Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
06 мая 21:48Распечатать

Епископ Григорий. В ПОМОЩЬ РЕВНИТЕЛЮ, ИЛИ СОВЕТЫ ФАНАТИКА. О роли четырех типов церковных лидеров в процессе распада РПЦ МП


Однажды фанатик, психопат, политикан и барыга…

 

Любое религиозное движение имеет своих лидеров, а люди распределяются между ними отчасти по велению сердца, а отчасти случайно. Если движение является именно религиозным, а не каким-то еще, то все варианты лидеров укладываются только в четыре типа. Нельзя сказать, что каждый конкретный лидер укладывается полностью в свой тип, — кто-то укладывается, а кто-то нет, — но про любого лидера можно сказать, черты которого из четырех типов в нем преобладают.

Знание об этих типах является очень полезным для всех, кто интересуется религиозными движениями. Повод поговорить об этом именно сейчас дают брожения внутри Московской патриархии.

Все четыре типа лидеров я буду обозначать не вполне почтительными терминами, за что заранее прошу меня простить. Это не ради желания кого-либо оскорбить (я ведь и сам попадаю в эту классификацию), а только ради наглядности терминологии. Если вместо портрета человека нарисовать только самые броские его черты, то получится шарж. Вот так же и термины для обозначения четырех типов надо воспринимать как шарж, но вполне добродушный.

Итак, четыре типа — это фанатик, психопат, политикан и барыга.

Очень многие лидеры сочетают черты двух или трех типов, но никто не делает этого гармонично, хотя некоторые и пытаются (напрасно!). В реальности только один тип в личности лидера преобладает, а черты остальных типов если и проявляются, то подчиненно.

С точки зрения фанатика, только один тип «хороший», а остальные «плохие». Мне лично близка именно эта точка зрения. Но это не значит, что я считаю ее правильной. В реальности плохо только то, что оказалось не на своем месте. Поэтому так важно найти для всех их природное место.

 

Политикан

 

Политикан отличается от политика тем, что он паразит. В политике политик может быть плохим политиком, но он не паразитирует на политике, а просто плохо ей занимается. В религиозном движении политические цели в качестве стратегических декларировать нельзя – таковы законы жанра. Но если у человека реальные цели политические, то есть борьба за власть в светском обществе, но он это делает под флагом религиозного движения, то он на религии паразитирует.

При этом он отличается от барыги тем, что он борется не за деньги и имущество, а за власть. Поэтому он часто готов на большие риски, к которым барыга не готов. Барыге нужна сытая и спокойная жизнь, а с большой угрозой помереть или сесть в тюрьму ему уже и деньги ни к чему. Политикану беспокойная жизнь даже интереснее, а нужна ему только власть. Деньги и материальные ценности для политикана интересны только как инструменты власти.

Поэтому политиканы сразу же появляются там, где есть хотя бы шанс на развитие массового движения. Хотя бы чуть-чуть, но массового. Барыги на столь ранней стадии ни к каким движениям не прилепляются никогда.

Религиозное движение, попадая под власть политиканов, утрачивает религиозность. Недавно мы были свидетелями падения РПЦЗ, в котором первичную роль сыграли эмигрантские политиканы (среди них самая известная фамилия – Арндт), хотевшие толику светской власти в новой России. Но раскормленных в заграничной безопасности политиканов из РПЦЗ обыграли политиканы из РПЦ МП: РПЦЗшные барыги продали им задешево и с потрохами всю РПЦЗ со своими политиканами в придачу.

Нынешнее движение «ревнителей» в РПЦ МП уже столкнулось с желающими его возглавить политиканами. У фанатиков это вызвало здоровое отторжение, и поэтому на конференцию в апреле кого-то из политиканов не пригласили. Это мудрое санитарно-гигиеническое решение. Но горе тем, чья мудрость не идет дальше санитарии.

Если наш расчет на помощь Божию все же предполагает, что мы и сами будем что-нибудь делать, то желательно подумать, что именно. И это должно как-то зависеть от того, какое сопротивление мы ожидаем встретить. Что официоз РПЦ МП имеет большой ресурс для сопротивления «ревнителям» — это, вроде бы, общее место. Тогда вопрос в том, есть ли какие-то методы работы с такой силой административного ресурса, помимо самого главного — упования на чудо Божие. — Безусловно, есть, и само чудо Божие становится гораздо вероятнее, если мы, при всей своей слабосильности, не уподобляемся лежачему камню, под который вода не течет.

Совершенно очевидно, что в лобовом столкновении «ревнителям» невозможно победить свое недавнее церковное начальство. Чтобы это стало возможно в будущем, нужно менять соотношение сил. Какой-нибудь наивный человек с этим согласится, но скажет, что для этого нужно расти самим. — Такому человеку ответим, что никто вам не даст дорасти самим до сопоставимого уровня силы: прибьют в зародыше. Заходить нужно с противоположной стороны – с тыла противника. Это можно сделать своими очень слабыми силами, а все остальное нужно брать из ресурсов оппонента. У противника сил немеряно, а управлять ими эффективно он не умеет. Поэтому можно и помочь ему поуправлять. Как? — Используя многочисленные внутренние противоречия в его управлении. И вот тут участие политиканов бесценно. Их нельзя брать в собственные ряды, а внутри или хотя бы вблизи рядов противника они будут гарантированно наносить ему какой-то ущерб.

Этот процесс можно упорядочить и повысить его эффективность, если дать политиканам (и барыгам — о которых мы скажем позже) ясную цель. Пусть они тоже будут бороться за светлое будущее, как они его понимают. От «ревнителей» это потребует некоторой концептуальной ясности в головах, которой пока что у них нет. Но мы хотели бы именно к ней подвести в итоге этой статьи.

А пока что продолжим описание типов. Наш следующий тип — барыга.

 

Барыга

 

Движению «ревнителей» еще далеко до того, чтобы стать привлекательным для барыг — попов и епископов. Но это в РФ. А в Украине это уже есть. Там уже сейчас появился епископ Московского патриархата, который понял, что демонстративное противопоставление себя гундяевской Москве даст гарантии безопасности его церковному бизнесу — который для РПЦ МП в Украине стал слишком рискованным. В не очень продолжительном времени можно ждать чего-то похожего и в Молдове.

Умиляться тут нечему, т.к. нужно уметь отличать союзника от единомышленника. Союзник – это тот, кто при другом раскладе легко бы оказался противником. У него все зависит от «раскладов». Но если «расклады» устойчивы, то и союзником он будет верным — хотя бы лично шла речь о тех, кто врет, как дышит (что верно для большинства епископов).

Это правило работает в обе стороны, и оно принципиально важно для предсказания действий епископов внутри России. Сейчас они все, разумеется, за гундяевский центр, но центр слабеет. Образованный из трехсот епископов массивный скелет РПЦ МП поражен остеопорозом: все кости на месте, но они теперь всё более хрупкие, и самая легкая травма грозит переломом.

Сколько-нибудь массовое — человек хотя бы до пяти — прозрение епископата относительно неправд экуменизма и сергианства можно ожидать лишь тогда, когда быть отдельно от Гундяева станет безопасней для бизнеса, то есть для экономики их епархий. Не надо думать, что ранее.

Сейчас среди «ревнителей» много ожиданий по поводу епископата, и эти ожидания вполне напрасны. Во-первых, экономически «ревнители» барыгам в России не нужны, во-вторых — а зачем «ревнителям» эти барыги?

Последний вопрос не является риторическим. На него есть серьезный ответ: уж конечно, не за тем, чтобы засорять ими собственные ряды. Они способны принести «ревнителям» пользу, оставаясь на своем месте в гундяевских структурах. Ведь барыги эти и патриарху своему не лояльны. Они «себе на уме». Они всегда врут начальству, что они в нем души не чают, и всегда берут под козырек в ответ на любую команду. И при этом никогда ничего не исполняют в точности.

Сейчас многие из епископов созрели, чтобы вести двойную игру: при наружной лояльности Гундяеву негласно покрывать деятельность «ревнителей». Здесь есть большой резерв для развития движения, который доступен прямо сейчас.

Также есть «маститые протоиереи» и наместники монастырей — такого же «барыжного» типа, — которые готовы помочь материально. В их сознании это «не складывать все яйца в одну корзину». Не обязательно ждать, пока они сами вспомнят про нужды борьбы за правое дело. Иногда они охотнее жертвуют, если им напомнить.

 

Психопат

 

Настоящих буйных мало, но все же не все они одинаково полезны в качестве вожаков. Особенно неполезны те, кого называют психопатами в современной медицине, где это слово почти вышло из употребления. Но оно осталось для нескольких категорий больных людей, которых обычно принимают за здоровых, так как у них нет бросающихся в глаза признаков психического заболевания. Как правило, они не видят галлюцинаций и не впадают в бред. Общее у этой группы диагнозов то, что она предполагает стремление к абсолютной власти и инстинктивный навык очень ловко манипулировать людьми.

В обычной жизни такие люди встречаются, по счастью, довольно редко, но зато в церкви для них как медом намазано. И, разумеется, они добиваются своего хотя бы отчасти, вылезая в качестве лидеров на тот или иной уровень. Не быть лидерами вообще они не могут.

Они способны действовать гораздо решительнее большинства людей, даже если они очень трусливы. Тут дело в том, что у них чувство опасности работает своеобразно, и многих очевидных опасностей они или не замечают вообще, или преуменьшают. Вместо этого у них свои собственные страхи, понятные даже не каждому психиатру, а лишь специалистам по таким заболеваниям. Поэтому иногда такие люди особенно хороши для прорыва рядов противника. Но издержки от их наличия в собственных рядах все равно неоправданно велики.

Заподозрить лидера в психопатии следует, например, тогда, когда он настолько тянет одеяло на себя, что наносит явный ущерб самому себе в том числе. Впрочем, из этого еще не следует, что он обязательно психопат. Вот если в ряду его эгоистических интересов оказываются удивительные для соратников дурацкие капризы, то это уже второй и более серьезный «звоночек». Вспоминаю, например, одну очень представительную церковную конференцию, созванную для обсуждения процессов развала РПЦЗ еще в 2000 году. В какой-то момент созвавший ее епископ — к недоумению большинства участников — «переклинился» и стал долго и тщательно ругать монахинь, которые плохо стирают ему подрясники. Про такие эпизоды, если они единичны, можно сказать «с каждым может случиться». Но если аналогичные эпизоды повторяются систематически, то это поведение психопата. Психопат не может выдержать длительной и систематической работы над достижением цели. Если обстоятельства слишком долго заставляют его не быть в центре внимания, то с него, как с кастрюли, срывается крышка.

Безошибочный диагноз психопатии для лидера легче всего поставить при наблюдении за его близким окружением. Группа сторонников психопата отличается сочетанием двух признаков: явный культ лидера при бросающемся в глаза сходстве его преданных сторонников с овощами. (Это особый тип психопатологии групп – так называемая dependency group по Биону). Это могут быть милейшие в быту люди, иногда и развитые интеллектуально, но безынициативные настолько, что производят впечатление умственной отсталости. Политикану, в отличие от психопата, не нужна эта абсолютная власть над группой психических инвалидов.

Психопаты опасны, в первую очередь, своим поведением, а, во вторую очередь, своими «скелетами в шкафу».

Их поведение крайне агрессивно по отношению к «своим», но не всегда это можно достаточно быстро заметить. Их истинная и ими не вполне осознаваемая цель – превратить всех вокруг себя в «овощей», а вовсе не добиться тех или иных заявленных целей движения. В достижении своей реальной цели «овощизации» вселенной они настолько сильны и упорны, что со многими людьми они достигают успеха, а с еще большим числом других людей, напротив, очень серьезно ссорятся, вызывая к себе чрезвычайное и, казалось бы, немотивированное физиологическое отвращение. Так внутри религиозной структуры возникают очаги некроза и сепсиса.

«Скелеты в шкафу» обычно связаны с особенностями их сексуального поведения. По мере усиления патологии тут существует следующая шкала: промискуитетное гетеросексуальное поведение (например, целибатный священник женится на своей певчей, отбив ее от мужа, но продолжает служить), гомосексуальное поведение, гомосексуальная педофилия и, наконец, прекращение всякой сексуальной активности (которое принимается публикой за аскетическую норму, а в действительности — в данном конкретном случае — является крайним выражением психопатологии).

Насколько вредны психопаты в собственных рядах, настолько же и еще более они полезны в рядах оппонентов. Достаточно сказать, что нынешнего движения «ревнителей» в РПЦ МП не было бы вообще, если бы не «психопатизация» ее нынешнего верховного управления. При прежних патриаршествах были такие же экуменизм и сергианство, но никого это не задевало эмоционально. Особенность нынешней гаванской встречи только в том, что обществу предъявили возбуждающую картинку патриаршего лобзания в качестве сигнала всем, начиная с архиереев, знать свое место овоща.

Со старых времен в управлении РПЦ МП сохраняются люди верующие (пусть и неправославно) и даже лично смелые и разумные. В свое время они умели придумывать разные штуки, чтобы не допустить нынешнего «ревнительства». Но теперь уже они ничего не могут сделать, чтобы повлиять на ее политику всерьез. Против лома психопатии нет приема, кроме совсем уже радикальных средств.

Зато из всевозможных шкафов повываливались в клубах нанопыли дорогие безделушки и троюродные сестры. Самое главное: если затрагивается «чувство собственного достоинства» первого (а иногда и второго) лица, то эти лица гарантированно понаделают глупостей.

Ненавязчивое оскорбление их психопатического достоинства – это консервный нож, которым вскрывается вспучившаяся консервная банка РПЦ МП.

 

Фанатик

 

Чем фанатик отличается от психопата? — Ну уж, конечно, не тем, что фанатик — идеал психической нормальности. У него тоже существенные отклонения от среднестатистических значений по разным психометрическим показателям. В зависимости от степени социальной адаптированности его могут посчитать или не посчитать психически больным. С психопатом то же самое — признает ли его больным психиатрическая экспертиза, зависит от степени социальной адаптированности.

Самое ненормальное в фанатике то, что он увлечен сверхценной идеей. В интересующем нас случае эта идея — религиозная. С житейской точки зрения, такие люди всегда доставляют множество неудобств добрым людям, которые их совершенно о том не просили.

В отличие от психопата, фанатик служит именно идее, а не себе лично в сиянии этой идеи. Отличить служение идее от служения себе очень просто: фанатик может делать разные глупости и ошибки, но ему нужны вокруг себя соратники, а не овощи. Если лидер стремится к максимальной самостоятельности тех, кто его окружает, если его радует их способность обходиться без его прямого контроля, то он точно не психопат.

Словосочетание «узколобый фанатик» возникло не на пустом месте, но узколобые всегда проигрывают. Если хочешь быть фанатиком, но выигрывать, то не будь узколобым. Настоящий фанатизм умеет быть просвещенным и гибким.

Прежде всего, надо понимать пользу от остальных типов лидеров — политиканов, барыг и даже психопатов. Не надо стремиться кого бы то ни было победить только потому, что он неприятен как тип. Не надо вообще воевать с людьми и их типами. Воевать надо только с идеями, всегда и для всех оставляя открытой возможность стать на сторону правды.

И самое главное: надо научиться как-то жить с горькой истиной, что всерьез никто (то есть почти никто) не разделяет твой фанатизм.

Если говорить не о фанатизме вообще, а только о религии, то главная проблема фанатика — это не тактика, а стратегия. Сверхценная идея определяет автоматически только «качество» стратегической цели, но не ее «количество». Например, «качество» стратегической цели нынешних «ревнителей» очевидно — такая православная Церковь, в которой бы не было ереси. Но для определения стратегической цели этого мало. А с определением «количества» тут проблема. Например, было бы неплохо заказать у золотой рыбки православную империю с поголовно верующим населением, но такую рыбку еще надо поймать. Если же исходить из наличных золотых рыбок, то желательно заказать что-нибудь попроще.

Вопросы о том, чего мы хотим «вообще», и чего мы хотим в качестве конкретной и реалистичной цели нашей конкретной деятельности, необходимо уметь различать.

Практически для данного случая это означает, примерно, вот что. Нужно оценить, во-первых, масштабы той очищенной версии РПЦ МП, над созданием которой началась работа, и, во-вторых, структуру того общества, в котором она собирается возникнуть.

Поясню следующим примером. В православной Византии, где 6-й новеллой (разновидностью гражданского закона) святого императора Юстиниана была установлена симфония между гражданской властью и церковной организацией, само гражданское законодательство («градский закон») считалось частью церковного предания, т.е. одним из богодухновенных источников церковного права. Об этом пишет, например, святой патриарх Фотий в предисловии к своему Номоканону. Многие положения гражданского права напрямую касались Церкви, включая ее внутреннюю жизнь (например, процедуру избрания епископа). Но тот же гражданский закон включал целые разделы, к Церкви менее близкие: например, регулирующие проституцию, которая в православной Византии была легальной.

Вот и нынешним «ревнителям» необходимо задумываться о реальной религиозной структуре общества, которая могла бы сложиться в результате успеха их движения. В частности, как там будет с проституцией, то есть рынком платных услуг по удовлетворению религиозных потребностей всем желающим. Они сами ведь не готовы этим заниматься, а спрос будет. Сделать такой рынок нелегальным? — Это наивно. Скорее, этот рынок сам сделает «ревнителей» нелегальными. Поэтому нужно задумываться о реальности. О реальном сосуществовании, прежде всего, с тем, что останется от гундяевской РПЦ МП. А также о том, чтобы то, что останется, оставалось не как попало, а как меньшее зло — аналогично легальной проституции в православной империи.

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

 

[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования