Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
06 декабря 18:08Распечатать

Валентин Никитин. ИЛЬЯ ЧАВЧАВАДЗЕ И РУССКО-ГРУЗИНСКИЕ ДУХОВНЫЕ СВЯЗИ. Доклад, сделанный 26 ноября 2012 г. в Петербургском университете на научно-культурном форуме «Дни Ильи Чавчавадзе в Санкт-Петербурге. К 175-летию со дня рождения»


Автор - доктор философии, академик РАЕН, член Союза писателей России

История духовных связей между грузинами и русскими восходит к незапамятным временам. Говоря об этих связях, то есть, об отношениях взаимной обусловленности, следует подчеркнуть, что они укоренены, прежде всего, в религиозной общности, в принадлежности обоих народов к православному культу и выросшей из него культуре. Вот отчего эти отношения и связи имеют устойчивую традицию,являясь достойным подражания примером молитвенного общения и культурного взаимообогащения. Они поддерживались и осуществлялись через наиболее достойных представителей братских единоверных народов.

Духовным светочем для грузинского народа был и остаётся Илья Чавчавадзе - великий грузинский поэт и общественный деятель, харизматический национальный лидер, гений и святой, канонизированный Грузинской Православной Церковью в 1987 году. Известный грузинский писатель и общественный деятель Иосиф Захарьевич Имедашвили (1876-1952) в своих воспоминаниях о нём писал: "Для людей моего поколения Илья был олицетворением истины бесспорной и абсолютной; выдающийся деятель, писатель-мыслитель, радетель Отечества, его мысль, слово и воля были законом для всех. Человек с огромными знаниями, энциклопедист, Илья был блестящим знатоком прошлого и настоящего, провидцем будущего".

Н.А. Бердяев в книге "Смысл творчества или опыт оправдания человека" (М., 1916) рассматривает гениальность и святость как равновеликие духовные начала. Они подобны параллелям, которые не пересекаются. Так, например,в истории России "не пересеклись" А.С. Пушкин и преподобный Серафим Саровский. Философ склонен отдать предпочтение гениальности, которой надлежит придти на смену святости - добродетели хоть и великой, но реликтовой…

Коллизия эта замечательным образом разрешается на примере жизненного подвижничества и творческого подвига святого Илии Праведного. Так поименован гениальный поэт в святцах [официальной] Грузинской Церкви. Его имя окружено в Грузии подлинно всенародной, благоговейной любовью и почитанием: поэта величают в народе просто по имени — Илья… А "глас народа – Божий глас". Апофеозом всенародной любви и стало прославление Ильи Чавчавадзе в сонме святых.

25 лет прошло с тех пор, как Синод Грузинской Церкви постановил: "За великий подвиг ради народа и Церкви признать Илью Чавчавадзе святым и наименовать его святым Илией Праведным". Каноническим основанием для причисления поэта к лику угодников Божиих явилась его глубокая личная праведность, беззаветная преданность Церкви Христовой, самоотверженное служение Родине, наконец, мученическая кончина и многолетнее почитание грузинским народом в качестве заступника пред Господом.

К глубокому сожалению, имя Ильи Праведного до сих пор не внесено в святцы Русской Православной Церкви, хотя канонические препятствия для этого отсутствуют. Очевидно, косвенной причиной такой несообразности является распад СССР как единого геополитического и духовного пространства, объединявшего русских и грузин. Но тех трещин, которые пролегли между нашими государствами, нет между нашими Церквами, благодарение Богу. И мы вправе поставить перед священноначалием Русской Церкви этот вопрос. Уместно пояснить, что в конце 70-х годов прошлого века ваш покорный слуга, работая в издательстве Московской Патриархии, составилсписок грузинских святых, чьи имена отсутствовали в месяцеслове Русской Церкви; вскоре по благословению Патриарха Пимена многие из этих имен вошли в русский месяцеслов. Включение имени Ильи Праведного в святцы Русской Церкви для всенародного почитания даст хороший импульс не только взаимному сближению единоверных Церквей, но и сближению наших народов, оказавшихся в зоне отчуждения по вине недальновидных политиков.

Православная вера – вот "духовный щит" и грузин, и русских, благодаря которому они отстояли право на долгую историю и сохранили свою национальную идентичность. Приобщение Руси к сокровищнице византийской культуры осуществлялось при посредничестве не только Болгарии, но и Грузии. Епископ Кирион (Садзаглишвили) [впоследствии священномученик Католикос-Патриарх Кирион III] в своей книге "Культурное влияние Иверии на Русь" (1910) писал: "припомним, что в древней Руси расписывали свои храмы по образцу Иверского монастыря, что без сомнения указывает на древнейшую религиозно-нравственную связь Руси с Иверией вообще и с этою святою обителью в особенности". И далее, сравнивая глаголицу с грузинским алфавитом, он выразил уверенность в том, что в глаголице некоторые буквы заимствованы из грузинского алфавита.

После падения Константинополя в середине XV века (1453 г.) порабощенные Османской империей православные народы обратили свой взор к Московской Руси как к единственной силе, способной принести им свободу. С этого времени Русская Православная Церковь оказывает всемерную поддержку православным монастырям на территории Османской империи, в том числе грузинским.

В XVII веке осью европейской политики стал Восточный вопрос, в связи с распадом Османской империи, национально-освободительным движением порабощенных ею народов и борьбой европейских государств за турецкое наследство. Россия активно включилась в решение Восточного вопроса, используя дипломатические, политические и военные силы.

Одна за другой следуют несколько русско-турецких войн, в которых на стороне русских выступают болгарские добровольцы и сербы, а затем всё более активно грузины и армяне, в том числе знатные грузинские военачальникииз княжеского рода Чавчавадзе. В конце XVIII века многиевыдающиеся деятели Грузии нашли убежище в России и сыграли значительную роль в ее духовной и культурной жизни.

Род Чавчавадзе являлся "ретранслятором" связей между Грузией и Россией на рубеже XVIII-XIX вв., в переломные моменты грузинской истории.

Князь Гарсеван Чавчавадзе был уполномоченным царя Ираклия II в 1783 году, вместе с князем Иваном Багратиони, при заключении Георгиевского трактата.

Князь Ясон Чавчавадзе (1803-1857) сражался под русскими знамёнами – с персами, турками, лезгинами и чеченцами, дослужился до звания генерал-майора.

Князь Давид Чавчавадзе воевал за Российскую империю с горцами Шамиля и с турками, за ратные заслуги удостоился чина генерал-лейтенанта.

Князь Александр Гарсеванович Чавчавадзе, выдающийся поэт, крестник императрицы Екатерины II, дослужился до звания генерал-лейтенанта, доблестно воевал в 1812 году с французами, а впоследствии – с турками.

Наконец, Илья Чавчавадзе на протяжении нескольких десятилетий являлся идейным вдохновителем почти всех значительных культурных и общественных начинаний в Грузии, которые он ретранслировал из России, являясь связующим звеном между двумя народами.

Годы обучения на юридическом факультете Петербургского университета (1857-1861) поэт называл "золотыми"; в эти годы он был председателем грузинского землячества при столичном университете. Поэт был влюблён тогда в Александру Ильиничну Чайковскую, родную сестру гениального русского композитора. И Россию он тоже полюбил и продолжал любить… Принадлежа к поколению шестидесятников-"тергдалеулеби" ("испивших из Терека"), он всю жизнь воздавал России дань доброй памяти и благодарности: "Россия спасла нашу родину от разорения и уничтожения, она и ныне ограждает её от повторения былых невзгод и страданий, она залечила её раны"; "Покровительство единоверного великого народа рассеяло вечный страх перед неумолимыми врагами…Исчез грозный блеск занесенного над страной и нашими семьями вражеского меча". [1]

Студенческая пора имела решающее значение в формировании нравственного идеала поэта. Ни один из выдающихся деятелей грузинской культуры прошлого века не знал Россию так хорошо, как Илья Чавчавадзе. Именно поэтому он не только возглавил национально-освободительное движение своего народа, но и стремился привить грузинскому народу чувство глубокого уважения к великой и свободолюбивой русской культуре, с глубокой признательностью говорил о ее благотворном влиянии: "Нет среди нас ни одного общественного и литературного деятеля, не носящего на себе следов воздействия русской литературы. И не удивительно: русская школа, русская наука открыли нам врата просвещения..." [2].

Не будет преувеличением сказать, что "врата просвещения" родному народу, простым грузинским труженикам открыл сам Илья Чавчавадзе вместе со своими ближайшими сподвижниками. Вот почему духовная связь Ильи Чавчавадзе с Россией была нерасторжимой. Эта связь питалась из святого, глубокого и чистого источника. Таким неоскудевающим источником являлась православная вера и принадлежность к Церкви Христовой. Кем бы ним был Илья Чавчавадзе – чиновником по особым поручениям, мировым судьей или руководителем земельного банка, он всегда отстаивал принципы справедливости и идеалы всечеловеческого братства, милосердия и любви, воплощенные в христианстве. В каждом его слове и поступке современники ощущали удивительную доброту и кристальную чистоту, высокую ответственность перед Богом и людьми. Постоянно испытывая нужду, поэт оставался настоящим бессребреником, отказывался от гонораров.

Илья Чавчавадзе подчеркивал, что предки оставили грузинам "три божественные сокровища" - Родину, язык и веру. И в этой триаде отдавал предпочтение вере, поскольку именно ввере воплотились "родина, родная земля, нация".

"Жизнь есть единая река, образуемая из двух больших потоков: один питает тело, другой — дух. Если иссякнет любой из них — организм нации умрет, как дух без тела или тело без духа",— писал поэт. Не абстрактный гуманизм, но христианское всепрощение, претворенное в реальной жизни в конкретные дела,— вот его нравственное кредо. Всё творчество Ильи Чавчавадзе выражает твердую надежду и веру в неизбежную победу добра, в котором дышит Божественная благодать. Сам поэт предстает перед нами как подлинный духовидец, осененный благодатью:

"Голоса с Небес, вы диво,
Внемлю вам благочестиво!
("Небесные голоса",1859)

В одной из ранних статей Илья Чавчавадзе писал: "...Господь не создавал в природе низших и высших предметов, каждый предмет высок по-своему и одинаково вещает нам о том великом Духе, Который дает жизнь всей вселенной". Жизнь каждого человека — священный и неотъемлемый дар свыше, который не вправе отнимать государство и общество. Отсюда пафос рассказа "У виселицы", направленный против смертной казни.

До конца своих дней поэт оставался верен евангельским идеалам человеколюбия и братства. В 1906-1907 годах, являясь членом реформированного Государственного Совета, высшего законодательного органа Российской Империи [3], он потребовал с высокой трибуны в Петербурге отмены смертной казни, которая противоречит христианству.

Нравственный идеал Ильи Чавчавадзе определялся двумя святынями: преданностью православной вере и самоотверженным служением Родине. Поэт был достойным христианином и благочестивым молитвенником. Несколько его замечательных стихотворений – это молитвы. Именно молитва является проявлениемдуховной связи верующихс Богом и между собой. Молитва неразлучна с верой, она может быть названа дыханием Церкви.Апостол Павел заповедал: "непрестанно молитесь" (1 Фес. 5:17).

Позвольте прочитать два стихотворения Ильи Чавчавадзе [в переводе В.Н.], названные "Молитвами"; обе молитвы написаны в 1858 году, еще в студенческие годы:

"Я стою на коленях, Отец наш Небесный,
Пред Тобой, не тая ни богатства, ни чести,
Да пребудет без скверны молитва святая!
Но хочу, чтоб, как небо, душа засияла!
Чтобы сердце к врагам запылало любовью,
Даже если пронзят, обагрят его кровью;
И я мог бы молиться, как на Небе рыдают:
Ты прости их, Господь что творят, то не знают"... (17 июля 1858 г.)

***

"Когда демон неверья, отрицанья, лукавства
Даст душе ослабевшей чашу с ядом соблазна,
Пощади меня, Боже, обойденного роком,
И не дай к этой чаше прильнуть ненароком.
Но коль мерой подобной испытать меня надо
И Твое попущенье над кознями ада,
Да постигну Твой Промысл, свою волю склоня,
И да сбудется воля святая Твоя"!
(28 августа 1858 г.)

Наиболее четко нравственный идеал Ильи Чавчавадзе выражен в его "Рассказе нищего" — в образе священника-пастыря, идеального служителя народа, наделенного высочайшей моралью, патриотизмом и всеми лучшими человеческими качествами. Анализ этого образа позволяет сделать вывод, что идеал поэта несет на себе печать просветительства, в нем есть и отголоски народничества, как социальной доктрины, что было характерно для тогдашней России. Священник в "Рассказе нищего" возлагает явные надежды на просветительство, ему не чужда мечта о лучшем устройстве земной жизни. По его глубокому убеждению, людям необходимо помочь, как помогал им Христос. Когда человек отказывается помочь другому, он отворачивается от Бога.В этом воззрении — нравственное кредо писателя, совпадающее не только с традиционной христианской этикой, но и с идеалами христианского социализма. В поэме "Видение" И. Чавчавадзе пишет: "Ты сын труда... за тебя и распят был в веках Учитель всех несчастных и убогих". И в этом аспекте И. Чавчавадзе, как нам кажется, намного опередил свою близорукую эпоху, ибо между его христианским социализмом и подлинным гуманизмом в широком понимании можно поставить знак равенства.

Долгие годы поэт возглавлял "Общество по распространению грамотности среди грузин". В то время, когда царское правительство проводило недальновидную политику русификации, когда грузинский язык изгонялся из судопроизводства, школы и Церкви, "Общество" открыло по всей Грузии множество школ с обучением на родном языке."Общество" организовало широкую сеть просветительских учреждений по всей Грузии, включая школы и книгоиздательства, вело большую научную работу по собиранию и исследованию памятников грузинской церковной литературы, фольклора и истории. Илья Чавчавадзе до конца своих дней активно трудился на этом благородном поприще и все свое состояние завещал "Обществу". В эти годы поэт стал подлинным просветителем и духовным вождем всего грузинского народа. "Властителем дум народа грузинского все-таки остаетесь Вы, - писал Илье Чавчавадзе епископ Острожский Серафим, ректор Тифлисской Духовной Семинарии, в октябре 1898 года. - И какие бы предписания ни выходили бы из Синода и кабинета Его Величества, они не пройдут в жизнь грузинского народа, если на них не будет Вашего согласия и сочувствия".

С "мечом в руках и крестом в душе" пришел русский солдат в Закавказье, в единоверную Грузию, чтобы оградить своих братьев по вере, чтобы Грузия могла возродиться к новой жизни и процветанию "за гранью дружеских штыков". Признавая безусловно положительное значение присоединения Грузии к России, Илья Чавчавадзе считал, однако, что существование в пределах огромной империи ограничивает жизненную энергию нации, что Грузии необходима автономия. В то же время он выступал за автокефалию Грузинской Православной Церкви.

Следует сказать, что в составе СССР Грузия реально обрела автономию, под покровительством некоронованного монарха – И. В. Сталина. Автокефалия Грузинской Православной Церкви, провозглашенная в 1917 году после Февральской Революции и вначале отклоненная Русской Церковью, была ею (не без влияния Сталина) признана в 1943 году.

В начале XX века епископ Кирион (Садзаглишвили) сокрушался о том, чторусские люди лучше знают историю лопарей и вогулов, чем историю единоверных грузин, ссылаясь при этом на авторитетное мнение А. С. Грибоедова, который упрекал соотечественников в этом же. Надо признать, что в годы советизации и созидания многонациональной семьи народов в СССР ситуация коренным образом изменилась к лучшему.

В заключение отмечу, что те или иные политические режимы рушатся какдекорации, а связи между народами остаются. Духовные связи между единоверными народами подобны мощным океанским течениям, имеющим колоссальную энергию и огромную инерцию. Именно эти связи являются залогом хороших межгосударственных отношений, так как не подвержены влиянию политической конъюнктуры.

Грузия занимает сравнительно скромное место на географической карте, но ее вклад в европейскую культуру значителен и велик. Последние два столетия, когда Грузия пребывала в составе Российской, а затем Советской империи, русский язык был мощным ретранслятором грузинской культуры, и эта функция русского языка еще не утрачена. Смеем надеяться, она будет востребована с новой силой.

"Наши Церкви должны сделать всё, чтобы восстановить братские отношения между единоверными народами наших стран с тем, чтобы Россия и Грузия служили в этом примером для других государств", - призывает Святейший и Блаженнейший Католикос-Патриарх всей Грузии Илия II.

Одна из чтимых в Грузии святынь – церковь XIV века во Имя Святой Троицы в высокогорномселении Казбеги. По преданию, пастухам явилась здесь Пресвятая Богородица и повелела построить храм. У строителей не хватило камня для его завершения; но с помощью Небесных Сил и Самой Царицы Небеснойхрам был завершён. Поистине, невозможное человекам возможно Богу.

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] – Илья Чавчавадзе. Полное собрание сочинений в 10 томах. Тбилиси, 1925-1929. Т.4, с.216-217.

[2] – Цит. по: Г. Тавзишвили. Илья Чавчавадзе. Педагогические идеи. Тбилиси, 1957, с. 76.

[3] – После 1906 г. - верхняя палата первого российского парламента, наряду с нижней палатой – Государственной думой.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования