Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
20 июля 18:10Распечатать

Роман и Дарья Нуриевы. Я Б ОРКСЭ ПРЕПОДАВАЛ – ПУСТЬ МЕНЯ НАУЧАТ! Заказ государства на духовность трудно реализовать посредством правдивого преподавания даже самых традиционнейших религий


Эта статья является продолжением цикла, первый материал которого размещен ЗДЕСЬ

Курсы для учителей ОРКСЭ проходили в здании начальной школы – именно там, где новый предмет и будет преподаваться с нынешнего сентября. Одной из достопримечательностей учебного заведения оказалось пианино: во всю верхнюю филёнку выставленного в холле инструмента красовалось нецензурное слово, лишь отчасти стыдливо прикрытое какими-то фиговыми листочками. Радостно бегавшие вокруг ребятишки из летнего лагеря давно уже не обращали внимания на знакомую надпись, мимо проходили равнодушные учителя. Тем временем на курсах заранее радовались, какое благотворное влияние окажет новый предмет на учащихся. Тьютор, говоря о декалоге, призывал внимательнее "остановиться на пятой заповеди, чтобы помочь родителям". Может, станут дети покладистее и отзывчивее.

На помощь местного духовенства в возрождении нравственности надежды при этом не было. Видимо, чувствуя невозможность стать пророком в своём отечестве, поп Цап систематически игнорировал все мероприятия, куда его пытались зазвать: не только эти курсы, но и возможность рассказать о церковных праздниках в детской библиотеке и тому подобное. Учителям оставалось лишь разводить руками да сетовать на матерящееся чадо профессионального православного: делать нечего – кто, если не мы?

Задача же поставлена нешуточная. Одним из приоритетов современного российского образования объявлено "духовно-нравственное воспитание личности". "Федеральные государственные стандарты нового поколения чётко определяют духовные идеалы, а курс ОРКСЭ конкретизирует эти идеалы", – рапортовал тьютор. "Но почему курс вводится именно в младших классах?" – недоумеваем мы. - "Потому что именно в этом возрасте формируется личность – дальше будет поздно. Есть заказ государства на формирование личности, ценящей семью, умеющей вести себя в обществе. Получится ли, не знаю, но преподавать будем".

Раз уж "духовные идеалы" в нашей школе не просто "чётко определены", но и "конкретизированы", никто из педагогов не выказал удивления призывам тьютора "воссоздавать нравственные ценности". А вот мы остались в недоумении: "Воссоздавать? А когда они исчезли? После революции?". Тут, как ни странно, пришлось задуматься и наставнику тех, кому придётся созидать духовные ценности у нового поколения школьников: "Ну… это кто как хочет понять. Вот после перестройки была переоценка ценностей, теперь деньги стали главным…". Учителя согласно закивали: кажется, они, в отличие от нас, поняли, о чём идёт речь.

Итак, предмет ОРКСЭ, который не может иметь культурологического характера в силу того, что преподаётся слишком маленьким детям, таковым и не предполагается. Его задачи фактически целиком воспитательные. Кстати, новый курс планируется безотметочным: надо думать, по той причине, что оценивать здесь и нечего. Не будучи хоть как-то связанным со школьной программой, религиозно-воспитательный предмет предполагает, по словам тьютора, "взаимодействие с семьёй и (внимание!) другими институтами". А в случае, если удастся возбудить интерес ребят, предполагается и введение факультативов для более глубокого изучения религии – своего рода воскресной школы за государственный счёт.

Вновь зададимся вопросом: насколько серьёзна здесь угроза религиозной пропаганды? Руками учителей преподавание "религиозных культур" пытаются использовать как инструмент для воссоздания неких ценностей. Где проходит грань между религиозной культурой и самой религией, и как преподавать, оставаясь в рамках культурологического подхода, тьютор пояснить не смог, возможно, даже не поняв вопроса. "Всё в ваших руках, – повторял он, поясняя, что всё зависит от того, как предмет преподнести. – Родителей лучше не пугать, и называть предмет "Основами духовно-нравственной культуры народов России". Учебник называется по-другому, но смысл ведь этот". Учителям и тут всё ясно: религию надо разложить на веру и нравственность, не принимая первый компонент всерьёз.

На уроках ОПК они будут, согласно инструктажу, акцентировать внимание на пятой заповеди, даже не подозревая, насколько далеко от христианства их понимание отношений между родителями и детьми: "Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником" (Лук., 14:26). Настоящая вера, то есть такая, что становится главным в жизни человека, не может не быть фанатичной, а значит, не может не порождать конфликтов с окружающими. Потому попытка найти утилитарное применение внутреннему горению религии напоминает приготовление яичницы на вулкане.

"Традиционные религии", изучающиеся в курсе ОРКСЭ, похожи на вулканы спящие. Став привычными элементами культурного ландшафта, они не воспринимаются как потенциальная угроза светскому обществу. Нарождающиеся же культы, пусть и несопоставимые с везувиями православия или суннизма, пугают своей активностью. Они ещё не обросли культурой, прикрывающей взрывоопасную природу религии. Реформаторы нашего образования тычут в них пальцами, не понимая, что горы, у подножия которых они бегают, снова могут начать извергаться. Нетолерантный тьютор не преминул процитировать Евангелие: "Берегитесь лжепророков" (Мф., 7:15) – ту самую книгу, о радикальном содержании которой он даже не догадывается. Ему и невдомёк, что "пророки" от "лжепророков" отличаются только содержанием проповеди, а не степенью фанатизма.

Учебники ОРКСЭ - в частности, кураевский - поддерживают заблуждения педагогов, до неузнаваемости искажая свой предмет – ведь писали их не специалисты-культурологи, а миссионеры. С одной стороны, каждый религиозный модуль пытается узаконить лишь одно из направлений соответствующего верования. "Основы исламской культуры" посвящены не просто не культуре, но даже и не исламу как таковому, а суннизму ханафитского масхаба. "Основы православной культуры", разумеется, оказались отданы на откуп самой многочисленной Церкви РФ. Однако учебник ОПК не только игнорирует существование тех же старообрядцев (притом, что именно их культура и является действительно православной), но и внутреннюю противоречивость РПЦ МП снимает навязыванием авторского мнения. С другой стороны, из учебников изъята какая бы то ни было конфликтность религии и мира. Зачистка проведена настолько масштабно, что, как мы уже говорили, Кураеву удалось изъять из рекламируемого им православия само понятие об аде.

Впрочем, даже на курсах учителя достаточно близко ознакомились с "традиционными религиями", чтобы испытать хотя бы первичный шок. Например, они узнали (так случилось, что в рамках изучения исламской культуры) историю о принесении Авраамом в жертву своего сына. Раздались вопли ужаса: "Какая жестокая религия этот ислам!" Лишь невежество в отношении общего между иудаизмом, христианством и магометанством уберегло их от тройной психологической травмы…

Такие люди никогда (вопреки идее курса) не научат детей толерантности. Не потому, что проговорятся, расписав, скажем, уничтожение Мухаммедом языческих идолов вокруг Каабы. Не потому, что они будут навязывать религиозные воззрения, на самом деле глубоко чуждые им самим, – а лишь в силу своей малокультурности. Так, пастор-пятидесятник, выступая перед учителями, имел неосторожность упомянуть о вечерях любви. Несмотря на все попытки объяснить, ему смеялись в лицо. Шутки о "вечере любви" не прекращались до конца курсов. Тьютор не урезонил их: он был стойким приверженцем толерантности, просто понимал её так, как научили. Это понятие он объяснял следующим образом: рот, нос, глаза и уши спорят о том, кто важнее, хотя на самом деле нужны они все. Впрочем, недалеко от этого ушли и сами авторы программы, умудрившиеся разделить учащихся по религиозному признаку – вместо того, чтобы разработать общий курс, действительно воспитывающий уважение к иной культуре, иному верованию, иной точке зрения.

Ни учебники, ни наши учителя не способны объяснить ребёнку, что каждая культура имеет свою внутреннюю логику: то, что ненормально в одной культуре, может быть нормой в другой. Например, многожёнство в исламе. Кстати, учебник ОИК, подробно описывающий биографию пророка Мухаммеда (имевшего, по разным мнениям, от 10 до 23 жён, не считая наложниц), а одну из глав целиком посвятивший рассказу о мусульманской семье, тему многожёнства тщательно замалчивает!

Несмотря на всю эту стерилизацию религиозной проблематики, предмет настолько взрывоопасен, что это понимают даже ответственные лица. Представитель районного управления образования робко пожелал педагогам преподавать так, "чтобы не возникало никаких вопросов ни со стороны родителей, ни со стороны общественности". Заглянул на курсы и представитель прокуратуры. Демонстративно полистав учебники, он попугал училок будущими проверками. Те, впрочем, и без него уже затвердили, что попов на уроки приглашать нельзя, а вести детей на экскурсию в храм можно только с письменного разрешения родителей. Но знают они и другое: для демонстрации видеозаписей (например, богослужения) никаких разрешений не требуется. Материала в Интернете хоть отбавляй, и чем порадуют детишек в новом учебном году, зависит лишь от воли случая. Какие-нибудь "Страсти Христовы" впечатлят посильнее, чем банальное посещение храма.

В общем, побывав на курсах подготовки учителей ОРКСЭ, мы так и не поняли, чего же хотело государство. В любом случае, преувеличивать опасность заговора клерикалов не стоит. Пока нет ни кадров, ни идей, а воспитание потребителей религиозных услуг осуществляется и вне зависимости от школы. Даже если бы заговор и существовал, то он умер в зародыше, ещё не дойдя до школьников.


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-20 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования