Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
19 августа 20:33Распечатать

Андрей Юраш. ОТЦВЕЛИ УЖ ДАВНО ХРИЗАНТЕМЫ В САДУ... Или украинская миссия "равноапостольного" Кирилла: миссия невыполнима. Часть вторая


Начало здесь

Парадокс внутренней ситуации в УПЦ МП состоит в том, что "киевская" группа иерархов оказалась обвинённой в автономистско-автокефальных симпатиях, исходя не из реального положения вещей, а из прихоти другой партии, рвущейся к власти и не брезгующей любыми приёмами ради достижения поставленных целей. В развитие этого же тезиса отметим и ещё один парадокс, с которым мы объективно имеем дело: своими обвинениями в продвижении и постепенном воплощении автокефальных принципов оппоненты этой идеи, безусловно, сами того не желая, достигают целей, совершенно противоположных тем, на которые они рассчитывают. Во-первых, они приучают своих последователей (среди высшего духовенства УПЦ МП в том числе) и всё общество к мысли о неизбежности и влиятельности идеи церковной автокефалии для Украины, а, во-вторых, накаляя внутрицерковную обстановку и поляризуя настроения внутри епископата, они как бы подталкивают своих оппонентов к занятию ниши, которую сами для них отворяют: ведь они не оставляют ни для кого никакого жизненного пространства в рамках идеологем и принципов, которые сами защищают!

И это всё развивается на фоне постоянных заклинаний одних (рьяных сторонников сохранения максимально тесных контактов с РПЦ без даже теоретического намёка на сущностную автономию) и заверений других ("киевской группы") в неизменной верности московскому центру. Ни разу, ни в одном из своих официальных заявлений или частных интервью никто из "киевлян" не сделал даже намёка на то, что кто-то из ответственных и влиятельных деятелей УПЦ МП собирается инициировать процесс дальнейшего дистанционирования от Московской Патриархии.

Единственный, кто из епископата УПЦ МП позволяет себе откровенные высказывания по поводу возможности, а, при согласии церковного народа – и желательности автокефалии для УПЦ МП, – это митрополит Черкасский и Каневской Софроний (Дмитрук). При этом, что чрезвычайно важно отметить, никто из безудержных обличителей "автокефальных" "прелестей" не направляет свои убийственные стрелы на этого иерарха, наиболее открытого в проавтокефальных симпатиях: критика в адрес этого провинциального, маловлиятельного, не слишком искушённого в тонкостях церковной дипломатии и даже нюансах богословских материй епископа,вне сомнений, принесёт намного меньшие дивиденды, чем критика в сторону влиятельных и интеллектуально более подкованных "киевских рулевых", якобы маскирующих своё мазепинство под личиной лояльности и беспрекословности. Между прочим, присутствие в рядах епископата УПЦ МП такого владыки, как митрополит Софроний, выгодно обеим партиям: для адептов "русскости и церковного единства" – это живое воплощение и негативный пример того, до чего может дойти конформистская политика Киевской митрополии, "потворствующей" автокефалистам, а для "киевских" прагматиков – это инструмент для убеждения Москвы в том, до какой степени может радикализоваться церковная среда в Украине в случае, если будет нарушено установившееся сейчас равновесие и фактический статус УПЦ МП как, во многом (как минимум, во внутренней хозяйственно-административной деятельности), фактически самостоятельной церковной структуры.

То, что "киевляне" желали бы формализировать и навсегда закрепить реально существующий уровень самостоятельносии (для этого и был созван июльский Поместный Собор), не вызывает сомнений в такой же мере, в какой сомнительны их намерения в данный момент инициировать любые начинания, имеющие своей целью достижение "полнометражной" автокефалии. После беспрецедентной критики в свой адрес и обвинений в нелояльности "киевские" прагматики просто испугались, что Патриарх Кирилл не устоит от своего давнишнего намерения максимально "общипать" существующий фактический уровень самостоятельности УПЦ МП и поэтому решили до приезда Первоиерарха молниеносно воплотить план соборной легитимизации достигнутых, существующих де-факто статусных завоеванийбез каких либо серьёзных интенций относительно продвижения вперёд по пути полной автокефалии.

Сомневаться, что Патриарх Кирилл желал бы максимального урезывания фактической, но никак не зафиксированной на юрисдикционно-каноническом уровне автономии, не приходится. Он уже начал мягкие, но очевидные шаги в соответствующем направлении: включение второго, кроме Киевского предстоятеля, представителя украинского епископата в качестве непостоянного члена Священного Синода РПЦ; проведение заседаний последнего в Киеве как символа превращения украинской столицы в одну из трёх столиц Русского Православия; включение отчёта Митрополита Владимира о прошедшем Поместном соборе в повестку дня последнего заседания Священного Синода при том, что раньше глава УПЦ МП не докладывал об административных инициативах своей Церкви; превращение в обязательную идеологическую словесную "мантру" постоянных, при случае и без него, патриарших заклинаний о "Русскомъ Мире" и сохранении наследия "Святой Руси"…

Настойчивость же и агрессивность украинских единомышленников Патриарха Кирилла только настораживала и подталкивала сторонников сохранения современного уровня независимости УПЦ МП к реализации шагов, гарантировавших сохранение существующего юрисдикционного статус-кво.

Другое дело, что, со своей стороны, Патриарх Кирилл, прекрасно осознающий реалии украинской ситуации, но делающий вид, будто ничего не происходит, и существует не формальное, а сущностное единство украинского епископата, пока что избегает шагов и высказываний, которые могут привести к радикализации настроений и возникновению более влиятельных групп иерархов, склоняющихся к идее большей самостоятельности во имя объединения вокруг УПЦ МП (усовершенствовавшей и повысившей свой канонический статус, вплоть до потери приставки "МП") православных юрисдикций, не имеющих евхаристического единства с мировым православием. Свои реальные настроения и намерения относительно возвращения полусвободно, полусамостоятельно гуляющей по "канонической" территории РПЦ украинской церковной "овцы" Патриарх Кирилл озвучивает через своё ближайшеё окружение и доверенных лиц, посвященных в детали "украинской" политики.

Конечно, резко и категорически Патриарх делать интервенцию в украинскую ситуацию боится. К тому же и у политической власти пылу поубавилось. И не произошло не только массового, но и сколько-нибудь значительного возвращения "раскольников" в "спасительное" лоно Церкви-Матери. Хуже того: "автокефалисты-самостийники" не только не рассеялись, как роса на солнце после благонамеренных патриарших внушений, но и распространили свои метастазы на тело самой РПЦ. Таким образом, ситуация, в конечном итоге, оказалась не столь односложной и не так легко разрешимой, как её хотел представить и сам Патриарх Кирилл, и его идеологический авангард в лице штатных и внештатных пропагандистов и "политруков" из Отдела внешних церковных сношений.

В начале массированной "бомбардировки" Украины патриаршими визитами многие не на шутку испугались и затрепетали. После почти двухдесятилетнего периода игнорирования, а, может быть, и страха пересечь украинскую границу предыдущим Патриархом Алексием ІІ, бравурные, с показательной уверенностью в собственной правоте и торжестве "Русского Мира" первые официальные приезды и призывные речи Патриарха Кирилла почти для всех казались громами и молниями реинкарнированного московского Зевса: одни их боялись и ожидали, что вот-вот раскроются небеса, и все кары небесные обрушатся на противников и разрушителей строгого канонического русско-православного миропорядка; другие с ликованием и неистовой верой первых христиан ожидали молниеносного торжества и исполнения патриарших обещаний – превращения всех, даже оппонентов и сомневающихся, в искренних ревнителей "Русского Мира". Но проходили один за другим патриаршие визиты, во время каждого из которых звучали десятки агитпроповедей Патриарха, но чуда не происходило – слепые не прозревали, мёртвые не воскресали, "раскольники" не раскаивались… Напротив: количество оппонентов возрастало, ряды молящихся редели, политики разочаровывались и уставали от патриарших политинформаций, а жизнь шла своим чередом, притом, не совсем в ту же самую сторону, что и "Русский Мир".

В конечном счёте, можно констатировать ситуацию, в общих чертах очерченную нами в самом начале этих размышлений. Подтверждением общей общественной усталости и равнодушия к предложенной Патриархом идеологической программе является тот факт, что в рамках последнего визита действенное участие в организации отдельных его эпизодов приняли участие лишь политики, исчерпавшие лимит доверия даже в собственном политическом лагере. Имеем ввиду, естественно, попытку министра образования и науки, молодёжи и спорта Дмитрия Табачника поднять свой рейтинг и спасти репутацию (известно, что призывы к смещению этого одиозного министра совершенно откровенно звучат даже в ближайшем окружении Президента Виктора Януковича) с помощью организации встречи Патриарха Кирилла с ректорами некоторых украинских вузов. В этом циничном проявлении подобострастности (неизвестно, по какому принципу происходил отбор приглашённых ректоров, которых собралось несколько десятков; ректоры, как школьники в первом классе, вскакивали со своих мест при упоминании их имени) прослеживается тот же лейтмотив, что и в логике действий "про- и великорусской" партии в УПЦ МП: с помощью авторитета и организационного ресурса Патриарха Кирилла упрочить или спасти собственное положение.

Собственно, в этом и состоит расчет организаторов систематических доносов в Патриархию на мифическую группировку "автокефалистов", якобы окопавшихся в митрополичьих покоях Киево-Печерской лавры. Они всё просчитали и всё как бы учли – устранение оппонентов, приход к власти, перенесение колышков, обозначающих пространство "Русского Мира", с русско-украинской границы на все государственные границы Украины и даже дальше… Но вот одного, методологически и концептуально самого важного обстоятельства "апостолы" Патриарха Кирилла не учли и в принципе учесть не могут: поскольку они, — в подавляющем большинстве, этнические "великороссы",— не верят и не хотят признавать, что душа, духовность и ментальность украинцев и русских отнюдь не тождественны, то и не осознают, что просчитывать реальные шаги на украинской шахматной доске нужно не в "единой" и "неделимой" со времён "Святой Руси" системе координат, а по шкале особой, украинской. Если Московский Патриархат хотел бы сохранить и умножить своё влияние в Украине, а тем более – стать объединяющим началом для всех украинских православных юрисдикций, то действовать ему нужно не через прессинг и унификацию по московскому образцу, а через приятие украинского многообразия и традиционного свободолюбия, в церковной плоскости в том числе.

Плоды отсутствия гибкости и понимания реалий со стороны "русско-мирных" идеологов уже налицо: Киевская митрополия сознательно награждает мало чем выдающегося, но откровенно проавтокефального черкасского епископа Софрония самым высоким титулом митрополита, чтобы продемонстрировать наличие глубоких симпатий к церковной самостоятельности на самом высоком иерархическом уровне; один из наиболее рьяных борцов против автокефализма и весьма влиятельный в провластных кругах иерарх – наместник Киево-Печерской лавры, митрополит Павел – стал если не безусловным лидером, то, как минимум, одним из лидеров "киевской", обвинённой в стремлении к самостоятельности группы иерархов и даже сорвал, в соответствии с сообщением журнала "Фокус", планы рвущихся к власти в УПЦ МП промосковских иерархов относительно смещения Митрополита Владимира накануне проведения вызвавшего столь бурную реакцию в церковной средеПоместного Собора…

Стремясь очернить, обвинить и маргинализировать группу иерархов с украинской идентичностью, "апостолы" "Русского Мира" действуют точно так же, как в начале XVIII века действовали Кочубей и Искра, исписывая тонны бумаг кляузами и доносами на гетмана Мазепу. Весьма вероятно, что если бы не было в то время явных и замаскированных предателей, а на самом деле – просто рвущихся к власти любой ценой аморальных интриганов, то не появился бы в Украине и Великий Гетман, которому "ближайшие друзья", а на самом деле завистники, прыскающие в глаза обильным подобострастием, а за спиной готовящие место в тюрьме или даже казнь, не оставили иного шанса, как объявить независимость ивосстать против тирана. Так что не будь в Украине современных "кочубеев-шукал" и "искр-березовских", а также – пришлых "меньшиковых-алфеевых" и оставленных здесь "стольников"-надзирателей "измайловых-саввиных" и "протасьевых-елецких" (стольники Измайлов и Протасьев – первые назначенные Петром І министры-надзиратели при следующtм выбранномпосле Мазепы гетмане Иване Скоропадском), не было бы у нас идейных и вынужденных (традиционная российская концепция принуждения, как например, "принуждение к миру" грузин во время войны 2008 года) сторонников самостоятельности, а, соответственно, — и шанса на поиск юрисдикционного компромисса между всеми, для кого церковная независимость Украинского Православия не пустой звук.

Безусловно, только наивный или дремуче невежественный человек может думать, что сейчас или в ближайшем будущем все украинские православные смогут объединиться. Разве что в результате кампании по "принуждению к вхождению в Русский Мир" с помощью бронетранспортёров и танков какого-то Архангельского или Вологодского мотопехотного или танкового полка. Представить, что в одной Церкви смогут ужиться Митрополит Агафангел и духовенство, третье десятилетие отстаивающее идеалы и принципы церковной независимости, абсолютно невозможно.

Фактом, с которым Украина будет жить ещё много и много десятилетий, является то обстоятельство, что православные в государстве разделены в мировоззренчески-цивилизационном измерении настолько, что найти им общий язык по поводу юрисдикционного обустройства не просто сложно, а даже невозможно: с одной стороны, митрополит Агафангел и духовенство, для которого выход из Московского патриархата равнозначен полному краху всех жизненных ориентиров, а с другой стороны, – иерархия и клир, которые самостоятельность от Москвы сделали своим главным жизненным кредо. Безусловно, есть огромное число идущих средним путём и шатающихся между двумя выше очерченными экстремумами, а поэтому готовых присоединиться ситуационно то к одному, то к другому лагерю. В любом случае, "усреднённое" "болото" не может и не будет определять ситуацию, которая зависит от энергии и организационных способностей активных членов двух противостоящих друг другу идеологических лагерей.

Так что же, в конечном счёте, может объединять православных, представляющих крайние позиции? В данных реалиях, при современном раскладе сил – ничто. А единственным выходом из этого юрисдикционного тупика является мирное, параллельное сосуществование (при неизбежном идеологически-мировоззренческом противоборстве) двух канонических юрисдикций, в рамках которых все найдут реализацию своих ориентиров и принципов – Украинской и Русской (Московский патриархат) Церквей.

Конечно, такая ситуация не может устраивать РПЦ, которая уже потеряла треть общин в Украине, сейчас принадлежащих УПЦ КП и УАПЦ. Если же процессы будут и дальше развиваться ненасильственным и эволюционным путём, то неизбежным станет переформатирование внутриправославной юрисдикционной конфигурации. РПЦ неминуемо потеряет лидерство по количеству общин, если вторая, альтернативная к РПЦ структура (или в автокефальном, или автономном статусе) сможет крыть Московский патриархат его же козырем – тезисом о собственной каноничности и евхаристическим общением с другими Церквами.

Факт, не подлежащий сомнению, – это доминирование в Украине, за всеми социологическими исследованиями и показателями, киевоцентричного общественного сознания и соответствующего объективного спроса на углубление и расширение активных действий по расширению церковной независимости во имя объединения на этой основе существующих юрисдикций. Количество тех, кто разделяет эти взгляды, почти вдвое больше тех, кто доволен существующим порядком вещей или категорически высказывается за подчинённость Украинского Православия московскому центру. Осознав этот безусловный факт, Патриарх Кирилл, в отличие от предшественника, решил не пускать украинскую ситуацию на самотёк (на самом же деле – на потерю над ней контроля), а активно на неё повлиять всеми возможными средствами – и через собственные визиты, и через инспирирование воплей "несогласных" с иллюзорной группировкой "оранжевых попов", и через максимальное пропагандирование идей "Русского Мира", и через установление близких отношений с политической элитой страны, и через подбрасывание провокационных и противозаконных идей типа необходимости быстрейшей расправы со всеми инакомыслящими, которые должны или признать правоту Московского патриархата, или вообще сойти с активной церковной арены.

Насколько удалась эта интеллектуально-организационная интервенция предстоятеля Русской Церкви, мы уже констатировали выше. И до тех пор она будет столь "успешной", пока хозяева и организаторы "Русского Мира" будут исходить из своих идеальных, но нереалистически-сказочных представлений, а не из объективного учёта ситуации и уважения ко всем, кто хоть чем-то отличается от "русского стандарта".

Однажды в типической, большой и красивой, "материковой" украинской деревне Лебедин Шполянского района Черкасской области, где уже два десятилетия существуют две православные общины – Московского и Киевского патриархатов, от простой, неискушённой в богословских прениях старой женщины я услышал незамысловатый и, одновременно, гениальный ответ на все вопросы, над которыми давно мучаются теологи и аналитики. Рассуждая о приездах Патриарха Кирилла в Украину, почти восьмидесятилетняя Анна Федоровна спросила меня однажды, почему столь умный, красноречивый и обаятельный "Кирилл" ни разу во всех своих десятках речей ни одного слова не сказал по-украински, чтобы показать уважение и настоящую любовь к украинской пастве: "Ведь даже чужеверный поляк, бывший папа Иоанн Павел ІІ, приехав к нам, целые речи говорил по-нашему! А тут хоть словечко, хоть "добрий день" или "надобранич". А говорят ещё – наш патриарх. Нет, он нас не любит, нами брезгует (по украински – "гордує")…".

Думаю, никто не убедит эту женщину, что Патриарх Кирилл и возглавляемая им церковь – это Церковь и для украинцев, для украинской души, для неё персонально. А ведь если Патриарх Кирилл не смог повлиять и изменить убеждения малограмотной, но думающей и уважающей себя украинской крестьянки, то удастся ли ему сделать своими единомышленниками тех, кто обогащён историческими и политическими знаниями, кто может и старается думать системно, а поэтому понимает, что не окормлять, не утверждать и помогать в сделанном цивилизационном выборе и не служить украинской пастве, принимая её такой, как она есть, приезжает Патриарх Кирилл. А приезжает он для того, чтобы переубеждать, агитировать, переделывать и приглаживать по единому образцу, утверждённому и принятому в России,или, как выражался ещё в средине 1990-х годов профессор политологии из Москвы Алексей Богатуров,чтобы "перекодировать" ускользающую из собственной церковной ограды и всего "Русского Мира" украинскую паству.

Римская Католическая Церковь выполняет свою духовную миссию, демонстирируя максимальное уважение и полное принятие любых национальных, политических и культурных различий. Часто именно Католичество становилось решающим фактором в сохранении самобытности отдельных этносов и политической независимости целых государств.

Совершенно иначе реализует свою миссию Русская Православная Церковь и её предстоятель, претендующие на точно такую же роль, как и Римско-Католическая Церковь, – быть духовной основой самобытной цивилизационной общности. Вместо того чтобы толерантно принимать объективно существующие различия и политико-культурные реалии (одна парадигма: духовность выше формальных человеческих границ), русское православие стремится к переплавке всех в едином котле, по единому образцу с прививанием каждому единого культурного кода (другая парадигма: духовность в рамках очерченных человеческих границ). Когда же внешние обстоятельства не способствуют именно такому развитию событий, и светское государство не может обеспечить Церковь, как это было в Российской империи, насильственными механизмами реализации ею своих парадигмальных установок, то Церковь становится в авангарде политических движений и перед тем, как подойти к собственно церковно-духовному аспекту своей деятельности, стремится зачистить и подготовить общественно-политическое поле (Патриарх Кирилл назвал его "Русский Мир"), в рамках которого она старается действовать монопольно, вне конкуренции и вне критики.

Но если российское общество, не испытавшее опыта духовного бытия в условиях плюрализма и конкуренции, готово молчаливо или полумолчаливо соглашаться с российской схемой обустройства церковной жизни, то в Украине, вспомнившей свой европейский опыт в XIV–XVII веках и вкусившей все "прелести" современной европейской действительности за последние 20 лет независимого существования в теснейшем партнёрстве с открытым и свободным Западом, парадигма обустройства духовно-церковной жизни по канонам "Русского Мира" проходит без особого успеха: при столь откровенной и настырной агитации, миссия Патриарха Кирилла находит отклик менее чем в трети населения государства при всё увеличивающемся проценте тех, кого "ценности" "равноапостольного Кирилла" раздражают или оставляют безучастными. Правда, треть — это тоже результат. Но не его ожидает главенствующий пропагандист ценностей Московской цивилизации. А поэтому, чтобы переломить ситуацию, "Русскому Миру" не остаётся иных способов убеждения несогласных украинцев, как учащение патриарших визитов (минимум – раз в месяц, а, может быть, и каждую неделю, чтобы успеть побывать на каждом приходе), газовый шантаж, внедрение и содействие укоренению в украинской почве политиков и иерархов, однозначно следующих в фарватере российских стандартов. А если и это не сработает, то можно будет пустить бронетехнику, десантников и пехоту, которая наведёт порядок в Великом Русском Доме под роскошным, но неблагодарным солнцем Украины. Иначе миссия Святейшего Патриарха Кирилла останется невыполнимой…


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования