традиции. В более широком плане — приобщение к традиционным религиям зачастую выступает как составная часть процесса социализации, включения личности в многообразные жизненные связи и отношения. Во многих же типах религиозных новообразований приобщение к вере происходит не эволюционно, а скоротечно и сопровождается резкими изменениями прежних взглядов, образа жизни, отношения с близкими. Нередко именно это побуждает усомниться в самостоятельном выборе такого рода верований и утверждать, что присоединение к новым религиозным движениям происходит в результате изощренной вербовки, применения гипноза, психотропных средств и т.д. От традиционных религий новые религиозные образования отличаются и нововведениями, существенно расходящимися с вероучительными доктринами и обрядовой практикой исторических религий".

Можно, после всего этого, воскликнуть вслед за публицистом Александром Нежным о том, что антикультисты говорят одну лишь неправду: "Сколько сейчас на Руси антисектантов разного сорта, сказать не может никто. Замечательно их умение возбуждать общественную истерику без всяких к тому внятных оснований. Как привидением в ночи, они пугают обывателей словцом "секта": то и дело общество с ужасом узнает о подлом обычае сектантов присваивать чужое добро, об их склонности к изнасилованиям и тяге к убийствам. Ну и, само собой, об их леденящем кровь замысле государственного переворота для захвата власти в России. Между тем, во всем этом нет ни единого слова правды. Ни единого факта, ни единого свидетельства, ни одного уголовного дела – лишь убогий и злобный вымысел" (Александр Нежный. "К Христу не волокут в наручниках" // Махачкалинские известия, 22 августа 2006 года, www.cef.ru).

Между тем, откровения, пророчества, попытки спасти души людей самыми разными средствами - от исцелений и медитаций до массовых молений и одиночных голодовок, - часто свойственные НРД, а также другим общинам и движениям, которые не относятся к числу "новых", будоражат общество и возмущают граждан. В экстравагантных действиях и эмоциональных призывах харизматичных лидеров новых движений (пророков или даже "новых богов") общественность инстинктивно склонна видеть только корысть. Причина этого инстинктивного желания заключается в том, что НРД или какие-либо другие неправославные Церкви и общины являются нетрадиционными в смысле непривычности для обывателя всего того, что в них происходит. Кроме того, даже если религиозный экстаз в какой-либо неправославной общине похож на моления верующих Московской патриархии во время Великого поста или в ходе обряда по изгнанию бесов, то совсем необязательно, что эмоции последователей НРД подчиняются тем же законам, что и в Православной Церкви. Более того, вполне логично, что экстаз НРД не может объясняться тем же, чем он объясняется в православии или же католичестве. И это вызывает неподдельный и естественный страх и у простых людей, и у самих православных "сектоведов", тем более что перед ними и не стоит задачи разобраться в вероучении, богослужении и повседневной жизни последователей новых религиозных движений, то есть они не обязаны быть "демократами" в своем апологетическом описании "сектантов".

Понятное неприятие всех "нетрадиционных" форм религиозности со стороны православных активистов заставляет их не только непомерно преувеличивать "деструктивность" и "сумасшествие" новых движений, но и относить к числу НРД христианские Церкви, прежде всего протестантские, которые принадлежат к евангельским движениям Нового времени, но не к НРД. Смешение всех – и саентологов, и харизматов, и мунитов - в одном "сектантском" котле вполне объяснимо, потому что у "классификаторов" отсутствуют какие бы то ни было критерии оценки тех или иных движений - все, кроме православных РПЦ МП, становятся в большей или меньшей степени "убийцами", "изуверами", "развратниками" и "мошенниками". По сути, "секты" для большинства радикальных антикультистов – это все неправославные (даже католиков многие православные обвиняют в "покупке душ верующих" и "агрессивном прозелитизме"). С этой точки зрения, те православные "сектоведы", которые разделяют протестантов на "традиционных" и "неопротестантов", являются намного большими эстетами с богословских апологетических позиций, чем фанатичные борцы с "сектами", для которых все, не принадлежащие к Московской патриархии, на одно лицо.

При неизбежных упрощениях и оскорбительных выпадах (необходимых по законам апологетического жанра) даже авторитетные сектоведы вынуждены признавать трудности в определении "преступного характера" НРД. Например, Александр Дворкин подчеркивает: "Главная проблема преступной деятельности сект – в ее крайне сложной доказуемости. Если на мошенничество надевают религиозную маску, все становится очень сложно. Для преступления нужен пострадавший, а покуда человек в секте, он категорически отказывается признать себя пострадавшим. Когда же он выходит из секты – получается свидетельство одного против всех". Показателен анализ Дворкиным деятельности "неопятидесятников", которые попали в разряд самых злостных "сектантов" именно в силу своего растущего влияния, бурного роста в 90-е годы, наличия массы богословских концепций и шумных богослужений. В одном из интервью Дворкин отмечает: "Неопятидесятники на сегодняшний момент — одно из самых многочисленных сектантских движений в России. Сейчас членов неопятидесятнических сект у нас не менее 250 000, а то и все 300 000. Такое количество приверженцев имеют все остальные группировки вместе взятые (за исключением "Свидетелей Иеговы"): сайентологи, кришнаиты, муниты, "церковь Христа", "Богородичный центр", Виссарион и его секта, "Сахаджа-йога", мормоны, "Брахма Кумарис", секта Порфирия Иванова, сатанисты и масса прочих.

— И в чем суть их учения?

— Если в двух словах — динамичный лохотрон. Нынешние неопятидесятники имеют очень опосредованное отношение к историческим пятидесятникам. Это оккультное течение, которое провозглашает, что настоящий христианин должен быть здоровым, счастливым, богатым и процветающим. Если он не такой — значит, не настоящий христианин. Поэтому нужно знать законы духовного мира и уметь, пользуясь ими, требовать у Бога богатства, здоровья и процветания. А кто же не хочет выздороветь и разбогатеть?

И вскоре они начинают думать, что они здоровы, богаты, вне зависимости от того, что на самом деле происходит. Для того, чтобы разбогатеть, как вам объясняют, нужно начать давать деньги в секту – и чем больше дадите, тем быстрее разбогатеете. В конечном итоге разница между реальным положением дел и тем, что по вере неопятидесятников должно быть, приводит к самым трагическим событиям. Недавно на Погодинской улице один неопятидесятник, у которого сорвало крышу, а крышу там срывает у многих, зарезал свою мать и бабушку. По статистике, у 93 % членов этой секты ухудшение психического состояния, 25 % — совершают попытки самоубийства" (Интервью с Александром Дворкиным, главным борцом с сектантством в России и изобретателем термина "тоталитарная секта" (июнь 2003)).

Таким образом, как видно из приведенного текста, зверства "сектантов" существуют вполне независимо от рассуждений антикультистов об идеологии "сект" и никак логически не связаны с мировоззрением и богослужебной практикой НРД. Причем "сектоведы" даже не стараются объяснить связь между тем, что в реальности исповедуют НРД, и этими немыслимыми зверствами. Сама по себе абсурдность зверств является своеобразным доказательством их "правдивости", она принимается на веру и компенсирует недостаток сведений о вероучении и активности НРД. "Сектоведы", в свою очередь, провоцируют СМИ на подобные заявления, а журналисты уже автоматически ставят знак равенства между "сектами" и безумием-уродством. Показательные репортажи по поводу задержания 9 декабря в Липецке сотрудниками правоохранительных органов организаторов выставки "Соловки – вторая Голгофа. Таинственные помазанники Грааля", организованной фондом "Соловецкий мемориал", с которым тесно сотрудничает Православная Церковь Божией Матери Державная православно-харизматического движения. Корреспонденты Первого канала, канала "Россия" и НТВ, будто по приказу из ФСБ, одновременно заговорили о том, что члены этой Церкви призывали школьников к самоубийству и одурманивали их разными снадобьями, хотя это никем и не доказано.

Достаточно перечислить рядовые новости о "сектах", которые появляются на интернет-сайтах антикультистских организаций. Так, на саратовском сайте www.antiCEKTA.ru, к примеру, сообщается, со ссылкой на Агентство национальных новостей, о том, что в США "Свидетели Иеговы" отрезали ухо приемному сыну из России. По поводу якобы последователя Общества сознания Кришны описывается, со ссылкой на авторитетного новосибирского "сектоведа" протоиерея Александра Новопашина, еще более страшная история: "Житель деревни Береговая Кемеровской области, увлекавшийся чтением кришнаитских книг, в Пасхальную седмицу отрубил головы двум своим дочерям и ранил жену. Как сообщил Агентству национальных новостей руководитель Новосибирского отделения "Центра религиоведческих исследований" протоиерей Александр Новопашин, родной отец зарубил топором двух дочерей 13 и 11 лет, Татьяну и Маргариту и ранил жену. Из беседы с матерью девочек стало известно, что ее муж, отец убитых детей, Николай Родиков, с середины 90-х годов настолько увлекся учением о Кришне, что голодал по 50 дней, не принимая пищи "во имя Кришны".

Летний лагерь пятидесятнической церкви "Слово Жизни" в Саратове сайт www.antiCEKTA.ruописывает таким образом:"Гудит словожизневская молодежь по особенному - с никому не нужной Библией под рукой в обнимку с братьями, распевающими странноватенькие сектантские песенки под кефир, - особенный колорит в атмосферу этой "турбазы" добавляет враждебно настроенные долгими усилиями самих сектантов жители близ расположенных дачных поселков… Между тем известно, что неопятидесятнические тоталитарные секты вследствие применяющихся практик контролирования сознания лидерами этой секты наносят своим последователям непоправимый вред психике, а нередко - и физическому здоровью адептов".

Описание другой пятидесятнической общины, которое предлагает Тульский информационно-консультативный центр по вопросам "сектантства" (http://www.sektainfo.ru), наполнено другими страшными и абсурдными предположениями: "С нами поделился своими ощущениями, возникшими во время совершения над ним оккультного обряда харизматиков, один православный мальчик. Он сказал, что когда ему на голову возложили руки и читали странные молитвы, у него жгло в груди, ноги подкашивались, клонило ко сну. Сектанты, видно, для того, чтобы показать окружающим свою необычайную "силу", заявили, что у этого мальчика слишком короткая ладонь. И совершив над ладонью некоторые манипуляции руками, уверяли: его ладонь удлинилась. Сложно поверить, что такого рода вещами занимаются взрослые люди. Но это факт! Сектоведы утверждают, что при полной ориентации на лидера подчиненные члены секты подражают ему во всем. Если же глава секты имеет криминальные или извращенные наклонности, страдает психическими расстройствами, то срабатывает механизм психологической индукции, своеобразного заражения сектантов пороками и психическими патологиями лидера".

Столь старательное описание жутких преступлений "сектантов" имеет вполне логичное психологическое объяснение – на фоне кровавых "сектантских" радений еще ярче видны золото куполов православных храмов и благообразие православного духовенства, а также добродетели простых православных верующих. Впрочем, абсолютное осуждение антикультистов и попытка показать полную бессмыслицу и абсурдность их оценок многоцветной религиозной жизни России выгодно оттеняет также и любое религиоведческое исследование.

Независимо от дискуссий вокруг понятий "традиционная" и "нетрадиционная" религия, многие общины и движения, в том числе и НРД, нуждаются в критическом изучении их вероучительных основ и богослужебной практики. К примеру, многие вполне "традиционные" и уважаемые во всем мире протестантские Церкви (баптистско-евангельские и пятидесятнические) развиваются по законам, свойственным протестантизму, и делают это, естественно, не так, как православные приходы, но протестанты уже стали частью мозаики религиозного мира России и во многих регионах соперничают по своему влиянию на верующую часть общества с православием. Однако внутри евангельского движения группы верующих растут неравномерно, возникают новые Церкви и богословские концепции, появляются новые харизматические лидеры со своими идеями и призывами к верующим, но и они развиваются по законам, общим для протестантского мира, а поэтому в каком-то смысле вполне предсказуемы для исследователей религии. Другое дело – новые религиозные движения, которые нельзя смешивать (как это делают православные апологеты) с харизматическими Церквями, генетически связанными с протестантизмом.

Исходя из опыта общения с религиозными лидерами и опыта полевых исследований, при изучении такого рода общин нужно учитывать несколько факторов. Во-первых, многие религиозные движения и отдельные общины находятся на разных этапах своего развития (это касается и православных, и неправославных групп). Так, часть движений, возникших в России (как российских, так и привнесенных извне), еще проходит путь своей социализации, адаптации к обществу, а значительная часть самых известных НРД уже прошла период духовного ригоризма и аскетического рвения начала 1990-х годов (как, к примеру, Церковь Последнего Завета Виссариона и "Богородичный центр", или, как он теперь называется, Православная Церковь Божией Матери Державная).

А во-вторых, каждое новое религиозное движение индивидуально, оно часто носит на себе отпечаток мировоззрения своего лидера и основателя. Как правило, НРД немногочисленны, они развиваются стремительно и неожиданно, не обращая внимания на мнение общественности, а общество не замечает их. В истории НРД можно найти как неожиданные мистические порывы, так и внутренние конфликты, склоки, борьбу за паству и влияние, новые постоянно меняющиеся элементы идеологии. То есть все то же самое, что есть и в "традиционных" религиозных организациях, только в гипертрофированном, крайнем, часто доведенном до абсурда, виде.

При этом, эмоциональные проповеди, новые "библии", мистические пророчества, строгие посты, "радения", энергетические "подпитки" и т.п. не затрагивают основ российского общества, государственности, культуры, массового сознания, развиваясь вдали от "традиционной" духовности. Видные религиоведы склонны полностью оправдывать НРД, а "сектоведы" пугают общественность "неохаризматиками" и новыми религиозными движениями, которые возглавляются новоявленными "пророками" и "богами" и которые практикуют разного рода аскетические практики, ритуалы, эксцентричные моления. Однако для добросовестного и увлеченного своим делом ученого все это не повод, чтобы считать последователей всех новых и не таких уж и новых движений безумцами или, наоборот, праведниками. Истина находится где-то посередине.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-18 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования