Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
24 августа 17:11Распечатать

Алексей Кудрявцев. ЗАБЫВЧИВОСТЬ ПРОСТИТЕЛЬНА. ОПАСНЕЕ — ПАМЯТЬ НАПОЛОВИНУ. О церковно-административной реформе Патриарха Кирилла (Гундяева). Часть первая


Можно сколь угодно долго задаваться вопросом, равен ли миф истории, если и история, и миф, в конце концов, это только опыт. Ответа не будет, так как феномен и понимание феномена неразделимы. Любая вещь становится мифом, соприкасаясь с человеческим разумом.

Интереснее другое — насколько равна истории искусственно выведенная мифологема. Намеренная интерпретация, где одна ложь кроет другую — равноценна историческим наслоениям?

В понтификат покойного Патриарха в Чистом переулке скромно объявили о необходимости перехода горизонтальной ординатуры к вертикальной. От самовластного епископата к древней митрополитанской системе. Почивший Патриарх по причинам, которые вряд ли нам станут известными, реформе не противился, но и особого рвения не выказал. Был образован Казахстанский митрополичий округ, заявлено о планах организации Западноевропейского округа - и на этом дело приостановилось.

Ходили разные слухи. Бледные клерки перешептывались, на все лады склоняя восхищение тогдашнего председателя ОВЦС МП пропорциональной системой римского епископата, и предрекали скорую реформу епископата российского по романскому образцу. Ревнители и хоругвеносцы, по давнему обычаю, верили всему отлитому в кегле и нисколько не заботились повеселить себя разглядыванием этикеток и расшифровкой речевок и лозунгов. Кого, в самом деле, волнует типос замысливаемой системы, если всякий факт — только производное фактов предыдущих и потенция фактов последующих? И, следовательно, всякое решение будет только эволюционным — развивающим, но никак не революционным — отводящим вспять.

Новый энергичный Патриарх Гундяев ход реформы не тормозил. Напротив, количество новых "белых шапок" - глав митрополий — при нем росло и растет. Кажется, мысль его переносится с родных просторов к древним, почти легендарным временам, когда епископии подчинялись митрополиям, а митрополии мирно сосуществовали в совместных трудах, подчиняясь до времени первому среди равных, пока понтифик, объявивший свой град единственным наследным престолом Петра, не начал принимать на третейское рассмотрение жалобы епископов друг на друга.

Барочные формы современных соборных уложений и синодальных журналов агрессивно туманят. В них кроется своя правда. Стоит присвоить себе надчеловеческую миссию и, рано или поздно, придется освободить себя от каких бы то ни было обязательств перед людьми. И не так важно — подтвердит ли история твою правоту, коль сам ты — уже история…

Припомним ход развития епископской власти в Древней Церкви.

Она начиналась с "парикии" — прихода, где нес жертвенное служение епископ. С умножением парикий епископ становился над ними (на Западе такие парикии называли "парохиями", отсюда украинская "парафия"), а у алтарей место занимали уже поставленные епископом пресвитеры. Несколько парикий, чуть позже превратившихся в епархии, сливались в митрополитанский округ, границы которого первоначально совпадали с границами провинций (епархий) империи. Епископ — на Западе суффраган - обладал полнотой власти, а митрополит совершал визитации, принимал апелляции на суд епископа и собирал епархиальные Соборы. Две важные особенности той древней системы. Первая - суффраганы избирались и рукополагались внутри округов митрополитом, но митрополит не имел никакой власти над духовенством, подведомственным суффрагану, за исключением случаев судебных апелляций. И вторая — митрополит избирался суффраганами.

Экзарший (позже патриарший) титул был чисто техническим обозначением митрополита, стоящего во главе престола главного города. Экзарх входил в общение с равными ему по значению епископами и, таким образом, Церковь приобретала единство или видимость единства. Если область митрополита примерно соответствовала области гражданского викария-епарха, то область экзарха — условно - гражданского префекта.

Патриаршее достоинство первоначально не мыслилось иерархически. Патриархом могли называть старейшего епископа или вообще любого епископа — в знак почтения к сану. Лишь ко времени Халкидона патриаршество закрепилось за апостольскими кафедрами, а первая неапостольская патриаршая кафедра — Константинопольская — сравнялась по достоинству с Римом, Египтом и Сирией еще во времена Второго Вселенского Собора, что, впрочем, не мешало главам Восточных Церквей при случае ткнуть Константинопольского епископа в место рождения — в суффраганство митрополита Ираклийского.

По этой стройной схеме, митрополит — архиепископ суффраганов и судья второй инстанции (после суда епископа), Патриарх же (или экзарх) — архиепископ митрополитов и судья третьей инстанции (после апелляционного суда митрополита или для суда над митрополитом). Можно, конечно, поиронизировать, но, похоже, что понтифик был (или считал, что был) судьей вне инстанций. По крайней мере, третейский суд понтифика не просто признавался древними кафедрами, но этого суда прямо требовали в неразрешимых ситуациях. Особенно усердствовала Александрия, епископы которой на дух не выносили архиерея деревушки Византий. Дела Афанасия, Кирилла, Иоанна, Нестория, Диоскора и Флавиана — самые яркие тому иллюстрации.

Но загвоздка в том, что описанная митрополитанская система — не единственная, а едва ли ни одна из четырех основных иерархических систем Древней Церкви. На значительной территории Империи она не прижилась и не работала. Большая часть бывших митрополитов перешли совсем к другим способам управления поместными Церквами. Скажем, епископ Рима не был архиепископом над митрополитами, так как все епископы были, по сути, его суффраганами. Точно так же не был архиепископом над митрополитами епископ Александрийский. В их ведении не было епископов, созывавших Соборы и избиравших суффраганов. Не было в Риме и Египте местных церковных судов, кроме суда первой инстанции. Отсылка к демократичной Карфагенской Церкви несостоятельна, т. к. ее митрополит не признавал гражданского деления и не относил себя к префектуре Италии. Архиепископ Карфагенский был примасом столицы, но даже не первым среди равных епископов. Первым среди равных в Африке считали самого старого по хиротонии епископа.

Стройная парадигма превращается в головоломку, если принять, что якобы единый древний митрополитанский строй — только историческая реальность Антиохии, а чуть позже — Иерусалима, вышедшего из-под митрополии Кесарийской.

Так что же это за причудливое возвращение к истокам — к древней митрополитанской системе, которая вовсе не система, а часть системы общей или, другими словами, местный обычай? Длинные периоды имеют свойство кончаться, приобретая новые формы и новую длительность, а мнимый возврат к древности — на деле оказывается театральной маской.

Тот, кого влекут случайности и совпадения, вряд ли найдет этот вопрос интересным. Мудрая неспешность патриарших спичей и почти колдовская убедительность самого Патриарха создают видимость неуязвимости. Но это только видимость.

Стоит при случае бросить взгляд на современный Рим, на царственный престол понтифика, чтобы — через удивление к улыбке — узнать "друзей прекрасные черты".

(Продолжение следует)


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования