Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
МыслиАрхив публикаций ]
18 августа 09:02Распечатать

Андрей Юраш. ОТЦВЕЛИ УЖ ДАВНО ХРИЗАНТЕМЫ В САДУ... Или украинская миссия "равноапостольного" Кирилла: миссия невыполнима. Часть первая


Отшумели и уже стали частью церковной истории летние горячие (в прямом и переносном смысле) события в УПЦ МП, одно из которых было давно планируемым и ожидаемым, а второе – возникло и пронеслось так же неожиданно, как непредсказуемо рождаются и уходят в небытие песчаные бури в пустыне. Понятно, что под упомянутыми быстротечными, разогретыми под обильным летним солнцем событиями мы имеем ввиду, соответственно, очередной пропагандистско-показательный визит в Украину Патриарха Кирилла и предварявший его несколькими неделями раньше Поместный собор УПЦ МП.

В принципе, два эти события – совершенно различного характера и значения. Но если посмотреть на них повнимательней и более системно, то и их хронология, и объективное содержание, и даже кажущаяся неожиданность и стремительность в подготовке и проведении Поместного собора УПЦ МП станут совершенно объяснимыми, понятными и, что не менее важно, абсолютно логичными и связанными как друг с другом, так и с развитием ситуации в церковной плоскости в целом.

Но начнём всё же с более пристального рассмотрения последнего события – шестого по счёту, декларируемого в качестве "пастырского", визита Патриарха Кирилла в Украину. Если признаться откровенно, то, в конечном итоге, мне стало жалко времени, затраченного на отслеживание деталей визита. Если бы мне не удалось ни прочитать ни одного сообщения о визите в прессе, ни прослушать ни одной речи Патриарха, ни посмотреть ни одной трансляции богослужения с участием высокого гостя, то я бы мог с точно такой же уверенностью, как и после внимательнейшего изучения всех нюансов пребывания главы РПЦ в Украине, комментировать это событие. Определённо ничего нового в контексте осмысления современных украинских реалий Патриарх Кирилл не сказал, не сделал, не предложил! В очередной раз украинская публика стала пассивной слушательницей всё новых вариантов и интерпретаций идеи "Русскаго Мира", концепции Святой Руси, сущность и содержимое которой каждый восточный славянин должен "впитывать с молоком матери".

Самым оригинальным и наиболее цитируемым в украинских медиа фрагментом из патриарших речей стала подсознательно, но весьма красноречиво произнесённая фраза о "святом равноапостольном Кирилле" по завершении молебна на Владимирской горке в Киеве у подножия памятника святому равноапостольному князю Владимиру. Конечно, Патриарх Кирилл сразу же исправился, но все, и апологеты "Русского мира", и его оппоненты, прекрасно поняли, какую себе роль подбирает и реализует Московский предстоятель: равноапостольный князь Владимир был крестителем "Святой Руси" и её, в соответствии с патриаршей концепцией, создателем, а современный Московский Патриарх видит себя "святым равноапостольным" собирателем и объединителем народов и государств, которые ощущают себя наследниками и продолжателями традиции Владимирова крещения.

Представляется безусловным, что в Украине уже все сделали адекватную переоценку роли и значения визитов Патриарха Кирилла. Не понимает или не хочет этого понимать только сам Патриарх и его окружение. Все ещё чудесно помнят, с каким трепетом, ужасом и помпой все ожидали и встречали, одни – с предвкушением вселенского чуда, а другие – библейского катаклизма, Патриарха Кирилла во время его первого приезда в качестве главы РПЦ три года назад. Тогда первые лица государства, начиная от самого президента, выстраивались в очередь, чтобы приложиться к руке Святейшего. Сегодня же Патриарх сам вынужден без протокольных процедур за несколько часов до начала официальной программы, преодолевая тысячи дополнительных километров, без журналистского эскорта, роты почётного караула и красных дорожек, почти инкогнито лететь в Крым, чтобы посетить президентскую резиденцию и, на этот раз, самому подержаться за мощную и авторитетную президентскую руку и удостовериться, не изменились ли у высшего руководства государства планы относительно обустройства церковной жизни и желания принадлежать не к враждебному и богомерзкому Европейскому Союзу, а великому наследнику Святой Руси – богоспасаемому "Русскому Миру".

Три и даже два года назад весь украинский политический бомонд, включая высший эшелон (президента, премьер-министра и председателя парламента), десяток министров и добрую сотню парламентариев, с раннего утра выстраивался в длиннейшую очередь, чтобы получить парусекундный доступ к Патриарху и потом несколько месяцев почивать на лаврах гордыни, показывая всем знакомым фотографию, сделанную во время прикладывания к патриаршей ручке на Владимирской горке. В этот же раз самым высоким государственным чиновником, посетившим молебен на Владимирской горке, оказалась заместитель главы президентской администрации, представитель второго или даже третьего эшелона власти г-жа Ганна Герман, греко-католичка по вероисповеданию и самый рьяный сторонник евроинтеграции Украины в окружении президента Януковича, которой постоянно оппонируют украинские адепты "Русского Мира", как, например, министр науки и образования Дмитрий Табачник. Парадокс, да и только! Воистину овцы стада Кириллова нуждаются в постоянном пастырском патриаршем окормлении, если не могут хотя бы раз в году собраться в полном составе и принести клятву в вечной верности "Русскому Миру", только заслышав призыв "равноапостольного" Московского предстоятеля.

Ещё два года назад визит Патриарха Кирилла в дни, когда он происходил, становился главным медийным событием Украины. Одновременно несколько центральных каналов, среди которых и самый рейтинговый "Интер", вели прямые трансляции со всех мероприятий с участием Патриарха. В Украине не оставалось ни одного даже регионального средства массовой информации, которое бы обошло своим вниманием приезд главы РПЦ. На этот же раз только церковный канал "Глас" с весьма ограниченной аудиторией и государственный Первый общенациональный канал "по долгу службы" транслировали молебен с Владимирской горки и литургию из Киево-Печерской лавры. При этом Первый национальный позволил себе в получасовом перерыве между трансляциями из Лавры включить литургию, совершаемую в "логове раскольников" – Владимирском соборе – "анафематствованным" Патриархом Киевским и Всея Руси-Украины Филаретом, чем в полной мере был продемонстрирован реально существующий в Украине юрисдикционный и "патриарший" плюрализм. Интересно было также наблюдать, как почти единогласно все региональные медиа не посчитали необходимым освещать и комментировать ход патриаршего визита. Вероятно, нечего было ожидать, и ничего они не нашли для себя интересного и нового в рутинно-предсказуемом и уже изрядно "приевшемся" рядовом визите главы Московского патриархата. Непорядок в "Русском Доме"!

Из уст Патриарха Кирилла звучали привычно и даже банально не только очередные призывы к "церковному единству" и попытки убедить украинскую аудиторию в сущностном единстве всего восточнославянского пространства, несмотря на формальные разделения по линиям политических границ, но и уже традиционные умеренно хвалебные речи в адрес митрополита Киевского и Всея Украины Владимира (Сабодана). Тем более, что в этом году УПЦ празднует и соответствующую, весьма впечатляющую дату – 45-летие архиерейской хиротонии владыки Владимира. Патриаршее пожелание уверенно и дальше держать архиерейский жезл в этом контексте (во имя укрепления общецерковного единства и всего Русского Мира) смотрится весьма закономерно и даже искренно.

Заканчивая разговор об объективном и чрезвычайно заметном понижении уровня общественного восприятия патриарших визитов в Украину, нельзя не вспомнить и о некоторых количественных показателях. По самым оптимистичным медийным сообщениям, молебен на Владимирской горке собрал до одной тысячи верующих (и это включая несколько сотен работников спецслужб, рассеянных в толпе для интегрированного мониторинга ситуации). На литургию в Лавре пришло две-три тысячи молящихся. Налицо ещё один труднопонимаемый феномен: "единственная", по мнению УПЦ МП,  каноническая Церковь в Украине, декларирующая 35 миллионов верующих, на собственной канонической территории, на мероприятия самого высокого порядка собирает по нескольку сотен, максимум по нескольку тысяч верующих! Констатируемая посещаемость служб УПЦ МП с участием Патриарха Кирилла сравнима с тем, как если бы крестьянин с поля в несколько гектаров собрал и положил в закрома урожай в количестве нескольких зёрнышек.

Что это? Апатия верующих? Так где же, как минимум, члены радикальных воинственных братств, постоянно бьющих себя в грудь с целью доказать вечную преданность Москве? Ошибки и нереалистичность в расчётах количества последователей?  Тогда лопается миф об УПЦ МП как наиболее многочисленной религиозной группе в Украине. Игнорирование со стороны общества? Как быть в этом случае с постоянными притязаниями на роль ведущей и наиболее влиятельной духовно-религиозной структуры, претендующей на особый статус объединителя всех частей разделённой Церкви?

На фоне только что отмеченных нами фактов совершенно иначе смотрятся детали другого церковного события, происходившего в то же самое время, что и литургия в Киево-Печерской лавре, но организованного УПЦ Киевского патриархата. Имею в виду праздничное богослужение в престольный праздник Свято-Владимирского собора и последующий крестный ход от собора к памятнику святому Владимиру. Фактом, который никто не подвергает сомнению и который засвидетельствован на сотнях фотографий и в официальных сводках милиции, является то, что это параллельное церковное событие собрало в десятки раз больше людей, чем мероприятие, проведённое в Лавре Московским патриархатом. По самым скромным оценкам, участников крестного хода 28 июля к памятнику князю Владимиру было 10 тысяч, а по максимальным – 20 тысяч. Так что же происходит? "Неканоническая", "безблагодатная", по мнению РПЦ, церковная структура, во главе которой находится "анафематствованный" Русской Православной Церковью Патриарх Филарет, регулярно, ежегодно собирает на свои служения и другие мероприятия в десятки раз больше верующих, чем Московский патриархат, пользующийся в последние пару лет мощной организационной поддержкой со стороны высших государственных чиновников и получающий серьёзное информационное содействие со стороны влиятельных средств массовой информации.

Описанный выше формально необъяснимый феномен, наверное, и является объективным ответом украинского общества на рецепты обустройства церковной и духовной жизни Украины со стороны Патриарха Кирилла. Одно дело публицистические, идеологические речи московского предстоятеля, а другое – реалии, складывающиеся, во всяком случае, не по предлагаемым им схемам, а, по сути, развивающиеся в соответствии со своей самостоятельной  внутриукраинской логикой.

Кстати, эта самостоятельная украинская логика уже наложила свой отпечаток на характер и специфику проведения ставших уже традиционными Свято-Владимирских торжеств, организуемых Московским патриархатом в Киеве. Имеем в виду одно обстоятельство, по каким-то причинам упущенное из виду аналитиками. В соответствии с традицией, установившейся несколько лет назад, ещё во времена президентства Виктора Ющенко, УПЦ МП проводит свой молебен на Владимирской горке с участием одного или даже нескольких церковных предстоятелей, в первую очередь – московских, 27 июля, то есть накануне Дня Святого Владимира, а не в сам праздник, когда массовые служения в том же месте проводит УПЦ КП. Получается, что УПЦ МП как бы уступает более выгодное, собственно "праздничное" время для проведения богослужений на историческом месте своему церковному оппоненту, что расценить как добровольный, примирительный, а тем более жертвенный акт совершенно не представляется возможным. Ситуация, на самом же деле, объясняется тем, что три года назад УПЦ МП не просто побоялась сводить в одном месте своих сторонников с последователями УПЦ КП, а объективно вынуждена была уступить, не устояв под более мощным идеологическим прессингом Киевского патриархата.

Как мы продемонстрировали выше, ничего особенного и уникального в состоявшемся визите Патриарха Кирилла не было. Он только подтвердил и засвидетельствовал те тенденции, которые были очевидными и намного раньше. Если год-два назад глава РПЦ думал, что сможет однозначно и радикально влиять на течение процессов в украинском Православии, то сейчас Патриарх Кирилл, кажется, начинает понимать, что он сам стал в какой-то мере заложником украинской ситуации. Наверное, поэтому можно констатировать с противоположной, "патриаршей" стороны определённое снижение уровня агрессивности и собственной уверенности. Кстати, стопроцентную справедливость двух последних замечаний полностью подтверждают и все обстоятельства, предварявшие и сопровождавшие нашумевший Поместный собор УПЦ МП.

Наиболее распространённой версией, объясняющей неожиданное обнародование идеи и в невиданно стремительные сроки проведение Собора, является та, которая сводит весь "соборный" процесс к стремлению находящейся сейчас у руля УПЦ МП "киевской" группы иерархов закрепить свои позиции накануне предстоящего визита Патриарха Кирилла в Киев. Хотя нынешнее руководство УПЦ МП и понимает, что в разрушении существующего статус-кво Москва на данном этапе не заинтересована (и по причине неопределённости в отношении того, кто может занять пост предстоятеля УПЦ МП в результате свободного электорального волеизъявления после естественного ухода или вынужденного смещения сегодняшнего главы Киевского престола, и по причине боязни радикализации любых групп, несогласных с позицией Москвы, которых таким образом можно подтолкнуть к сближению с оппонентами из УПЦ КП), однако существование довольно мощных альтернативных групп влияния, откровенно соперничающих друг с другом, подталкивает иерархов, находящихся у церковного руля, ещё более усиливать собственные позиции накануне неизбежных потрясений, связанных с избранием нового предстоятеля, что рано или поздно должно состояться.

Ничем иным, кроме как усилением позиций группы, неформальными лидерами которой являются "киевские" иерархи – архиепископ Переяслав-Хмельницкий Александр (Драбинко), реально правая рука митрополита Владимира и председатель Отдела внешних церковных связей УПЦ МП, архиепископ Митрофан (Юрчук), Белоцерковский и Богуславский, управляющий делами УПЦ МП, митрополит Вышгородский и Чорнобыльский Павел (Лебедь), наместник Киево-Печерской лавры, и недавно, 9 июля, возведённый в сан митрополита владыка Винницкий и Могилёв-Подольский Симеон (Шостацкий), – невозможно объяснить те шаги, которые были предприняты в Киеве в течение последних месяцев: активное продолжение процесса поставления новых епископов; возведение (24 сентября 2008 года) в высший архиерейский сан митрополита единственного откровенного сторонника автокефалии среди иерархии УПЦ МП – главу Черкасской и Каневской епархии, владыку Софрония (Дмитрука), что не может не раздражать влиятельную пророссийскую партию в УПЦ МП, среди видных и заслуженных представителей которой многие архиереи никак не могут дождаться такого же признания, как, например, самый яркий и интеллектуально активный борец за общерусские церковные идеалы архиепископ Тульчинский и Брацлавский Ионафан (Елецких), за плечами которого, кроме всего прочего, 22-летний архиерейский стаж (у митрополита Софрония – 19 лет архиерейства); окончательное  утверждение на посту Председателя Отдела внешних церковных сношений архиепископа Александра (Драбинко), исполнявшего до 2011 года эти обязанности; увеличение количества постоянных членов Синода УПЦ МП до 10 человек (в том числе, за счёт уже упомянутых митрополита Павла и архиепископа Александра); инициирование дискуссии о введении поста местоблюстителя престола главы УПЦ МП; реализация конкретных шагов в направлении окончательного, на уставном уровне, закрепления тех положений, которые, как минимум, фиксируют существующий уровень самостоятельности…

Собственно, для легитимизации всего указанного выше и оказался нужен Поместный Собор, который боялись собирать целых 19 лет. Идея Собора, который сделает законными и бесповоротными все изменения в УПЦ МП, произошедшие в течение последних двух десятилетий, существовала и раньше. Но её опасались выносить в плоскость практической реализации, побаиваясь отчаянного сопротивления и формирования оппозиции со стороны откровенных сторонников не просто сохранения более тесных контактов с РПЦ, но и раскручивания церковного маховика в противоположную сторону – в направлении сворачивания организационной самостоятельности УПЦ. Желанием обезоружить оппонентов и минимизировать их влияние на процесс принятия решений объясняется столь неожиданное обнародование решения о созыве Собора и такой лимитированный в сроках подготовительный период.
Размышляя о существующих внутри УПЦ МП разногласиях и противостоящих друг другу группах влияния, что совершенно очевидно обнажилось в рамках подготовки и проведения Собора, все эксперты высказали тезис о двух противоборствующих лагерях, в основе обособления которых – якобы исключительно идеологически-ориентационные принципы. Речь идёт об уже представленном выше условно названном "киевском" круге иерархов, с которым через доминирующую у них украинскую идентичность  связывают киевоцентристскую идеологию углубления церковной самостоятельности (группа "оранжевых попов", как её обозвал протодиакон Андрей Кураев, или группа "автокефалистов", как её стараются представить откровенные оппоненты внутри УПЦ МП), и противостоящей ему группе откровенно пророссийских иерархов, которые не представляют ни себя лично, ни всю Церковь вне самых тесных организационных и любого иного рода контактов с московским центром. Самыми яркими фигурами этого второго идеологического лагеря остаются уже хорошо знакомые украинской и российской публике митрополиты Одесский и Измаильский Агафангел (Саввин), Донецкий и Мариупольский Илларион (Шукало), уже упомянутый архиепископ Тульчинский и Брацлавский Ионафан (Елецких) и епископ Белгород-Днестровский, викарий Одесско-Измаильской епархии Алексий (Гроха).

В констатации самого факта существования этих двух групп ничего нового нет. Но обстоятельства их активизации обнажили некоторые новые тенденции и реалии. Во-первых, для всех стал очевидным тот факт, что из активной борьбы за завоевание более прочных позиций накануне потенциальной электоральной кампании по избранию главы УПЦ МП выбыли некоторые фигуры, которые раньше считались ключевыми. Прежде всего, имеем в виду митрополита Черновицкого и Буковинского Онуфрия (Березовского), всегда державшегося особняком, а в последнее время существенно "подмочившего" себе репутацию и, соответственно, утратившего доверие в глазах Патриарха Кирилла через свои симпатии к ультраконсервативным идеям типа ненависти к экуменизму и склонности к борьбе с индивидуальными идентификационными кодами (номерами). Поговаривают, что именно митрополит Онуфрий сохраняет сильное влияние на братию Почаевской лавры, и что буковинский иерарх является неофициальным режиссёром тех фундаменталистских ультраконсервативных обращений, которыми в последнее время удивили полноту РПЦ насельники Почаева (например, письмом в поддержку Братства Святой Матроны Московской, агрессивные акции которого уже не раз сотрясали Молдову).

Во-вторых, неминуемое приближение грядущих выборов принуждает отдельных ярких иерархов, ранее рассчитывавших на собственные силы, объединяться в коалиции, опираясь на которые, они рассчитывают занять главный пост в УПЦ МП. Нахождение неформального консенсуса среди иерархов так называемого "киевского" круга – наиболее яркое проявление этой тенденции. Борьба против так называемого "самостийныцкого" курса "киевлян" давно уже неформально объединяла в промосковский идейный "клуб" махровых черносотенцев типа митрополита Агафангела, "идейно" прорусских иерархов типа архиепископа Ионафана и политически и прагматически "прорусских", как митрополит Илларион. Но вот объединительные тенденции в среде "киевских" иерархов с украинской идентичностью – это явление новое, которому, сами того не желая, способствовали агрессивные действия и обвинения со стороны "русской" партии.

В-третьих, симптоматичным и уже свершившимся  фактом стала замена реального лидера в пророссийской группе иерархов. Маститый, заслуженный, но, мягко говоря, уже немолодой митрополит Агафангел, в течение полутора десятилетий бывший формальным и неформальным вождём "русской" партии в УПЦ МП, не только частично утратил былую воинственную форму (любые действенные акции и заявления, направленные против каждого, кто угрожал сохранению единства с РПЦ, были или инициированы в Одесской епархии, или проводились после одобрения одесским иерархом), но и под прессингом реальных обстоятельств был вынужден передать лидерский флаг борьбы за общерусское и церковное единство с Москвой митрополиту Донецкому и Мариупольскому Иллариону. Последний, возглавляя родную для сегодняшнего президента Украины кафедру, стал фактическим лидером соответствующей группы иерархов не только по факту возглавления епархии в области, ставшей кузницей кадров для всей Украины в течение последних двух лет, но и благодаря недюжинной активности в двух параллельных направлениях – засвидетельствования полной лояльности к Москве и лично Патриарху Кириллу, а также неформального противодействия любым "поползновениям" в направлении большей самостоятельности УПЦ МП.

Для иллюстрирования обеих тенденций достаточно вспомнить хотя бы частые приезды митрополита Иллариона в Москву, организацию "образцово-показательного" визита в Донецкую епархию Патриарха Кирилла и удивительной активности противостояние (чего стоит только обвинительное, непредвиденно агрессивное письмо настоятелей и настоятельниц всех монастырей Донецкой епархии накануне планируемого Собора, в связи с чем архиепископ Митрофан, управляющий делами УПЦ МП, вынужден был вступить в прямую дискуссию) планировавшимся нововведениям в устав УПЦ МП в рамках подготовки и проведения Поместного Собора 8 июля. В связи с последним обстоятельством кажется совершенно логичным и мотивированным назначение именно митрополита Иллариона главой специальной комиссии УПЦ МП по внесению изменений в Устав Церкви: "киевляне" были вынуждены пойти на такую уступку, чтобы успокоить одесско-донецких оппонентов, пригрозивших сорвать проведение Собора.

Упомянутое решение, утверждённое на Архиерейском Соборе УПЦ МП 7 июля,  тем не менее, было фактически перечёркнуто на следующий день, 8 июля, Поместным собором, де-факто, явочным порядком утвердившим (при нескольких голосах несогласных) все те изменения к Уставу, которые были инициированы Синодом и воплощались в жизнь в течение всего предсоборного периода. В свете этого соборного решения миссия, возложенная на митрополита Иллариона, представляется невыполнимой и формальной. По крайней мере, по отношению к уставным дополнениям и изменениям, инициированным до сих пор.

Наконец, четвёртым интересным фактом, связанным с последними перегруппировками в среде украинского епископата, является мало кем прогнозированное, но засвидетельствовавшее реальное влияние этого иерарха в "киевской" группе выдвижение на лидерские в ней позиции митрополита Вышгородского и Чернобыльского, наместника Киево-Печерской лавры Павла (Лебедя). В соответствии с источниками в УПЦ МП, именно этот иерарх как неформальный лидер "киевлян" должен был занять пост местоблюстителя киевского митрополичьего престола, получив таким образом необходимую площадку для постепенного укрепления и собственных позиций, и позиций всех членов "киевской" группы влияния, выдвинувшей кандидатуру митрополита Павла. Активный менеджер, вовлечённый в десятки политических и бизнес-проектов, наладивший весьма близкие отношения со многими представителями современного киевского бомонда, известный своей агрессивной позицией относительно возвращения Лавре принадлежавших ей в прошлом зданий и реализации строительных проектов, не согласованных с контролирующими структурами, что угрожает Лавре её исключением из охранного списка ЮНЕСКО, – этот, хотя и не слишком отягощённый богословскими, да и какими-либо другими знаниями, но хитрый и изворотливый владыка долгое время находился в тени. Да и сейчас он не спешит становиться "засвеченным", а поэтому подверженным всяческим обвинениям лидером, претендующим на самый высокий пост в УПЦ МП. Тем не менее, именно о нём говорят как о наиболее вероятной кандидатуре от "киевской" группы  на пост главы Церкви.

Ставший уже "притчей во языцех", принявший на себя весь удар внутренних и внешних обвинений, образованный и проявивший себя как умелый организатор, но слишком молодой архиепископ Александр (Драбинко), личный секретарь Митрополита Владимира (Сабодана) и, как говорят, в данное время самая влиятельная, после предстоятеля, фигура в украинском  епископате, с которым также связывают реальные и гипотетические поползновения в сторону автономии и, по утверждению оппонентов, автокефалии, в данное время вряд ли может быть проходной кандидатурой на самый высокий пост как по выше указанным объективным, так и субъективным причинам (зависть по отношению к молодому и образованному владыке и вызванное завистью желание отомстить за годы пребывания в статусе фаворита и влиятельного церковного функционера). Осознавая эти реалии, вряд ли и сам архиепископ Александр будет предлагать себя в качестве кандидата на замещение Киевского престола, а поэтому представляется совершенно реалистичным и логичным, что именно он будет продвигать кандидатуру митрополита Павла на пост главы УПЦ МП. Двух иерархов, более десятка лет рука об руку работающих в Киево-Печерской лавре, связывает долгая история деловых контактов, а поэтому их электоральный союз будет для обоих иерархов прогнозированным и выгодным: приведя митрополита Павла на высшую иерархическую ступеньку в УПЦ МП, архиепископ Александр может рассчитывать на сохранение своего уникально важного и почётного формального и неформального статуса.

Как видим, по всем показателям до настоящего времени "киевская" группа не только реально продолжает держаться за руль церковного корабля, но и весьма уверенно им управляет. При этом "киевские" иерархи не только нашли общий язык с новым политическим руководством государства (в чём многие не были уверены), но и смогли его убедить не только в невозможности, но и нежелательности насильственных интервенций в религиозную среду, к чему президента, премьер-министра и верхушку Партии регионов постоянно подталкивало "одесское" церковное лобби, которое откровенно выражалось по поводу необходимости повторения в Украине "болгарского сценария" — насильственного отбирания у "раскольников" всех церквей, когда-то принадлежавших РПЦ. "Блистательные одесситы" — не лично митрополит Агафангел, но его ближайшее окружение — даже начали обвинять политическое руководство Украины в том, что оно забыло о предвыборных обещаниях и не намеревается "мочить" "раскольников" ради торжества "канонического" православия.

Кстати, именно на политический фактор, в первую очередь, рассчитывали лидеры "прорусской" партии в своем продвижении к высшим постам в УПЦ МП. Но после более чем года безрезультатных ожиданий и осознания того факта, что бывшая региональная (в первую очередь – донецкая) элита, получившая столичную прописку, нашла общий язык с Киевской митрополией и не нуждается в таких тесных контактах с владыками южных и восточных епархий, какие у нее были раньше, эти епископы ринулись в атаку отвоёвывать то организационное и идеологическое пространство, которого, по их убеждению, они заслуживают, — но уже не в региональном, а в общенациональном измерении.

Когда же рухнули надежды на политический блицкриг – завоевание более высоких, лидирующих позиций в УПЦ МП при помощи и покровительстве  новых политических лидеров страны, – тогда, не желая расставаться со своими планами установления, как минимум, полного контроля над Киевской митрополией, а как максимум, и окончательного переселения в митрополичьи палаты в Киево-Печерской лавре, лидеры "русской" партии в УПЦ МП обратились к новой тактике – тактике систематической дискредитации своих оппонентов в глазах Москвы и постоянного навешивания на них ярлыков, которые бы представили нынешнее руководство УПЦ МП в невыгодном свете перед Патриархом Кириллом, вокруг которого в настоящее время сосредоточены практически все механизмы принятия и реализации решений.

Понятно,  что при вышеуказанных обстоятельствах давняя "песнь" о якобы существующих проавтокефальных симпатиях у самого митрополита Владимира, его окружения и вообще у целой группы "антимосковских" заговорщиков внутри УПЦ МП пришлась, как никогда, кстати.  Обвинения посыпались щедрым дождём и со стороны официальных представителей "до смерти" верных Москве епархий, и их высокопоставленных московских единомышленников вроде протодиакона Андрея Кураева или протоиерея Николая Балашова из отдела Внешних церковных сношений, и печально известных, максимально заангажированных и даже не претендующих на бесстрастность экспертов типа Кирилла Фролова, не говоря уже об экзальтированных, неуравновешенных и вообще живущих на гребне собственных фантасмагорических фантазий лидерах десятка братств и околоцерковных организаций, давно уже находящихся с руководством УПЦ в состоянии откровенного конфликта. Расчет был верен и очевиден: обвинения в проавтокефальности автоматически лишат патриаршей милости и снисхождения современных кормчих УПЦ МП, которые утратят любые шансы на продвижение в будущем, а, возможно, будут отлучены от церковного штурвала немедленно.

Окончание следует...


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-21 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования